The first love (Jimin)

За иллюминатором виднеется чернильное ночное небо. Юнги слушает в наушниках любимый альбом группы «Metallica» и наблюдает за беспросветной тьмой снаружи. В самолете тихо, все пассажиры спят, но музыка в ушах не дает мужчине закрыть глаза. Он должен дотянуть до отеля в Осло и там нормально выспаться перед важной встречей с лучшим другом, который пригласил Юнги свидетелем на свою свадьбу, которая будет проходить на Лофотенских островах в июне, то есть через полтора месяца. Чон Чонгук учился вместе с ним в Торонто, но на ресторатора, а не на кондитера, они подружились на первом курсе, поддерживали друг друга вдалеке от родины, оба переехали в Канаду из Кореи. После университета Чонгук встретил парня в институте Осло, когда ездил туда по обмену, влюбился как дурак и с дуру предложил встречаться на расстоянии. А тот парень, Ким Тэхен, согласился. И полгода назад Чонгук смог перевестись в Осло, став по рекомендации прошлого работодателя реставратором одного хорошего заведения. За эти два года вдали от любимого он смог выучить норвежский на хорошем уровне, сделать предложение, спланировать медовый месяц и, конечно же, свадьбу. Расстояние не стало помехой их любви, что немного, но задевало Юнги по своим причинам. Чонгук с Тэхеном проели плешь в рыжей шевелюре Юнги по видеосвязи за последние три месяца с выбором места, фотографа, дизайна приглашений, торта, меню и еще кучи вещей, вплоть до цвета ирисов в вазах на банкете. Он чертовски устал, но был рад за лучшего друга безмерно, Тэхен был очаровательным, рассудительным и снаружи достаточно серьезным человеком, но на самом деле безумно милым и нежным внутри, что проскальзывало в его взглядах на Чонгука, волнении от скорой свадьбы и счастливых улыбках, когда его жених о чем-то с увлечением рассказывал. Мысли Юнги, однако, занимала не свадьба лучшего друга, а далекое прошлое. Его первая подростковая любовь, с которой он познакомился в четырнадцать лет. Пак Чимин. Солнечный мальчик, который переехал в Сеул из Пусана из-за работы матери, стал воплощением моря для Юнги, он будто весь пропитался этим запахом навсегда. Чимин мог быть свирепым ураганом в ярости, цунами и диким штормом. А мог быть лёгким бризом, тихими волнами радости, морской пеной спокойствия. Юнги с ним сразу подружился, как только увидел расстроенного мальчишку со слезами на глазах и разодранными коленками, сидящего на скамейке у парадной. В тот вечер родители мальчика должны были вернуться достаточно поздно, а Чимин потерял ключи да еще и колени разодрал на скейте. Юнги как сейчас помнит, как обрабатывал ему ссадины, со смехом и смущением дул и целовал острые мальчишеские колени и старался рассмешить печального мальчишку. В тот вечер они и начали общаться. Им вдвоем не был нужен целый мир, потому что они стали всем друг для друга. Поддержкой, опорой, комфортом, уютом и любовью. Они быстро поняли, что нравятся друг другу, буквально спустя полгода, и начали встречаться едва им исполнилось по пятнадцать, несмотря на то, что их родина очень гомофобна. Принять свою ориентацию оказалось так легко, как и признаться в чувствах друг другу, потому что это казалось таким правильным и естественным, что даже внутренних переживаний не было. Не то чтобы они держали отношения в тайне, но все думали, что они просто лучшие друзья, поэтому проблемы бы были только с родителями мальчиков, но тем они и не рассказывали. Правда одноклассницы их начали шипперить и рисовать по ним комиксы, но это только вызывало задорный смех и яркие улыбки. Их школьные годы были наполнены весельем, переживаниями, романтикой и глубокими чувствами. Они были друг у друга, большего им было и не надо. Чимин был безумно нежным: обнимал крепко, целовал сладко, любил перебирать волосы старшего и заплетать в них тоненькие косички, а Юнги готовил ему разные