Cover me in sunshine

— Вы ведь этого не сделаете, Кхун Вегас?.. Не отдадите ей Вениса?       Пит с трудом сохраняет спокойствие, понимая, что вся нервозность мгновенно передастся ребенку. — У меня нет выбора, Пит. Его матери был дан месяц. Сроки она не нарушила. Вениса придется отдать. — Кхун Вегас… он же снова будет всеми брошен. — Пит, — Вегас сжимает челюсть, — я, кажется, уже просил тебя не соваться в дела моей семьи.       Пит опускает взгляд: — Без Вениса вам удобнее, верно… Вы поэтому его отдаёте. А ведь малыш так привязался к вам. — Ну хватит, Пит. — Даже засыпает мгновенно у вас на руках… А я подолгу укладываю.       Вегас протяжно вздыхает и уходит к себе.       А Пит, глотая слёзы, идёт к кроватке. Венис улыбается во сне, прижимая к себе любимого ёжика. Малыш спит, не подозревая, как его в очередной раз предал близкий человек.       Ночью Пит ненадолго погружается в сон и вновь просыпается. И так до самого утра. Удивительно, но Венис спал ночью очень крепко, возможно, всё дело в насыщенным вечере накануне. Скрепя сердце Пит принимается за утреннюю рутину. Когда кормит малыша завтраком, на пороге детской появляется Вегас. — Кхм… Доброе утро.       Пит впервые слышит от молодого хозяина подобное «доброе» приветствие. — Здравствуйте, — отвечает он, не поворачивая головы.       Слышится хмыканье. Затем Вегас подходит ближе. — Как Венис? Ночью часто просыпался? — Нет. Он хорошо спал. — А сам? — Что сам? — Хорошо спал?       Пит мнет нижнюю губу кончиком языка: — Кхун Вегас. Вам, наверное, на работу нужно. — Ага. Вот, значит, как со мной, да?       Пит молчит, зачерпывая ложкой остатки каши: — К семи вещи будут собраны. И Вениса. И мои. Ну, у меня один рюкзак, так что здесь быстро. Не беспокойтесь, пожалуйста. Мы вас не задержим. И вот ещё, — Пит протягивает ему банковскую карточку, — возьмите, пожалуйста.       Вегас на нее даже не смотрит. Сунув руки в карманы, несколько раз мелко кивает: — Ну, а если без этих политесов? Ненавидишь меня уже, наверное, да, Пит?       Пит пожимает плечами: — О чем вы, Кхун Вегас, я вас не понимаю. — Ты это нарочно, Пит, такой способ воззвать к моей совести, верно?       Пит молча вытирает малышу личико, приглаживая пушистую макушку. — Чёрт, Пит! Она мать, всё-таки, ребенку с ней будет лучше, чем со мной… Да я, если бы не ты, не знал, с которой стороны к нему подойти… ну какой я опекун?!       Пит берёт малыша на руки: — Вы не просто опекун. Вы его старший брат, родной человек, когда-то не бросивший его, сделавший всё, что было в ваших силах, чтобы заботиться о нем… может, не так явно, но вы заботились о Венисе намного лучше, чем его мать. Малыш начал делать первые шаги, пускай приходится держать его за ручку, но он очень старается… уже почти выговаривает несколько слов, где «дом» и «Вегас» всегда рядом. И что теперь? Всё это вновь сойдёт на нет?       Вегас слушает его очень внимательно, но отвечает совсем невпопад: — Не переживай. На твоей работе тебе найдут нового малыша для заботы. Где не будет такого хозяина, как я, который отпускает неуместные шуточки и не может взять на себя взрослую ответственность.       Питу вновь, как и в первый день, хочется треснуть по этому лбу. Покачав головой, он тихо произносит: — Мы в саду поиграем. Хорошего вам дня.       До вечера Пит старается не смотреть на время каждые десять минут, понимая, что неминуемо приближается его расставание с Венисом.       И с этим домом.       И с этим безалаберным индюком!..       Вещи малыша укладываются на автомате, Пит в последний раз переодевает Вениса, расчёсывает нежные волосики, обнимает его и целует в пухлые щёчки. Как бы он ни крепился, но его тревогу не удается скрыть, и малыш, сделав бровки домиком, опускает уголки маленького рта и тянется ладошками к печальным глазам Пита.       Вегас появляется в детской за десять минут до семи. — Всё готово?       Пит кивает, не поднимая на него глаз. — Okay. Тогда сейчас придут за вещами Вениса. Его мать уже внизу.       Пит, сидевший последний час с малышом на руках, встаёт и накидывает рюкзак на одно плечо: — Возьмите Вениса. Сами его и отдадите, — он целует маленький тёплый лоб, — прощай малыш, будь счастлив.       