Cover me in sunshine

— Доброе утро. — Ага. Садись. Позавтракай.       Посчитав, что самое лучшее — это не заморачиваться из-за ночных шуточек Вегаса, Пит, с видом «как ни в чём не бывало», выходит на веранду с Венисом на руках. Малыша он уже успел покормить отдельно. Стол накрыт для троих взрослых, но Сомчая пока не видно поблизости.       Вегас снова пьет только кофе, не отрывая взгляда от раскрытой перед ним книги. — Ты на одной воде собираешься день провести? Поешь нормально, — кивает он снова копающемуся в тарелке Питу. — Хочешь, я уйду, м?       Пит бы спросил «а сами почему не едите», но очень не хочется нарваться на очередную двусмысленную хохму. Так что, пока малыш пытается накормить кусочком булочки своего ёжика, Пит завтракает, стараясь не пересекаться взглядом с то и дело косящимся в его сторону Вегасом. Через несколько минут появляется Сомчай. Хватает Вегаса за шею со спины и целует, причмокивая. — Ну ладно-ладно, садись уже, кофе остынет, — Вегас, снисходительно улыбаясь, высвобождается из его объятий.       Ещё через несколько минут телефон Вегаса начинает вибрировать, так что он выходит из-за стола, чтобы ответить.       Вот это зверской аппетит, — мысленно отмечает Пит, глядя на то, с какой живостью Сомчай поглощает содержимое тарелок. — Он у меня красавчик, да? — вдруг обращается парень к Питу, кивая в сторону разговаривающего по телефону Вегаса.       Пит понимает, что совсем проигнорить, как минимум, невежливо. Всё-таки это бойфренд его работодателя. — Э-э… честно сказать, я здесь ради Вениса и не могу… — Ой, да ладно тебе, чего ты какой зажатый, а? Ты же можешь сказать, красивый мужчина или нет? Что в этом такого?       Пит пожимает плечами. — Хах, ну ладно. Можешь не отвечать. Я-то знаю наверняка, что красавчик! Ещё какой!       Пит кивает, в душе надеясь, что на этом их общение окончено, но Сомчай сам подливает масла в огонь: — А вот ты ему нравишься, да-да, — подмигивает Сомчай.       Как он ни старается отнестись к его словам спокойно, Пит не может сдержать румянца. — Ай, Пит, покраснел, — Сомчай хихикает, шуточно грозя ему пальцем, — покраснел. — С чего вы взяли?       Сомчай прыскает со смеху: — Да пошутил я, пошутил. А ты повёлся, да? Ну прости. Хотел разрядить обстановку. Конечно, ты ему не нравишься.       Пит, хмурясь, играет желваками. Ещё один шутник. Ну точно стоите друг друга. — Не, только без обид, ты парень симпатичный и всё такое, но, как бы это правильно сказать, простоватый для него. Вегас всегда предпочитал более, кхм, клубный вариант, понимаешь?       Пит поднимает брови и дёргает плечами: вообще нет дела. — Ну там, чтобы не стыдно было появиться на публике. Было кем похвастаться.       О, ну ты-то на эту роль точно годишься. — Э-э, здорово, — пожимает плечами Пит. А что он ещё может ответить? — Ага. Третий месяц встречаемся — ни разу не предложил переехать к нему. А ведь я, можно сказать, установил рекорд: дольше месяца в его постели никто не задерживался… Ну ничего, — Сомчай фыркает кофе, — я его добью!       С меня хватит. — Извините, — Пит берет Вениса на руки, — мне его переодеть нужно, — не глядя на Сомчая, Пит побыстрее уносит ноги.       Лучше бы мы и правда остались дома, малыш. Всё равно твоему братцу не до тебя.       День, как и предыдущий, не приносит никаких подвижек в общении Вегаса с Венисом. Пит даже вздыхает с облегчением, когда оказывается в детской. В этой обстановке, ставшей для него привычной, ему спокойнее.       Начало недели проходит относительно спокойно. Правда, Венис по-прежнему просыпается по ночам, хотя в течение дня Пит старается максимально занять его, чтобы сон был крепче. В среду, едва малыш открывает свои глазки-лучики после дневного сна, на пороге детской появляется Вегас.       Э-э… Ещё же только четыре. Пит привык, что на неделе раньше шести-семи Вегаса дома не бывает. — Здравствуйте, Кхун Вегас. — Привет, — кивает ему, — я сегодня пораньше освободился. Как насчёт «прогуляться»? Можем до торгового центра съездить, что-нибудь прикупить Венису. И там, не знаю, в парке прогуляться.       