Humanity

Причиной грубого обращения к Тэхёну стало ошибочное первое впечатление. После его последнего похода в магазин Чон Чонгук понял, что он с его братом знакомы и стал расспрашивать про этого паренька. Мол, не высокомерный ли? Богатый что-ли? У Юна от таких вопросов глаза на лоб полезли. Простой паренёк из деревни, так ещё и богатый? Тогда что уж тут забыл? Хотя, дело такое.. Чонгук то здесь что-то забыл как оказалось. Объяснил ему откуда такая одежда у простого жителя деревни. Ведь она сыграла большую роль в этой каше. Чонгук начал корить себя за грубое обращение. И пообещал себе, что извинится. *** Солнце светит ярко, аж глаза сжимаются от ярких лучей. Хочется полежать так ещё, совсем немного. Но пора вставать и выполнять все свои привычные обязанности по дому. Сегодня проснулся в одиннадцать. Все понимают, устал, замотался с этими постоянными подготовками и зубрежками, так ещё и по дому помогает. Бабушка отправила засоню в душ, а сама принялась греть еду. Без внука никогда не ест, а дед же наоборот, лишь бы поесть и пойти за свои дела. Тэхён выходит из душа и направляется на кухню, чувствуя запах вкусного супа. У бабули всё вкусно. — Садись дорогой! — бабушка ставит тарелку супа на стол. — Вот я дурёха! Про хлеб то забыла! Тэхён, дорогой мой, сходи купи хлебушка. — Бабуль, я и без хлеба наемся, — не было желания идти туда вновь. — Если не пойдёшь, три касушки ешь. По другому никак, — вот может же заставить. Ну не съест он столько. Много и так не кушает, стройный парень. Волосы за это время высохли, сегодня погода жаркая. Тэхён надел шорты чёрного цвета, а сверху белую большеватую для него футболку. Хлеб, так хлеб. Не разговаривать. Нужно просто с ним не разговаривать. Тэхён повторяет это себе из раза в раз. Уже подходя к магазину выдыхает и открывает дверь. Надежда на смену Юн Хвана была, но оказалось ничтожна. Ведь за прилавком сидел никто иной как грубиян. — Здравствуйте, хлеб остался? — подал голос Тэхён. — Что ж ты спишь до обеда? Конечно разберут. — Я.. — начал было оправдываться. —Хорошо, я тогда пойду, — сухо ответил юноша направляясь к выходу. — Остался, — убедительно подтвердил продавец. А после положил на прилавок буханку свежего хлеба. — Спасибо, — проговорил нерешительно, а после добавил. — Сколько? — Нисколько, иди, — ровным тоном произнёс продавец и начал делать вид, что в магазине много работы, лишь бы на Тэхёна не смотреть. — Пожалуйста скажите сколько. Я не нуждаюсь в подачках, — спокойным тоном заверил юноша. — Я уже сказал, — поступил ответ без интонации. Зрительного контакта всё также нет, потому что он его избегает. Тэхён положил пять тысяч вон на место где лежал хлеб, до того как он попал в его руки, и поспешно удалился из магазина. Лишь бы не разговаривать с ним. Чонгук, который не успел ничего возразить, хмыкнул себе под нос от такого упрямства. Не уж то нельзя было взять хлеб за бесплатно. Для Тэхёна нельзя было. Суп и в правду был вкусным. Только вот не знает, да и не узнает Тэхён как ему достался хлеб, который живьем с утра пораньше разбирают. Чонгук забирал хлеб для себя с братом, но увидев бледного юношу с бегающими глазами, решил, что он нуждается больше. День прошёл мимоходом, будто и не было этого дня, но дурная голова Тэхёну покоя не давала, поэтому он весь день думал об этом парне, снова. *** Утро снова наступило. Может хоть этот день чем нибудь запомнится? Изо дня в день то же самое. За исключением парня из магазина, который «задаривает» его подарками. По правде говоря, он вызвал в юноше интерес, это стало заметно, когда с самой первой встречи Тэхён то и дело думал о нём и о том, что с ним связано. Юноша мысленно выстроил перед собой стену с правилами, одним из которых является не приходить в магазин, если нет на то нужды. Но не учёл одного — нужда в Чонгуке была сильная, сильнее чем в газировке во время ужасной жары. — Здравствуйте, — Тэхён кланяется и пытается незаметно разглядеть лицо продавца. — Здравствуй, что надобно? — Чонгук задаёт вопрос всё тем же суровым тоном, пересчитывая деньги в кассе. Тэхён молчит. Из-за этого продавец хмурится и направляет свой взор на покупателя. — Чего смотришь? — на лице проступило удивление. — А.. нет, ничего, — врёт юноша и направляет свой взгляд на всё, кроме Чонгука. Нервничает. — Что-то не так? — Чонгук явно не догоняет. — Мне газировку, любую, — сглатывает. — Держи, — спокойным тоном проговаривает Чонгук, протягивая апельсиновую. Тэхён не стал ждать, когда озвучат цену, но и сам спрашивать не стал. Просто протянул пять тысяч вон и задался вопросом : — Хватит? — А если нет? Что будешь делать? — заинтересовано смотрит Чонгук, застав бедного паренька врасплох. — Скажите честно, я вам так не нравлюсь, да? Или может.. я что-то сделал, что могло вам не понравится? — выдал всё что накопилось. Прямолинейность его конёк. — Извини. Вот так вот, просто «извини». — Я.. был о тебе неправильного мнения, — в подтверждение кивая, лепечет Чонгук. — А, так вот в чём дело. Ясно, — проговаривает на выдохе. В его голосе не слышится облегчение. Тэхён направляется к выходу, в то время как Чонгук говорит ему в догонку: — Завтра придёшь? — будто ждёт, хотя.. почему будто? — А вы приглашаете? Если да, то приду, — Тэхён расплывается в широкой улыбке. Чон хмыкает. — Приглашаю.