Вегас медлит, но всё-таки принимает малыша к себе, который мгновенно прижимается щекой к его груди. От Пита не ускальзывает, как в этот момент дёргается кадык Вегаса, а глаза застит тонкой влажной пленкой.       Ни черта тебе не всё равно, болван! И себя и малыша лишаешь счастья!..       От досады хочется выругаться. — Спасибо, что всё это время был рядом… Без тебя мы бы не справились, Пит.       Пит кивает. — Может, хотя бы до утра останешься? — Нет. Без Вениса мне здесь нечего делать. — М… Ну, как хочешь.       Малыш начинает подхныкивать ещё при спуске по лестнице.       Всё чувствует, бедный. У Пита щемит сердце. Ну как так можно?!       Их правда ожидают внизу. Стройная ухоженная женщина, всего лет пять разницы с ними, и высокий мужчина, явно старше, с поджатыми губами и густыми бровями, сердито сдвинутыми к переносице.       А эта дамочка зря времени не теряла… Неужели он не видит, кому хочет отдать малыша?.. — Венис, — звучит наигранно-сладко, — как я соскучилась! Иди скорей к мамочке, — женщина тянет руки к прижавшемуся к широкой груди малышу.       Вегас обнимает братишку, шепча: — Прости, малыш, но так будет лучше.       Едва отнимает от себя ребёнка, как мгновенно раздается пронзительный плач. Пит вот-вот не выдержит и просто заберёт Вениса к себе. Сколько можно его мучить? — Пит, где его ёжик? Достань из чемодана, чтобы успокоился, — просит Вегас непривычно слабым дрожащим голосом.       Ёжик не помогает. Когда малыш попадает в руки матери, разражается настоящей истерикой. Извивается, беспорядочно бьётся своими маленькими ручками и ножками. — Это ты его против меня настроил? Вместе со своим очередным… — женщина бросает презрительный взгляд на Пита, не решаясь выбрать для него подходящее слово. — Придержи язык. Пит заботился о Венисе. И делал это в стократ лучше тебя, — строго осаждает её Вегас. — Хм. Ты настолько ненавидишь женщин, что даже в няньки ему взял мужчину, хотя, — мама Вениса всё-таки не удерживается от едкого замечания, — это ещё вопрос, можно ли таких считать мужчинами.       Вегас проглатывает замечание, просто потому что хочет, чтобы всё побыстрее закончилось. — Ребёнок у тебя. Берите его вещи и уходите.       Сопровождающий её мужчина поднимает чемоданы с игрушками и одеждой Вениса, но сам малыш продолжает громко кричать. Затем поворачивает голову к Питу и тянется ручками. Пит вполголоса умоляет, переводя отчаянный взгляд от Вениса к Вегасу и обратно: — Пожалуйста… Прошу вас…       Они уже почти у дверей, когда Вегас догоняет и выхватывает малыша, затем отдавая его ни живому ни мёртвому Питу: — Отнеси его наверх… Ну, что встал-то?!       Пит соображает, что это ему. Покрепче хватает Вениса и несётся вверх по лестнице. Там закрывается в своей комнатке, пытаясь успокоить испуганного малыша и всё ещё опасаясь, что его снова заберут не те люди.       Вегас появляется через полчаса. Или час. Пит теряет счёт времени. Проходит через детскую, так как дверь закрыта. Венис всё ещё шмыгает носиком, а Пит гладит его по спинке и укачивает, тихонько напевая незнакомую Вегасу мелодию. — Эта с… женщина хочет оспорить завещание. Якобы были какие-то обстоятельства, которые заставили отца составить его под давлением и дом должен был достаться Венису. А я-то думал, что это она так воспылала материнскими чувствами… Но сначала она заберёт ребенка, если понадобится — через суд. Вот так, Пит.       Пит всё слышит. И может это эгоистично с его стороны, но здесь и сейчас ему важно, что малыш остался дома. Он не знает, что ответить Вегасу, как его поддержать и надо ли… Возможно, он всё ещё слишком зол на него. — Awesome, — это всё, что отвечает Вегас на молчание, прежде чем быстро покинуть их тем же путем, что и пришел.       Пит слышит пару глухих ударов кулаком о стену где-то в коридоре. Слабая улыбка скользит по его губам.       Попсихуй-попсихуй. Тебе полезно. Хоть ты ещё и тот индюк, но не без сердца.       Затем целует малыша в темечко, первый раз за день чувствуя себя относительно спокойно.