Ты серьезно болен, малыш

***

- Мори Огай, - в голове как эхом проносится голос Осаму. Внутри у меня все рушиться после этих слов. Их как будто кто-то написал у меня в голове, и теперь я не могу не думать об этом. Я не понимаю.

Он не мог, этого не может быть.

Я очень тяжело переживал это, сбившее меня с толку, признание Дазая. Я осознаю, как странно я сейчас выгляжу.

Мори Огай-Мори огай

Голоса в голове твердят мне это. Я зажмурился и инстинктивно закрываю уши руками, чтобы не слышать их. Я не могу это принять, это разрушило мне мою картину мира. Я постоянно жил во лжи, в обмане. Я думал, я обрёл семью! У меня есть люди, которые будут ко мне добры и мне рады.

Он поручился за меня. Подарил мне эту дурацкую шляпу.

Человек, который, как я считал, принял меня, оказался моральным уродом. Я чувствую себя преданным. Я не могу не могу это принять. Я относился к нему с почтением, уважением, трепетом.

Теперь я его ненавижу.

Пазлы вдруг резко начали соединяться в моей голове. Хорошо скрываемое усталое выражение лица и стеклянные глаза каждый раз, когда он выходил из кабинета Мори. Еле заметные вздрагивание, когда я произносил имя босса. Долгое пребывание Осаму рядом с Мори. То, как Дазай секундно менялся в лице всякий раз, когда мы направлялись к нему. От этих осознаний мне становиться ещё хуже. Почему я не предавал значения всем этим внешним сигналам со стороны своего напарника, ему так нужна помощь. Мы были физически рядом, но эмоционально так далеки от друг друга. Почему он скрывал, ни с кем не делился, держал эту невыносимую боль, страх в себе, жил с этим , истязал себя?

Я так много раз его задирал, желал ему смерти.

Но я не представлял, не догадывался, о том, что с ним происходит. - Ты мне не веришь? , - тихо произнёс Дазай, этот вопрос вернул меня в реальность. - Я.. я верю, конечно,-искренне ответил я. Мне просто нужно это осознать, пережить, пронеслось в голове. Представляю, какое у меня сейчас выражение лица, там наверно смешался испуг недоумение и целый спектр эмоций.

Я опять взял его за руку.

Дазай, до сих пор на половину голый, сидящий на кровати, удивляется моей тактильности, но не вырывает руку. Нужно успокоиться, хотя бы на пару минут. Заземлиться. Сейчас я должен абстрагироваться, от накрывающих меня, эмоций. Дазай открывается мне, я не должен оттолкнуть его, я не хочу, чтоб он думал, что я не доверяю. Глубоко вдохнув, аккуратно я продолжаю спрашивать: - Это давно происходит?, - в моем голосе сквозит тревога.

***

- Я не помню, сколько мне было лет, когда я попал к нему, по-моему я был совсем ребёнком , - я пытаюсь погрузиться в воспоминания. - Он тогда избил тебя впервые раз?, - Чуя рефлекторно сжал мою руку, мне не больно, просто удивительно, что он без брезгливости относиться к моему телу, такому изувеченному, со страшными синяками, пугающими отметинами. Мне приятна все равно на эти его действия, но где-то в душе, меня умиляет то, с какой нежностью он держит меня за руку. Только, кажется он не понял меня, на моем лице появилась усмешка. - Ха-ха, нет. Он меня впервые изнасиловал тогда, - я хохотнул от его детской наивности, видимо, у него ещё не до конца сложились пазлы в голове , что ж, я скажу на прямую , все равно я уже потерял границы дозволенного, я рою себе яму все глубже и глубже. Ответив ему, я внутренне содрогнулся и задумался, мне страшно представить, что будет со мной после этого разговора. Я стараюсь не думать об этом, но этого не избежать, мурашки по коже. Чуя наверняка записывает это куда-то на диктофон, у него же есть какой-то хитрый план, чтобы отомстить мне , уничтожить меня, я в этом уверен. Мысли проносятся у меня в голове. Мори будет измываться надо мной и не оставит живого места. - Ау, -воскликнул я, так, ну это уже перебор, он так сжал мою руку и вывел меня из моих размышлений. -Извини я…, - он виновато поднял голову. Я увидел слёзы в его глазах, он плачет? Соленые капельки упали мне на изрезанное запястье. - Это часто происходит? , - всхлипывая, и внимательно слушая, поинтересовался рыжик. - Почти каждый раз, когда он зовёт меня к себе, Мори-сан имеет меня по семь раз в неделю, избивает меня, когда зол или недоволен чем-то. Количество синяков на моем теле, как индикатор его настроения, - я посмеялся, мне мерзко с самого себя, но я не могу по другому, я просто не умею. - Прости меня, - это было еле слышно сказано, куда-то мне в плечо, Чуя внезапно вскочил со своего табурета и обнял меня за шею. - Ты.. Ты чего?, - я обеспокоено кладу руку ему на спину, - Чуя, не плачь, пожалуйста...,- я стараюсь звучать ласково, нужно подобрать правильные слова, чтобы его успокоить, почему его так растрогало мое откровенное признание. - Дазай, прости меня, слышишь? Прости, прости, меня, пожалуйста, - он почти кричит, ещё сильнее уткнулся мне в плечо. - Я не держу на тебя зла, все хорошо, Коротышка, успокойся, пожалуйста, - я говорю честно, я не обижаюсь на него. Единственное, что меня убивает,что это все фальшиво, ложно наигранно. Он не хочет мне помочь по-настоящему, он тоже сделает мне больно. Но я готов. Я пообещал себе открыться кому-то однажды, когда будет казаться, что надежды уже нет. Когда неизбежность настолько охватит мое восприятие мира.

