Legendary

      Мик не слышал, как после его ухода Стив и Алекс горячо обсуждали произошедшее. Не слышал, как его старший брат обещал забрать у него «вредную» книгу. И, конечно же, не слышал, как во всем доме выключили свет и Алекс, последняя ушедшая из гостиной, отправилась спать.       Это было ужасно! Мик невольно прокручивал в голове его разговор со старшими, с каждым разом все больше и больше злясь. Горячие слезы потупили зрение, мальчик всхлипывал каждый раз, стоило ему вспомнить смех Стива или неодобрительный взгляд Алекс. Они не поверили ему! Да еще и посчитали больным! Этого Мик никак не мог простить старшему брату и сестре.       Несколько часов Мик так и лежал, уткнувшись щекой в подушку, которая уже успела намокнуть от его слез. Почувствовав это, парень, последний раз шмыгнув носом, сел на кровати и вытер слезы. Не в его характере пускать слезы, тем более на такие мелочи, как неодобрение старших.       Как во сне, Мик встал с кровати и подошел к окну. Раздвинув шторы, парень сел на подоконник и стал смотреть на темный амбар, в котором дремал скот. В комнате было душно. Мик приоткрыл окно и ему сразу в лицо дунул прохладный вечерний ветер. За окном пели сверчки тихо и еле слышно, но в такой гробовой тишине, что стояла в доме, их было легко услышать. Холодный ветерок привел Мика в себя, слезы окончательно высохли. Теперь напоминанием о его недавней тихой истерики были лишь покрасневшие глаза и поджатые губы.       — Несправедливо… — хрипловатым голосом сказал Мик, крепче сжав колени руками. — Не нужно мне ничье одобрение. Я сам могу решить, что мне делать!       Это было так необычно для такого всегда покладистого и дружелюбного человека, как он. Мик, видимо, тоже почувствовал какие-то перемены в себе, потому что удивленно похлопал глазами, услышав как звучит его собственный голос.       «Где же книга?»       Мик испугано бросил взгляд на стол, куда этим вечером положил «Легенды». Книги нигде не было. Мальчик соскочил с подоконника и стал лихорадочно осматривать стол, шкаф, пол, груды вещей, но нигде не мог найти старинный том.       «Неужели Стив его забрал, пока я лежал, отвернувшись к стене?!» — подумал было Мик, но тут же отбросил эту мысль.       Во-первых, он бы обязательно услышал, если бы кто-нибудь зашел в его комнату, а во-вторых он запер люк, ведущий на чердак и открыть его можно было только изнутри. Мик стал испугано озираться, словно ожидал в любом из углов увидеть таинственный силуэт человека, который украл его книгу и сейчас стоит, насмехаясь над его попытками найти ее.       — Нет-нет-нет! Моя книга! Энтити! — невольно воскликнул Мик, когда, не найдя тома под кроватью, сдался и осел на пол.       Его возглас кто-то услышал. Окно резко распахнулось. В комнату проник холодный поток воздуха, тут же охладив пыл сидящего на полу парня. Мик открыл зажмуренные глаза и удивленно уставился на подоконник. Там, к его огромному ужасу и радости одновременно, лежала его драгоценная книга открытая на какой-то из пожелтевших страниц.       — Ха-ха-ха! Никогда еще не веселился так! — обязательно бы услышал Мик, если бы в ту минуту не бросился к подоконнику, от радости не слыша ничего вокруг.       Паренек захлопнул книгу, прижав ее к себе. С души словно эндерняк свалился, так сильно Мик переживал за томик. Всего пару минут назад он был готов распрощаться с открытием, Фронтайем и Университетом, как вдруг это все снова вернулось и стало частью великолепного будущего!       Мик закрыл окно и, взяв книгу подмышку, сел обратно на кровать. Пережив сразу несколько волн эмоций, о которых ранее даже не подозревал, он устало упал спиной на одеяло, положив том на подушку.       — Я не могу больше ждать, — решительно сказал Мик через несколько минут, обращаясь к настенным часам, что настойчиво тикали, указывая стрелками на два часа ночи.       Это была правда. Уже завтра утром Стив войдет в его комнату и, пока младший спит, заберет книгу со стола, спрятав ее куда-нибудь, где Мик никогда ее не отыщет. А через несколько дней Алекс поведет его в Лайнкхарт, к известному доктору зелей, чтобы тот осмотрел ее младшего брата и сказал, чем вылечить его «приступ ненормальности». Что больше всего Мик не любил в своих старших брате и сестре, так это их святая вера в труд и их навязчивая опека в каждом вопросе. Иронично, но раньше Мик этого почему-то не замечал. А может быть, он сам себе это придумал?..       Мальчик соскочил с кровати и, стараясь не шуметь, взял в руки свою походную сумку. Мик заглянул в нее и решил ничего не вытаскивать, что осталось с похода в Крепость, так как там лежали вполне полезные книги для выживания и еда.       «Как же хорошо, что я тогда так и не притронулся к еде и оставил ее на потом! Теперь не нужно тайком пробираться на кухню!» — обрадовался Мик, улыбнувшись.

