«Мое геройское имя — Вольт»

      Ацуко стояла рядом с Айзавой, Ночноглазом и Мидорией, нервно обхватив себя руками и смотря на связанного Иринаку. Мужчина пришел в себя и теперь сидел на полу, стеклянным взглядом смотря вниз. По его подбородку стекала слюна, а сам он не реагировал ни на кого, даже когда к нему обратились, хотя начал кричать, когда кто-то в разговоре произнес имена членов Лиги злодеев. Действие наркотика прекратилось, и теперь он едва ли был в состоянии сделать хоть что-то.       Девушка повернулась в сторону ребят, смотря куда-то под ноги. Сейчас, когда у нее появилась минутка отдышаться и подумать, она вспомнила о Лемиллионе, что убежал несколько минут назад вперед и теперь можно только догадываться, встретил ли он Чисаки и все ли с ним в порядке; вспомнила о Эри, о состоянии которой тоже ничего неизвестно — кто знает на что способен этот Кай, тем более в такой ситуации; вспомнила всех остальных героев и полицейских, своих одноклассников, которые остались разбираться с не менее опасными противниками. От переживаний и страха за них внутри все скрутилось в неприятный узел, а по спине пробежали крупные мурашки.       Фукуда выдохнула и сфокусировала взгляд, смотря на раненого Локрока, прижимающего руку к кровоточащему боку — бинт уже пропитался сочащейся кровью. Они разобрались с очередной проблемой и могли наконец двигаться дальше, но также потеряли и одного из героев. Как много шансов на победу у них осталось?       — Чего вы тут стоите и болтаете? — вдруг заговорил Локрок, смотря на стоящих рядом исподлобья. Вольт дернулась и вынырнула из своих мыслей, вновь глянув осознанно на мужчину. Он, как и всегда, не выглядел дружелюбно — в этот раз из-за глубокой раны и все еще неоконченного задания. — Забудьте о них и идите дальше! Пускай Лигой занимаются копы… Неужели вы забыли о нашей главной цели?       — Думаю, это наилучший выход из ситуации… — согласился с героем полицейский, отвечающий за операцию, и обернулся к своим ребятам. Те согласно закивали.       — Так или иначе, — продолжил Локрок, серьезно смотря на героев, — кто-то должен остаться приглядеть за Иринакой. Благодаря девке с ножом, мне как раз лучше не трепыхаться. Поняли к чему я?! — вдруг выкрикнул он, задерживая взгляд на Мидории, а после переводя его на Фукуду. Девушка уже ждала, что он снова скажет что-то про нее и ее ненужность на этом задании. Но в этот раз взгляд был другой. Как будто он надеется на нее, верит, что она доведет дело до конца вместе с остальными; смотрел как будто бы встревоженно. — Команда Рюкю и все остальные снаружи, офицеры, которых отделили этажом выше, Пожиратель Солнца, Красный Бунтарь, Толстожор, Лемиллион! Мы зашли так далеко! Осталось лишь немного поднажать! Подумайте о всех людях, что помогли выиграть время. Не дайте их стараниям пропасть зря!       Все внимательно слушали Локрока, не прерывая его и даже не смея отвести взгляд. Каждое его слово отдавалось внутри каждого, и у всех перед глазами проносились образы их товарищей, словно им включили один и тот же фильм. Стоило прозвучать последнему слову, все как по команде бросились бежать дальше, оставляя позади Локрока наедине с Иринакой.       Ацуко не знает, что произошло с мужчиной. Не знает, почему он вдруг поменял свое мнение по отношению к ученикам, не знает, почему вдруг доверил выполнение этой миссии им, почему вдруг поверил в них. Но мысли о проделанной уже работе, об оставшихся позади друзьях, от ощущения веры во всех них и в нее, в частности, придали Вольт мотивации. Конечно, она все так же переживала обо всех — о тех, кого с ними сейчас нет и о тех, кто сейчас бежит бок о бок с ней. Но то зерно уверенности, которое у нее было в самом начале, и которое она потихоньку закапывала каждый раз, стоило потерять кого-то на каком-то этапе, вдруг начало прорастать. Кто знает, возможно к концу этой операции оно и вовсе расцветет.       

