Four Crows

      Возвращение в «Гнездо» оказалось не самым приятным моментом. В который раз видеть эти черные стены, давящие всем своим весом. Чёрные вещи, предметы. Мертвый взгляд, бесчувственность, пустота. Все это сжимается вокруг тебя, выдавливая остатки сознания.       Рико. Его ненависть, ярость, всегда были опасностью для окружающих его людей. Жестокость пугала, но почему-то, кажется, Натаниэля забавляла безысходность Мориямы. Это смешанное чувство страха и радости.       — У него не вышло, — злорадствующая улыбка не сходила с лица Веснински, — Пускай побесится.       — Нат, это не смешно, он сейчас очень-очень зол, — французский акцент Жана звучал до боли испуганным и тихим.       — Перестань шептать, мы здесь одни, Рико нас не слышит, — пробурчал Веснински       — По твоему это смешно?! — Жан нервно обхватил себя руками.       — Смешно, как по мне это уж очень забавно, — Нат вновь показал свою фирменную отцовскую улыбку.       — Хватит! — прошипел на французском Жан. — И убери со своей рожи это, — взмах руки Моро направился на лицо напарника.       Молчание осело в комнате. Они оба смотрели друг на друга, оба придерживаются своих мыслей и взглядов. Каждый остается на своей стороне, не понимая и не принимая во внимание чужое мнение. Это была их реальность, неприятная, жестокая, но только их. Просыпаться вместе, умываться, одеваться, тренироваться, даже учеба была одна на двоих. Боль и наказания делили вместе.       — Слушай, — французская речь затихла, после скрипучего звука со стороны входной двери.       Затишье было не долгим, в комнату аккуратно вошел невысокий парень. Черно-красная форма Воронов сидела на нем идеально, полностью подходила по размеру, светло-русые волосы небрежно спадали на лицо, закрывая наполовину обзор для серо-голубых глаз.       — Можно? — парень внимательно осмотрел Жана и Натаниэля.       — Ты уже вошёл — прорычал Жан       — Заходи уже, — процедил парень. — Эта комната все равно проходной двор, кто хочет тот и заходит, — едкий комментарий, прошелся холодком по спине Жана, напоминая о «Короле»       — Он еще не приходил? — дверь захлопнулась на упоминании Рико.       — Тео, зачем ты сюда пришел! — прогремел голос Натаниэля       — Веснински, не будь последней стервой, — брякнул Ворон, усаживаясь на кровать номера 4. — Как все прошло?       Хмурость сошла на нет, просияла довольная улыбка. Нат наклонился в сторону гостя, приближая его к себе рукой за футболку. Угрожающий шепот, сопровождался блеском стальных голубых глаз:       — Какой ужас, ты такой любопытный.       Серьезное выражение лица Веснински лишь мгновение приводило в холодный ужас присутствующих. Но в тот же момент по комнате разразился смех, два голоса смешались, издевательски усмехаясь над сосредоточенном Моро.       — Два идиота! — прошипел Жан, прислонясь спиной к стене       — Не будь таким серьезным, — Натаниэль отпустил ткань чужой одежды       — Ну так, что, как все прошло? — в который раз спросил Тео       Рассказ был достаточно долгим и красочным, во всех деталях, Веснински было что рассказать, злорадство и ликование Ната отразилось на чужом лице. Восторженные глаза сияли не высказанными овациями занятному игроку Лисов.       — Даже жаль, что такой забавный парень не с нами, — Тео устроился удобнее, полностью прикасаясь к стене.       — Захотел себе напарника? Так плохо жить одному? — забавляющийся голос Натаниэля, прозвучал у самого уха. Он растянулся около Тео, прислонясь плечом к нему.       — А почему бы и нет? Тебе разве не в кайф жить с Моро, — это был не вопрос, а скорее утверждение слетевшее с губ Ворона. — Вы цифорки так гармонично смотритесь вместе.       Смех расплылся по комнате, накрывая волной всех. Кажется, даже Моро не задело это шуточное высказывание, а может он просто хотел, чтобы так оно и было.

***

      Методичная мелодия будильника настойчиво звучала под подушкой, ожидая полного пробуждения. Светлые пряди волос спадали на сонное лицо. Рука в черной повязке потянулась к настойчивому звуку, прекращая утренние мучения. Голова вновь упала, пустой взгляд проделывал отверстие в потолке, пока около уха слышалась чужая возня.       Утро было самое надоедливое время для Эндрю. В него входило много всего, например, пробуждение, даже надоедливые постукивания чайной ложки о бортики кружки Ники, но что больше он не переносил так — это утренние тренировки. Они проходили одинаково однообразно, ссоры, крики, занудные высказывания старших Лисов. Все это сопровождается под употреблением гребаных таблеток, увеличивая агрессию, меняя ее из пассивной в активную. Едкие замечания быстро перетекают в обстреливание Лисов мячами. Сет был человеком с отвратным характером, который подливает, всегда, масла в огонь, становясь конечной точкой агрессии Эндрю Миньярда.       Оторжение и пустое состояние после тренировки, заменилось отходняком от таблеток, ведь сегодня пятница. Вечер и ночь, которую они втроем проведут в Колумбии.