Игрок

Когда живешь рядом с кампусом Колумбийского университета, всегда есть вероятность угодить в толпу, но в ближайшем к моему дому «Банана три» больше всего народу почему-то собиралось по четвергам. Впрочем, если бы даже в кафе не было такого оживления, я бы, скорей всего, не узнал Тэмина, стоявшего в очереди прямо передо мной. Поэтому, когда он развернулся и, увидев знакомое лицо, дружески воскликнул: «Привет! Вы Гук, верно?» – я вздрогнул от неожиданности и заморгал. Этот парень застал меня врасплох. Я только что предавался мечтам о том, какой поворот могли бы принять мои дела с ТэХеном, если бы два дня назад я действовал решительней. Тогда Тэ пришел ко мне посреди ночи и быстро оказался подо мной, после чего мы оба, не раздеваясь, кончили. Воспоминание об этой ночи на текущий момент стало самым моим любимым – я постоянно обращался к нему в свободные минуты, прокручивал в голове, проигрывал разные сценарии, разгоняя кровь. Прошли годы с тех пор, как я в последний раз трахался с омегой всухую, и, черт возьми, забыл, насколько грязным и запретным это может быть. Но при виде стоящего передо мной паренька – с которым встречался Тэ – я почувствовал себя так, словно на меня вылили ушат холодной воды. Тэмин выглядел так же, как любой другой студент в этой кафешке. Он щеголял в незатейливом наряде, представлявшем собой нечто среднее между пижамой и обносками бездомного. – Ага, – сказал я, протягивая руку для пожатия. – Привет, Тэмин. Рад снова тебя видеть. Мы продвигались вперед вместе с очередью, и меня постепенно начало охватывать чувство неловкости. На вечеринке я не обратил внимания, насколько он молод – парень весь словно вибрировал и не мог устоять на месте, отчего казался вечно возбужденным. Он постоянно кивал и смотрел на меня так, словно я был большим боссом. Мысленно сравнив нас, я не мог не заметить, что выгляжу куда более официально в своем костюме. С каких это пор я стал человеком в костюме? С каких пор меня стали раздражать глупые двадцатилетние студентики? Возможно, с того дня, когда Тэ затащил меня в чью-то комнату на студенческой вечеринке, и мы занялись лучшим сексом в моей жизни. – Вам понравилось у Джонхена? Я уставился на него, пытаясь вспомнить, когда в последний раз заходил в заведение с таким названием. – Я… – Я имею в виду вечеринку, а не ресторан, – со смехом подсказал он. – Хозяином квартиры был парень по имени Джонхен. – Ах да. Вечеринка. Мне немедленно вспомнилось лицо ТэХена в тот момент, когда я сунул руку в его трусики и погладил обнаженную кожу. Я совершенно четко помнил выражение его глаз перед тем, как он кончил, – словно я делал что-то волшебное. Он выглядел так, как будто впервые ощутил подобное. – Да, вечеринка была отпадной. Повозившись со своим мобильником, Джонхен поднял глаза. Похоже, он собирался с мужеством, чтобы что-то сказать. – Вы знаете, – начал он, чуть подавшись ко мне, – я в первый раз сталкиваюсь с кем-то, кто вроде как встречается с той же омегой, с которой вроде как встречаюсь я. Довольно странно, верно? Я чуть не расхохотался. Ну что ж, эта прямолинейность точно роднила его с ТэХеном. – Почему ты думаешь, что я с ним встречаюсь? На лице Тэмина немедленно отразилось смущение. – Я просто предположил… на вечеринке мне показалось… Хитро улыбнувшись ему, я укоризненно заметил: – И все же ты пригласил его на свидание? Он рассмеялся, словно и сам удивлялся собственной дерзости. – Я был в жопу пьян! Вот и набрался смелости. Мне захотелось ему врезать, но это был бы самый лицемерный на свете поступок. У меня не было ни малейшего права испытывать негодование. – Все в порядке, – успокаиваясь, сказал я. По эту сторону баррикад мне бывать еще не приходилось, и на секунду я задумался о том, случалось ли кому-то из моих любовниц сталкиваться с соперницами в похожих ситуациях. Как неловко. Я попытался представить, что Нана или Феликс – улыбчивые, солнечные омеги, или Хенджин с Солар, редко улыбавшиеся даже в самом лучшем настроении, – стали бы делать, окажись они в моем теперешнем положении. Пожав плечами, я сказал Тэмину: – Мы очень давно знакомы с ТэХеном. Вот и все. Он рассмеялся и закивал, словно это разрешило все его сомнения. – Просто Тэ сказал мне, что уже с кем-то встречается. Я не в обиде. Он очень славный омега, и я уже сто лет как собирался пригласить его на свидание. Придется брать то, что дают, понимаете? Я уставился на кассиршу, мысленно умоляя ее поворачиваться хоть немного быстрее. К сожалению, я прекрасно понимал Тэмина. – Угу. Он снова закивал. Меня так и подмывало поделиться с ним одним правилом: иногда неловкое молчание гораздо уместней натужного разговора. Наконец-то пришла очередь Тэмина заказывать кофе, и я с облегчением вернулся к своему смартфону. Я постарался не пересекаться с пареньком взглядом, пока он не заплатил и не вышел, но все равно в груди осталась свинцовая тяжесть. Какого черта я делал? Направляясь к офису, я с каждым шагом чувствовал себя все более и более неуютно. Почти десять лет назад у меня появилась привычка определять четкие границы отношений с каждой из партнерш еще до того, как мы переходили непосредственно к сексу. Иногда этот разговор происходил, когда мы вместе уходили с какой-нибудь вечеринки, в других случаях тема вполне органично всплывала после вопроса, есть ли у меня омега. В этом случае я мог честно сказать: «Я встречаюсь с омегами, но никого особенного у меня пока нет». В тех немногих случаях, когда секс превращался в нечто более серьезное, я всегда старался объяснить свою позицию, выяснить, что думают мои омеги, и открыто обсудить, чего мы оба ожидаем от отношений. Я даже не понял поначалу, насколько меня ошеломило появление Тэмина в моей жизни и, что важнее, в жизни Тэ. Когда он затащил меня в чужую спальню, я впервые предположил, что ТэХену хочется исследовать мир сексуальных отношений со мной… и только со мной. Карма оказалась жесткой стервой. В то утро я погрузился в работу, разрываясь между тремя каталогами и горой бумажной рутины, которую всю неделю откладывал на потом. Я ответил на все звонки и договорился насчет деловой поездки в Тэджон, чтобы осмотреть несколько новых биотехнологических компаний. В общем, вкалывал без передыха. Но когда наступил вечер, голод дал о себе знать, а кофеиновый драйв давно сошел на нет, Тэ вновь прокрался в мои мысли. И тут дверь кабинета распахнулась. ХоСок, прошествовав внутрь, швырнул на мой стол огромный сэндвич, после чего плюхнулся в кресло напротив меня. – Что происходит, ЧонГук? Ты выглядишь так, словно только что обнаружил, что ДНК – это правозакрученная спираль. – Это и есть правозакрученная спираль, – педантично заметил я. – Только с левосторонними витками. – Как твой член? – Именно. Я пододвинул к себе сэндвич и развернул его. До тех пор, пока он не очутился прямо у меня перед носом и восхитительный аромат не ударил по ноздрям, я и не понимал, насколько проголодался. – Просто я много думал. – Тогда почему у тебя такой безумный вид? Много думать – это же твоя долбаная суперсила, приятель. – Смотря о чем. Я потер лицо и решил, что честность в моей ситуации предпочтительней шуток. – Я в некотором роде пребываю в растерянности. Откусив кусок, Хо смерил меня пристальным взглядом. По прошествии нескольких долгих секунд он поинтересовался: – Все дело в персике, так ведь? Я с каменным лицом уставился на него. – Ты не можешь его так называть, ХоСок. – Конечно, не могу. По крайней мере, не в его присутствии. Вообще-то я называю своего ЮнДжи Язычком, только он об этом не знает. Несмотря на паршивое настроение, я расхохотался. – Врешь. – Ладно, вру. Улыбка на его лице сменилась гримасой шутливого раскаяния. – Пошловато звучало бы, да? – Очень пошло. – Но я не мог не заметить у ТэХена пару фантастических буок. Снова