***

      Весь оставшийся путь они пробежали в тишине. Все думали только о конечной цели и представляли, с чем или кем еще могут столкнуться. А может остался только один Чисаки? До места нахождения самого якудза было совсем недолго, дорога заняла лишь несколько минут. Все напряглись, заметив впереди лежащего без сознания одного из членов «Восьми заветов».       «Тогата-сэмпай уже был тут», — только и пронеслось в голове у Ацуко. И об этом подумал каждый присутствующий. Ускорившись, Изуку выбежал вперед и вновь ударом ноги пробил стену, открывая проход для остальных. Приземлившись на землю, Мидория сразу направился к Чисаки, замахиваясь и ударяя того в плечо, откидывая на несколько метров.       Остановившись, Вольт осмотрелась. Мирио еле стоял на ногах, все его тело было в ссадинах и синяках, а в боку была глубокая рана, которая продолжала кровоточить. Позади него на полу сидела та самая маленькая девочка, укутанная в красный плащ Лемиллиона. Сглотнув, девушка тут же подбежала к сэмпаю. Тот пошатнулся, но Ацуко вовремя подхватила его, чуть не завалившись сама. Парень посмотрел на Вольт, не веря, что его товарищи прибыли и весь этот ужас наконец закончится.       — Она… за мной… — еле как проговорил он, переведя взгляд на Ночноглаза. Тот подошел ближе, приобнимая Эри и Тогату за плечи и прижимая к себе.       Ацуко отпустила сэмпая и быстро полезла в поясную сумку. Нашла там пачку бинтов, вскрыла упаковку подрагивающими руками и принялась быстро разматывать моток, после складывая его в несколько слоев. Перевязать нормально рану сейчас точно не получится, но надо чем-то закрыть ее, чтобы остановить кровь. Она шагнула к ним и приложила сложенный бинт к боку Мирио, беря его руку в свою и кладя сверху, кинув тихое «зажми хорошенько, ладно?». Фукуда внимательно осмотрела его и после перевела взгляд на девочку. У обоих показатели стресса и страха зашкаливали, было учащенное сердцебиение, у Мирио было множество ран и травм, а линзы настойчиво выдавали «Состояние: Критическое» при взгляде на него.       — Ночноглаз! Уводи девочку! — крикнул Айзава, направляясь вместе с Мидорией к противнику.       Вольт обернулась на звук и осмотрелась. Двое людей Чисаки лежали без сознания, в помещении остался только он, и то уже был на исходе, а Сотриголова так удачно вовремя стер его причуду. Видимо, Мирио неплохо разобрался с Каем.       — Вольт, помоги мне, — позвал ее Сэр, серьезно смотря на ученицу. Девушка кивнула и подошла к Эри. Ей будет проще увести отсюда ребенка, чем парня, больше ее чуть ли не в два раза. Она укутала девочку в плащ сильнее и взяла ее на руки, а чтобы та почувствовала себя лучше, начала поглаживать по спине и приговаривать что-то ободряющее.       Ацуко вновь глянула на Мирио. И вдруг задумалась.       «Как они смогли ранить Тогату-сэмпая?» — подумала она и нахмурилась. Ведь действительно, его причуда позволяет проходить сквозь предметы, он мог бы пропустить удар сквозь себя и избежать этого ранения. Либо он пытался защитить Эри, закрывая ее своим телом, либо…       — У него в плену маленькая девочка, внучка прошлого босса «Восьми заветов». С ее помощью он создает особые пули, способные стирать причуду.       — О боже… — прошептала шокировано Ацуко.       В голове сами собой всплыли слова ее дяди. Точно. Пули, способные стирать причуду. Она рвано выдохнула и сглотнула, глянув на Эри в своих руках. Та испуганно смотрела на Ночноглаза и Лемиллиона, крепко хватаясь и комкая маленькими ручками ее белую рубашку.       — Верни мне ее! — словно раскат грома по помещению пронесся крик Чисаки, который уже направлялся в сторону Ацуко. Пребывая в своих мыслях, она совсем потеряла ход событий. Айзава лежал в стороне и двигался совсем медленно, словно что-то мешало ему, удерживало. Мидория был за стеной из выросших с пола шипов, которые создал глава якудза, и пытался разрушить их ударами ногой.       