Cover me in sunshine

      Черничное небо. Где-то за его звёздной вуалью кажутся уснувшими облака. Сладкая тишина. Пит лежит на траве. Наслаждается моментами, когда можно просто молчать и мечтать. Грезить о далёком, но таком близком и родном.       Три недели с его возвращения. Бабушку удалось забрать домой только пять дней тому назад, но всё их небольшое хозяйство и сейчас почти целиком на нём. Пит готовит, прибирает дом, возится во дворе и в огороде. А всё немногочисленное свободное время посвящает тому, что неторопливо, смакую каждое мгновение, просматривает фото и видео от Вегаса, отвечает на сообщения и звонки. Пит ценит такие моменты. Он вообще, с самого детства, всегда больше ценил моменты и полученные в них эмоции, а не материальные вещи. И когда его друзья копили на очередной гаджет, Пит мог потратить карманные деньги на поход в кино или аттракционы в парке. Ему казалось, а сейчас он в этом уверен, что когда-нибудь в старости гораздо больше будет жалеть не об отсутствии какой-нибудь модной вещи, а о том, что не запомнил свою жизнь.       Звук входящего сообщения.       Вегас.       Пит улыбается, глядя на уведомление на экране.       Вегас…       К улыбке прибавляются морщинки в уголках глаз. Всё дело в том, что на присланной фотографии они с Венисом и ёжиком читают перед сном в комнате Вегаса, правда, Mr Spike, кажется, давно «уснул» на подушке.       Пита по-прежнему беспокоит, что Вегас так и не нанял новую няню, хотя он предупредил, что в ближайшие две-три недели не сможет вернуться. Вегас успокоил его, сказав, что всё равно продлил свой отпуск, так что «можешь не переживать, мы тебя дождёмся».       Но Пит переживает. Во-первых, послезавтра будут рассматривать апелляцию. Во-вторых, ещё через несколько дней — новый судебный процесс из-за дома. И хотя Вегас каждый раз уверяет его, что «все страшное позади, ничего у неё не выйдет», Пит успокоится, когда точно будет это знать.       Он очень сильно скучает. Ещё три недели тому назад в это самое время он бы купал Вениса, так же, как Вегас, читал бы малышу перед сном сказку и укладывал спать, тихо напевая какую-нибудь мелодию. А затем, скорее всего, за пределами детской его бы перехватил Вегас для поцелуя перед сном. Конечно, последовали бы намеки про «если что — ты знаешь, где моя спальня», но, в целом, чего Пит даже не ожидал от него, Вегас вёл себя очень достойно… Настолько, что иногда Питу — он готов это признать — хотелось бы, чтобы Вегас был… понаглее.       Пит краснеет. Его представление о том, что может быть у них с Вегасом дальше поцелуев из разряда «и хочется, и колется».       Вегас будто слышит его мысли. В ответ на умиляющиеся смайлики и «соскучился, сладких снов» Питу приходит сообщение совсем другого характера: Вегас сфотографировал себя обнаженным по пояс в ванной. И подписал: «спокойной ночи».       Он издевается?       Пит прикусывает нижнюю губу.       «А мне для ещё более 'сладких снов' ничего не придет?»       Пит хихикает, мечтательно закатывая глаза. Оглядевшись, наводит камеру на куст ромашек и на их фоне фотографирует два растопыренных пальца, затем, всё ещё хихикая, нажимает «отправить».       «Ммм. Ну ладно.»

«Лучше бы малыша прислал.»

      «Как скажешь.»       Чёрт знает, почему, но Пит предчувствует, что Вегас — как это часто бывало — всё истолковал на свой лад. Поэтому вдогонку к предыдущему он пишет:

«Нет-нет-нет! Не смей! Иначе я тебе вообще больше никогда не отвечу!»

      Поздно. Экран подсвечивается от пришедшего фото.       Пит — «я не буду смотреть» — всё равно по-одному открывает глаза и смахивает пальцем по экрану.       Выдыхает.       Венис сладко спит на подушке рядом с самодовольно ухмыляющимся Вегасом. Следом приходит:       «И чего ты так переживал? Ожидал увидеть что-то другое?»

«Нет. Поцелуй Вениса от меня, когда проснётся.»

      «Обязательно.»       «PS: у меня там далеко не малыш. При случае — убедишься сам.»       Пит вновь краснеет, мысленно чертыхаясь. Ну почему этому индюку вечно доставляет удовольствие вгонять меня в краску?

«Доброй ночи.»

