Игрок

Говоря откровенно, я понятия не имел, что делаю. Я шел – шагал целеустремленно, словно мне нужно было куда-то успеть. Но вообще-то я никуда не опаздывал, и уж точно мне не следовало идти прямиком к дому ТэХена. «Ага, ко мне. Он возвращается. Буду держать тебя в курсе». При воспоминании об этом сообщении руки сами собой сжались в кулаки. В голове горели эти слова и образ ТэХена, уединившегося с Тэмином. Грудь болела в самом буквальном смысле. И мне отчего-то хотелось разбить все, на что падал взгляд. Было холодно, так холодно, что я видел пар от собственного дыхания, а кончики пальцев одеревенели, хотя я и спрятал руки глубоко в карманы. Получив его сообщение, я в ту же секунду вылетел из дома в чем был: без перчаток, в слишком легкой куртке и кроссовках на босу ногу. Все семь кварталов я злился на Тэ за то, что он со мной сделал. У меня все было отлично, пока ТэХен со своим мелющим без передыху ртом и лукавыми глазами не ворвался в мою жизнь. У меня все было отлично, пока он не сломал мою налаженную рутину. И сейчас мне хотелось, чтобы Тэмин вымелся к чертям из его квартиры, дав мне возможность подняться наверх и сказать ему, какой же он заноза в заднице и как я зол на него за то, что он выбил надежную, устойчивую почву у меня из-под ног. Но, подойдя к его дому, увидев свет в его окнах и движущиеся тени, я был рад уже и тому, что ТэХен еще не в постели под этим мерзавцем. Натянув шапку на лоб, я зарычал сквозь зубы и завертел головой, разыскивая кофейню или что-нибудь другое, чем можно занять время. Но вокруг были только другие многоквартирные здания, небольшие, давно уже закрытые магазинчики и вдалеке маленький бар. Последнее, что мне было сейчас нужно, – это спиртное. К тому же, сидя в двух кварталах от его дома, я мог с тем же успехом оставаться у себя. И сколько мне предстояло ждать? Пока он снова мне не напишет? До утра, когда они выйдут вдвоем, взъерошенные, улыбающиеся общим воспоминаниям о прошедшей ночи – о совершенстве Тэ и о жалкой неопытности Тэмина? Застонав, я поднял взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как из дома ТэХена выходит какой-то парень. Он шел, низко опустив на ветру голову и закрываясь воротником. Мое сердце пропустило удар. Это, несомненно, был Тэмин, и хотя по венам теплом разлилось облегчение, я почувствовал себя каким-то маньяком оттого, что смог узнать Тэмина с такого расстояния. Я постоял на месте, ожидая, не вернется ли он, но альфа, не замедляя шагов, двинулся вниз по улице. «Хватит, – сказал я себе. – Ты пересек черту, и пора уже возвращаться к нормальной жизни». Но что, если я был нужен ему? Возможно, мне стоило остаться и убедиться, что ТэХен в порядке, прежде чем возвращаться домой. Нахмурившись, я уставился на свой мобильник. «Если уйду отсюда, отправлюсь на пробежку», – подумал я. И плевать, что было уже почти одиннадцать вечера и адски холодно, я собирался пробежать много миль. Во мне все так гудело от облегчения, и разочарования, и нервной энергии, что я едва сумел попасть пальцем по окошку и открыть нашу с Тэ переписку. Увидев, что он уже набирает мне сообщение, я шумно выдохнул. Казалось, прошли минуты – долгие минуты, в течение которых я судорожно сжимал телефон и не мигая смотрел на экран, ожидая его сообщения. Наконец-то оно пришло, но вместо нескольких параграфов текста, которые я рассчитывал увидеть, там было только короткое: «Где ты?» Рассмеявшись, я провел рукой по волосам и набрал полную грудь воздуха. «Ладно, только не убивай меня, – написал я. – Я у твоего дома». ТэХен вышел из подъезда в тяжелом пальто, наброшенном поверх голубой шелковой блузы и черных шорт, с голыми ногами и в тапочках с физиономией лягушонка Кермита. Он зашаркал ко мне, а я застыл на месте не в состоянии даже вздохнуть. – Что ты тут делаешь? – поинтересовался он, остановившись перед моим насестом – я устроился на столбике пожарного крана. – Не знаю, – пробормотал я. А затем притянул ТэХена к себе и решительно облапал его бедра. ТэХен чуть вздрогнул, когда я сжал пальцы, – что, черт возьми, со мной происходит? – но не попытался вырваться, а, напротив, придвинулся ближе. – Гук? – Да? – сказал я, наконец-то взглянув ему в лицо. Он был просто до чертиков красив. Почти не воспользовался косметикой, зато высушил волосы так, что они падали мягкими локонами. В глазах его было то же выражение, что я запомнил с ночи в моей гостиной, когда мы