Ветра злые небылицы

Дом, милый дом. На коленях Дазая сидит маленькая девочка. И что-то увлеченно рассказывает. Шатен не сильно вслушивался. — Девочка моя. — Да, дядя Осаму? — Ты особенная. — Дазай легонько стукнул девочку по носу. — Правда? А вот остальные дети так не считают… Они меня недолюбливают… — С людьми… и крылатыми так всегда. Они бояться всего, что отличается от них. Ладно, давай расчешем твои крылья. — Хорошо. — Девочка слезла с колен Дазая и села перед ним на пол. Осаму потянулся за расчёской, и принялся укладывать перья ребенка. — Дядя Осаму, ты так нежно расчесыыапшл мои крылья, не то что воспитательницы. Дазай лишь хмыкнул. — Погоди, у меня для тебя подарок. Закрой глаза. Ребенок закрыл глаза и замер в предвкушении. Осаму скрылся в дверном проёме, после чего, судя по мягким, едва ли слышным шагам, стал сзади девочки. — Твои крылья… Они особенные. А вот ты — нет. Ребенок открыл глаза и даже не успел возмутиться, как маленькое тело упало после громкого удара. — Мда… Ты уж извини. Сковородка не лучший способ для лишения жизни человека со столь интересным экземпляром крыльев. Серые, в черную крапинку. Такие редко встретишь. Дазай отложил сковородку, и вновь ушел в другую комнату. На сей раз он вернулся с кухонным ножом. — Не очень гуманно отрезать твои крылья простым кухонным ножом, но что поделать, я ведь и не претендовал на хирурга. Покончив с грязной работой, Осаму отмыл крылья от крови, после чего высушил их и повесил в своем шкафу. — Ты. — От посмотрел на уже мертвую девочку. — Ты начинаешь вонять. Осаму поморщился, закрыл шкаф, и, там же ножом, начал разрезать тело девочки на части. Вернулся шатен домой поздно. — Вот же… — Дазай вздохнул глядя на часы. — Весь день пробегал пряча эту девчонку по всему городу. Осаму достал книгу, плюхнулся на диван, на котором ещё утром слушал детскую болтовню и, как ни в чем не бывало, приступил к чтению.

***

Дазай периодически наведывался в этот приют. Кунигиду он бесил, но и повода прогонять не давал. Он ведь просто о дался с ребенком. И тот, кажется, не видел Осаму раньше. Дети перестали так часто коситься на Чую. Видимо, им стала спокойнее, когда их спины больше не сверлил злой взгляд. Акутагава и Ацуши в последнее время отдалились. Накахару это немного настораживало. Они почти не общались ни с кем кроме друг друга, только по нужде. Но, кто он такой, чтобы лезть в их дела? Он, в конце концов, тоже не самый общительный и толпы друзей не имеет. И ему очень даже хорошо одному! А с Дазаем даже, как бы не хотелось признавать, было чуть лучше. Он оказался очень интересным собеседником, с которым можно поговорить на абсолютно любые темы. Где-то из мнения сходились. Но, если же взгляды не совпадали, те начинали спорить, что было жутко занимательно. Чуе нравилось слушать Дазая — приятный голос и манера речи ласкали слух. Удивительно, но остальные стали стали бесить его чуточку меньше. Все стало немного лучше. Это странно…