интересные иностранные десерты, которые обожал Чимин, потому что был сладкоежкой. И постоянная практика ради того, чтобы порадовать своего парня, повлияла на выбор будущей профессии Юнги. Чимин несколько раз отвозил его на родное побережье, хоть сам и не любил теплое море, но они оба были без ума от закатов над водой, им нравилось смотреть на соединение ночного неба и моря, мир вокруг будто бы переставал существовать, все сливалось в одну темноту, разбавляемую только яркими звездами. Они вместе подрабатывали два года в разных местах, мечтая накопить на поездку в Амстердам, потому что им было любопытно посмотреть на столице Нидерландов, на музей Ван Гога и на известные достопримечательности. а еще хотелось почувствовать свободу: целоваться на улицах, ходить везде за руки, танцевать около уличных музыкантов и не бояться получить по лицу. И к семнадцати они накопили на это грандиозное путешествие. Там они обошли весь город, все памятные места из кинофильмов и книг, вместе попробовали марихуану, там же впервые занялись проникающим сексом на огромной кровати красивейшего номера в отеле. Эта романтическая поездка сделала их будто другими людьми, а их отношения вышли на новый уровень. У Юнги остались только счастливые воспоминания о своей первой и последней влюбленности, он до сих пор помнит яркую солнечную улыбку Чимина, которая грела его даже в январе, а воспоминания о ней и в Канаде иногда помогали ему, когда было невыносимо тяжело. Говорят, что первая любовь — самая болезненная и тяжёлая, но у Юнги она была самой чистой, светлой и прекрасной. Чимин заставлял его улыбаться, вызывал смех и всегда поднимал настроение, окружал заботой и уютом. В Торонто он так и не смог найти себе кого-то, никто не мог переплюнуть его сильного и очаровательного мальчика, но он и не искал особо. Им пришлось мирно расстаться, когда они решили поступать в разные страны, на разных материках, потому что у них были разные цели и их взяли в разные университеты, вариантов не осталось. На смирение с этим они потратили полгода после окончания школы, в каждой их близости сквозило отчаянием и безысходностью, они будто старались дать друг другу своей любви на всю жизнь. И они решили полностью разорвать связь, потому что боялись постепенно потерять чувства, это казалось больнее, чем забыться в новом месте и отпустить. Варианта приезжать друг к другу у них не было, такого количество денег у них не будет еще пару лет, они решили остаться хотя бы счастливыми воспоминаниями друг для друга. Юнги как сейчас помнит их последнюю встречу в аэропорту. Чимин провожал его на самолет в Торонто, а до этого помогал собирать вещи и везти их, не проронив ни одной слезинки, шутя и вызывая улыбку у Юнги, грустную, но улыбку. В последний момент Чимин будто сорвался и при всех затянул его в глубокий, отчаянный и нежный поцелуй. Целовал как в последний раз, что, впрочем, было правдой. Юнги помнит слезы в его широко открытых карих глазах и безумно печальную улыбку, которую он сам потом целовал со всей любовью перед прохождением регистрации. Чимин до последнего был рядом, несмотря ни на что. Юнги с теплом вспомнил о нем еще когда покупал билеты на самолет, чтобы полететь к Чонгуку и Тэхену, потому что Чимин как раз поступил тогда в Осло на ландшафтного дизайнера. Вероятность встретить его в таком большом городе почти нулевая, но Юнги бы очень хотел. Хотел понять, как тот вырос за шесть лет, как изменился, повзрослел и возмужал. Им было почти двадцать, когда Юнги поступил и улетел в Торонто. Весь первый год было так невыносимо без Чимина, вся жизнь казалась бессмысленной и неполной, блеклой и тоскливой, так не хватало теплых объятий, нежного голоса, родных глаз... Его вырвало из воспоминаний похлопывание стюардессы по плечу. Юнги заторможено вытащил наушник и недоуменно посмотрел на нее: — Вам стоит