терлись друг о друга на полу, или с вечеринки, когда я скользил пальцами по нежной головки его члена. Я перевел взгляд на рот Тэ, и его язычок выскользнул, увлажняя губы. – Мне действительно важно знать, зачем ты здесь. Пожав плечами, я наклонился и уперся лбом в его ключицу. – Я не был уверен, что он и правда тебе нравится, и забеспокоился, узнав, что он едет к тебе. Он сунул пальцы под воротник моей куртки, поглаживая затылок. – Кажется, Тэмин думал, что мы с ним сегодня займемся сексом. Я бессознательно сильней впился пальцами в его ягодицы и буркнул: – Не сомневаюсь. – Но… я не знаю, в чем проблема, ведь это должно быть легко, так? Не должно быть ничего сложного в том, чтобы наслаждаться сексом с человеком, который тебе нравится. А он кажется мне привлекательным. Мне с ним интересно! Он милый и заботливый. С чувством юмора, симпатичный. Я держал рот на замке, чтобы не завыть в голос. – Но когда он поцеловал меня, я не почувствовал, что растворяюсь в нем, как растворялась в тебе. Отстранившись, я снизу вверх заглянул ему в лицо. ТэХен пожал плечами. Он выглядел почти виноватым. – Он был так мил со мной сегодня, – шепнул он. – Хорошо. – И он даже не разозлился, когда я попросил его уйти. – Хорошо, Тэ. Если бы он доставил тебе неприятности, то, клянусь Богом… – Гук! Я прикусил язык. Его вмешательство меня успокоило, и я молча ждал, пока он скажет, чего хочет. Я сделал бы все, о чем он попросил, даже ползал бы на коленях. И если бы он попросил меня уйти, я бы ушел. Если бы он попросил меня помочь ему застегнуть пальто, я бы помог. – Поднимешься ко мне? Сердце застучало у меня в горле. Я смотрел на ТэХена еще несколько секунд, но он не изменил решения – не отвернулся, не рассмеялся собственным словам. Только внимательно глядел на меня, ожидая ответа. Я встал, и он чуть отодвинулся, чтобы дать мне место, но не слишком много места, так что, стоя, я почти прижимался к нему. Тэ провел руками по моим бокам и задержал ладони на бедрах. – Если я поднимусь к тебе… – начал я. Он уже кивал. – Знаю. – Не уверен, что смогу делать это медленно. Глаза ТэХена потемнели, и он сильней прильнул ко мне. – Знаю. Одна из ламп в лифте не работала, погружая кабину в странную полутень. Тэ забился в угол и смотрел на меня из темноты. – О чем ты думаешь? – спросил он. Маленький ученый – он вечно пытался меня препарировать. Я думал обо всем, и хотел всего, и паниковал, потому что, возможно, собственными руками резал последнюю нить, позволяющую держать мои чувства в узде. Думал о том, что я сделаю с этой омегой, когда мы доберемся до постели. – О многом. Даже в темноте я заметил его улыбку. – А если поточнее? – Мне не нравится, что этот альфа был у тебя в квартире. Склонив голову к плечу, ТэХен окинул меня изучающим взглядом. – Я думал, это входит в практику свиданий. Иногда альфы будут подниматься ко мне в квартиру. – Это я понимаю, – проворчал я. – Но ты спрашивал, о чем я думаю. И я тебе рассказываю. – Он хороший парень. – Не сомневаюсь. Но почему бы ему не оставаться славным парнем, который не имеет права целовать тебя? Он чуть выпрямился. – Ты что, ревнуешь? Глядя на него, я кивнул. – К Тэмину? – Меня не приводит в восторг мысль, что с тобой будет кто-то другой. – Но все это время ты по-прежнему встречаешься с Наной и Солар. Я решил пока не развеивать его заблуждение. – О чем ты думал, когда сегодня вы были вместе? Его улыбка чуть поблекла. – В основном о тебе. Думал, есть ли сегодня у тебя кто-то. – У меня сегодня никого не было. Этот ответ, похоже, выбил Тэ из колеи. Он молчал целую вечность. Мы приехали на его этаж, двери разъехались, постояли открытыми и вновь закрылись с глухим звоном. Кабина лифта замерла неподвижно до следующего вызова. – Почему? – спросил наконец ТэХен. – Сегодня суббота. По субботам у тебя Нана. – Откуда тебе это вообще знать? – спросил я, давя вспыхнувшее в груди возмущение против того, кто счел нужным поделиться с ним этой информацией. – И две последние субботы я провел с тобой. Он на секунду задумался, глядя под ноги, а потом вновь перевел взгляд на меня. – Сегодня я думал о том, что ты мог бы сделать со мной. И, помолчав, добавил: – И что я мог бы сделать с тобой. И как мне не хочется делать все это с Тэмином. Я шагнул к нему, углубляясь в тень, и провел рукой от его бедра вверх, к груди. – Скажи мне, чего хочешь сейчас. Скажи мне, к чему готов, что я могу сделать. Я