«Мое геройское имя — Вольт»

      Ацуко сидела на заднем сидении машины, перебирая пальцами и обеспокоенно смотря на них. Айзава сказал, что ее дядя, Мичайо, хочет увидеться с ней и что он просил об этой встрече больше недели. Что он хочет ей сказать никто не знает - мужчина так и не поведал этого сотрудникам тюрьмы. Только упомянул, что это что-то важное. Но почему же он тогда не расскажет этого тем же сотрудникам или какому-нибудь герою? Почему именно Ацуко? Взвесив все «за» и «против» - вдруг это и впрямь какая-то важная информация - они все-таки одобрили эту встречу и незамедлительно связались с Незу.       Фукуда шумно выдохнула. Она нервно поправила ворот футболки - ей казалось, что он душил ее. Айзава сказал ей не надевать школьную форму, так как на уроки она сегодня уже вряд ли пойдет.       Шота, который вел машину, глянул на Вольт через зеркало заднего вида. Было видно, как она переживает, как ей некомфортно и неудобно. Ему и самому неспокойно. Это все странно и подозрительно, хотя внутренняя охранная система Тартара хороша – заключенные одеты в смирительные рубашки на все тело, за ними постоянный надзор, а в случае даже мимолетной мысли об использовании причуды их могут убить на месте. Они просто бессильны в стенах тюрьмы, так что вряд ли бы Мичайо задумал что-то. Да и по отчетности, которую сотрудники предоставили Незу, сам мужчина не сопротивлялся при задержании и активно шел на контакт с полицией.       Сотриголова убрал одну руку с руля и потер подбородок. И все же это странно.       - Как думаешь, что Мичайо хочет сказать тебе? – спросил вдруг Айзава, не отвлекаясь от дороги. Впереди уже виднелся длинный мост, который ведет к тюрьме, и высокие стены ограждения на той стороне.       Ацуко подняла голову и посмотрела на учителя. Откуда она знает? Они не виделись около десяти лет, а на их единственной встрече в Камино он не говорил ничего такого – только рассказал свою историю и приглашал присоединиться к нему. Может хочет обвинить ее, что она сдала его героям, а может хочет просто поговорить – хотя вряд ли бы тогда Ацуко сейчас ехала в машине.       Она отвернулась и посмотрела в окно, за которым виднелось голубое бескрайнее море – машина уже заехала на мост. Через несколько минут они прибудут на место. От этого было сильно не по себе.       - Не знаю.       Больше они не проронили ни слова. Шота не знал, что можно сказать и стоит ли это вообще делать, а Ацуко просто не хотела говорить.       Вскоре они подъехали к огромным металлическим воротам, которые были на той стороне моста. Там двое мужчин, охранявшие вход, спросили цель визита, проверили машину и документы Айзавы, после чего пропустили их. Уже внутри Шота припарковал машину на стоянке, а недалеко от парковки стоял еще один мужчина, один из сотрудников, который должен сопровождать их.       Ацуко задержала дыхание, осматривая местность вокруг. Высокие стены, множество небольших строений, а в далеке виднеется здание самой тюрьмы – все бронированное, для большей безопасности. Она и подумать не могла, что когда-нибудь окажется здесь.       Девушка медленно вышла из машины, закрывая дверь. К ним сразу же подошел тот самый мужчина. Он поздоровался с Айзавой, ввел их вкратце в курс дела и повел в тюрьму. Ацуко была где-то в прострации. Она мало что понимала и совсем не слушала, что им говорил сопровождающий. Просто не воспринимала информацию. Ноги и руки были ватными, в горле пересохло, а сердце бешено колотилось. В голове был только образ ее дяди и вопросы о том, о чем же он хочет поговорить. Что такого он хочет сказать, что просил этой встречи больше недели?       