выключить телефон и убрать наушники, мы идем на посадку,— вежливо попросила девушка, на что Юнги с пониманием кивнул и выполнил просьбу. Он даже не заметил, как пролетели последние два часа. Воспоминания коварная штука. Юнги постарался выкинуть все из головы и просто доползти до отеля из самолета, чтобы выспаться. Номер, который ему забронировал Чонгук, оказался безумно уютным, в холодных оттенках с северной тематикой в дизайне, но это выглядело гармонично и успокаивало. Люди, которых он в пять утра встречал по дороге от аэропорта и до гостиницы были вежливые и спокойные, помогли даже, когда Юнги спросил направление, потому что из-за сонливости не мог сориентироваться по картам. Прохожий у гостиницы даже помог ему поднять по лестнице вещи, потому что чемодан был слишком тяжелым, как и сумка на плече, а Юнги слишком грустно выдохнул у лестницы, привлекая внимание людей вокруг. Оказавшись в своем номере, он быстро разделся и залез под огромное теплое одеяло, думая только о завтрашнем дне. Он уже написал Чонгуку, что прилетел и заселился, тот заранее уже скинул адрес ресторана, в котором завтра будет встреча, поэтому Юнги оставалось только выспаться до двенадцати и дойти до нужного места, которое как раз было не очень далеко от гостиницы. Встать утром по будильнику было тяжело. Так не хотелось куда-то идти, было желание просто вырубить телефон и продолжить валяться в мягкой постельке от которой пахло кондиционером с хлопком, любимый запах Юнги, между прочим, но только после запаха моря. К сожалению, всё-таки совесть была сильнее желания спать, Чонгук же будет лично знакомить его со своим избранником, надо переступить через себя и выползти из уютной кроватки. Юнги лениво листал инстаграм и чистил зубы, а потом просто рассматривал себя в зеркало, делая утренние маски. Рыжие мокрые после душа волосы, бледная кожа и немного сонные карие глаза. За шесть лет он подкачал немного мышцы и набрал массы, стал шире в плечах, а взгляд стал взрослее, но внутренне почти не изменился, только поумнел немного и набрался жизненного опыта. Такие мысли были из подсознания, которое кричало о Чимине. Внутри Юнги все эти годы просто хотел к Чимину, ему правда больше ничего не надо было, но он задвинул в очень далекий ящик в голове, чтобы жить настоящим в Канаде. А сейчас он верил, что его первая и последняя любовь где-то в не очень большом городе, шанс найти его велик. Собравшись с мыслями после того, как высушил волосы феном, Юнги побил себя по щекам и постарался выкинуть все мысли о Чимине, чтобы не думать о нем хотя бы до вечера. Сейчас важно увидеть Чонгука, в живую познакомиться с Тэхеном и обсудить скорую свадьбу. С этими мыслями он надел бордовый обтягивающий бадлон с широким горлом, любимое горчичное пальто и черные брюки с начесом внутри. Достаточно минималистично, но для ресторана как раз подходит. В ушах привычно длинные сережки, в хрящах серебряные кольца, волосы уложены назад, открывая красивый лоб. В целом своим внешним видом старший остался доволен, рассматривая себя в зеркало на двери номера, поэтому в приподнятом настроении вышел из гостиницы и медленно побрел по картам в нужное место. Идти правда было недалеко, погода была хорошей и располагающей к небольшой прогулке, солнце не очень ярко светило, небо было чистым, но было прохладно, всё-таки Норвегия достаточно холодная страна. Улочки широкие, дома вокруг в современном минималистичном стиле, много милых кафе с красивым освещением, по пути попалось пару цветочных и продуктовых магазинов, выглядело все очень лаконично и спокойно, такого очень не хватало в жизни. Народу на улице было не так много, все-таки гостиницу Чонгук выбрал не в самом центре, потому что знал, что Юнги не очень любит толпу да и тут было гораздо дешевле. Рядом с нужным рестораном находился небольшой парк с прудом, чистым на