чувствовал, как поднимается и опускается его грудь, как убыстряется дыхание, и погладил большим пальцем твердую горошинку соска. – Хочу, чтобы ты полизал меня там, – сказал он, и его голос чуть дрогнул. – Хочу, чтобы ты делал это, пока я не кончу. – Само собой разумеется, – шепнул я со смешком. – Когда я займусь этим, ты кончишь не раз. Он приоткрыл губы и обнял меня за талию, сильней прижимая мою ладонь к груди. – Хочу, чтобы ты встал надо мной и подрочил, когда я буду лежать на диване, и чтобы ты кончил мне на грудь. Я уже напрягся, ведь, черт, это была возбуждающая картинка. – Что еще? Тряхнув головой, он в конце концов пожал плечами и отвернулся. – Все. Секс во все отверстия моего тела. Я думал о том, как тебе нравится, когда я кусаю тебя, и как мне нравится это делать. Мы займемся сексом, и я сделаю все, что ты захочешь, чтобы было приятно не только мне, но и тебе тоже. Последняя фраза удивила меня настолько, что я на секунду лишился дара речи. – Тэ, тебя что, беспокоит это? По-твоему, я как-то прикидываюсь, делая вид, что мне приятно? Он взглянул мне в глаза. – Конечно, Гук. Я придвинулся еще ближе, так что прижался к ТэХену вплотную. Ему пришлось закинуть голову, чтобы удержать зрительный контакт. Подавшись вперед, я вдавил свой напрягшийся член ему в живот. – ТэХен. Не знаю, хотел ли я когда-нибудь кого-нибудь так же, как хочу тебя. По-моему, нет. Я думаю о том, чтобы просто целовать тебя много-много часов. Ты знаешь, о каких поцелуях я говорю? О тех, которых хватает так надолго, что уже не думаешь ни о чем другом. Он покачал головой. Его дыхание обдувало мою шею короткими, резкими порывами. – Я ничего не знаю о таких поцелуях, потому что раньше мне такого не хотелось. ТэХен просунул руки мне под куртку и под рубашку. Его ладони были теплыми, и мышцы живота дрогнули и напряглись у него под пальцами. – Я думаю о том, как лижу твой член, – продолжил я. – О том, как беру тебя прямо на полу у себя в прихожей, потому что мне не хватает терпения добраться туда, где можно заняться этим с большим комфортом. В последнее время я не хочу быть с кем-то еще, а это означает, что я провожу массу времени на пробежках или с членом в руке, мечтая, чтобы это была твоя рука. – Давай выйдем из лифта, – сказал он, мягко выталкивая меня через открывшиеся двери в коридор. Тэ никак не мог справиться с ключом от квартиры. У меня тоже дрожали руки, когда я провел ладонями от его талии и до бедер. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не вырвать у него ключ и самому не вогнать его в скважину. Когда он наконец-то одолела замок, я втолкнул его внутрь, захлопнул дверь у нас за спиной и прижал ТэХена к стене всего в паре шагов от входа. Нагнувшись, я присосался к его шее, его подбородку, запустил руки в шорты, чтобы ощутить под пальцами нежную гладкость бедер. – Ты должен сказать мне, если я действую слишком быстро. Его руки тоже дрожали, когда он зарылся пальцами мне в волосы и впился ногтями в кожу головы. – Не скажу. Я покрыл поцелуями его подбородок, затем поднялся ко рту, покусывая и посасывая кожу, пробуя на вкус каждый миллиметр его мягких губ и сладкого, жадного язычка. Мне хотелось, чтобы его язык прошелся по мне, чтобы губы оставили засосы на груди, а зубы вонзились в бедра, в ноги, в пальцы. Я ощущал себя почти как вырвавшийся из оков преступник – целовал и кусал ТэХена, отстранившись лишь для того, чтобы снять с нас обоих верхнюю одежду, стянуть через голову рубашку, расстегнуть и спустить на пол его блузу и шорты. ТэХен стряхнул шорты и шагнула прямо в мои объятия. Его грудь прижалась к моей, и мне неистово захотелось тереться о нее, наконец-то проникнуть внутрь и трахнуть его по-настоящему. Отстранившись, ТэХен взял меня за руку и повел по коридору к своей спальне, бросив через плечо легкую улыбку. Его комната оказалась просторной и аккуратной. У стены стояла большая кровать, и это единственное, что я разглядел в тот момент – кроме, конечно, самого Тэ. Он осталя в одних трусиках. Его мягкие волосы волнами рассыпались по плечам, а взгляд скользил по моей груди, шее и наконец-то уперся мне в лицо. Казалось, что в абсолютной тишине комнаты слышится глухое тиканье. – Я столько раз представлял это, – сказал ТэХен, проводя ладонями по моему животу и легонько щекоча волосы на груди. Он очертил контуры татуировки на моем левом плече, затем скользнула пальцами по предплечью. – Боже, кажется, что