Виноват

Впервые Хэви взял гитару для игры случайно и неожиданно даже для самого себя. Тогда у всей улицы и нескольких других улиц их района отключили электричество из-за каких-то проблем с электропередачей, отчего света не было весь день. На той неделе отец был в их родном городе, находясь в гостях у дяди Чеса, в то время как Хэви и Вики остались в Колм-Сене, что мама оправдала тем, что Хэви решил остаться дома, а оставлять его одного нельзя. Закатив тогда глаза, Хэви провожал маму в холле, облокотившись об косяк двери, пока та застёгивала кожанку, поскольку осень тогда выдалась холодная. Сама мама тогда спешила в мастерскую, поскольку у них помимо очередного рабочего дня ещё был юбилей у коллеги, и, несмотря на весь мужской коллектив, Вики планировала там оторваться по полной. Тем более, что меньше чем за месяц та быстро стала своей. Скучно было неимоверно. Компьютер не работал, также как и телек. Погода была отвратительная, а сам город был изучен недостаточно хорошо, чтобы можно было гулять куда только душа потянет. Подливал масло в огонь и телефон, который Хэви забыл поставить ночью на зарядку, и тот тогда лежал дохлым где-то между подушек на кровати. Как вариант, в тот момент Хэви мог почитать что-нибудь из тех многочисленных книжек по психологии и медицине, которые ему принес отец, когда Хэви дико был заинтересован темой работы собственного головного мозга. Но, откровенно говоря, ему было так лень даже просто полистать их, так как от постоянного чтения у него уже в глазах все плыло, что он быстро откинул данную затею, отвернувшись от книг с таким выражением лица, словно увидел тарелку ненавистных ему броколлей. Ещё и учеба тогда была. И хоть она была домашней, хуже оттого она не стала. Книги большой стопкой лежали у него на комоде, прикрывая собой постеры с изображением любимых групп и где-то найденной картинки с большим рыжим котом. К слову, сам Хэви тогда был сильно удивлен такому большому количеству книг, и на мгновение у него в груди поднялся странный страх перед всеми этими книженциями, который испытывают школьники при получении списка книг на лето. Что было достаточно забавно, ведь ему в конце весны должно было исполниться восемнадцать. Проводить весь день просто втупляя в потолок было бы глупо, но так как доступа к его любимым увлечениям банально не было, Хэви в растерянности думал, чем можно было бы заняться. И в тот момент ему на глаза попалась та самая акустическая гитара, стоящая в самом углу комнаты и покрывшаяся тонким слоем пыли, что наверняка, по мнению его отца было просто недопустимо. Но при этом он же не забрал ее, предпочтя оставить в комнате сына до лучшего времени, ведь... Вдруг у того появится желание хотя бы просто попробовать? Метал тогда откровенно не знал, что делать. Осторожно обхватив гитару так, словно он держал ее впервые, Хэви удобнее устроился на кровати, пальцами на пробу дернув струны и задумчиво уставившись на гриф. Сыграв легкую, ненавязчивую мелодию, при этом не приложив особого труда, Хэви почувствовал острый укол разочарования от того, что особого удовольствия от своих способностей тот не получил. Да, он любил музыку, а гитара и вовсе была его обожаемым музыкальным инструментом, но особого интереса он не испытывал, сколько бы не играл. Нахмурившись, поняв, что он просто играет слишком лёгкие мелодии, Хэви постарался мысленно вспомнить трек, который слушал не так давно, и неожиданно осознал, что сыграть ее будет более проблематично, и оттого он... Загорелся азартом. Когда Вики пришла домой, первое, что она услышала зайдя в коридор, так это негромкую игру на гитаре из самой глубины дома, сначала грешным делом подумав, что это Глэм приехал, а позже вспомнив, что тот приедет лишь через два дня. Стоит ли говорить, что игра Хэви ее удивила? А реакция мамы на это, самого Хэви лишь вдохновила. Мысленно Хэви даже поставил перед собой цель — по возвращению электричества посмотреть видео-уроки на Ютубе, может даже отдельно посмотрев домашние версии своих любимых треков. Он настолько вдохновился самой идеей, что в голову ловко закралась мысль о том, что изучение нотной грамоты не было бы лишним. Но когда он включил компьютер в двенадцатом часу ночи, один единственный взгляд на знакомую иконку Доты выбил всякое желание изучать что-либо, и, бросив косой взгляд на гитару, а позже снова на монитор, Хэви тогда с тяжёлым вздохом поставил гитару между столом и кроватью, забыв о музыкальном инструменте. И он о нем не вспоминал даже после приезда папы, так как сразу после их семейного ужина он поспешил в свою комнату делать очередное домашнее задание.