фыркнув, я проворчал: – Чон ХоСок, ты и не представляешь. Он выпрямился в кресле. – Нет, не представляю. Зато, похоже, ты представляешь. Ты их видел? Не знал, что дело у вас зашло дальше этой фигни с обучением техникам соблазнения. Когда я взглянул на Хо, он смог все ясно прочесть по моему лицу: я по уши втюрился в ТэХена. – Зашли. Дела… э-э… заметно продвинулись как-то вечером. А потом еще раз пару ночей назад, – сказал я, отщипывая от сэндвича. – До секса мы не дошли, но… Увы, сегодня вечером у него свидание с другим альфой. – Движется семимильными шагами по романтической тропе, к которой так стремился, да? Я кивнул. – Похоже на то. – А он в курсе, что над тобой навис любовный грозовой фронт? Откусив от сэндвича и кинув на ХоСока возмущенный взгляд, я пробурчал: – Нет. А ты задница. – Он вроде как очень ничего себе, – осторожно заметил британец. Вытерев рот салфеткой, я откинулся на спинку кресла. «Ничего себе» явно не воздавало должного Тэ. Таких, как он, я, может, и не встречал никогда раньше. – Хо, у него полный комплект. Он веселый, милый, честный, красивый… Я чувствую, что откусил кусок не по себе. Как только слова слетели с моих губ, я понял, насколько несвойственны мне такие мысли. Странная звенящая тишина наполнила комнату, и я съежился, ожидая волны насмешек. Судя по тому, как дрогнули губы Сока, расплаты мне было не избежать. Вот черт. Хо еще пару секунд пялился на меня, а затем задрал палец, делая знак подождать, и вытащил из кармана пиджака мобильник. – Какого фига ты делаешь? – опасливо поинтересовался я. Он приложил палец к губам и нажал кнопку громкой связи, после чего мы оба услышали гудок. А потом раздался голос НамДжуна: – ХоСок? – Нам, – сказал Хо, с широченной улыбкой откидываясь на спинку кресла. – Это наконец-то произошло. Застонав, я спрятал лицо в ладонях. – У тебя начались месячные? – спросил Джун. – Поздравляю. – Нет, идиот, – со смехом ответил Сок. – Я говорю об ЧонГуке. Он без ума от одной омеги. На заднем плане раздался громкий шлепок – похоже, Джун от восторга хлопнул рукой по столу. – Великолепно! Он выглядит достаточно несчастным? ХоСок сделал вид, что разглядывает меня, после чего ответил: – Несчастней некуда. И – и! – сегодня вечером он идет на свидание с другим альфой. – О-о-о, это жестоко. И что же наш мальчик? – Смахивает на унылый мешок дерьма, как по мне, – сообщил Хо, после чего поднял брови, словно была моя очередь отвечать. – Просто буду сидеть дома, – буркнул я. – Посмотрю матч «Никсов». Не сомневаюсь, что Тэ расскажет мне все о своем свидании. Завтра. На пробежке. НамДжун на том конце линии задумчиво промычал: – Может, мне стоит поставить в известность омег? – Не говори омегам, – простонал я в ответ. – Им наверняка захочется навестить тебя и утешить, – заявил Джун. – Все равно у нас с Хо встреча за ужином. Мы не можем бросить тебя одного в таком жалком состоянии. – Ничего не жалком. Со мной все в порядке. Господи боже, – пробормотал я, – зачем я вообще открыл рот? Пропустив это мимо ушей, Нам сказал: – Сок, я все устрою. Спасибо, что дал мне знать. И трубка замолчала. Оттолкнув меня, Джин проник в мою квартиру. Его руки были заняты пакетами с едой на вынос. – Собираешься устроить у меня вечеринку? – поинтересовался я. Бросив через плечо многозначительный взгляд, он исчез на кухне. ЮнДжи, обнаружившийся у него за спиной, все еще топтался под дверью с упаковкой пива и минералкой. – Я проголодался, – покаянно признался он. – Вот и попросил Джина заказать всего понемножку. Я открыл дверь пошире, чтобы впустить вторую омегу, а затем прошел за ним на кухню. Обосновавшийся там Джин уже распаковывал провизию, вполне способную насытить семнадцать человек. – Я уже поел, – поежившись, сообщил я. – Не думал, что вы принесете с собой ужин. – Как ты мог подумать, что мы не принесем ужин? Джун сказал, что ты совершенно расклеился. А это означает