я думал об этом целую вечность. Но вот ты и в самом деле здесь… а я нервничаю. – Тебе незачем нервничать. – Мне легче, когда ты говоришь, что надо делать, – тихо признался он. Я положил ладонь на его грудь, сжал и, нагнув голову, втянул в рот напрягшийся сосок. Он ахнул, запустив пальцы мне в волосы. Я улыбнулся, увидев след от укуса у него под соском. – Для начала можешь снять с меня штаны. ТэХен расстегнул мой ремень и пуговицы на джинсах. Меня уже давно преследовали воспоминания о том, как дрожат его руки в минуты возбуждения. В смутном полусвете, сочившемся с улицы, я разглядывал его почти обнаженное тело: шею и грудь, изгиб талии, омежьи бедра и длинные гладкие ноги. Протянув руку, я провел двумя пальцами вниз от его пупка и между бедер, сминая ткань трусиков. Просунув палец под кружева и ощутив, как там влажно, я шепнул: – Обожаю твой член. Обожаю, когда ты мокрый. – Сначала сними штаны, – смущенно сказал он. – Потом можешь ласкать меня хоть всю ночь. Моргнув, я сообразил, что мои джинсы спущены до колен, и я стою в одних боксерах. Их ТэХен пока не снял – то ли все еще нервничал, то ли не хотел отказываться от возможности снять с меня что-то еще. Оба варианта меня устраивали. Скинув штаны, я подтолкнул Тэ спиной к кровати и заставил лечь. Затем я опустился на него. Он понемногу отползал вверх, к изголовью, глядя на меня широко распахнутыми глазами, карими и ясными, – моя притихшая, полная предвкушения жертва. На нем были светло-голубые трусики, подчеркивающие молочный оттенок кожи – он выглядел так, словно его выдули из стекла. Лишь маленькая веснушка над пупком делала его хоть немного реальным. – Ты надел их для него? – спросил я, не успев обдумать свои слова. Он посмотрел вниз, на кружево, и, пока я жадно разглядывал его полную, мягкую задницу, произнес: – Я даже не разрешил ему снять с меня блузку. Так что нет, не думаю, что надел их для него. Я целовал его, спускаясь по животу к эластичной резинке трусиков. ТэХен никогда не отличался ни пугливостью, ни робостью, но все это было таким новым. Он наблюдал за мной, опираясь на локти. Лежа на нем, я ощущал его дрожь – сердце билось так быстро, что я видел трепетание пульса на шее. Это было уже не похоже на нашу стандартную игру «Как изобразить секс-бомбу» – сейчас между нами не осталось ничего нарочитого. Все было слишком реально, и Тэ, лежащий подо мной почти обнаженный, казался слишком совершенным. Если я это испорчу, буду грызть себя всю оставшуюся жизнь. – Что ж, тогда я представлю, что ты надел их для меня. – Может, так и есть. Я потянул зубами за резинку трусов и отпустил – эластичная лента звонко щелкнула о бедро ТэХена. – А также представлю, что, голый или одетый, ты всегда думаешь обо мне. Его карие глаза взглянули на меня открыто и искательно. – По-моему, в последнее время я так и делаю. Это тебя беспокоит? Скользнув взглядом по его телу и остановившись на лице, я спросил: – С какой стати это должно меня беспокоить? – Я знаю, что происходит, ЧонГук. И я не ожидаю, что ты станешь другим. Я понятия не имел, о чем он говорит, и, если честно, понятия не имел, что тут происходит или не происходит. В кои-то веки мне не хотелось четко определять отношения до того, как они начались. Придвинувшись так, чтобы мое лицо оказалось над лицом Тэ, я наклонился, поцеловал его и прошептал: – Даже не знаю, с чего начать. Мне хотелось чего-то дикого, необузданного и немного жесткого, хотелось отсосать ему, оттрахать его и ощутить его губы на моем члене. Тут я похолодел от страха – мне подумалось, что это мимолетно, что мне подарили лишь одну ночь, и надо как-то ухитриться вместить все в несколько жалких часов. – Я не дам тебе уснуть. Глаза ТэХена расширились, и он робко мне улыбнулся. – Я не хочу спать. Затем, наклонив голову, он продолжил: – И начни с первого пункта, о котором я говорил тебе в лифте. Я покрыл поцелуями его шею, грудь, ребра, живот. Каждый дюйм его тела, подтянутого и гладкого, подрагивал под моими губами, источая желание. Он не закрывал глаза ни на секунду. Мне уже попадались омеги, любящие смотреть, но никогда при этом я не испытывал такого чувства близости, как сейчас. Когда я подобрался к местечку у него между ног, его мышцы напряглись, а дыхание стало прерывистым. Повернув голову, я взасос поцеловал внутреннюю часть бедра. – Я совсем слечу с катушек, когда поцелую тебя там. – Гук, скажи мне, что