За всеми размышлениями Фукуда не заметила, как они зашли в здание, прошли охранников внутри тюрьмы и несколько коридоров и подошли к лифту. Все трое молча зашли в кабинку и сопровождающий нажал на кнопку с обозначением «B6». Двери тут же закрылись и лифт поехал вниз. И чем ближе была эта встреча, тем страшнее и неспокойнее было Ацуко. Спуск вниз казался девушке бесконечным, ей казалось, будто они проезжают не шесть этажей, а спускаются куда-то в глубины земли. Она шумно выдохнула и вытерла потные ладошки о джинсы.       - Все нормально? – спросил Айзава, опуская голову и смотря на ученицу. Он ничего не упускает. Мужчина даже не представляет, какого сейчас Ацуко. Девушка подняла голову и посмотрела в глаза учителю.       - Все нормально, - тихо произнесла Вольт. В этот момент по кабинке раздалось громкое и звонкое «дзынь», и ответ девушки затерялся в этом звуке, но Шота услышал. И хоть он только кивнул и больше ничего не сказал, он видел, что на самом деле все не нормально.       Сотрудник тюрьмы первый вышел из лифта, идя вперед по коридору. За ним следом вышел Айзава, а за ним и Ацуко. Она смотрела перед собой, нервно сжимая руки в кулаки. Впереди длинного коридора показалась массивная металлическая дверь. Почему-то Вольт подумала, что именно к ней они и направляются. Все мысли, что были в голове, вдруг исчезли. Фукуда шумно втянула воздух носом. Сейчас ей стало по-настоящему страшно.       - Это здесь, - сказал сопровождающий и остановился, когда они дошли до двери. Он посмотрел на Ацуко, что продолжала смотреть на дверь. – Встреча длится всего час, не больше, когда истечет время – мы оповестим вас. Если вдруг почувствуешь, что тебе нехорошо – сразу выходи. Но тогда встреча будет окончена. И если это что-то действительно важное, постарайся узнать как можно больше.       Вольт выдохнула и кивнула головой, прошептав «хорошо». Голос совсем не слушался ее, а коленки подгибались. Она хотела, чтобы это встреча поскорее закончилась, и она могла уехать отсюда. Вся эта обстановка давила на нее, напрягала.       - Если что-то будет не так – сразу выходи, - повторил слова сопровождающего Айзава, смотря на ученицу. Та облизала пересохшие губы и посмотрела на Шоту. – Все будет хорошо, не переживай. Я рядом.       Ацуко кивнула и, вдохнув вновь побольше воздуха, подошла к двери. Сотрудник тюрьмы открыл ее, пропуская девушку. Фукуда зашла внутрь и дверь за ней сразу закрылась. Помещение представляло из себя небольшую светлую комнату. Впереди стоял стул, предназначенный для Ацуко, а перед ним перегородка с окном, за которым сидел Мичайо.       Фукуда неуверенно прошла к своему стулу, смотря на дядю. Мужчина даже в такой ситуации выглядел хорошо: волосы были уложены, на лице играла легкая улыбка, а поза была максимально расслабленной.       - Я рад, что ты все-таки приехала, Ацу, - сразу сказал Мичайо, наблюдая за Ацуко. Девушка села на стул, положив руки на колени и непроизвольно сжимая их. Она была напряжена и даже дышала через раз. Ей хотелось поскорее закончить эту встречу.       - Что ты хотел сказать мне?       - Так сразу? – удивленно спросил мужчина, подняв обе брови. Он обреченно выдохнул, глазами посмотрев куда-то в угол за девушкой. Она это заметила, но не стала поворачиваться. – Неужели ты не соскучилась? Не хочешь узнать, как у меня дела? Что я делаю целыми днями тут? Чем нас кормят?       Ацуко только нахмурилась. Из-за нее Мичайо попал в тюрьму, а теперь он спрашивает, не интересно ли ей узнать, какую еду ему подают? Как будто бы он хочет обвинить ее, упрекнуть в том, что она сделала.       Но мужчина лишь по-доброму усмехнулся. Конечно, он не хотел этого.       - Что ж, ладно, если ты хочешь сразу перейти к делу, тогда у меня есть еще одна просьба. Я хочу, чтобы наш разговор не прослушивали.       Фукуда удивилась. Он злодей, которого на протяжении долгого времени не могли поймать, он находится в тюрьме под строгим надзором, как он может просить о таком?       - Вы следите за этой встречей через камеры, я одет в смирительную рубашку, ко мне подключены датчики, с помощью которых вы прослеживаете мое душевное состояние, а в этой комнате четыре автомата, заряженных и направленных на меня. Вы ведь не думаете, что я способен что-то сделать, находясь в таком затруднительном положении?       Мичайо говорил это в пустоту, но, очевидно, обращался к сотрудникам тюрьмы, которые, как он и сказал, следят за их встречей. Ацуко подняла голову, осматривая комнату. За дядей, в правом и левом углу, наверху она заметила два автомата. На них горели красные лампочки, а само оружие было направлено на мужчину. Девушка повернула голову сначала влево, а потом вправо, смотря назад. За ней по углам так же было развешено оружие. Туда же и посмотрел мужчина в начале встречи. Вольт даже не заметила их, когда заходила внутрь. Они действительно могут убить Мичайо? Ацуко сжала зубы. У них и впрямь серьезная охранная система.       - Мы не можем пойти на это условие. В противном случае встреча будет отменена, - по комнате раздался мужской голос. Ацуко от неожиданности дернулась. Мичайо хмыкнул и прикрыл глаза.       - Ну что ж, тогда мы можем тут просто посидеть в тишине или поговорить о времени, когда я еще был героем под номером пятнадцать, а Ацуко была лишь ребенком. Я же именно ради этого просил этой встречи.       На какое-то время в комнате повисла тишина. Мичайо больше ничего не говорил, его лицо выглядело спокойным и умиротворенным, казалось, что он уснул. Ацуко начала нервно прикусывать нижнюю губу, смотря на мужчину. Вдруг встречу сейчас отменят? А что если то, что он хочет сказать и впрямь что-то серьезное? Не лучше ли тогда пойти на условия Мичайо, тем более что они минимальные? Но с другой стороны – в чем проблема сказать об этом как есть?       - Что ты хочешь рассказать, Мичайо? – по помещению вновь раздался тот самый голос. Мужчина хмыкнул и открыл глаза. Он глянул куда-то в сторону, будто смотрит на говорившего.       - Поверьте, информация, которой я обладаю, очень важна для героев, особенно в данной ситуации. Так что в ваших же интересах выполнить мою просьбу, - только и сказал Фукуда-старший. Он совсем не переживал, как будто знал, что все будет так, как он захочет. Наверное поэтому Мичайо в свое время и взял себе имя «Абсолют», наверное поэтому он и стал лидером группировки – он умеет держать лицо, уверен в своем плане, даже если на деле что-то может пойти не так. И он явно не любитель торговаться.       В комнате вновь повисла тишина. Ни Мичайо, ни уж тем более Ацуко не собирались нарушать тишину. Вольт вообще не знала, что ей надо делать и надо ли вообще делать хоть что-то. Она не понимает, почему ее дядя так хочет поговорить с ней «без лишних ушей». И не понимает, почему он хочет рассказать такую важную информацию именно ей. Девушка выдохнула и поправила челку.       Мужчина наблюдал за племянницей. Ему нельзя применять причуду, даже думать об этом запрещено, но даже так он понимает, что в голове у Ацуко. Он видит ее насквозь, читает как открытую книгу – или может по ней итак все видно.       - Хорошо, мы сделаем, как ты просишь, но продолжим наблюдать за вами, так что без глупостей, Мичайо, - спустя бесконечно долгие несколько минут мужчина заговорил вновь. Услышав это, Мичайо оживился, а Ацуко поджала губы, опуская голову и смотря на свои пальцы. - Отключаем звук.       Мужчина замолчал, но ничего не произошло. Ацуко смотрела комнату. А может ничего и не должно было происходить? Они ведь никак не узнают, отключили ли они на самом деле звук.       - Что ж, - сразу заговорил Мичайо, смотря на Ацуко. – Поверим им на слово.       - Почему ты так хочешь, чтобы нас не прослушивали? – спросила Вольт, поворачивая голову в сторону дяди. Это тоже сильно настораживало ее, хотя находясь в тюрьме он связан по рукам и ногам – в буквальном смысле этого слова.       - Просто хочу поговорить с тобой один на один. Разве это плохо? – удивился Мичайо, поднимая обе брови вверх. Ацуко ничего не ответила, только продолжала смотреть на мужчину. Абсолют выдохнул. Его лицо вмиг стало серьезным. – Ладно, давай перейдем к делу, как ты и хотела. Я не задержу тебя надолго. Ты знаешь что-то о «Восьми заветах смерти»?       Ацуко напряглась, когда Мичайо заговорил. Начался тот самый серьезный разговор, к которому девушка до сих пор не готова. На вопрос дяди она лишь отрицательно покачала головой.       - «Восемь заветов смерти» - банда якудза, которой руководит Чисаки Кай. Мерзкий тип, на самом деле, - говоря это, Мичайо скривился, словно бы показывая свою неприязнь к этому парню.       Ацуко задержала дыхание и приоткрыла в удивлении рот. Банда якудза? Не о них ли вчера ей говорил Мидория? Почему мужчина вдруг захотел поговорить о них именно в этот момент, во время их стажировки? Есть ли здесь какая-то связь?       Мичайо продолжил:       - Я не совсем понимаю мотивов Чисаки, но знаю, что он готов пойти на многое. Неважно кто перед ним – друг или враг. Ради достижения своей цели он сделает все, буквально все. У него в плену маленькая девочка, внучка прошлого босса «Восьми заветов». С ее помощью он создает особые пули, способные стирать причуду. Не знаю, на каком он этапе разработки. Времени прошло достаточно, так что, скорее всего, он уже начал приводить свой план в действие. Если бы эту встречу одобрили раньше…       - Какой у него план? И откуда ты его знаешь? – спросила Ацуко, перебивая Мичайо. У нее в голове столько вопросов, что девушка просто не знает, с какого начать. Мужчина выдохнул и посмотрел в сторону.       - Он как-то приходил ко мне, предлагал сотрудничество. Сначала я задумался над его предложением. Наши методы, в некотором роде, были схожи, но узнав подробности я отказался. То, чего он хочет и то, каким способом он этого добивается… это не по мне. Мне это не понравилось. И мне искренне жаль ту малышку, которую он использует ради своих целей. Возможно, сейчас он работает с Шигараки, и я даже не знаю, кто из них безумнее. А что касается его плана… - на мгновение мужчина замолчал и перевел взгляд на племянницу. – Он хочет стать правителем преступного мира. Хочет, как он всегда говорил, «исцелить общество, зараженное "синдромом героя "». Для этого он и использует девочку – чтобы «забирать» причуды людей и возвращать их по своему усмотрению, - Мичайо фыркнул и нахмурился. – Возомнил себя Все за одного.       Ацуко удивленно смотрела на мужчину. То, что она сейчас услышала пугает ее. Каким же безумцем надо быть, чтобы делать все это?       Мучает маленькую беззащитную девочку, чтобы стать правителем.       Готов пойти на все и наверняка пускает в расход своих людей.       Объединился с «Лигой злодеев».       Вольт почувствовала, что ее голова идет кругом и ей будто не хватает воздуха. Он поправила ворот футболки, шумно выдыхая.       - Где находится их база?       - Этого я точно не знаю, - ответил Мичайо, еле заметно пожимая плечами – за каждым его движением следят, особенно сейчас, так что он старается не вызывать подозрений. – Мы встречались всего пару раз, и каждый раз он приезжал к нам. Знаю только, что их база расположена где-то в районе героя Ночноглаза. Это все, что мне известно.       Ацуко опустила голову, смотря на свои руки. Так много важной информации и так вовремя. Может ли это быть просто совпадением? Она поджала губы и поправила челку. Глаза ее нервно бегали.       - Если это что-то действительно важное, постарайся узнать как можно больше.       Вольт моргнула и замерла, задержав дыхание. Да уж, это очень важно. Ведь именно над этим делом сейчас работают герои и ее одноклассники. Она подняла голову и посмотрела на мужчину. Тот выглядит спокойным, как и до разговора, будто бы они говорили о погоде или учебе.       - Есть что-то еще, что ты знаешь о Чисаки Кае?       Мичайо задумался и посмотрел в сторону, вспоминая детали.       - Даже не знаю… Я должен был рассказать все, - тихо сказал мужчина, выдыхая и прикрывая глаза. Он нахмурился. На несколько секунд в комнате повисла тишина. Ацуко ничего не говорила, боясь сбить Мичайо с мысли. – Наркотик… - прошептал он и открыл глаза, посмотрев на племянницу. Только девушка хотела переспросить, как Абсолют продолжил: - Чисаки изобрел какой-то наркотик, который усиливает причуды. Это еще было во времена прошлого босса. Он хотел пустить его в дело, но тогдашний босс отказался, - мужчина выдохнул и тише добавил: - Я до сих пор не знаю, что с ним произошло.       Ацуко сглотнула. Ее пугало количество информации, которой обладал ее дядя.       - Вроде бы это все, что мне известно о «Восьми заветах».       - И почему ты вдруг решил рассказать это именно сейчас? – этот вопрос терзает ее с момента начала встречи. Как будто бы кто-то сказал Мичайо, что сейчас происходит в городе.       Мужчина улыбнулся уголком губ.       - Скажем так, у меня есть некоторые связь даже здесь. Но я не могу об этом рассказывать.       - Они же все равно будут тебя допрашивать.       - Пусть. Я не могу об этом рассказывать, - повторил вновь Фукуда-старший, явно не собираясь выдавать свои секреты.       Вольт выдохнула. Вряд ли Мичайо станет говорить об этом.       - Ты же понимаешь, что я расскажу героям все, что ты мне рассказал? – тихо произнесла девушка, грустно смотря на мужчину напротив.       Мичайо удивился, подняв вопросительно обе брови вверх, а после мягко улыбнулся.       - Конечно. Для этого я тебя и позвал.       Ацуко замерла.       Что?       - Если ты хотел, чтобы эта информация была известна, почему сразу не рассказал все сотрудникам тюрьмы? Почему тогда так сильно добивался этой встречи?       - Потому что очень хотел тебя увидеть. Хотел посидеть с тобой, поговорить, пусть и в такой напряженной обстановке. Не знаю, сможем ли мы с тобой увидеться когда-нибудь еще.       Сердце Ацуко пропустило удар. Она поджала губы. Даже в такой ситуации он думает о том, чтобы провести с ней время. Почему он оставил геройскую деятельность? Почему стал злодеем? Почему оставил ее, Ацуко? Все эти вопросы часто крутятся у нее в голове. К горлу стал подступать ком.       - Если это все, я пойду, - хрипло сказала Фукуда и встала со стула. Она развернулась и широкими шагами направилась в сторону двери.       - Подожди, Ацу. Есть кое-что еще.       Девушка остановилась. Она не стала разворачиваться. Лишь смотрела на дверь, мечтая как можно скорее покинуть тюрьму – это место давило на нее.       - Уезжай из Японии, Ацу.       - Что?       Вольт развернулась, удивленно смотря на дядю. С чего так резко? Мичайо выглядел серьезно и это не на шутку пугало. Неужели есть что-то ужаснее Чисаки Кая?       - Когда Все за одного посадили в тюрьму, «Лига злодеев» задумала что-то. И это что-то связано с Все за одного. Может они нашли способ как-то обходить охранную систему Тартара и все подключенные датчики, чтобы общаться, или может у них был какой-то план изначально на всякий случай. Все-таки, мы говорим не о второсортных злодеях, - Мичайо выдохнул и пожал плечами, опуская голову. Он находится в таком же замешательстве, как и Ацуко. И он не был уверен, стоит ли вообще об этом рассказывать, учитывая все «но». – Все это не точно, но, зная Все за одного, вряд ли он планирует до конца жизни сидеть в тюрьме. И Шигараки… - мужчина облизал пересохшие губы и вновь посмотрел на племянницу. Он выглядел обеспокоенно, на секунду Фукуде показалось, что мужчина напуган. – От этих двоих точно ничего хорошего ждать не стоит.       - Откуда ты все это знаешь? – спросила Ацуко, разворачиваясь всем телом и быстро подходя к стеклу, разделяющее ее с дядей. Она не верила своим ушам. Не верила, что Мичайо говорит правду.       - Я не знаю, это лишь догадки. Когда я был главой «Ку» у меня было много связей. Я мог узнать все, что хотел. И тогда я поручил кому-то следить за «Лигой злодеев» и кое-что узнал. В преступном мире можно получить любую информацию за определенную сумму денег. Но она не всегда бывает точной. Но в этом случае, думаю, стоит быть готовым ко всему. «Лига злодеев» опасна и от них можно ожидать всякое.       Ацуко начала нервничать. Действительно, где бы не появился Шигараки – там всегда происходит что-то ужасное. Что бы не сделал Все за одного – это влечет за собой жертвы и разруху, как тогда, в Камино. Но даже если это всего лишь догадки они могут помочь им. Надо только узнать как можно больше…       Фукуда замерла, прекратив дышать. Она смотрела на Мичайо, но, казалось, не видела его.       «А вдруг все эти догадки только собьют нас? Вдруг Лига ударит оттуда, откуда мы совсем не ждем?».       Девушка сглотнула и положила ладони на стекло.       - Что они планируют?       Мичайо лишь покачал головой.       - Я не знаю, - повторил он шепотом. – Как я и сказал, информация может быть не точная, здесь слишком много нюансов. Я не знаю, когда их план воплотится, я не знаю, могут ли они как-то общаться между собой, я не знаю точно ли они планируют что-то. Я даже не представляю, как этот человек добыл эту информацию. Но я чувствую, что может произойти что-то ужасное.       - Почему ты не рассказал сразу? Почему говоришь это все только сейчас? Они могут ударить в любой момент! Ты ведь и сам прекрасно знаешь, на что они способны! Ты… Ты…       Мичайо прикрыл глаза и опустил голову. Ацуко цыкнула и шумно выдохнула, тоже прикрывая глаза. Девушка прислонилась лбом о толстое стекло, пытаясь остыть и успокоиться. Она боится Шигараки, боится Все за одного, боится, что они могут снова сойтись и тогда последствия будут ужасающие. Что же делать?       - Все за одного мог остановить только Всемогущий. Сейчас, когда его нет, я даже не представляю, способно ли хоть что-то удержать это зло.       Мичайо открыл глаза и поднял голову, смотря на девушку. Она все так же продолжала прижиматься лбом о стекло. Мужчина рассматривал ее лицо, будто пытаясь запомнить. Как он и сказал, неизвестно, увидятся ли они вновь. Может быть это их последняя встреча.       - Уезжай, Ацу, - вновь повторил Фукуда. – Поговори с родителями и уезжайте все вместе, - Вольт открыла глаза и устало посмотрела на Мичайо. Он сидел со слабой, извиняющейся улыбкой и смотрел на нее. - Я очень люблю Дайчи и Мико. И ты не представляешь, как сильно я люблю тебя. Ты самое лучшее, что было в моей жизни. Ничто не идет в сравнении с тем днем, когда я в первый раз увидел тебя, такую маленькую, помещающуюся у меня на одной руке. Я даже не хочу думать о том, что ты можешь погибнуть. Это единственное, что пугает меня.       Ацуко сжала губы, чувствуя, как сердце сжимается, а к горлу подступает ком.       - А теперь иди, Ацу. Тебе не стоит здесь задерживаться. Расскажи это все героям, не упусти ни единой детали. Все, что я тебе сказал, очень важно и может вам пригодиться. Я, действительно, счастлив, что ты согласилась на эту встречу. Спасибо тебе.       Мужчина улыбнулся, смотря на девушку. Он был рад увидеть ее, был рад поговорить, был рад знать, что он, Мичайо, все еще не безразличен ей.       Ацуко втянула воздух носом. В последний раз посмотрев на дядю, девушка развернулась и пошла по направлению к двери. В голове все спуталось, руки дрожали, а воздуха категорически не хватало. Она и подумать не могла, что этот разговор будет настолько тяжелым.       - Береги себя, Ацу. Я люблю тебя, - тихо произнес Мичайо, когда Вольт положила руку на ручку двери, собираясь открыть ее. Она притормозила, смотря на свою ладонь. Глаза вдруг заслезились. Поджав губы, Фукуда опустила ручку двери и открыла ее. Она почти вылетела из комнаты. Эмоции вмиг нахлынули на нее и Ацуко не могла их сдержать. Девушка судорожно выдохнула, вытирая руками мокрые дорожки.       