Cover me in sunshine

Cover me in sunshine, Shower me with good times, Tell me that the world's been spinning since the beginning, And everything will be alright.

      Когда приехавший в Бангкок из провинции Пит первым делом занялся поиском работы, он не рассчитывал, что ноги и острая материальная необходимость приведут его в фирму по оказанию услуг ухода за детьми и пожилыми людьми.       С другой стороны, почему бы и нет? Иной вакансии на горизонте все равно не маячит.       Рано лишившись родителей, Пит ещё подростком имел обыкновение возиться с многочисленными младшими кузенами, которые приезжали погостить на каникулы к их общей бабушке.       Так что нет ничего удивительного, во всяком случае, для него, что сейчас он стоит в дверях особняка молодого мужчины, которому потребовались услуги няни для его ребенка.       Наверняка, такие богачи, что он, что жена, с утра до ночи пропадают вне дома — каждый по своим делам.       Но Пит и не подозревает, как он ошибся. — Я нанимал няню. Женщину. — Знаю. Но из свободных сотрудников был только я.       И без этого не очень дружеское выражение лица становится ещё более суровым. — Даже не сомневаюсь, почему, — хозяин дома надменно поднимает бровь, а затем делает пару шагов назад, — что ж, проходите. Расскажу о ваших обязанностях.       Пит даже выдыхает. Он боялся, что развернут от порога. Ещё и компании претензии предъявят. — У вас есть какие-то рекомендации? Долго работали с детьми? — Кхун… — Вегас. Кхун Вегас. — Пит, — он складывает руки и чуть наклоняет голову. — Я запомню, — надменности в голосе не убавляется. — Итак? Вы ответите на мой вопрос? — Э-э, вообще-то, я на испытательном сроке, это будет мой первый рабочий опыт. В смысле, официальный… А так я чуть ли не с малых лет возился с детишками, моими кузенами и соседскими. — Впечатляет, — недовольно поджимают губы, — ещё не легче. Ладно. Идите за мной.       Питу так тревожно, что он лишь краем глаза успевает разглядеть обстановку: очень стильная дорогая мебель, её не так много, но из-за серых тонов всё кажется каким-то мрачным. Пит не пробыл внутри и пяти минут, но он уже испытывает то самое состояние, когда говорят «окружение давит». Стены непонятного оттенка, то ли жёлтого, то ли зелёного, только добавляют тяжеловесности.       Ладно. Может, в детской повеселей.       Пит подтягивает рюкзак на плече, что не ускользает от внимания Вегаса: — Это что? Все ваши вещи? — Да. — Хм, я заплатил за месяц вперёд. Или вас не предупредили, что работа предполагает круглосуточный присмотр за ребёнком? И это подразумевает проживание в доме, м? — Всё в порядке. Мне хватит. — Okay.       Детская, по соседству с которой располагается его потенциальная комната, находится на втором этаже. — Моя спальня в конце коридора. Но предупреждаю заранее: я нанял няню как раз для того, чтобы у ребенка не возникало желание путаться у меня под ногами. Дверь моей комнаты, соответственно, тоже табу. Got it?       Пит кивает. Манера этого Вегаса говорить, добавляя в речь английские слова в конце, выглядит забавной. — Чудно.       Моя спальня. Моей комнаты. Так он что… — Вот он.       В детской обстановка ненамного радостнее: белые стены, белая мебель, большой плюшевый медведь, который годовалого малыша скорее напугает, а не успокоит. — Как зовут вашего сына? — Сына? Этого ещё не хватало, — всё с той же холодной надменностью в голосе фыркает Вегас, — это ребенок моего отца. От второй жены. Папа погиб в аварии, а сия особа сбежала три дня тому назад, оставив Вениса спящим в его кроватке. Видите ли, я не согласился оплачивать её еженедельные траты на побрякушки. Ну а она решила наградить меня прощальным подарком в виде своего сыночка.       Питу очень неловко. И, наверное, в такой ситуации сложно не проникнуться сочувствием. Все-таки на молодого парня, — мы, возможно, ровесники, — повесили огромную ответственность. Вот только этот Вегас, даже после своих откровений, не вызывает жалости. — Понимаю вас. — Это хорошо. Так. Ребенка я вам сдал. Занимайтесь им. Всё, что нужно приготовить, — на кухню. Там отдельный шкаф с его питанием. Повар вам покажет. Его вещи здесь. И коробка с игрушками. Вчера купил ему медведя, но он только заверещал. — Ещё бы… Игрушка в ваш рост. Для него это целый монстр. — М. То есть, я похож на монстра? — Я не это имел в виду. Речь шла об игрушке. — Okay. Вот, — Вегас кладет перед ним банковскую карту, — это на расходы — еда для ребенка, одежда, — дети же растут, да?       Пит кивает. — Ага. Ну и памперсы или что там ещё надо? — Пока хватит того, что есть, — Пит успевает заметить наличие пары упаковок подгузников и пелёнок, что стоят за комодом. — Всё равно возьмите. Но имейте в виду: расходы я контролирую. Всё должно идти только на ребенка. — Да. Конечно.       Серьезно думает, что я обобрать его хочу? — Ладно. Удачи. — Спасибо… А Венис у вас всегда так крепко спит? — улыбается Пит, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. — Да не, я ему снотворного дал. Этот дьяволёнок не давал мне спать всю но… — Вы в своём уме?! — забыв про своё место и то, что перед ним его работодатель, Пит в ужасе подскакивает к кроватке. — А чего такого? Он же спит.       Пит скрипит зубами: он тупой или прикидывается? — Так, надо срочно промыть ему животик. — Как? — А вы как думаете?       Вегас отмахивается, бросая на ходу: — Разбирайтесь сами. Вам за это платят.       Не сомневался.       Пит отворачивается, ища глазами дверь в ванную: надо вымыть руки и срочно спасать малыша от безответственных действий старшего братца.