делать, – звенящим голосом попросил он. – Я никогда… – Я знаю. Ты бесподобен, – ответил я. – Тебе нравится наблюдать? ТэХен кивнул. – Почему, Вишенка? Почему ты наблюдаешь за всем, что я делаю? Он заколебался и сглотнул, не решаясь поделиться со мной. – Ты знаешь, как… Он замолчал, неопределенно дернув плечом. – То есть тебе нравится смотреть потому, что я знаю, как заставить тебя кончить? Тэ снова кивнул. Его глаза распахнулись еще шире, когда я потянул за кружевные трусики, спуская их с бедер. – Ты и сам можешь довести себя до оргазма с помощью руки. Когда ты дрочишь, ты смотришь на свою руку? – Нет. Я окончательно стащил с него трусики и отшвырнул себе за спину, на пол, прежде чем вернуться на прежнюю позицию между его раздвинутых ног. – У тебя есть вибратор? ТэХен кивнул, бросив на меня затуманенный взгляд. – Он может довести тебя до оргазма. Но разве глядя на вибратор, ты течешь, как сейчас? Я погрузил внутрь палец, затем снова приподнялся над ним и сунул тот же палец ему в рот. Он застонал, жадно слизывая собственный сок, а затем притянул меня к себе для поцелуя. У его губ был вкус секса и жаркой плоти, и, дьявол, мне тут же захотелось попробовать его саму. – Значит, тебя возбуждает, когда ты смотришь? – Гук… – А вот теперь ни к чему прикидываться скромником. Я поцеловал его, посасывая нижнюю губу. – Так, значит, ты у нас маленький инженер и изучаешь технологию того, как альфа лижет твой зад? Или тебе нравится смотреть на мои губы, когда я сосу тебе? Он провел руками вниз по моей груди и, нащупав член сквозь ткань боксеров, медленно и сильно стиснул его. – Мне нравится наблюдать за тобой. Застонав, я все же сумел выговорить: – А мне нравится, когда ты на меня смотришь. Я теряю рассудок под взглядом твоих сумасшедших карих глаз… – Пожалуйста… – А теперь отпусти и сможешь посмотреть на мой рот. – Гук, – сказал он дрожащим голосом. – Да? – Потом, после этого… Пожалуйста, не причиняй мне боль. Я замер, вглядываясь в его лицо. В его голосе звучал страх, но на лице отражалось только желание. – Не буду, – ответил я, целуя его шею, спускаясь к груди, посасывая и покусывая. Затем я опустился еще ниже. Бедра ТэХена задрожали, когда я раздвинул их и легонько дунул на его разгоряченную плоть. Он снова приподнялся на локтях, и я улыбнулся ему, прежде чем опустить голову и накрыть губами сладкое, скользкое от влаги местечко. Меня обдало жаром. Я закрыл глаза и, застонав, начал его тихонько посасывать. С задыхающимся всхлипом он откинул голову и приподнял бедра над кроватью. – О боже! Я снова улыбнулся, облизывая одну сторону, затем другую и, наконец, прижался губами к его анусу и заработал языком: круг, и еще круг, и еще. – Не останавливайся, – шепнул он. Я и не собирался. Я не мог. К языку я добавил пальцы, опуская их ниже, к самому влажному и сладкому, и, когда я протолкнул два пальца внутрь, Тэ упал на подушки и слепо потянулся к изголовью. Я видел, как он повернул голову и впился зубами в наволочку. Из горла его полились тихие, жалобные стоны, в которых удовольствие мешалось с мукой, и я сделал все возможное, чтобы интенсивность наслаждения не падала в течение одной долгой, бесконечной секунды. Он был уже на самом краю. Трахая его двумя пальцами, я вводил их все глубже, сосал все сильнее, так, что у меня втянулись щеки, все это время глядя на его идеальную грудь и длинную, прекрасную шею. Наконец я повернул запястье, и ТэХен выгнулся, вжимаясь в мои губы и кончая мне в рот. Он вскрикивал раз за разом, сокращаясь вокруг моих пальцев. Раз. Я так затвердел, что практически трахал матрас кровати. Я чувствовал, как напрягаются бедра ТэХена, наслаждался тем, как его крики становятся все более пронзительными, а руки тянутся к моим волосам – и, черт, тут он начал раскачиваться, широко раздвинув ноги, быстро работая бедрами, бессознательно трахая мое лицо в течение нескольких долгих, неподражаемых минут. Оральный секс еще никогда не доставлял мне таких ощущений, как с этой омегой, и я отдался ему, обезумев, широко распахнув рот, жадно его поглощая. Он снова с криком кончил, обдав меня сладостью и жаром и так сильно дернув за волосы, что я почти кончил заодно с ним. Я не мог закрыть глаза, ни на секунду не мог отвести взгляда от открывавшегося мне зрелища. Я сосал и сосал его шелковистую плоть, совершенно потерявшись во вкусе и в тепле Тэ. – Пожалуйста, – выдохнул он. Его ноги дрожали, а взгляд налился