Айзава обеспокоенно смотрел на девушку. Эта встреча, определенно, была непростой.       Сопровождающий их мужчина отвел Ацуко и Шоту в комнату отдыха, налил ей воды и ждал, когда девушка успокоится. Все это время, как Мичайо и просил, звук был выключен, и никто не знал, о чем эти двое разговаривали, так что им было важно узнать от Вольт все, что она успела узнать за все то время, что она там провела.       Когда Ацуко успокоилась, насколько это было возможно, она сразу начала пересказывать мужчинам их разговор. Она не упустила ни одной детали – она должна была рассказать им все, ведь информация была важна, да и сам Мичайо хотел, чтобы герои об этом узнали. Девушка рассказала о «Восьми заветах», о месторасположении их базы, о пулях и как они делаются. Рассказала о самом Чисаки Кае и его целях. И рассказала о догадках Мичайо касательно Шигараки и Все за одного, по несколько раз уточняя, что все это не точно, но стоит принять во внимание.       - Можно мне на свежий воздух, пожалуйста? – тихо спросила девушка, поправляя челку и смотря устало на пластиковый стаканчик в своих руках.       - Думаю, нам в принципе уже пора, - сказал Айзава, переводя взгляд с Фукуды на сотрудника.       - Да-да, конечно. Я отведу вас, - сказал мужчина, поднимаясь из-за стола и идя на выход. – Спасибо, что согласились приехать. Мы и не думали, что Мичайо так много знает. Если бы не вы, мы бы никогда ничего не узнали.       Сотрудник продолжал говорить, но ни Шота, ни Ацуко ничего не говорили. Ацуко только хотела успокоиться, прийти в себя и хорошенько переосмыслить слова Мичайо. Шота лишь думал о том, какое это удачное и подозрительное совпадение. О Шигараки они подумают потом, сейчас куда важнее разобраться с Чисаки Каем.       Когда они вышли на улицу, Сотриголова сказал ученице идти в машину и ждать его там. Девушка кивнула и неспеша пошла вперед. Айзава следил за ней, прокручивая сегодняшнюю ситуацию в голове.       - Вам не интересно, почему Фукуда Мичайо решил рассказать о «Восьми заветах смерти» именно сейчас? – спросил вдруг Айзава и посмотрел на их сопровождающего. Тот достал из кармана пачку сигарет, доставая оттуда одну. Из этой же пачки он достал зажигалку и подкурил. Он затянулся, пряча коробочку обратно в карман и выдохнул в сторону дым.       - Интересно, - кивнул он, смотря куда-то в сторону, видимо, тоже обдумывая сказанное Мичайо. – Решил рассказать обо всем именно тогда, когда они начали действовать… Наверняка он что-то знает о том, что происходит в городе. Но допытываться я не стану.       Айзава удивленно хмыкнул, не сводя взгляд с сотрудника тюрьмы.       - Разве это не противоречит протоколу?       - Противоречит, - вновь согласился с Шотой он, делая глубокую тягу, после ударяя пальцем по сигарете и смотря на то, как пепел падает на землю. – Но Мичайо сказал важную информацию, которая может помочь в расследовании. Так же он активно помогал следствию против самого себя, - на секунду мужчина замолчал, смотря на огонек на конце сигареты. Он о чем-то задумался, прикусив нижнюю губу. - Он не рассказал о своих связях, значит, не хочет подставлять этого человека. Что-то человечное все-таки в нем осталось. Пусть это останется его секретом. А я возьму на себя эту ответственность.       - Ясно, - только и сказал Айзава, глянув задумчиво на машину, в которой сидела Ацуко. Это уже не его дело. Все что сказал Мичайо совпадает с действительностью, значит, он ни в чем не соврал. Более того, он дал немного дополнительной информации, которая может помочь им. Этого достаточно. - А что касается информации о Шигараки?       Мужчина поднес руку с сигаретой к губам, на секунду остановившись. Он прикрыл глаза и продолжил курить.       - Мы будем следить за Все за одного, предоставим полученную информацию правительству, а они уже пусть поступают так, как посчитают нужным.        