***

Больше всего в этой жизни Хэви ненавидел кошмары. Они мучали его на протяжении трёх лет после потери памяти, лишь со временем став посещать его все реже и реже. А в первые два года, те мучали его постоянно. Долгое отсутствие было равно затишью перед бурей. Однако если в какой-то другой ситуации можно было подготовиться, то с ночными сновидениями это бы не прокатило. После очередной дискуссии с психологом насчёт его личного пространства и того, что его мысли и чувства не имеют ничего общего с восстановлением памяти, Хэви с отвратительным настроением улёгся в кровать, проклиная весь белый свет и миссис Грей в частности. Кошмары тогда не заставили себя долго ждать. Проснувшись в холодном поту, в панике открывая и закрывая рот в поиске воздуха, Хэви долго не мог прийти в себя, буквально задыхаясь от нехватки кислорода и из-за горевших в тот момент лёгких. Его как будто безжалостно душили прямо во сне. Голова кружилась неимоверно, щеки были все мокрые от слёз и пота, а сердце бешено стучалось в груди, грозясь проломить собою ребра. А ведь он даже не помнил, что именно ему снилось. Сил не хватало даже на то, чтобы просто дотянуться до кружки с водой, что стояла на столе. Будить родителей из-за такой фигни не хотелось, что бы те ему не говорили по поводу важности его самочувствия и морального состояния, и потому он ещё долго старался успокоиться, уткнувшись в подушку и безмолвно крича в нее. Было больно. Когда дыхание стало более умеренным, а тело прекратила бить крупная дрожь, Хэви смог неуклюже схватиться за ручку кружки и, слегка проливая на себя воду, сделать пару спасительных глотков. Успокоившись, тот ещё долго сидел в оглушающей тишине мрачной спальни, не поднимая взгляда от кружки, на самом дне которой были остатки воды. Поставив кружку на стол и упав на подушки, рука Хэви опустилась с края кровати, случайно задевая собой знакомую поверхность... Но не стола, а деревянного корпуса гитары. Косо посмотрев на музыкальный инструмент и недолго подумав, Хэви в тот момент слабо схватился ладонью за гриф гитары, потянув ее на себя. Он тогда даже не знал, что играл. Просто дёргал струны, после начав медленно переставлять пальцы и зажимать их на ладах, стараясь добиться идеально чистого звука, что было проблематично, учитывая мелкую дрожь рук. Когда наигрывать простые аккорды стало скучно, в голову вспышкой влетела мысль об одной из песен System Of A Down, которую, несмотря на смешанные чувства, Хэви успел послушать от скуки на досуге. Сыграв первые ноты Lonely Day, Хэви неожиданно расслабился, начав шепотом напевать припев. Где-то на затворах сознания билась мысль о том, что песня казалась непривычно родной, что было абсолютно абсурдно, ведь не сказать, что Хэви был особым фанатом данной группы. Но мотнув головой, Хэви упрямо продолжил играть дальше, несмотря на то, что песню он помнил слишком плохо, чтобы сыграть безукоризненно. Это странно задело его гордость, ведь ему говорили, что у него прирожденный талант. Но ведь даже талантливым, нужно оттачивать свои умения. От игры его тогда отвлёк тихий скрип открывшейся двери, из которой выглядывал сонный отец, недоуменно и с долей волнения смотря на сына. — Хэви, все в порядке? Хэви помнил этот тон. Тон полный беспокойства, который он хотел слышать как можно реже. Но он слышал его по сей день. Сглотнув и вновь посмотрев на зажатые пальцами струны, которые уже успели натереть подушечки пальцев до неприятного ощущения ноющей боли, отвлекающего от процесса игры, Хэви недоуменно моргнул, стараясь прийти в себя и выйти из транса. В тот момент, Хэви не без удивления понял, что игра его успокоила. Вновь посмотрев в взволнованные голубые глаза отца, Хэви тогда медленно кивнул, постаравшись улыбнуться как можно беззаботнее. — Да. Уже да. И помолчав немного, хорошенько обдумывая свою мысль, что не мог не заметить излишне внимательный отец, ждущий продолжения, Хэви с улыбкой спросил: — Научишь играть? И заметив вопросительный взгляд и безмолвный кивок в сторону гитары, осторожно кивнул в ответ, робко улыбнувшись. Ответная, широкая улыбка отца в тот момент, вызвала приятное тепло внутри.