* * *
Морти зашёл в комнату, пнул от злости стул, и тут же запрыгал на одной ноге от боли. Даже долбанная мебель была против него! У Морти на самом деле был секрет. И Рик действительно проебался. Только не сейчас, а много лет назад. Морти достал из ящика сложенную в несколько раз потрёпанную бумажку. Он нашёл её среди хлама, который дедушка собирался выбросить. Напротив графы «отец» стояло имя Рик Санчез. — Так и будешь пялиться в него? — Не твоё дело! — резко сказал Морти и осёкся. Рик стоял в проходе. Его влажные волосы свисали по обе стороны от лица. Он выгнул бровь и, не спрашивая разрешения, вошёл в комнату. — Ты знал, что оно у меня? — обречённо спросил Морти. — Вспомнил, когда увидел, что было в той коробке. — Почему ты мне ничего не сказал? — И как ты себе это представляешь? — А мама…. Она знает, что я… — У Бэт отсутствуют некоторые воспоминания, — сказал Рик и сел на кровать. — Как и у Джерри. — А она кто? — спросил Морти, указывая на графу матери, где рядом было впечатано: Миа Джонсон. — Твоя биологическая мать. Морти вздрогнул. Пока Рик не озвучил это, свидетельство о рождении было просто бумажкой. Но вот его дед… отец сказал это, и реальность разом обрушилась на него. — Какой же ты уёбок, — только и сказал Морти, тяжело выдохнув. — Да, я в курсе, ты сказал это раз примерно сто за эти несколько дней. Что-то ещё будет добавить? — И это всё, что ты можешь сказать?! Ты врал мне! Врал маме, ты… Обманывал всех нас! — Слушай, я никогда не говорил, что хороший парень. И ты это принимал. — Как будто у меня был выбор! — Морти, выбор — это либеральная чушь! Ты можешь выбрать вкус йогурта на завтрак, или какого цвета бумагой подтирать себе зад. Результат будет всё равно одинаков. — Странно, что ты сравниваешь выбор туалетной бумаги с тем, что лишил меня права знать, что ты мой отец. — Иногда приходится выбирать из одинаково хуёвых вариантов. — Ты мне даже такого не дал! — Я что, не растил тебя? Или отказывал в чём-то? Вот он я здесь. — Да, до тех пор, пока я буду нужен тебе, и ты не бросишь меня, как бросил Бэт! — Папа, нам нужно серьёзно поговорить, — услышали они оба и обернулись. В дверях стояла вся семья Смитов. — Поверить не могу! — Саммер всё ещё сидела с охреневшим лицом. Бэт пила уже второй бокал. Джерри нервно расхаживал по столовой. — Мой сын не мой сын, что я скажу своим родителям?! — Просто не говори им и всё, — равнодушно отозвался Санчез. — Они всё равно у нас бывают только на Рождество и День благодарения. Морти до невозможности злой, сидел, сложив руки на груди, и с ненавистью глядел на Рика. — Что ещё ты от нас скрыл? Помимо того, что я, возможно, клон, а Морти твой сын? Может и мою встречу с Джерри ты спланировал? Как и внеплановое рождение Саммер? — Эй! — воскликнула Саммер. — Нельзя перекладывать свою безответственность на чужую. И кстати, доктор Вонг сказала, что у меня из-за вашего некорректного подбора слов в отношении моего рождения развился ПТСР. — Ты ходишь к доктору Вонг на индивидуальную терапию? — удивился Морти. — И тебе советую после сегодняшних событий. — Прости, Бэт, но Джерри твой косяк, — сказал Рик. Джерри до того нервно перебирающий свои коллекционные монетки, зло уставился на тестя. — Спасибо, что не Саммер, — с кислым лицом заметила внучка. — Поверить не могу! Мне нужно позвонить другой Бэт. Это ведь и её касается. — Давай повременим с новостями, — сказал Рик. — Она ведь клон! — Или я клон, в любом случае она такой же член семьи. — Боже, давайте оповестим всех в