пад-тай, шоколадные кексы и пиво. К тому же я видел, как ты ешь, – добавил он, ткнув пальцем в шкафчик с посудой. – Ты способен на большее. Пожав плечами, я вытащил три тарелки, столовые приборы и пиво. Выбравшись обратно в гостиную, я расставил посуду на журнальном столике. Омеги присоединились ко мне. Джин устроился на полу, ЮнДжи свернулся на диване рядом со мной, и все мы приступили к трапезе. Мы сидели перед телевизором, смотрели баскетбольный матч и обменивались непринужденными, ни к чему не обязывающими репликами. В конечном счете я был даже рад, что они пришли. Они не стали забрасывать меня тысячами вопросов по поводу моих чувств, а просто сели рядом, разделили со мной ужин, составили мне компанию. И не дали совсем потеряться в собственных мыслях. Не в первый раз омега, с которой я встречался, отправлялась на свидание с другим – однако это в первый раз меня задело. Я был рад, что ТэХен наконец-то выбрался из четырех стен и развлекается. Это и было самым странным – мне хотелось, чтобы он получил то, чего желает. Просто я бы предпочел, чтобы он желал только меня. Мне хотелось, чтобы он пришел ко мне сегодня вечером и призналсяя, что предпочитает заняться сексом со мной, бросив всю эту чехарду со свиданиями, – и дело с концом. Это было смешно, и я вел себя как величайший на свете засранец – особенно если учесть, что в свое время заставил сотню омег испытать то же, что испытывал сейчас, но хотелось мне именно этого. Да, черт возьми, я не находил себе места. Едва покончив с едой, я начал с упорством маньяка проверять часы и мобильник. Почему он не послал мне смску? Неужели у него не возникло ни одного вопроса? Неужели ему просто не хотелось сказать мне «привет»? Боже, как я себя ненавидел. – Он тебе не писал? – спросил Джин, правильно определив причину моей нервозности. Я покачал головой. – Все в порядке. Я уверен, что с ним все в порядке. – Так что же сказали Нана и Солар? – спросил ЮнДжи, поставив на стол свой стакан с минералкой. – По поводу чего? – спросил я. В комнате воцарилась тишина. Я недоуменно моргнул. – По поводу чего? – переспросил я. – По поводу того, что ты порвал отношения с ними, – подсказал мне ЮнДжи. Блин. Бли-и-и-ин. – Э-э, – сказал я, почесывая подбородок. – Технически говоря, никаких отношений я не рвал. – Значит, ты подсел на ТэХена, но не изволил сообщить двум другим своим любовницам, что испытываешь к кому-то настоящие чувства? Вместо ответа я уставился на свое пиво. Дело было не просто в том, что, реши я покончить с этим, мне предстояла неприятная беседа с Наной и Солар. Если говорить откровенно, отчасти я надеялся утешиться с ними, если с ТэХеном ничего не выйдет. Но даже мне самому такой ход казался не слишком порядочным. – Пока нет, – признал я. – Но у нас все без заморочек. Может, этот разговор вообще не нужен? Джин, нагнувшись, поставил бутылку на пол и подождал, пока я встречусь с ним взглядом. – Гук, я люблю тебя. В самом деле. Ты приглашен на нашу свадьбу и в нашу семью. Я хочу для тебя самого лучшего. Тут он сузил глаза, и я почувствовал, как поджимаются яйца. – Но я все же не посоветовал бы своему другу начинать с тобой отношения. Я бы предложил трахаться с тобой хоть до полного офигения, но чувства приберечь для кого-то другого, потому что ты маленький засранец, ничего не смыслящий в любви. Я вздрогнул, выдавил смешок и покачал головой. – Освежающая откровенность. – Я говорю совершенно серьезно. Да, ты всегда играешь в открытую со своими сексуальными партнершами. И нет, тебе нечего скрывать. Но что ты имеешь против нормальных отношений? Воздев руки, я возопил: – Ничего я не имею против нормальных отношений! Тут же вклинился ЮнДжи: – Ты с первого же дня решаешь, что ограничишься только сексом без обязательств. Затем, уже мягче, он продолжил: – Позволь, я расскажу тебе, как это выглядит с омежьей точки зрения? Когда ты молод, тебе нужен