Я дам себя обмануть.

Чуя поднял голову, он смотрит прямо на меня, своими такими живыми глазами, слёзы текут. Я подношу руку, и аккуратно, большим пальцем смахиваю одну слезинку.

Почему-то на душе стало так тепло и грустно.

Он опять обнимает меня, ощущение чужих рук на талии знакомо мне, но это совсем другое Я хочу верить, что Чуя не будет делать мне больно. *** Я плачусь ему в плечо достаточно долго, потом пронзительно смотрю на него. Он такой потерянный, такой усталый, но безумно красивый. Его волосы, черты лица. - Я постараюсь тебе помочь , я обещаю, - в слезах клянусь ему я, повторяю как мантру. Дазай не отвечает, лишь вглядывается мне в лицо. - Ты не один, понимаешь? Я с тобой, правда, - я легонько, чтобы не травмировать трясу его за плечи, в эти слова я помещаю все своё сострадание к нему, принятие, доброту. Он лишь кивает, его пустые стеклянные глаза, он не плачет. Как я хочу, чтоб он поверил в мою искренность, чтоб Осаму действительно понимал это. - Тебе нужно поесть, Дазай, -я резко опомнился. - Не откажусь, - мой напарник чуть-чуть улыбнулся. Я не могу воспринимать его улыбку, смех, хохот, это все наполнено каким-то страхом, желанием перевести тему. Достаю из шкафа свою рубашку и протягиваю ему, он смотрит с благодарностью, ему некомфортно от вида собственного тела. Я больше не держу на него никакой обиды, ни за глупые обзывательства, ни за задирания.

Я лишь хочу, чтоб он простил меня, за мои грубые импульсивные поступки , нечаянно брошенные фразы.

Я встаю и шагаю на кухню, Дазай идёт за мной, не сопротивляется.

***

Чуя заботливо усаживает меня за стол, накладывает мне еды, кладёт столовые приборы. Садится рядом, как мама искренне дорожащая своим ребёнком, любящая его. - Тебе не хватает только фартука, - шутливо говорю я. Он молчит, на его лице появляется совсем грустная улыбка. - Поешь, пожалуйста, хоть немного, это сложно, но необходимо, -Чуя говорит это с тревогой в голосе, но я и не думал отказываться. Он откидывается на спинку стула, смотря куда-то в потолок, локти прижаты к груди.

Тишину нарушает звонок телефона, приятная мелодия издаётся из другой комнаты.

- Я сейчас , только отвечу, - сказал он что-то в пустоту.

Сидя на кухне, у него в квартире, в его рубашке, я чувствую себя так

так интересно.