первый взгляд, место выглядело уютным, он в голове пометил это интересным местом, куда бы он хотел заглянуть, все же перед поездкой он изучил немного город, достопримечательности и культуру и особенности, поэтому надеялся, что сможет с удовольствием прогуляться в ближайшие дни. Но сейчас Юнги нужно сосредоточиться на друге и его женихе, поэтому он быстро широкими шагами подошел к дверям нужного ресторана и выдохнул, готовясь к долгожданной встрече. Хостесу на входе сказал, что его ждут внутри, и направился в общий зал. Народу было мало, всё же ещё достаточно рано, час дня не самое активное время в таких заведениях. В дальнем углу зала у окна Юнги заметил Чонгука, разговаривающего с каким-то парнем с каштановыми волосами, а за столиком рядом сидел красивый мужчина с черными кудрями, который любовался Чонгуком - Тэхен. Но про собеседника друга Юнги ничего не знал да и видел только его спину. Чонгук с улыбкой что-то сказал, и юноша громко рассмеялся, согнувшись почти пополам так, что его бежевый пушистый свитер немного задрался, а потом друг заметил Юнги и приветствующе помахал ему. Парень с шоколадными волосами рядом с Чонгуком с улыбкой обернулся, и Юнги перестал дышать. В голове новой вспышкой пронеслись воспоминания о его мальчике, который плакал из-за дворового кота, смеялся с ним под дождем и танцевал хип-хоп под похоронный марш. — Чимин... — хрипло прошептал Юнги, хотя все внутри него просто кричало. Знакомый незнакомец замер, неотрывно наблюдая за ним, задержав дыхание. В этих карих глазах цвета древесного угля сохранился тот живой свет, в них была сама жизнь, они искрились также ярко. Чимин, а это был точно он, внимательно смотрел на Юнги, а в его взгляде мелькали картинки из их общего прошлого. Улыбка на чужом лице пропала, уступив место недоверию и надежде, парень быстро подошёл к нему и прикоснулся к его щеке, прошептав будто в пустоту свои мысли, но Юнги услышал: — Не может быть, — Чимин сам будто даже до конца не верил в то, что видит, пытаясь прикосновением доказать, что это реальность, что его первая любовь и правда стоит перед ним. Юнги обхватил его теплую ладонь на своей щеке рукой и прижался к ней, прикрыв глаза, утопая в таких родных ощущениях от нежных рук. — Да, это я, Мин-а. Рад тебя снова встретить. Прошло.. — Шесть лет, душа моя, целых шесть лет,— прошептал Чимин, второй рукой опираясь на чужое крепкое плечо, будто опасаясь, что ноги перестанут его держать. Юнги улыбнулся на родное прозвище. Как же давно он его не слышал. Слишком давно. Неожиданно их личный пузырь из воспоминаний лопнул, когда снаружи донесся до обоих голос Чонгука: — Вы знакомы?— удивленно спросил он, переводя взгляд с одного на другого. — Это Чимин, он тоже будет свидетелем на свадьбе, лучший друг Тэхена, моего жениха. Познакомься, кстати, теперь не через видеосвязь. Юнги посмотрел на Тэ, который уже встал из-за стола и подошел к ним, с улыбкой кивая ему. Сам ответил ему тем же, ярко улыбаясь, показывая, что рад видеть его и быть здесь. — Чимина, а откуда вы знаете друг друга?— спросил Тэхен, но было в его взгляде что-то ехидное, будто он и сам прекрасно догадывался, кем является Юнги для его друга. — Тэ, это тот самый мужчина, про которого я тебе рассказывал,— Тэхен ярко улыбнулся своей квадратной улыбкой, понимающе кивая другу. Он так и думал. А вот Юнги не до конца понял, что это все значило, поэтому удивленно посмотрел на Чимина, который просто пожал плечами, переместив свою ладонь с чужого лица на мускулистую грудь, будто не желая разрывать прикосновение. — Юнги-я, это что ли... твое то самое "море"?