альфа, знающий, как играть в эти игры. Но когда становишься старше, ты начинаешь искать альфу, который понимает, что это уже не игра. Не успеешь опомниться, и тебе уже сколько? Тридцать один? Тэ, может, пока еще молоденький, но в душе он зрелый омега и вскоре поймет, что твоя модель отношений ему не подходит. Ты учишь ТэХена тому, как жонглировать несколькими любовниками, а лучше бы научил, каково быть любимым. Улыбнувшись ему, я потер руками лицо и проворчал: – Вы, друзья, явились сюда, чтобы прочесть мне нотацию? ЮнДжи ответил «нет», а Джин в ту же секунду выпалил «да». В конце концов ЮнДжи рассмеялся и признал: – Да. Наклонившись вперед, он положил ладонь мне на колено. – Ты такой бестолковый, Гук. Ты наш восхитительный секс-талисман. – Звучит ужасно, – хмыкнул я. – Никогда так больше не говори. Мы вернулись к баскетбольному матчу. Никакой неловкости я при этом не испытывал. Мне не надо было защищаться. Я знал, что они правы, просто не понимал, куда засунуть эту правоту, учитывая, что Тэ был сейчас на свидании с долбаным Тэмином. Конечно, для меня уже было подвигом признать, что я хочу с ним более серьезных отношений и мне не нравятся его свидания с другим альфой, но все это совершенно не имело значения до тех пор, пока Тэ думал по-другому. И, если говорить откровенно: да, я желал, чтобы он трахался только со мной, но менять что-то между нами пока не стремился. Или нет? Схватив мобильник, я проверил, не пропустил ли случайно от него смски за прошедшие две минуты. – О боже, Гук. Да просто пошли ему сообщение! – рявкнул Джин, швырнув в меня салфеткой. Я резко встал – не потому, что внял начальственным окрикам Джина, а просто потому, что сидеть на месте уже не мог. Что ТэХен делал сейчас? Где они? Уже почти девять вечера. Разве они не должны были уже закруглиться с ужином? Вообще-то, учитывая список любовных достижений Тэмина, он уже мог вернуться домой… или отправиться домой к нему. Я почувствовал, как у меня глаза лезут из орбит. Неужели он у него в постели? Занимается с ним сексом? Я быстро зажмурился и заскрипел зубами, вспомнив, как чувствовал под собой изгибы его тела и как его колени сдавливали мне бока. Только подумать, что он мог быть с этим скользким недомерком, обнаженный… Да пошло оно все! Развернувшись, я направился в спальню, но тут в руке зажужжал мобильник, и я застыл на месте. Наверное, даже коленный рефлекс не мог бы соперничать с быстротой моей реакции на вспыхнувший экран. Но, увы, это был только Хо. «Твоя пассия тут в ресторане, где мы сидим с Намом. Пять с плюсом за Проект ТэХен, ЧонГук. Он выглядит суперсексуально». Застонав, я прислонился спиной к стене коридора и набрал сообщение: «Он целуется с тем альфой?» «Нет, – ответил Хо. – Зато он все время проверяет мобилу. Перестань уже слать ему смски, ты, мелкий засранец. Вспомни, что он сейчас учится жить». Не обращая внимания на эту явную попытку меня поддеть, я снова и снова перечитывал сообщение. Я единственный регулярно писал Тэ и не послал ему за весь вечер ни одной смски. Неужели он проверял телефон с тем же маниакальным упорством, что и я? Я ускользнул в ванную, сделав вид, что намерен использовать ее по прямому назначению, но вместо этого уселся на край ванны. Я не играл с ТэХеном. Тут ЮнДжи ошибся: я знал, что это не игра. А сейчас мне даже не было весело. Все время, проведенное вдали от Тэ, я метался между диким оживлением и инфернальным отчаянием. Может, так и должно быть? Когда ты рискуешь, открываешься и ставишь все на карту, надеясь, что партнер бережно отнесется к твоим чувствам? На несколько мгновений, наполненных истошными ударами сердца, мои пальцы нависли над клавиатурой, а потом я набрал одну строчку. Перечитал ее несколько раз, проверяя интонацию, звучание и общий смысл: «ничего-такого-я-вовсе-не-схожу-с-ума-от-желания-узнать-как-ты-там-проводишь-время», и, зажмурившись, нажал на «Отправить».