***

В свое время, Дазай очень любил посещать бар «Lupin», но со временем все реже там появлялся. Сегодня вечером, что-то «щелкнуло» в голове Осаму и он решил отправится туда. Обычно, тут не так много посетителей. Сегодня Дазаю повезло и он был один, если не считать кота. Он кто была всегда, сколько Дазай себя помнил. Кот был очень умным и всегда уступал место, когда кто-то заходил. За это, Осаму прозвал его Учителем. Желтоватый свет от лампы интересно отражался от гранёного стакана с виски, в котором плавал лёд в форме шара. Осаму всегда нравилось нажимать на холодный шарик и отпускать, позволяя тому всплыть, а затем снова «топить». Бармен молчал, и просто вытирал бокалы и стаканы. Радио в тот день сломалось. Шатен услышал как кто-то спускается по лестнице, но не придал этому особого значения, пока на его плечо не легла рука. Тот обернулся. — Федор. — Дазай. — Брюнет улыбнулся. В аметистовый глазах заиграл огонек. — Знаешь, я, почему-то, весь день думал о том, чтобы зайти сюда. Давно тут не был. А тут ещё и приятный бонус! Дазай молчал. Он не вспоминал о Достоевском и жил припеваючи, и сейчас не хотел видеть его перед собой. Федор сел рядом и заказал то же, что и Дазай. — Теперь понятно, почему меня сюда так тянуло. — По лицу Достоевского расплылась эта противная ехидная улыбочка. — Дазай, — услышав свое имя тот слегка вздрогнул. Все же, эта встреча была слишком неожиданной для него. — ты ведь тоже тут давно не был, да? Тебя тоже сюда внезапно потянуло. Веришь ли ты в судьбу? Или… в волю Божью? — Федор сложил руки в замок, поставил на них свой подбородок и, продолжая улыбаться, слегка прищурился. — Ну, тут неплохой алкоголь… — Неужели, я ошибся? — В ответ тишина. — Ладно, — Федор встал. — Я уверен, что мы ещё встретимся в скором времени. — Все возможно.

***

Этой встречи не должно было произойти! Осаму быстро скинул обувь и вбежал в зал. Он остановился. — Глубокий вдох-выдох. Затем сжал кулаки, потом выпрямил пальцы. — Ничего ведь не случилось, верно?.. — Прошептал тот.

***

— Я прочитал. — Чуя протянул книгу Дазаю. — О, и как тебе? — И правда интересно. — Я рад, что тебе понравилось. — Но я не очень такое люблю. — Дазай поднял брови. — Хм, ну, для разогрева, было неплохо, согласись. — Для какого такого разогрева? Думаешь, я не читаю? У нас приют хоть и небольшой, но библиотека есть! — Накахара нахмурился. — Теперь, у нас есть больше общих тем для разговора. — Оборвал гневную тираду шатен.- Что бы предложить тебе почитать… Может, «Чернильная кровь»? — Никогда не слышал о такой. — Решено! В следующий раз принесу тебе ее, если ы библиотеке не окажется! — Как скажешь. — Чуя отвернулся. Что-то тут нечисто. Это ощущение все его не покидало, хотя рядом с Осаму он забывал об этом чувстве и наслаждался его обществом. — Раньше… Только книги и спасали меня. Я тоже ни с кем не общался, но книги были для меня компанией получше людей. Надеюсь, для тебя они станут проводником в социум, а не заставят и вовсе отвернуться от всех. — Я не такой отшельник, как ты подумал! — Чуя сжал край лавки, на которой те сидели. — Просто они мне не интересны! — Я тебя прекрасно понимаю. — Да, Дазай. Кому, как не тебе, понимать это лучше всех. Можете нам стоит организовать свой клуб непризнанных и отвергнутых гениев? — Раздался сверху чей-то насмешливый голос. Осаму поднял голову. — Как неожиданно, Федор. Помнится, ты не очень любил прогулки в парке. — Надо же иногда выходить из дома. И погода неплохая нынче. — Взгляд полуприкрытых глаз направился на Чую. — Это, твой новый друг? — Да. — Я Федор Достоевский. — Тот протянул руку. — Накахара Чуя. — Рыжий пожал протянутую руку. — Не буду больше мешать вашей беседе. — Взгляд фиолетовых глаз продолжал сверлить Накахару, пока Достоевский не развернулся и не направился к выходу из парка. Чуя посмотрел на Дазая, и понял, что лучше не спрашивать.

***

— Да чтоб тебя… Дазай ходил из одного угла в другой. — И что же этой крысе не сиделось в своей норе? Хочешь поиграть? Будут тебе игры…