Фукуда прикидывала, что может сейчас сделать. Даже если она постарается убежать, Восстановителю ничего не стоит вновь применить причуду и преобразовать перед ней стену. Да и с девочкой на руках будет тяжело уворачиваться. Она до крови прикусила губу.       В голове пробежала мысль…       — Не надо… — прошептала испугано Эри, смотря снизу вверх на Ацуко и хватаясь за рубашку сильнее. Но девушка ее не услышала.       Она сделала шаг назад, перехватывая ребенка удобнее и смотря, не моргая, на приближающегося к ней Кая. Вольт выдохнула, собираясь с мыслями и готовясь к последствиям.       — Убегай, ну же! — крикнул Сэр, непонимающе смотря на девушку и продолжая удерживать Мирио.       …мысль, из-за которой потом Айзава наверняка прибьет ее.       — Иди-ка ты к черту! — процедила сквозь зубы Ацуко. Она сконцентрировалась, за секунду выстроила связь с Чисаки и передала ему все эмоции, которые испытывала сейчас: страх, переживания, злость. Восстановитель вдруг изменился в лице. Все его тело задрожало, а сам он начал мотать головой в разные стороны, точно сам увидел что-то страшное.       Он резко остановился. Подкашивающиеся ноги не выдержали, и мужчина упал на колени, вперив непонимающий взгляд в пол. Что с ним? Сердце колотится так, как будто он чего-то испугался, а злость, такая сильная, — сильнее, чем его собственная, чужая, он чувствует это — не дает ему нормально думать, разрывает тело.       Фукуда сжала челюсти, напрягаясь всем телом, и пошла в сторону Кая, молясь богам, чтобы ей хватило сил. Чем сильнее эмоции — тем сильнее отдача. Через несколько секунд она на время перестанет двигаться, дышать станет тяжело, будто у нее заберут весь кислород. Вольт уже и забыла, какого это. Главное успеть спрятать Эри, увести ее подальше, а Мидория и Ночноглаз наверняка справятся, она уверена, а через минуту-другую уже и она сама подтянется.       Ацуко простонала, подходя к мужчине достаточно близко. Тело все тяжелеет, руки с трудом держат крохотное тело, в глазах темнеет, а уши закладывает. Собрав все оставшиеся в ней силы, она замахнулась и ударила ногой Чисаки по лицу. Он отлетел на пару метров в сторону, а его маска пошла трещинами.       Мидория, который уже смог пробить проход в препятствии, выбежал к ребятам и увидел, что происходит. Ацуко сидит на одном колене, рядом с ней стоит Эри, но девушка продолжает прижимать ее к себе так крепко, как если бы от этого зависела ее жизнь. Она тяжело дышит, хватает ртом воздух, и не может пошевелиться. Внутри все похолодело и он бросился к ней, на ходу кинув быстрый взгляд на Восстановителя. Тот лежал на спине, но уже пытался подняться. Действие причуды продержится еще какое-то время, но совсем недолго.       — Вольт, ты как?! — нервно и быстро спросил Деку, опускаясь перед ней на одно колено и положив ладони ей на плечи. Фукуда схватила его за плечо, сжимая так сильно, словно это помогало ей оставаться в сознании.       — Надо увести Эри и… Лемиллиона, — прошептала она, заглядывая в глаза напротив. Деку поджал губы, смотря на девушку. Почему она применила эту причуду? Она же знает, что после нее бывает, ей же запрещали. И вот сейчас она сидит, еле остается в сознании, и даже не сможет за себя постоять некоторое время. Но в то же время он понимает, что это единственное, что она могла предпринять.       — Пошли, — кивнул Деку и поднялся, поднимая одноклассницу за собой. Он закинул ее руку себе на плечо, придерживая за талию одной рукой, а другой взял за руку Эри, уводя ее к стене. — Сэр Ночноглаз, надо увести Лемиллиона, Эри и Вольт!       — Идти можешь? — спросил герой у своего подопечного, кладя руку ему на плечо.       — Да, — только и ответил Тогата, кивая головой. Он прокряхтел и поднялся на подкашивающихся ногах, прижимая моток бинта к боку сильнее.       Мужчина встал и помог Мирио дойти. Он так же придерживал юношу, не давая ему свалиться, хотя тот неплохо держался, учитывая его побои. Они подошли к стене, когда Мидория уже разбил ее, проделав очередной проход.       — Вы все, уходите. Я сам разберусь с Чисаки, — сказал герой, отпуская своего подопечного и на мгновение оборачиваясь. Противник уже почти поднялся, смотря безумными глазами на них. — Ты должен увести всех, Деку.       Изуку поджал губы, но кивнул. Он не планировал уходить тоже, но Фукуда в любой момент может отключиться, хоть и на несколько секунд, и то, что она до сих пор в сознании удивляет его, да и сэмпай еле стоит на ногах.       Ацуко почувствовала, как по спине пробежали крупные мурашки, а волосы на затылке встали дыбом. Что-то не так. Что-то нехорошее происходит прямо сейчас. Она сжала ткань на плече Мидории, а другой рукой — его ладонь на ее талии, чтобы удержать равновесие. Девушка обернулась, чтобы проверить и выдохнула. Деку, заметив это, глянул на подругу, но в ту же секунду она оттолкнула его вместе с Эри в сторону.       Изуку чуть не упал, но смог устоять на ногах и удержал девочку, прижимая к себе. Что это сейчас было?       — Нет… — прошептал Лемиллион, а следом послышался звук упавшей капли, а потом еще и какое-то невнятное мычание. Это была Ацуко.       Что-то внутри Мидории натянулось, готовясь вот-вот оборваться. Кажется, он понимал, что произошло, но не мог в это поверить. Боялся повернуться и посмотреть, боялся, что его предположение подтвердится. Он задержал дыхание и медленно обернулся, до последнего надеясь, что все, что он надумал себе, окажется лишь его мыслями. Но увиденное повергло его в шок, выбивая весь воздух из легких.       Чисаки сел на колени и приложил ладонь здоровой руки к полу, ненавистно, хищно смотря на группу людей. Его тело все еще трясло, а дыхание было учащенным — эффект от причуды Ацуко продолжал действовать, хотя уже и начал проходить. Через несколько шагов от него неровным, сначала редким строем из пола торчали шипы, становясь все длиннее и гуще ближе к ребятам. Они проходили почти через все помещение, в конечном счете достигнув свою цель. Длинные и острые наконечники пронзили Фукуду, некоторые прошли насквозь, а особенно толстый пронзил хрупкое плечо.       Белоснежная, без единой складки белая рубашка тут же окрасилась красным, кровь текла по ногам, мерзко капала из ран в уже появившуюся лужу под девушкой. Ацуко тяжело дышала, неотрывно смотря на Чисаки. Она чувствовала, как рот наполнялся кровью, ощущала на языке металлический вкус, казалось, все пропахло этим запахом.       Вдруг, Чисаки застонал, лицо исказилось гримасой боли. Он посмотрел на пол под собой. Под ним тоже начала появляться лужа крови, она вытекала из его рта, раны появились на его теле непонятно откуда, и эта адская боль…       — Какого… — недоговорил мужчина, захлебываясь стоном боли. Что вообще за чертовщина? Откуда это все взялось?       Деку рвано выдохнул, смотря на эту картину. Он не мог пошевелиться, ноги приросли к полу, дыхание сперло, а в ушах стоял оглушающий звон. Неужели не спас? Неужели предсказание Сэра все-таки сбылось? Он ведь так старался — всегда был рядом, наблюдал.       