Особенности охоты на другого хищника

Меня поражала способность мафии обводить правительство вокруг пальца. Я отправился с Фонгом, Лекарем и И-пин в путешествие, а в доме остался жить один из ковенских братьев. Причём, на законных основаниях. Ладно Пламя тумана помагает путать разум и внушать необходимое. Но как они справились со всё известной бюрократией — та ещё загадка. Свои люди на верхах? «Небо, имевшее связи с другими атрибутами, уже не способно быть в одиночестве», говорил Фонг и с того времени я ни разу не оставался один. Сложно было с привычной охотой в лесу, но тут меня прикрывал Лекарь. Мне вообще сильно помогло, что он отправился с нами. Я ожидал, что наша с ним уютная жизнь окончена, но, видимо, не одному мне было хорошо вдвоём. Вчетвером оказалось ещё лучше. — Тебе было сложно отказаться от своего имени? Отозвался, что неожиданно, Фонг. — Я не секунды не жалел. В прошлом я совершил много поступков, совсем не делающих мне чести, так что имя меньшее, чем я могу отплатить за свой гнев. Лекарь мягко гладит его по плечу, я продвигаюсь ближе и обнимаю их, укрывая теплом Небесного пламени. — Он обо мне. — сообщает китайцу златоглазый, не разрывая объятий. — И, нет. Я никогда не был привязан к своему имени, данному родителями. Но я ценю имя, данное мне моей духовной семьёй — Лекарь. Меня всё устраивает. Мы сидим, погрузившись в уютную тишину, которую в дребезги разбивает влетевшая в дом И-пин. И-пин — смесь Урагана и Облака, маленькое вертлявое торнадо в красном. Успокоить её могут только Фонг и Лекарь, я даже не пытаюсь. Я сейчас и сам не стабильный, так что или вместе с ней пущусь в суету, или пущусь в депрессию по причине… Причин много, я вчера взахлёб рыдал над детским мультиком, хоть момент был и не особо трогательным. Периодически я ухожу в Ковен и часами валяюсь в обнимку с братьями и сёстрами. Меня ломает, но не доламывает. Я всеми силами пытаюсь убедить себя и своё Пламя, что нам достаточно Ковенской семьи, Лекаря, Фонг и И-пин. Потом что-то происходит, в Ковене всегда что-то происходит, и Лекарю приходится уйти на какое-то время обратно. Я не думал, что меня это так сильно подкосит. Я сбежал из дома, не разбирая дороги и обрёл разум уже в лесу, сжимая мёртвую тушу рыси в окровавленных руках. Во рту ощущался солёный привкус свежей крови. Я обессиленно лёг прямо на неё. То, что я пытался сожрать дикого зверя, а потом влезть в его шкуру говорило само за себя. Мне было холодно. И холодно отнюдь не физически. Хоть на инстинктах я и пытался согреть тело. Я ночую в лесу, одним своим присутствием отгоняя других хищников. Пламя и свою натуру я не скрываю, так что лезть никто не решается. Утром я закидываю тушу на плечи и пламенным порталом возвращаюсь к нашему временному дому. Свет, не смотря на раннее время, горит. Иду, чуть пошатываясь от тяжести. Пламя конечно укрепляет тело, но дикая кошка тоже не пушинка. Неуверенно стучу в дверь, не зная, а можно ли мне вообще возвращаться. Фонг благородно предложил свою помощь, а я сбежал, не поставив никого в известность. Лекарь хоть записку оставил. Дверь открывается и Фонг окидывает меня обеспокоенным взглядом. — Входи. Я оставляю тушу в коридоре, не беспокоясь запачкать пол. Если что, пламя всегда может помочь. Мужчина отправляет меня в душ, беспрекословно подчиняюсь. Кровь и грязь смывается легко да и морально стало немного полегче. Ну да, вода на многое способна. На кухне мужчина готовит чай и разогревает ужин. Я несколько секунд наблюдаю за его растрепанной косой, колыхающейся из стороны в сторону, вслед за его движениями. — Фонг, можешь подойти? — он внимательно смотрит на меня и выключает плиту. Я обнимаю его за талию и утыкаюсь лицом в живот. Мы стоим так целую вечность — он мягко поглаживает меня по голове, а я… Я надышаться им не могу и если он уйдёт, я умру. Лучше смерть и забвение. — Я волновался. Давай в следующий раз отправимся туда вместе. У него красные глаза и нет, не от слез, что за глупости. Он не спал всю ночь, разыскивая или ожидая меня здесь. Волнуясь, что уже не вернусь. Он тихо предлагает мне перекусить, а меня тошнит от одной мысли о еде. Но я не могу не оценить его заботу. — Только твой чай, пожалуйста. Я действительно люблю этот чай. Зеленый чай с сушеным лотосом и добавлением капельки молока. Полторы ложки сахара с горкой, всё как я люблю. Пью чай, не выпуская его руки. Он позволяет мне, как и то, что я ложусь вместе с ним в его постель. Прошлая ночь не принесла нам ничего хорошего, кроме переживаний. Но, может быть вдвоём будет легче? — Люблю тебя. — тихо шепчу и ощущаю нежный поцелуй в шею. Словно бабочка коснулась крылом. Я задумываюсь о страстных поцелуях и о том, как это было бы неуместно между нами, но моральная усталость окончательно побеждает меня и я засыпаю. Впервые с моей новой жизни мне тепло.