***

      Через пол часа, судя по часам, Мик был готов. Он положил в сумку факела, запасные вещи, конечно же, драгоценный том и небольшую аптечку. Он также обрадовался тому, что взял в прошлый раз ту самую ненужную кровать и не вытащил ее при возвращении. Еще в сумке поместилась фляга с водой и блокнот, в который Мик собирался записывать все подробности своего путешествия.       «Что же… Пора!» — подумал парень, подойдя к окну и открывая его.       Конечно, Мику было страшно. Конечно, он отчасти сомневался в правильности своих действий. Но он был не из тех, кто бросает дело при первой же трудности, этой чертой характера очень напоминая старшего брата и сестру.       На часах было пол третьего ночи. Мик последний раз обвел глазами свой любимый чердак, погасил лампы и потушил горящий у окна факел, после чего открыл люк на чердак и вернулся к подоконнику. Он не знал, как скоро сюда вернется, но верил, что обязательно это сделает.       Вылезая из окна на навес, что прикрывал крыльцо (окно выходило прямо на парадный вход), Мик старался не думать о том, что случится утром, но все равно невольно представлял, как в 12 часов дня, не дождавшись его, Алекс с гневом поднимется его будить, но, не найдя у себя, побежит к Стиву с испуганными глазами. Представлял, как они вдвоем будут искать его, как поднимут на ноги ближайшие деревни, но все зря. Единственное, чего боялся Мик, так это то, что по старой дружбе Стив отправиться к Нотчу за помощью и уже глава Эмиральского Королевства обязательно отыщет Мика, куда бы он не пошел.       «Но это маловероятно…» — подумал Мик, спрыгивая на землю. — «Во всяком случае, я хочу в это верить».       Повернувшись к лесу, что виднелся за домом, Мик отогнал от себя ненужные мысли и сомнения и задумался о более важных вещах. Например, куда идти дальше? В книге не было сказано, где можно найти Энтити 303, да и если бы было написано, его бы уже давно нашли. Все же Мик решил открыть том и посмотреть еще раз — может быть, он что-то упустил?       — Так-так… Ускорим процесс…       К своему удивлению, Мик, как только открыл нужную страницу, сразу же увидел на ней нужную заметку. Под перечнем свидетелей присутствия загадочного мифа значилось место, где его последний раз видели. Это были Снежные Пики, одни из самых высоких гор Королевства.       «Странно… Как я сразу не заметил этого?» — недоуменно подумал Мик, но быстро убедил себя, что просто не заметил этот мелкий шрифт под изображением Энтити.       Снежные Пики были опасным местом, где правила вечная непогода, царствовали северные ветры и обитали разные ужасные монстры. Никто никогда не забирался на самый вверх этих гор, так что вершины Пиков, что уходили за облака, были неизведанным и загадочным местом, идеально подходящим для такого же загадочного существа, как Энтити 303. Поэтому Мик даже не подумал усомниться в написанном.       Спрятав «Легенды» в сумку, Мик достал из кармана компас старшего брата. Найдя с его помощью север, парень повернулся в эту сторону, решительно глядя на таежный лес, что начинался сразу же за их распаханным полем, где Стив выращивал картофель и пшеницу. Ночной лес выглядел таинственно и устрашающе, но он был готов к темноте, взяв с собой факела.       Последний раз взглянув на родной дом, Мик зашагал на север, полностью готовый к предстоящим трудностям и открытиям.