Ацуко подняла дрожащие руки и крепко схватилась за воткнутые в нее шипы — одной взялась за шип в ее боку, а другой за самый большой и толстый у нее в плече. Она выдохнула, продолжая все так же смотреть на злодея. И через секунду начала отталкиваться руками и ногами, пытаясь сойти с этих шипов. Девушка вскрикнула, до последнего смотря на мужчину впереди, чувствовала, как кровь с новой силой начала стекать. Следом за ней крикнул и Чисаки, удивленно смотря на ученицу. Он обхватил себя руками, хаотично зажимал раны, боль усилилась ровно в тот момент, когда Фукуда начала сходить с остриев. В голове мелькнула догадка — владелица вуду. Он никогда их не видел, думал, что это все бредни, что их не существует, но мечтал, чтобы в его банде был такой человек. И вот он встретился с ним в бою.       — Деку, помоги мне… — прохрипела Ацуко, чувствуя, что не справляется — с этой болью, с этими эмоциями, ей казалось, что она сейчас потеряет сознание от боли, а вскоре и умрет от таких серьезных ран. Под ногами неприятно хлюпало, руки и ноги скользили от крови. Она не сможет сойти сама, ей нужна помощь.       Мидория продолжал смотреть на нее. Он не верил своим глазам. Слишком много ран, регенерация не работает… Если бы он знал, что все так обернется…       Мирио так же стоял в шоке и не мог пошевелиться. Фукуда пожертвовала собой, чтобы спасти Эри, чтобы остановить Чисаки. Но такая цена… Парень поджал губы, сжимая рукой бинт, который девушка ему дала. Он и сам всего несколько минут назад был готов дойти до конца…       Ночноглаз не мог отвести взгляд от открывшейся перед ним картины. Он знал, что так будет. Видел эту девушку в своем видении и понимал, что эта смерть неизбежна. Но как же тяжело было видеть это наяву…       — Ну же! — крикнула Ацуко, сжимая зубы до скрежета. Деку поджал губы и дернулся в сторону одноклассницы, Сэр тоже шагнул к ней, чтобы помочь. Каждый положил по одной руке на девушку, а другой схватились за шипы в качестве опоры. Ни мужчина, ни Изуку старались не смотреть на Фукуду, каждый проживал сейчас какую-то свою боль. И оба понимали, что эта верная смерть — как только раны будут открыты, кровь начнет нескончаемым потоком вытекать из нее. Сэр начал отсчет, чтобы все дернулись разом.       — Раз… Два… Три!       В следующую секунду они вытянули Ацуко под ее и Чисаки крики. Девушка зажмурилась, не вынося больше этих ощущений, и прервала связь. Но этого уже было достаточно. Кай испытал все то же самое, что и она, его раны были такими же. Вольт жмурилась и обмякла в руках Изуку, утыкаясь ему в грудь. Было больно. Очень больно. Дышать было тяжело, тело совсем ее не слушалась, а кровь ручьем вытекала из тела. Фукуда начала оседать на пол и Мидория осторожно опустил ее. Он приложил ладонь к одной из ран, пытаясь остановить кровь, поднял ее и старался зажать другую, которая была больше и глубже.       — Зачем, Фукуда-сан? — спросил шепотом Деку, забыв о всех правилах и так привычно назвав ее по фамилии. Ацуко приоткрыла дрожащие веки и откинула голову назад, заглядывая в глаза парня.       — Остановить любой ценой… — прошептала она ему в ответ, вспоминая слова полицейского, и выдавила слабую улыбку. Глаза начали слезиться, и девушка прикрыла их, всего на секунду, и по щекам скатились слезы, смешиваясь с каплями крови на лице.       Было больно не только от этих смертельных ран. Было больно от того, что так многое осталось несделанным. Ацуко понимала, что уже не станет настоящим героем, не закончит обучение в академии, больше никогда не увидится с друзьями и родителями; у нее больше не будет возможности завести отношения, в первый раз поцеловаться, она уже не сможет признаться в любви тому, кто сейчас склонился над ней, и многое-многое другое. Черт, да она всего лишь подросток, который только начал нормально жить! И все это оборвалось сейчас. Но она продолжала прижиматься к объекту своей симпатии, чувствуя его тепло.       