такой темнотой и тяжестью, какой я никогда прежде не видел. Он приподнялся на локте, задержав одну руку в моих волосах. – Иди ко мне. Стянув боксеры и проведя напрягшимся членом по его ноге, я начал подниматься выше, по пути пробуя на вкус его кожу, вылизывая ямку пупка, холмики груди, твердые горошинки сосков. Мне хотелось оттрахать каждую часть его тела: ложбинку между полужопиц, мягкие припухлые губы, нежные, умелые ручки. Но сейчас я мечтал только о том, как бы погрузиться в горячую влажность его попки. Когда ТэХен протянул руку к прикроватному столику, нашаривая пачку презервативов, его ноги раздвинулись еще шире. Рассеянно поглаживая член, я смотрел на его покрасневшую грудь, пока не понял, что Тэ протягивает упаковку мне. – Начнем, пожалуй, с одного, – хмыкнул я. Сунув пачку мне в руку, он кивнул, широко и умоляюще распахнув глаза. – Так достань его, – прорычал я. – Я не знаю, как его надевать, – очень мило захныкал он, пытаясь вскрыть пачку дрожащими пальцами. В конце концов ТэХен неаккуратно разорвал упаковку, и сквозь зияющую в картонке дыру на его живот вывалилась длинная змея презервативов. Вскрыв один пакетик из этой ленты, я протянул его ТэХену, а остальные скинул на кровать. – Это несложно. Надо вытащить его и раскатать. Его руки тряслись – я надеялся, что от предвкушения, а не от страха. Впрочем, я быстро успокоился, когда он жадно потянулся ко мне и натянул латекс на головку члена. Но я тут же заметил, что Тэ сделал это неправильно – презерватив не разворачивался. Промучившись несколько секунд, он тоже понял это и отшвырнул резинку в сторону с тихим рычанием и ругательством. После чего схватился за следующий пакет. Я так затвердел и набух и был настолько готов к бою, что заскрипел зубами, когда ТэХен вытащил следующий презерватив, пристально его изучил и лишь после этого надел на член – к счастью, на этот раз правильно. Его ладони были теплыми, а лицо оказалось так близко к моему члену, что я ощутил его возбужденное дыхание на бедрах. Мне нужно было трахнуть его. Он неловко раскатал презерватив, слишком неуверенно и бережно, так что процесс, кажется, занял целую вечность. Тэ натягивал его до невозможности медленно, словно я был сделан из стекла и вовсе не собирался оттрахать его так, чтобы кровать провалилась к соседям снизу. Наконец-то он добрался до основания члена и облегченно вздохнул, а затем улегся на спину, подавшись ко мне бедрами. Но я со злодейской ухмылкой сорвал презерватив и отшвырнул в сторону. Превозмогая агонию желания, я сказал ему: – Еще раз. Не надо так нежничать. Надень презерватив на мой член, чтобы я мог тебя трахнуть. Его темные глаза удивленно уставились на меня. Но вскоре их выражение прояснилось, словно ТэХен прочел мои мысли: «Я не хочу, чтобы ты усомнился хоть на секунду. Мой член никогда не был тверже, я только что лизал твою попку и член до тех пор, пока ты не закричал, так что не надо обращаться со мной как со стеклянной вещицей». Не отводя от меня взгляда, ТэХен вцепился зубами в пакетик, разорвал его и вытащил латексное колечко. Ощупав презерватив, он перевернул его и одним гладким, плавным движением раскатал по моему члену, крепко стиснув основание. Затем опустил руку ниже, легонько оттянул мошонку и перешел на внутреннюю сторону бедра. – Так хорошо? – шепнул он, поглаживая чувствительную кожу. Он спрашивал не улыбаясь и не хмурясь – ему просто нужно было знать. Кивнув, я провел большим пальцем по его щеке. – Ты идеален. Он откинулся назад с улыбкой облегчения. Я последовал за ним, скользя сквозь его жар, дразня его и дразня себя, – и, черт возьми, от желания у меня кружилась голова. Мои бедра напряглись, готовые к жадным толчкам, а позвоночник нетерпеливо гудел – так мне хотелось взорваться внутри этой омеги. Я не был готов к прикосновению его обнаженной груди к моей и его бедер, обхвативших мои. Это было уже слишком. ТэХен – это слишком. – Направь меня в себя. Задохнувшись, он просунул руку в зазор между нашими телами: много места я ему не оставил. Я тяжело навалился на него, теплая кожа на теплой коже, но все же он нашел меня и направил вверх, до тех пор пока я не почувствовал глубину его входа, а затем еще выше, дразняще скользя моим членом по своему влажному члену. – Возможно, я буду грубым. Он шумно выдохнул и беззвучно шепнул: – Хорошо. Хорошо. Приподнявшись, я стал наблюдать за тем, как он щекочет головкой моего члена