***

      — Ух, холодно! — пробубнил Мик себе под нос, поеживаясь.       Казалось, с каждым шагом становилось все холоднее. Он уже шел несколько часов, все дальше и дальше уходя на север. Погода резко менялась, а таёжный лес быстро приобрел «звание» снежный. На голову Мику падали хлопья снега, напоминая ему о том, что следовало бы взять шапку. Парень каждые пол часа сверивался с компасом и с удивлением замечал, что каждый раз оказывался ровно на 12 градусов к востоку. Ночь давным-давно закончилась, над миром неспешно вставало солнце. По карманным часам Мик мог понять, что уже шесть часов утра, а значит именно сейчас проснулся Стив, который каждое утро отправлялся на охоту. Вряд-ли он станет подниматься на чердак, так что пока что волноваться было не о чем.       Мик не знал, сколько нужно было ещё идти до Снежных Пиков, ведь никогда там не был. Шел он прямо, а когда идёшь прямо, обязательно к чему нибудь да придёшь, так что надежды Мик не терял. Он не знал, что будет делать, когда доберется до гор. Не знал, как собирается взбираться на них уж тем более искать так что-то. Миком двигало что-то, что ранее он никогда не испытывал. Желание доказать всем и вся что он такой же заядлый путешественник, как и его брат. Такой же авантюрист, как и его сестра. Такой же смелый и сильный, как и королевские воины. Такой же умный как и… Впрочем, последнее ему доказывать было незачем.       Когда Мик вышел из тайги, то стало еще холоднее. Он попал на заснеженную долину, по которой гуляла метель, сдувая все на своем пути и замораживая все, что умеет двигаться. Нигде не было видно ни деревца, ни пещеры, где можно было переждать непогоду. На часах было двенадцать дня, но из-за темных туч и ветра казалось, будто дело идет к вечеру.       Мик помнил, что нужно делать в таких ситуациях. Не паниковать, не стоять на месте, идти, пригнувшись к земле и обязательно надеть все самое теплое, что есть. Мик нахмурился, вглядываясь в бескрайний снежный простор. Внезапно ему показалось, будто вдалеке что-то блеснуло. Парень ободрился, приняв этот блеск за присутствие человека.       «Мне страшно повезет, если это окажется чья-та хижина, в которой я смогу провести метель!» — подумал Мик и решил идти прямо к тому месту, надеясь на укрытие и помощь.       Источником блеска оказалось иглу. Мик постучал, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, пытаясь согреться собственным дыханием. Ему никто не открыл. Мик нахмурился и постучал сильнее, но все было тихо. Тогда парень толкнул двери и, к его удивлению, они легко открылись. Мик зашел внутрь, подсознательно чувствуя легкую угрозу, исходящую от этого места, хотя ничего такого в иглу не было. Здесь стояла кровать, печки и верстак, а пол накрыт красным теплым ковром.       — Здесь уютно… — пробормотал Мик, устало садясь на кровать.       За окном бушевала метель, да так, что ничего видно не было. Шум ветра звучал так тихо и отдаленно, что казалось, что это не сильные ветра, а всего лишь летний штиль на пляже. Мик никогда не думал, что снег, из которого была сделано иглу, может так хорошо согревать.       «Думаю, хозяин этого домика не сильно разозлится, если я здесь останусь» — Мик был уверен в своих мыслях.       До Снежных Пиков, казалось, осталось совсем чуть-чуть. Эти горы и так находились не так уж и далеко от их дома, а если идти быстрым шагом и без остановок, то можно было дойти до них за два-три дня.       — А если я найду себе коня, то успею к Пикам за день! — сонно пробормотал Мик, ложась на чужую кровать. Потихоньку он стал проваливаться в сон…