Шота глянул на собеседника. Тот выглядел спокойным и невозмутимым, будто бы все, что произошло сегодня в порядке вещей. Он выдохнул, потирая затылок, и пошел в сторону автомобиля.       - Спасибо за теплый прием. До свидания.       Мужчина глянул в спину удаляющего героя. Он сделал последнюю глубокую тягу и кинул недокуренную сигареты на землю, после чего раздавил ее ногой, с силой потирая, будто стараясь втереть в асфальт.       - Во время этой встречи ребята действительно отключили звук, но уже через несколько минут хотели его включить, - вдруг заговорил сотрудник, засунув руки в карманы брюк. Айзава остановился, слушая. – Мичайо все равно не узнал бы об этом. Но я запретил им это делать.       - И почему же? – спросил Шота, не оборачиваясь на мужчину.       - Потому что Мичайо хороший человек. Он был честен с нами, а я, в свою очередь, хотел быть честен с ним, - он шумно выдохнул, поджимая губы и как-то грустно смотря перед собой. – Прискорбно, что в свое время он попал в руки этой организации. Мир был бы лучше и безопаснее, если бы Абсолют все еще был в деле.       Сотриголова постоял еще несколько секунд, после все же продолжая идти к машине. Подойдя к ней, он открыл дверь и сел внутрь, положив руки на руль. Он глянул на Ацуко через зеркало заднего вида. Она выглядела грустной и задумчивой одновременно. Шота выдохнул.       - Поехали уже отсюда, - сказал он и завел машину. Они выехали за территорию тюрьмы, въезжая на мост.       Прошло всего полтора часа, как они приехали в Тартар, но по ощущениям будто бы прошел целый день. Фукуда была выжата эмоционально, ни о каких уроках, конечно, и речи быть не могло. После услышанного ей казалось, что она должна что-то сделать. Что-то еще, помимо разговора с дядей.       - Что ты думаешь обо всем этом, Фукуда? – вдруг спросил Айзава, не отвлекаясь от дороги. Эта встреча далась ей тяжело, даже слишком. Все-таки они родственники, жизненные пути которых теперь никак не пересекаются. Все это неприятно принимать и осознавать.       Ацуко кусала нижнюю губу, перебирая пальцами, как и когда они только ехали в Тартар.       - Думаю, что все это ужасно… - тихо произнесла она, облизав губы и выдыхая. Она повернула голову, смотря в окно, но ни на чем не зацикливаясь.       - Что ж, теперь уже нет смысла скрывать от тебя. Мы расследуем дело о «Восьми заветах смерти». Мидория, Асуи, Урарака, Киришима, большая тройка… Все они вовлечены в расследование. Сейчас, когда ты знаешь это, что ты думаешь об этом, Фукуда? – вновь спросил Шота, останавливаясь на светофоре и смотря на ученицу через зеркало заднего вида.       Вольт замерла, опуская глаза и смотря на свои руки. Что она думает об этом? Неужели у него есть сомнения по поводу нее? Разве может герой стоять в стороне, когда страдают невинные люди? Разве может она оставить маленькую девочку наедине с этим мерзким Чисаки? Если он дает ей право выбора…       - Если вы предлагаете мне присоединиться к этому расследованию, то лучше скажите сразу, когда мы начинаем, - сказала серьезно Ацуко, поднимая голову и смотря в отражение учителя. Айзава хмыкнул и тронулся с места.       - Хорошо. В этом я и хотел убедиться. Но, как ты понимаешь, соглашаясь на это, твоя стажировка приостанавливается.       - Хорошо, - кивнула Фукуда, не раздумывая. Сейчас на кону нечто более важное, чем ее стажировка, временная лицензия и повышение собственного уровня.       - Тогда мы сегодня же свяжемся с Мируко, - сказал учитель. Больше он ничего не говорил. Как и Ацуко. Весь оставшийся путь обратно до академии прошел в тишине.       Фукуда продолжала прокручивать в голове эту встречу и все сказанное дядей. И все-таки, не зря он решил рассказать об этом именно ей. Он не только хотел увидеться с ней, побыть наедине, поговорить. Ацуко уверена, что Мичайо хотел бы, чтобы она сама занялась этим делом. Чтобы спасла ребенка и остановилась Чисаки Кая. И она сделает это, чего бы ей это не стоило.