свою влажную кожу. Затем Тэ зажмурился и тихонько застонал. – Просто… у меня давно уже этого не было, – прошептал он. Я взглянул ему в лицо. ТэХен облизнул губы, его ресницы затрепетали и распахнулись – он снова смотрел сквозь узкую щель между нашими телами туда, где его пальцы играли с моим членом. – Как давно? – спросил я. Моргнув, он перевел взгляд на меня, и его рука замерла. – Примерно три года. Чуть сморщив лоб, он продолжил: – Я занимался сексом с пятью альфами, но в общей сложности, наверное, всего восемь раз. Я действительно не знаю, что делаю, ЧонГук. Сглотнув, я нагнулся и поцеловал его в подбородок. – Ну что ж, тогда я постараюсь не быть грубым, – шепнул я, но он засмеялся и мотнул головой. – А я не хочу, чтобы ты был слишком нежным. Я поглядел на его грудь, на живот и туда, где он сжимал меня между ног. Мне хотелось ощущать своим членом его обнаженную кожу. Никогда в жизни я не занимался сексом без презерватива, но сейчас мне захотелось этого так сильно, что я затвердел еще больше. – Я сделаю все, как надо, – выдохнул я ему в шею. – Просто дай мне почувствовать себя. ТэХен дернулся подо мной, с силой направляя меня внутрь. Когда я подался вперед, его ресницы, вновь задрожав, опустились. По его шее разлился горячий румянец, а губы приоткрылись в блаженном вздохе. Я с волнением наблюдал за тем, как до него постепенно доходит, что мы собираемся делать. Я даже уловил тот момент, когда это произошло, – когда его озарило понимание, что мы сейчас займемся сексом. Он снова открыл глаза. Его взгляд упал на мои губы и сразу стал мягче. Лихорадка мгновенно улеглась. Он провел ладонями по моей груди и, обняв за шею, шепнул: – Привет. Этот взгляд, нежность, светившаяся в его глазах, заставили меня впервые понять то, что со мной происходило: я влюблялся в него. – Привет, – прохрипел я, наклоняясь к нему для поцелуя. Осознав эту простую истину, я испытал такое облегчение, что, казалось, из легких вышибли весь воздух. Я углубил поцелуй, гадая, сможет ли он ощутить по моему прикосновению, что я только что нашел имя для того, чем мы занимались, – любовь. Или он просто чувствовал свой вкус у меня на языке и понятия не имел, что весь мой мир только что сорвался со своей давно расчерченной орбиты. Я чуть отстранился, но бедрами подался вперед, неистово желая ощутить мягкость его плоти, обнимающей мою. Мне просто хотелось погрузиться в него и оставаться там, в глубине… Черт. Хорошо, горячо, черт, че-е-е-е-ерт. Когда я проник глубже, ТэХен поднял на меня взгляд, но, кажется, уже не видел моего лица. Его глаза остекленели, а с каждым вдохом из груди вылетали приглушенные утробные стоны. Затем по его лицу пробежала гримаса боли. Я проник внутрь всего на пару дюймов, и мне уже стало тесно и одновременно чертовски хорошо. Я услышал собственный голос, звучавший словно издалека: – Откройся мне, Вишенка. Двигайся вместе со мной. ТэХен расслабился и поднял ноги выше, так что я смог войти глубже. Оба мы испустили сдавленный стон. Она попробовала качнуть бедрами, полностью втянув меня внутрь, его теплые ляжки сжали мои бедра, и, не сдержавшись, я застонал снова. – Не могу поверить, что мы это делаем, – шепнул Тэ, затихая подо мной. – Знаю, – ответил я, целуя его в подбородок, щеку, уголок губ. ТэХен кивнул и приподнялся, инстинктивно давая мне понять, что я должен двигаться. Я качнулся назад, начав неспешные ритмичные движения, растворяясь в теплоте его тела. Потом я начал набирать скорость, впиваясь яростными поцелуями в его шею и теряя контроль, а затем снова замедлился и в конце концов остановился, нежно целуя его и наслаждаясь прикосновениями рук, шарящих по моей спине, заду, предплечьям и лицу. – Ты в порядке? – спросил я, возобновляя медленное движение. – Не слишком больно? – Все хорошо, – шепнул ТэХен и прильнул к моей руке, когда я смахнул с его лба влажную прядь волос. – Подо мной ты выглядишь просто идеально. Мне хотелось, чтобы напряжение в нем нарастало, чтобы, кончая с моим членом внутри, он взорвался, как бомба. ТэХен начал дрожать, когда я ускорился, но потом я снова замедлил ритм, и он зарычал от разочарования. Но я знал, что он доверяет мне, и мне хотелось показать ему, как чертовски хорошо можно без спешки заниматься только этим, часы за часами. Я поцеловал его, втянув в рот его язык и все тихие стоны, и проглотил их без остатка, словно скупец. Мне нравились эти хрипловатые звуки, и