***

      Проснулся Мик где-то к четырем. День был в разгаре, метель закончилась, снег улегся и теперь долина вся искрилась и блестела от отраженных лучей солнца. Мик знал, что часто после таких сильных метель наступает жгучий мороз, так что верить этому беззаботному и красивому пейзажу было обманчиво.       В иглу так никто и не пришел. Мик был с уверенностью поверил, что этот домик нежилой, если бы не недавно разожженные печи. Всю ночь ему снились кошмары, самые разные, но очень жуткие, которых раньше Мик никогда не видел. А еще пареньку во сне чудилось, будто кто-то или что-то издает тихий стук снизу, но приложив ухо к ковру, Мик ничего не услышал и свалил все на усталость. В общем, путешественнику не понравилось иглу и он хотел как можно быстрее уйти отсюда.       — Так, посмотрим… — Мик вышел из иглу и достал компас, чтобы проверить, не сбился ли он с пути. — Ну, как обычно, 12 градусов на восток. Что не так с этим компасом?.. Ладно, север там!       Мик спрятал компас в карман и уверенно направил взгляд вперед. Поворачивать назад уже было нельзя — старшие уже наверняка ищут его и если Мик сейчас сдаться и придет обратно, ему неплохо так влетит. Да и вся затея оборвется.       «Не удивлюсь, если Стив поставит мне решетки на окно» — мрачно подумал Мик, но тут же прогнал из головы все мысли о доме и семье. Сейчас его должно волновать лишь его путешествие.       — Пока, иглу! Спасибо за пристанище! — помахав рукой снежному домику, Мик повернулся на север и пошел вперед, туда, где ждали его высокие и неприступные Снежные Пики…       Шел Мик долго, даже солнце уже повернуло на запад, а снежная долина все не кончалась. Он стал замерзать. Северные ночи всегда очень суровы, особенно в таких продуваемых долинах, как эта. Мик начал немного волноваться и даже паниковать. Почему долина не кончается?! По его расчетам он должен был уже давно увидеть далекие вершины Снежных Пиков, а к вечеру следующего дня уже стоять у подножья гор, но что-то очень сильно мешало парню сделать это. Это пугало.       Когда Мик, на лице которого было чуть не не написано ужасное отчаянье, снова шел, уткнувшись в компас, что-то привлекло его внимание. Мальчишка поднял наконец глаза и тут же оторопел, разинув рот. Глаза тут же отобразили внутренний ужас, что захватил всю сущность Мика. Перед ним стояло иглу. То самое иглу, с распахнутой растешь дверью…       — Что?! Не может быть! Неужели я хожу кругами? — запаниковал Мик, который тут же растерял всю свою уверенность и собранность.       «Нет-нет-нет!» — думал Мик, перешедший на бег. Он бежал прямо, никуда не отклоняясь и чуть не застонал, увидя через несколько десятков метров то самое иглу.       Мик застыл, бездумно глядя на снежный домик. Почему? Почему он не может уйти от него? Неужели это иглу проклято или типа того и удерживает всех, кто в нем побывал?!       — Ха-ха, «проклятое иглу»! Ничего глупее не слышал. Впрочем, нужно дать парню форы. А то так как-то неинтересно…       Мик потряс головой, наклонив ее в бок. Ему показалось или?.. Нет, не время! Нужно выяснить, что не дает ему уйти из долины и как освободиться от этого проклятия.       Паренек, собрав всю смелость, что у него была, в кулак и подошел к иглу. Оно было самое обычное, в нем ничего не поменялось с его ухода. С опаской Мик заглянул внутрь, но, не заметя ничего подозрительного, вошел. Печи так и работали, хотя должны были давно погаснуть. Видимо, это была одна из особенностей этого иглу.       Мик осмотрел все — кровать, печи, верстак, но так ничего и не нашел, что могло быть причиной аномалии домика. Он уже начал расстраиваться, думая, что само иглу виновато в этом и чтобы избавиться от его жуткого эффекта нужно сравнять его с землей… то есть, со снегом. Как вдруг, в очередной раз проходя по ковру, Мик почувствовал что-то твердое под ним. Парень недоуменно опустил глаза, после чего наклонился и потрогал ковер рукой. И вправду что-то твердое! Мик поспешно встал с ковра и приподнял его край. Глубоко вздохнув, паренек все-таки смог поднять тяжелый ковер и сложить его пополам, открыв взор на то, что чувствовалось под ним.       — Люк! Деревянный люк! — шокировано прошептал Мик, становясь на пол.       Под ковром в самом деле скрывался люк, ведущий куда-то под иглу. Скорее всего именно там скрывалось то, что стало причиной всех сегодняшних проблем.       Мик опустился на колени и, схватившись за ручки люка, потянул на себя. Люк со скрипящим звуком открылся. Под им начинался темный туннель вниз, по которому можно было спуститься по лестнице, ужасно старой и заметно прогнившей.       Мик сдавленно охнул. Неужели ему придется рисковать и лезть под землю? Больше всего на свете, из таких вот «животных» страхом, Мик боялся замкнутых пространств. Находясь в таких условиях, он сразу представлял, как заканчивается воздух или стенки начинают двигаться и сжимают его, а криков жертвы никто даже не слышит…       Парень сглотнул. Придется побороть свой страх и спуститься. Решился на приключения так вот тебе и первая трудность. Теперь ему уже некому помочь, как это было всегда. Теперь только он — Мик — мог решить: умереть ему здесь, в этой жуткой иглу в снежной долине или спуститься в ее подвалы, найти и уничтожить причину аномалий и с гордостью покинуть это место! Мик зарделся, его глаза заблестели. Нет, он не отступит перед первой же опасностью (хоть отступать ему и некуда)!       Мик стал спускаться, крепко держась за шаткую лестницу и молясь всем известным ему богам от Аира до Нотча, чтобы те уберегли его от падения. Вскоре туннель закончился, в внизу появился неяркий свет. Мик облегченно выдохнул. Он-то боялся, что внизу будет темно и ему придется лезть наверх за факелами, которые он оставил в иглу вместе со всеми вещами.       Наконец, конец спуска. Мик спрыгнул с лестницы и огляделся. Он находился в небольшом подвале, в котором находились стол с зельеваркой, котел, какой-то старый сундук и две… О, пресвятая Луана, клетки! Мик поджал губы, тут же проникся жалостью к тем, для кого они были сделаны.       Мик повернулся к столу, решив не приближаться к загадочным темницам. Зельеварка, как и печи, работала, в ней варилось какое-то зелье. Мик прочитал и выучил несколько томов «Зельеварения» Тонуана Вавилона и теперь мог наконец использовать свои знания и по цвету и запаху вычислить, что именно за зелье варится.       — Так-так… Это… Зелье слабости! — улыбнувшись самому себе, сказал Мик. Проверить это он, конечно, не мог, но был полностью уверен в правильности своего ответа.       Мик заглянул в сундук, но не нашел так чего-то, что могло послужить магическим артефактом иглу. Из всех сокровищ, что хранились в нем, парень решился забрать лишь золотое яблоко и несколько слитков золота, надеясь, что иглу не разозлиться на него за это, как бы абсурдно эта мысль не звучала.       Оставался только один выход — клетки. Мик очень надеялся, что из темноты на него не выпрыгнет ничего страшного, а за решетками никого не окажется. Подойдя к первой клетке, Мик несколько секунд вглядывался в темноту, после чего громко вскрикнул и отскочил от решетки, упав на холодный пол. В клетке полусидел-полулежал скелет, пустыми глазницами уставившись на него.       Немного придя в себя, Мик снова подошел к темнице скелета. По строению его костей, паренек смог понять, что это скелет не человека, а жителя-селянина. А судя по обрывкам одежды, что висела на скелете, Мик заметил, что этот селянин когда-то служил священником.       — Да благословят твою душу пресвятые Дни и Ночи! — тихо помолился Мик, так как знал, что при виде мертвых нужно молиться за них церковью.       