округе, — устало сказал Рик. — Знаете, мне проще вынести всем вам мозги, нежели разбираться с последствиями. — Только попробуй, — сказала Бэт с нажимом. Она налила себе третий бокал трясущимися руками. — Мам, может, притормозить… — попытался Морти. — Прости, дорогой, мамочке на трезвую это не вывезти, — Бэт икнула и осушила бокал. — Теперь ты доволен собой?! — спросил младший Смит. — Твоя мама найдёт причину для того, чтобы бухнуть. Вон хотя бы Джерри, — мрачно сказал Рик. — Мне надоели твои оскорбления. Тем более что разговор сейчас идёт о тебе! — А ты и рад, что в кои-то веки не проебался больше моего, — фыркнул Санчез. — Я рад, что всё вскрылось. Наконец, у Морти появится достойный пример для подражания. — Это какой же? Алкоголизм, наркозависимость, терроризм, беспорядочные половые связи и подкидывание своих детей в чужие семьи? — Это лучше, чем жалкое подобие твоей жизни! Ты сраный паразит, Джерри! Ты сидишь на шее у жены и ноешь по любому поводу! Твои дети тебя не уважают!.. — Замолчите оба! — крикнула Бэт. — Как выяснилось не мои… — тихо сказал Джерри. Бэт разочарованно взглянула на него. — Чтобы я больше этого от тебя не слышала, — сказала она мужу. — А ты, — она ткнула пальцем в отца, — надеюсь, ты понимаешь, какая ответственность на тебе лежит. И если ты проебёшь свой шанс, как сделал это со мной, тебя не спасут ни твои сай-фай штучки, ни друзья-террористы. Я сама лично сдам тебя Галактическому правительству. — Морти, а ведь ты дитя инцеста, — вдруг фыркнула Саммер. — Боже, фу! — Саммер! — Что? Он до сих пор называет маму мамой, но при этом его отец дедушка Рик. И кстати, деда, ты не рассказал, кто мать Морти. А это наводит на подозрения. Все смолкли, и взглянули сначала на Рика, затем на Бэт. Она неловко рассмеялась. — Папа? Ты ведь не стёр мне какие-то ещё воспоминания? — Да вы все РИКнулись! — резко ответил Рик. — Что ж, раз разговор зашёл так далеко, то получайте. Ей было едва ли шестнадцать лет! Да, блядь, Джерри, я не лучше тебя. Я трахнул едва законную наркоманку, с которой познакомился в притоне. Я хотел, чтобы Миа завязала, я даже ходил на эти долбанные собрания анонимных наркоманов. Я был готов снова создать семью, даже если она была бы такой ущербной! Это всё равно было бы лучше той жизни, что я вёл в то время! Но она сидела на хмуром уже год. Каждый раз, когда я оставлял её, я не знал, найду ли её вообще, я не знал, останется ли в квартире хоть что-то! Потому что за дозу она готова была продать что угодно. В том числе и себя. — Только не говори, что ты… — неверяще спросила Бэт. Рик кивнул. — Да, я трахнул её всего за двадцатку. Это ты хотел знать, Морти? Сколько стоило твоё зачатие?! Нихуя не стоило! Это было даже слишком просто. Морти сидел бледный как приведение. — Я бы не стал связываться с ней, если бы она не залетела. Я просто подумал о… — он взглянул на Бэт. — Этот ублюдок воспользовался тобой, — Рик указал на Джерри. — И я сделал то же самое с ней. В любом случае все девять месяцев это был самый настоящий ад, я ненавидел её. Но, когда родился Морти, проблемы только начались. Матери наркоманки редко рожают детей без отклонений. — Я был недоразвитым? — тихо спросил Морти. Рик обречённо кивнул. — Мне потребовались все знания всей грёбаной галактики, чтобы привести тебя в норму. Но это того стоило. Я жил тогда у Птичей личности, и фактически до двух лет мы выходили тебя вдвоём. — А мама? — тихо спросил Морти. — Она умерла спустя несколько дней после родов. Послеродовая депрессия и ломка… Она выбросилась из окна. Ну, вы довольны? — спросил Рик. — Лучше стало вам от правды? Морти сидел оглушённый. Рик встал и пошёл в гараж. — Морти, — Бэт погладила мальчика по руке. Тот взглянул на неё глазами полными слёз. — Дорогой, — она крепко обняла его, и он с отчаянием расплакался.* * *