Чего это его так пробило? — Ну… можно. — Давай. Жду вас внизу.       Уже на месте Пит с осторожным удивлением поглядывает на то, как Вегас дурачится в отделе игрушек, по итогу скупая чуть ли не половину. — Необязательно так много, Кхун Вегас. — Я не могу порадовать брата? — Можете… конечно.       Затем они перекусывают на фудкорте, и Вегас покупает три рожка с мороженым с собой. — Венису нельзя мороженое. — Почему? У него что, аллергия? Я не знал. — Нет, — тихонько смеётся Пит, — детям до трёх лет не рекомендуется давать мороженое. Ну, в годик точно нельзя. — А-а, тогда, съешь сам за Вениса. — Спасибо. Для меня это слишком много. Лучше вы. — Да? За мои лишние калории, значит, ты не беспокоишься? Пит качает головой: — Снова шутите.       Вегас подмигивает ему, а затем они отправляются на прогулку в парк. Сегодня жарковато, и даже в тени деревьев мороженое начинает быстро таять, так что с ним приходится управиться побыстрее. Пит захватил с собой мыльные пузыри. Быстро лопающиеся, переливающиеся радугой прозрачные шарики приводят в восторг Вениса. Вегас берет его на руки, и один из пузырей попадает мужчине на нос; маленький пальчик едва касается его, как пузырь исчезает с мелкими брызгами. Все трое не могут сдержать улыбки. А на лице Пита играют знакомые Вегасу ямочки. — У тебя красивый смех.       И щёки снова жжет румянец. — Спасибо. — И Венис с тобой всё время улыбается. — Это моя работа. — Заставлять других улыбаться? — Дарить улыбки гораздо приятнее, чем слёзы.*       Вегас снова подмигивает ему. Затем достает телефон. — Фото?       Что с ним такое сегодня? Питу бы радоваться, но что-то настораживает его в таком внезапном нежном братском внимании Вегаса. — Да, конечно. Я вас сфотографирую с Венисом. — Почему только нас? Все трое уберёмся в кадр.       Не давая ему опомниться, Вегас обнимает Пита за плечи и наклоняет к нему голову, так что они соприкасаются висками. Затем делает несколько селфи.       Но малыш есть малыш.       Не проходит и трёх минут, как только что бодрствовавший Венис уже сладко сопит на любимой груди-подушке. — Ой, — шепотом сокрушается Пит, — он ведь спал совсем недавно, наверное, ночью ему всё-таки сна не хватает, вот и компенсирует днём. — Ничего страшного. Посидим немного, пусть поспит. — Посидим?.. — Ага, — Вегас берет его за руку, — пойдем.       В парке полно скамеек для отдыха, но свободную они находят только в конце аллеи. Вегас отпускает его руку, а Пит старается не зацикливаться на том, как эта длиннопалая ладонь уверенно держала её. — Хотите, я его к себе возьму? — Т-ш-ш, проснётся резко — тут же заплачет. Сам же говорил.       Пит с улыбкой замолкает. Здесь так тихо и спокойно. Очередная ночь с бесконечными вставаниями даёт о себе знать: голова Пита непроизвольно опускается на плечо рядом, а сам молодой человек не замечает, как начинает дремать. — Ах, — в панике открывает глаза Пит, — Кхун Вегас, — он не сразу соображает, почему не может просто поднять голову с его плеча — рука Вегаса снова обнимает его за плечи, — простите, я что-то… — Т-ш-ш, — Вегас прикладывает указательный к его губам, — спи. Тебе это нужно не меньше, чем Венису.       Пит даже не успевает поругать себя за то, какое он «желе». Ему просто хорошо и спокойно. А ещё Венис на мгновение открывает глазки и с улыбкой снова закрывает их.       Ах ты, маленький лисёнок!.. Вот же… братья.       Всю вечернюю рутину, пока Пит кормит малыша, купает его и читает ему сказку, он не может перестать улыбаться, для себя объясняя это тем, что Вегас, наконец-то, начинает испытывать привязанность к братику.       А когда Венис уже лежит в своей кроватке, приходит Вегас и гасит его улыбку. — Пит. Завтра к семи вечера собери Вениса… — говорит он, избегая смотреть в глаза, — там… одежда его, игрушки. — Зачем?.. — Его заберёт мать.