— немного заторможено спросил Чонгук, вопросительно выгнув бровь. "Море" он выделил кавычками, которые показал пальцами. — Ты представил меня именно так, засранец? — Чимин посмотрел на Юнги, ударяя его ладошкой по груди, а тот перехватил ее и переплел их пальцы, нежно поцеловав мизинчик. — Не говорить же мне ему, что ты был моим всем,— прошептал мужчина, смотря в чужие глаза, пытаясь в них заново не утонуть. — И то верно,— ответил Чимин, стараясь дышать хотя бы через раз от нежных действий Юнги, чтобы не задохнуться от чувств, которые волной накатили на него.— Как ты? Твоя учеба? Может семью завел? Или животное? Юнги было особо нечего рассказывать, поэтому он кратко выдал: — Работаю по специальности, завел вон того кенгуру, но он даже не катает меня, а использует как боксерскую грушу, — Юнги наигранно обиженно показал на Чонгука, который на прозвище просто закатил глаза, а Тэхен рядом откровенно, но тихо, заржал. — Пары нет, на учебе времени не было, а потом как-то не срослось. Сам как? — Завел друзей, квартиру купил, у меня появилась семья, — нежно ответил Чимин, взглянув на Тэхена, а потом перевел взгляд на потерянного Юнги.— Оу, нет, ты не так понял,— он замотал головой, а потом попытался вырваться из чужой хватки, чтобы замахать руками, но Юнги схватил его за ладони и сжал их, а Чимин постарался быстро объясниться. — Родители погибли через год после моего поступления,— Юнги резко поник. Папа Чимина был так себе человеком, а вот мама была прекрасной женщиной, которая обожала тискать Юнги за щеки и была не против их отношений, она сама догадалась и выпытала у них правду, на которую просто пожелала им счастья, — Тэхен нашел меня в коридоре университета, когда я рыдал из-за этой новости, отвез к себе домой, там его мамы покормили меня, заставили жить с ними, пока не приду в себя, забирали после учебы, окружили заботой в общем. Разговаривали со мной, утешали. Они не заменили родителей, но стали моей норвежской семьей. Любовь здесь я не нашел, - тихо прошептал Чимин, опуская глаза, - один претендент уехал в Канаду, так и не забыл его хитрые лисьи глаза, — со смущенной улыбкой закончил он. — Ты до сих пор?— с надеждой спросил Юнги, прикрывая глаза, чтобы наконец-то поверить в эту реальность. Он нашел его, своего мальчика. они стоят рядом и разговаривают. Это ощущается магией или бредом, но это правда. В голове не укладывается. — Только воспоминания, душа моя, придется заново узнавать друг друга, но я готов попробовать,— прошептал ему Чимин так, чтобы никто не услышал, кроме Юнги. — Я тоже, Мин-а, я тоже. Можно? — он провел по чужой нижней губе больщим пальцем, вспоминая, как касался ее своими губами в аэропорту шесть лет назад. — Давно уже мог бы это сделать,— игриво отозвался Чимин и сам поцеловал его, обняв за шею. Фейерверка в голове не было, но по телу побежали мурашки, от которых их обоих немного тряхнуло, но поцелуй они не прервали. Это было не как тогда в последнюю их встречу, а более страстно, будто Чимин сильно скучал, что, впрочем, было правдой. Юнги отвечал также, вкладывая в прикосновения все свои эмоции и переживания, вспоминая любимые изгибы и родные ощущения. — Йа, Пак Чимин, какого хрена ты целуешь первого встречного? — раздался где-то рядом голос Тэхена с огромной долей сарказма, но парочка, увлеченная поцелуем, кажется, его не услышала. — Тэхен-а, не мешай, Юнги задолбал меня своей холостяцкой жизнью, пусть целуются, — осадил его Чонгук, обвивая руками чужую талию со спины и целуя своего жениха в щеку. — Ну, тут согласен,— ответил Тэхен, наклоняя шею, чтобы любимый и ее поцеловал, что Чонгук и сделал.— Чимини надоел ныть о том, что хочет не трахаться, а заниматься любовью, как в молодости. А вот это парни услышали. Юнги оторвался от Чимина и вопросительно посмотрел в глаза напротив, которые были немного дезориентированы, но довольны. — Мин-а?— прошептал он почти в самые губы. — Для меня это была любовь, Юнги-я,— ответил Чимин, снова обнимая старшего за шею. — Для меня это и сейчас любовь, - отозвался Юнги и притянул его за шею, чтобы зацеловать за все годы разлуки.