Сэр Ночноглаз с силой сжал челюсти, смотря на пару. Он знал, что так будет, но не мог ничего поделать. Смог лишь только… предупредить своего подопечного.       Сэр сидел за столом у себя в кабинете и перебирал бумаги. Услышав копошение в стороне, он кинул взгляд из-под полуопущенных ресниц на своих подопечных. Мирио и Изуку собирали вещи и готовились уже идти домой. Настроение у них было не из лучших, накануне он собственноручно отдали Чисаки маленькую девочку, а теперь полным ходом готовится миссия по спасению этой самой девочки. И эти двое как никто особенно ощущают всю ответственность.       Мужчина выдохнул.       — Мидория, задержись на минутку, — сказал герой, смотря, как и всегда, серьезно на подростка, что уже стоял у двери. Он повернулся и посмотрел на наставника вопросительным взглядом.       — Я подожду тебя у входа, — сказал ему Тогата и вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Изуку посмотрел на закрытую дверь и взялся руками за лямки своего портфеля. Повернувшись к герою, парень подошел к его столу.       — Вы что-то хотели мне сказать? — спросил Деку и выжидающе посмотрел в его глаза. Мужчина выдохнул и опустил взгляд на свои руки.       — Да, — просто ответил он и замолчал, выжидая паузу. О таком… очень непросто говорить. — Я заглянул в будущее, посмотрел кое-какие детали этой миссии.       Услышав это, Изуку встрепенулся и наклонился чуть ближе к наставнику.       — Что вы увидели?       — Рыжеволосую молодую девушку твоего возраста.       Мидория вмиг напрягся, а брови сдвинулись к переносице. Речь может идти только об одном человеке, но ведь… она никак не связана с делом. Почему Сэр увидел ее?       — Она будет в смертельной опасности, — тише добавил Ночноглаз, так и не поднимая головы и продолжая смотреть на свои руки на столе.       Руки, сжимавшие лямки ярко-желтого рюкзака, сжались сильнее, до ушей донесся скрип ткани, дыхание юноши на секунду остановилось. Этого не может быть.       — Вы… уверены? — шепотом спросил Деку, напряженно смотря на героя. Тот хоть и ценит юмор, но сам не шутил, да и на такие темы он точно не стал бы этого делать.       Сэр кивнул и больше ничего не сказал, просто не мог. Но он отчетливо видел, как девушка лежит на полу в собственной крови, в ее теле множество ран. Она жмется к Изуку, будто в попытке согреться, а сам парень нежно придерживает ее за плечи и зажимает одну из ран, хоть в этом и нет смысла.       Моргнув, мужчина вернулся в реальность, а перед глазами ровна такая же картина, которую он видел. От этого сердце разрывается на маленькие кусочки.       Ацуко опустила глаза и посмотрела вперед. Она сдвинула брови к переносице и постаралась подняться, но тело совсем ослабло — она потеряла слишком много крови. Мидория проследил за ее взглядом и напрягся. Чисаки, оставляя за собой кровавый след, почти дополз по полу до своего уже мертвого товарища. Он положил руку на его маску и в следующее мгновение помещение загорелось ярким светом, а вверх поднялись столбы пыли, закрывая Чисаки от чужих взглядов.       Ацуко не могла поверить… Она потеряла много крови, не может двигаться и еле разговаривает… Так почему Чисаки Кай все еще в состоянии что-то делать?       Когда пыль осела, все увидели, во что превратился мужчина. Он отрастил две дополнительные руки с острыми когтями и черными частями плаща, его маска разорвалась надвое, сливаясь с его лицом и формируя что-то вроде пасти, а кожа покрылась черными линиями. И, что не менее страшное, он полностью исцелил все свои раны. Чисаки просто уничтожил себя и своего приспешника и слился с ним в единое целое.       — Какая печальная жизнь, да, Лемиллион, владелица вуду? — начал говорить Кай, выпрямляясь и представ перед ребятами в своем новом обличии. — Если бы вы только не связались с Эри… Со мной… Вы бы не потеряли навсегда свою причуду и жизнь. Могли бы и дальше стремиться к своим мечтам.       «Значит Тогата-сэмпай и в правду лишился своей причуды», — подумала Фукуда и поджала губы. Надо срочно их спасать.       — Надо увести… Лемиллиона и Эри, — прошептала Ацуко и подняла голову, умоляюще смотря на Деку. Тот перевел шокирующий взгляд с главы якудза на одноклассницу. Она права. Сейчас сэмпай не помощник, а девочку надо увести подальше от него.       — А ты…       — Деку, уведи их! — встрепенулась Фукуда, перебив его. С трудом она подняла руку и крепко, насколько позволяли оставшиеся силы, схватила его за запястье зажимающей ее рану руки. — Забудь обо мне!       Изуку закрыл глаза, всего на секунду, и до сих пор не мог поверить в то, что все это происходит на самом деле. Тогата-сэмпай, подающий большие надежды студент, претендующий на первое место про, стал безпричудным. А Ацуко… вряд ли доживет до конца этой операции. Если бы в ее теле оставались шипы, затыкая таким образом раны, она бы еще смогла продержаться до конца. Ее доставили бы в больницу и могли спасти. Но она сама решилась на этот поступок, даже осознавая все последствия.       — Деку, я возьму его на себя! Помоги Лемиллиону и Эри! — крикнул Сэр Ночноглаз и побежал к противнику. Как бы ему самому не было прискорбно, но Вольт уже вряд ли что-то поможет. Хотя, учитывая сколько крови девушка потеряла, удивительно, что она все еще жива. Но остальных можно успеть спасти.       Мидория сглотнул, подняв глаза на еле стоящего на ногах Мирио. Позади него все так же испуганно продолжала стоять Эри, сжимая маленькими ручками свое серое платье. Выдохнув, парень осторожно уложил Ацуко на пол. Та сморщилась, но не издала ни звука.       — Я скоро вернусь, — только и сказал он, после чего резко поднялся на ноги. Сердце колотилось как бешенное, грудь часто вздымалась, а руки, перепачканные кровью, подрагивали от напряжения и страха. Он подошел к Эри и подвел ее к Тогате, уже собираясь их увести.       Ацуко шумно выдохнула, прикрыв на пару секунд глаза. Было странное ощущение — она чувствовала, как кровь продолжала вытекать, силы покидали ее, тело становилось все легче и легче, но смерть не приходила. Почему-то Фукуда продолжала оставаться в сознании, но где-то на грани, испытывая неприятные ощущения. Это подвешенное состояние было таким неприятным — вроде и давало надежду, но мозг подсказывал, что ее уже нет.       Она повернула голову в бок, наблюдая за боем Ночноглаза и Чисаки, возможно, это последнее, что Вольт увидит, и она надеется хотя бы застать поражение противника. Для нее все происходило где-то не здесь, как будто она была далеко, а уши заложило, словно вокруг Ацуко был вакуум. Фукуда моргнула, всего на пару секунд, как она подумала, а когда открыла глаза картина, которую она увидела, ужаснула ее, заставляя все внутри оборваться окончательно.       Профессиональный герой, Сэр Ночноглаз, был повержен. Он сидел на полу, один шип прошел сквозь его руку, практически отделяя ее от тела, а другой — сквозь живот, формируя там огромную дыру.       — Нет… Нет-нет-нет… — прошептала девушка, хватаясь руками за пол, словно бы это могло ей как-то помочь, а из глаз пошли слезы, крупными каплями стекая по щекам и подбородку. Затекали в уши, попадали на губы, соленый привкус смешался с металлическим. Взгляд замылился, а после все и вовсе покрылось кромешным, непроглядным мраком. Все мысли пропали, тело расслабилось и стало таким легким, невесомым. Ацуко больше ничего не чувствовала: ни звуков, ни боли, ни прохлады неровного пола. Остались только тоска, грусть, ощущение несправедливости и поражения. А затем все это разом отпустило, подарив ей такую долгожданную свободу.