Поздно ночью Рик пил у себя в гараже и параллельно пытался рассчитать, сколько ему потребуется металла с Загрлогс-7, чтобы собрать очередного робота. Морти тенью проскользнул в гараж. — Р-рик, — позвал он. Санчез устало взглянул на него. — Чего не спишь, пёс? — Морти робко приблизился к отцу. — Мне жаль, что… — Рик остановил его взмахом руки. — Ой, да брось. Вся эта хрень про извинения не для нас. — Может в этом и проблема? — Пошёл ты, Морти. — Почему ты не можешь признать, что я для тебя что-то значу? — А тебе будет легче от этого? — Мне будет хорошо от этого. — Ты просто маленький задрот, Морти. И это стрёмно дрочить на то, как сильно тебя любит твой дедушка. — Отец, — Рик вздрогнул. — Та же поебень, — Морти подавлено замолчал. Рик вдруг открыл верхний ящик стола и достал оттуда фото. Он передал его Морти. На ней был Рик, но моложе чем сейчас и тощая блондинка в чёрных шмотках и кучей проколов. — В тот день она решила завязать. Ради тебя. Мы весь день провели в Блипс энд Чипс, а вечером пошли смотреть сопливую мелодраму в автокинотеатр. Хороший был день. Морти понял, что этот «хороший день» был единственным хорошим днём. — Я отдал тебя не потому, что не хотел, — сказал вдруг Рик. — Я… просто не был уверен, что смогу уберечь тебя. — От чего? — не понял Морти. — От себя. От своего образа жизни. Я знал, что Бэт станет хорошей матерью. И что ты будешь любим. — Тогда почему ты вернулся? — Наверно я стал слишком стар и сентиментален. — Ты мог рассказать мне, — обиженно сказал Морти. — Ты всегда попрекал меня моим, как оказалось, ненастоящим отцом. — Морти, я всегда попрекал тебя твоим настоящим отцом. — Да брось, ты говорил, что я такой же тупой и… ненадёжный, — он смолк. — Ты говорил о себе? — Дошло, наконец. — Тогда я даже не уверен, оскорбление ли это, — Рик фыркнул, усмехнувшись. — Детка, ты слишком меня превозносишь. — Я так хотел быть похож на тебя, — сказал Морти, задохнувшись. — И так жалел, что… — Что? — Ты мне даже свою фамилию не дал. — О боже, — Рик возвёл глаза к небу. — Знаешь, Морти, иногда ты так похож на девчонку. Вечно ноешь о каких-то пустяках. — Это не пустяки! Я хочу твою фамилию! — Спасибо, что не кольцо на палец, — с кислым лицом ответил Рик. — Какой же ты всё-таки мудак, — расстроено сказал Морти. — Эй, — он привлёк к себе мальчишку и обнял. — Я тебя люблю, слышишь ты мелкая истеричка? Морти крепко сжал Рика в ответ.* * *
— Ещё немного и он откусит мою руку! — с раздражением сказал Рик. — Бэт, ты не хочешь ничего сказать Морти? — Это твой сын, тебе и воспитывать. — Бэт, я плох в этом. Вспомни себя. — Ты не был отцом года, но был вовсе не так плох, как думаешь. — Неужели, — фыркнул Рик, тем не менее расплывшись в улыбке. — Ага, пока не бросил меня. Рик устало взглянул на дочь, потом на Морти. — Теперь я начинаю припоминать, почему сделал это. — Только попробуй, — сказал Морти, плюхнувшись рядом. — Я найду тебя и надеру задницу. — А я помогу, — поддержала его Бэт. Рик промолчал. Не возникал он и тогда, когда Бэт с Морти, не сговариваясь, заключили его в сокрушительные объятия. Только тихо и устало сказал: — Грёбаные же спиногрызы. Саммер могла поклясться, что щеки дедушки Рика едва заметно порозовели.