то, как часто он повторяет «пожалуйста», и то, как позволяет мне вести. Ощущение его тела подо мной, потного и податливого, разъело мое спокойствие, и от медленного ритма я перешел к быстрым и жадным толчкам. Он отвечал симметричными движениями бедер, приподнимаясь и прижимаясь ко мне. Я понимал, что он уже близко, но на сей раз не мог ни остановиться, ни замедлиться. – Тебе хорошо? – прорычал я, прижимаясь лицом к его шее. Он только кивнул в ответ, не в силах сказать ни слова. Его руки стиснули мою задницу, ногти впились глубоко в тело. Я поднял его ногу и согнул, прижав колено к плечу, а затем, совершенно утратив тормоза, начал трахать его так быстро и глубоко, как только мог. Это было невероятно, дико и пламенно – оргазм нарастал в нем сначала разлившимся под кожей румянцем, потом сокращениями мышц до тех пор, пока весь он не начал дрожать, влажный от пота и выкрикивающий подо мной что-то бессвязное в предвкушении кульминации. – Вот так, – прошептал я, силясь удержать собственный оргазм, вскипающий внизу живота. – Черт, Вишенка, ты почти… Тут его глаза закрылись, рот распахнулся, а тело изогнулось над кроватью, и он кончил с пронзительным вскриком. Я продолжал двигаться, даря ему каждую секунду наслаждения, которую мог выжать из его тела. Наконец он упал, раскинув отяжелевшие руки. Я приподнялся на локтях, глядя туда, где двигался в нем, и ощущая на себе его взгляд. – Гук, – выдохнул он, и в его голосе прозвучали одновременно восторг и усталость. – Боже мой. – Черт, мне так хорошо. Ты такой влажный. Подняв руку, он сунул палец мне в рот, чтобы я мог вкусить его сладость. Я просунул между нами руку и начал поглаживать его головку, зная, что скоро у него все заболит, но желая еще раз ощутить, как он сжимается вокруг меня. Спустя всего несколько минут он вновь изогнулся, двигая бедрами даже быстрее, чем я. – Гук… я… – Ш-ш-ш, – шепнул я, глядя, как мои пальцы скользят по его головке, а член погружается внутрь и вновь выходит наружу. – Подари мне еще один. Я закрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям: дрожь сжимавших меня бедер и ритмичное сокращение его плоти в тот миг, когда ТэХен снова кончил с хриплым, удивленным криком. Последние цепи самоконтроля лопнули, и я стал трахать его сильнее и глубже, прижимая большой палец к голавке и продлевая его оргазм. ТэХен откинул голову на подушку и впился пальцами в мои ягодицы, притягивая меня к себе и двигаясь в одном со мной ритме. Он плотно зажмурился, приоткрыл губы, а его волосы в диком беспорядке рассыпались по подушке. Никогда в жизни я не видел ничего более прекрасного. Затем, вновь открыв глаза и зачарованно глядя на меня, он провел ногтями по моей спине снизу вверх. Ощущения были нестерпимо сильными: жесткое прикосновение ногтей, мягкое тело подо мной, его широко распахнутые, неотрывно глядящие на меня глаза. – Скажи, что тебе это нравится, – прошептал он. Его губы распухлись и влажно блестели, щеки зарделись, а волосы были мокрыми от пота. – Очень нравится… – прохрипел я. – Я… я не могу думать. Его ногти вонзились глубже, грубо защипнув кожу, и, ощутив эту боль вместе с удовольствием от влажной, сжимающейся вокруг меня плоти, я мгновенно понял, что долго не продержусь. Меня переполняло жаркое, лихорадочное наслаждение. – Сильнее, – взмолился я. Он прижался ко мне, неистово кусая плечи и грудь. – Кончай, – прошипел он, властно царапая мою спину. – Я хочу почувствовать, как ты кончаешь. Меня как будто подключили к розетке – каждый дюйм моей кожи искрился от напряжения. Я смотрел вниз на него: безупречная кожа покрыта потом, на шее, плечах и подбородке ярко-красные отпечатки моих зубов. Подняв голову и заглянув ему в глаза, я не смог больше сдерживаться. Он пристально глядел на меня – он, ТэХен, та омега, которую я видел каждое утро и в которую влюблялся чуть больше всякий раз, стоило ему открыть рот. Все было по-настоящему. С громким криком я упал на него, дико содрогаясь. Меня наполнило такое острое, нестерпимое наслаждение, что я едва замечал тепло его рук, обвивших мои плечи, прикосновение его губ к моей шее и шепот – когда я начал успокаиваться, он прошептал мне на ухо: – Оставайся на мне навсегда. – Оставайся таким же открытым, – пробормотал я, скользя взглядом по его лицу. – И никогда не бойся просить того, чего хочешь. – Не буду, – шепнул он. – Сегодня я заарканил тебя, правда? Вот так просто я и попался.