      «Сладких снов, малыш<3»       Не буду читать. Утром открою.       Довольный своей маленькой местью, Пит поднимается с травы и возвращается домой.       На следующий день Пит просыпается необычно рано. Ещё нет и шести. Но, как ни старается, он не может уснуть снова. Руки сами тянутся за телефоном. Начинает листать галерею, где все последние фото — «Венис», «Вегас и Венис», «Вегас, Венис и Mr Spike». и Вегас. Именно на вчерашнем фото из ванной Пит задерживает взгляд. Он помнит, как тепло и уютно было засыпать в ночь перед первым судом, прижавшись к этому сильному телу. Правой рукой скользит по собственному животу, останавливая кончики пальцев на резинке трусов. За почти два месяца работы, с утра и до поздней ночи занятый ребенком, он не помнит, когда в последний раз прикасался к себе. Большой палец пробирается дальше, Пит чувствует, как жар приливает к щекам. Ещё немного и…       Н-нет.       Пит гасит экран телефона, убирает руку с низа живота и до бровей закрывается одеялом.       Спать. Надо поспать.       Ещё одна неделя «скучаю» — «я тоже» и не убывающих дел — за день Питу требуется несколько раз накормить полтора десятка кур и гусей и пару больших индюков, убрать птичник, прополоть огород и помочь начавшей поправляться бабушке с домашней рутиной.       Как и пророчил Вегас, апелляция ничего не изменила. Малыша оставили с Вегасом. Пит помнит, что заплакал прямо во время видео-звонка, а сидящий рядышком Венис потянулся к экрану, пытаясь через него утешить Пита.       Вечер пятницы. Полив грядки, Пит снова собирается поглазеть на ночное небо, а ещё ждёт их с Вегасом ежевечернего ритуала с милыми переписками. За целый день Вегас ни разу не написал ему и не позвонил. И вчера вечером не было никакой связи. Пит уговаривает себя не волноваться раньше времени. Но уже должно быть что-то известно про дом. А если его всё-таки отобрала та фурия? Это что же… моих мальчиков выгонят на улицу?       Звонок в дверь.       Он даже вздрагивает: так перенервничал за день. Бабушка уже легла отдыхать… Может у соседей что-то случилось?       Пит дёргает плечами и качает головой.       Открывает… и никого не обнаруживает за ней.       Хм. Опять слуховые галлюцинации? Нет, надо успокоиться.       Пит уже хочет закрыть дверь, как взгляд его падает вниз, где он обнаруживает любимого ёжика Вениса. Сердце подпрыгивает. Пит поднимает мистера Колючку: — Но ты же не сам по себе сюда добрался, верно?       Пит, весь сияя в предвкушении, оглядывается по сторонам. Ну и где вы притаились? Он быстро суёт ноги в кеды, прикрывает за собой дверь и отправляется на поиски.       Долго искать не требуется.       Едва успевает отойти на несколько шагов, как сбоку раздается самым сладким голоском на свете: — Дом!       Милый лисёнок, цепляясь липучками от сандалий за траву, топает прямиком в объятия к Питу, который специально присел на одно колено. — Как же я скучал, малыш!       Пит крепко обнимает малыша, расцеловывает румяные щёчки и просто не может перестать улыбаться. — Кхе-кхе.       Пит оборачивается: за его спиной Вегас разминает затёкшие плечи. — Привет, — сердце Пита так переполнено чувствами, он точно не сможет сказать, кого рад видеть больше. — Э-э… «Привет»? Это всё, чего я заслужил за пять часов за рулём при такой жаре? — Ну Вегас! — Пит никак не отлипнет от Вениса. — Ладно-ладно, — демонстративно обиженно Вегас выпячивает нижнюю губу, — тогда я поехал обратно, да? Вам вдвоем и без меня хорошо.       Он даже машет им рукой «на прощание» и почти разворачивается. Пит закатывает глаза и прямо с малышом на руках, которому вручил его игрушку, идёт к Вегасу. Вся наигранная обида последнего вмиг улетучивается. Ещё пара секунд, и Пит с Венисом оказываются в самых надёжных объятиях. — Как малыш перенёс дорогу? — шепчет Пит, прильнув лбом к плечу Вегаса. — Если не считать нескольких остановок на заправках — нормально.       Пит трогает скрытый джинсовым комбинезончиком подгузник: — Так. Пойдёмте-ка в дом. Кое-кого надо переодеть. И искупать. — Я уж думал… не пригласишь, — ухмыляется Вегас. — Думал он, — Пит с укором прицокивает языком. — Стоп, — округляет он глаза, — Вас… Вас всё-таки лишили дома, да?       Вегас улыбается, а затем целует Пита в порозовевший кончик носа: — Никто и никогда не лишит нас с Венисом нашего дома. — Вегас, — Пит хмурится и пытливо заглядывает ему в глаза, — сейчас не до сантиментов! Скажи правду! Она забрала дом?       Вегас гладит его по голове, губы касаются лба: — Нет. Мы просто соскучились по тебе. Ты ведь не против приютить нас на несколько дней?       Питу хочется прокричать, что он не против приютить их на всю жизнь. — Идёмте уже. Бабушка спит, с ней завтра познакомитесь, а сегодня для вас — ужин, ванна и сон. Ничего, если Вениса положу с собой? — Ммм… Только Вениса? — Только Вениса, — хихикает Пит. — Ладно, — вздыхает Вегас, — как скажешь.       Пит берет его за руку, и вся троица, а также их колючий приятель, идут к дому. Пит мудро решает, что не станет говорить Вегасу про носочки из разных пар, что он, очевидно в большой спешке, надел на ножки Вениса.