Отойдя от клетки, Мик грустно вздохнул и на секунду забыл, что он здесь делает. Вспомнив про свою цель, Мик подошел к следующей решетки и снова чуть не упал, вскрикнув. Из темноты на него смотрел зомби в селянской одежде и накидке священника. Зомби ничего не делал, лишь смотрел, не моргая, на гостя подвала. Мику стало неуютно от мысли, что все это время зомби-житель наблюдал за ним.       — И что мне с тобой делать? — устало спросил Мик, печально глядя на зомби       Осев на пол возле его темницы, паренек притянул колени к себе и обхватил их руками. Все его старания были зря, эта иглу никогда не отпустит его и ему придется умереть здесь. Стив и Алекс никогда так и не знают, что с ним случилось и будут до конца жизни вспоминать младшего «Микки» и ругать друг друга за это. У Мика выступили слезы от воспоминаний. И возможного будущего. Впервые за все время он пожалел о том, что ушел, так ужасно поступив с людьми, любившие его. Мик шмыгнул носом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться в голос. Он еще слишком мал для таких путешествий. Он ничего не умеет, у него нет опыта, он еще не готов! Только сейчас Мик понял, почему Стив не брал его с собой в походы, почему Алекс так опекала его и заботилась, как о маленьком. Он и есть маленький! Он еще слишком мал для таких опасностей…       Мик опустил глаза. В руках он все еще держал золотое яблоко из сундука. Взглянув на решетки, за которыми сидел зомби-житель, Мик вздохнул и встал на трясущиеся ноги.       — Если уж мне уготована такая судьба, то я хотя бы буду не один… — пробормотал он и подошел к зельеварке.       Зелье слабости было уже готово. Мик взял колбу и яблоко и подошел к клетке зомби. Почувствовав запах зелья, монстр подошел к решетке. Мик тут же бросил в него зелье и сквозь прутья подкинул золотое яблоко. Когда осадок зелья осел, послышались характерные для превращения звуки и уже через несколько минут перед Миком стоял уже не зомби, а селянин с больным цветом кожи и усталыми глазами.       — Спасибо… — прохрипел житель на эмиральском, избавив Мика от страха того, что он не знает селянского.       — Не за что, я не мог вас здесь оставить. Рад, что вы говорите на эмиральском, у меня с селянским проблемы… — слабо улыбнувшись, пробормотал Мик. — Сейчас, я найду, чем сломать решетки и мы…       — Нет, — покачал головой селянин, прервав Мика. — У меня мало времени, мне нужно тебе кое-что сказать.       — Мало времени? Почему? — растерялся Мик, но житель продолжил.       — Держи, сынок, — селянин достал из складок мантии какой-то сложенный пергамент. — Слушай меня внимательно, Мик!       — Откуда вы?!..       — Слушай!.. Кхм… Следуй этой карте и сможешь выйти из долины. А если объединишь компас и ее сможешь отыскать более короткий путь к Снежным Пикам. Кхе-кхе!.. Король Ада…       Житель вдруг замолк. Посмотрев на Мика пустыми глазами, он внезапно упал, оставшись в крайне неудобной позе. Послышался неприятный хруст — это сломались кости бедного селянина. Мик ничего не сказал, его губы задрожали и он отвернулся. Он никогда еще не видел смерть раньше и не мог выдержать этого ужасного ее отражения в глазах умершего на его глазах жителя.       Мик, не оборачиваясь, подошел к лестнице и поднялся наверх. Все его вещи были на месте. Парень молча взял сумку с руки, сжал сложенную карту и вышел из иглу, на этот раз заперев двери.       Опустив глаза на карту, Мик ничего в ней не разобрал — какие-то каракули и надписи на неизвестном ему языке. Несколько минут Мик безуспешно пытался разобраться в карте, но потом сдался и просто пошел вперед, держа пергамент в руке. Он ни о чем не думал. Его мир перевернулся.       Снежная долина внезапно сменилась зеленым лугом. Мик несколько минут просто смотрел на это обилие красок, от которого даже резало глаза, после чего с усталостью упал на траву и тихо заплакал, закрыв глаза.