Я не хочу, чтоб это чувство пропадало. Мы кажется ненавидели друг друга ещё неделю назад. То есть, конечно, Чуя до сих пор не терпит меня. Но его знаки внимания, доброта, пусть и фальшивая, участие, так согревают меня. Пустота внутри заполняется, белая пелена в голове, без чувств кроме боли, сменяется на что-то другое. Как хорошо, что я открылся кому-то, рассказал то, что гложет меня столько лет, поделился тем, сколько насилия систематически со мной происходит. Жаль, что это так ненадолго , он никогда не захочет пятнать свою личность соприкасаясь со мной, я знаю, он предаст меня, бросит, использует, я слишком грязный, слишком мёртвый закрытый внутри, чтобы этот, наполненный жизнью, человек хотел бы искренне быть рядом со мной. Сенсорные ощущения внезапно обостряются, я прислушиваюсь к работе электроприборов, слышу чирикание птиц, шум ветра, приглушённый голос Чуи - Алло , - он отвечает на телефон как-то встревоженно. Недолгое молчание. Я слышу два имени, внутри все сжимается, я опять начинаю дрожать, возвращается тремор рук , чувство страха растёт. - Мори-Сан, насчёт него э.. Дазай он… , - по-моему он замешкался, думая что сказать. Но я не слышал дальше, я больше не контролирую своё тело, наверно я очень неприятно трясусь со стороны , голова кружится. Через пару мгновений Чуя приходит обратно, вид у него взволнованный, он видимо думал как преподнести мне что-то, мне стало так страшно. - Он хочет тебя видеть, ты не отвечал на звонки, ни ночью ни утром, - коротышка опять взял меня за руку, он отрапортовал мне это. - Сколько же я проспал, - я отвечаю испуганным голосом, я осознаю, что меня ждёт, ищу глазами часы, они на стене, время час дня. Опять все похолодело внутри, ладони затряслись, настолько, что я не мог держать палочку в свободной руке. - Ты не пойдёшь один! Мы.. мы, сейчас что-нибудь придумаем, - Чуя пытается как-то поддержать меня, успокоить. Кажется я не выдерживаю. Резко я встаю из-за стола и выдергиваю руку, начинаю истерично ходить туда-сюда по комнате, собирать свою одежду. - Дазай, подожди!, - Чуя окрикивает меня. Зачем он пытается остановить меня, разве это не удачный для него момент, чтобы осуществить его, неизвестный мне, коварный план. Я начинаю бегать по квартире. - У тебя есть марлевые бинты?, - с испугом спрашиваю я, маниакально разгребая вещи в его комнате я навожу там беспорядок. Он подходит к дверному проему - ты никуда не пойдёшь один!, - чуя стоит на проходе.

В моей голове несостыковка

Непонимание, он же хочет обмануть меня, подставить, предать, почему не пускает? - Почему? Почему ты резко так поменял отношение ко мне? Что тебе нужно от меня? что ты придумал? , - я кричу в забытье. Такие простые, детские, наивные вопросы, ставящие его в ступор. Ощущение, будто он и сам не задумывался над ответом. Его лицо совсем обеспокоенное. Я беспардонно отодвигаю его от прохода, в руках у меня моя одежда.

Нужно торопиться, нельзя заставлять его ждать, нельзя.

Чуя подбегает уже к входной двери, встаёт, закрывает ее руками. - Я не пущу! Я не пущу тебя одного!, - он кричит, упрямиться Эмоции с головой меня накрывают, из-за панического страха, тревоги, я не выдерживаю. - Чуя, что тебе нужно? Зачем ты даёшь мне надежду, окружаешь меня заботой? Ты же предашь меня! Обманешь! В чем заключается твой коварный план? - произнеся это, я начинаю задыхаться, истерика захватывает меня.

С развевающимися рыжими волосами, в уютной домашней одежде, совсем испуганный, кажется дрожащий не меньше меня.

Он смотрит на меня так вопросительно, делает вид что ничего не понимает. - Что ты такое говоришь, какой к черту коварный план? , - Чуя опять срывается на крик, он почти плачет. - Никто не хочет помочь мне! Никто никогда даже не пытался, ты думаешь, я верю в искренность твоих намерений? , - я хочу подойти к входной двери и отодвинуть его, мной управляет только чувство страха перед Мори, защитная реакция, - Ты столько раз желал мне смерти, ты ненавидишь меня.

После этих моих слов произошло то, чего я точно не ожидал.

Заплаканный он упал на колени от бессилия. - Дазай, я очень хочу помочь тебе, я никогда не ненавидел тебя, я хочу быть рядом с тобой, я не знаю какие слова подобрать, чтоб ты поверил мне, понял, что ты не один, - совсем охрипшим голосом, он высказал мне это все. Его слова до сих пор эхом звучат у меня в голове, я запомню их навсегда. Это самые тёплые, самые честные слова, которые мне говорили. Чуя, настолько отличавшийся от меня, который превосходит меня во всем, действительно хочет помочь мне. Голова опять резко закружилась, чтобы не упасть я присел на пол, совсем запутавшийся в себе, я считал, что я правильно понимаю все знаки внимания к себе и верно их трактую. Я не мог позволить себе даже в мыслях представить, как кто-то, хочет быть со мной рядом. Чуя медленно подошёл ко мне, осторожно присел рядом со мной. Своими короткими руками он опять приобнял меня за талию, столько чувств было в этом коротком прикосновении. Его растрепанные волосы лезут мне в лицо. Он закрыл глаза. - Я доверял тебе свою жизнь, полагался на тебя несчетное количество раз, ты ни разу не подводил меня, доверься мне тоже, хотя бы один разок, - тихим, сорвавшимся от крика, голосом Чуя сказал это мне. Слёзы полились и из моих глаз.

Я ненавижу себя, свой мерзкий неприятный характер.

Я чуть не оттолкнул единственного человека, питающего ко мне добрые чувства, слёзно молящего лишь об одном.

***