Еще одна потерянная душа

- Так что именно вы ищете? – с интересом чуть понизив голос спросила белокурая первокурсница, снимая мантию-невидимку. – Я имею в виду, что именно вы ищете в Книге Древних заклинаний? И я должна знать, как она выглядит, чтобы вам помочь. - Знали бы мы, как она выглядит, мы бы уже давно валялись в теплых постельках, а не шатались по холодным закоулкам библиотеки, - ворчал Барти. - Хотели найти одно древнее заклинание, способное защитить нужного тебе человека ценой жертвы собственной жизни, - тихо проговорил Раф, ни к кому конкретно не обращаясь, и повернулся лицом к стеллажу, стараясь не смотреть на девочку, не то при свете заклинания «Люмос максима» его щеки, предательски пылавшие от непосредственной ее близости, выдадут его с головой. - Я слышала, что сейчас идет война в мире волшебников, но... все еще не могу понять, зачем оно вам? – Алекс оторвала взгляд от очередной книги, название и содержание которой просматривала, и уставилась на Рафаэля. Барти заметил, что Рафаэль как-то ненормально реагирует на вопросы Алекс, адресованные лично ему, и поспешил спасти положение, мысленно сделав узелок на память разобраться с этим позже. - Ну-у-у, мы решили разобраться как оно действует, причину ты уже угадала – это война. Мы хотим быть готовы к тому, что придется защищать своих близких, а для этого надо быть уверенными в том, что их жизни ничего не угрожает, и уметь хорошо защищать свои собственные. Кроме того, там еще много всего полезного можно найти. Северус иногда такие фокусы выдает на дуэлях, но со мной не особенно жаждет разговаривать. Я бы взял парочку бойцовских приемчиков в свой арсенал. - На дуэлях? – тут же переключилась девочка. – Вы тут еще и дуэли проводите. - Я забыл тебе рассказать, - Барти хлопнул себя по лбу, - это же самое интересное! Не считая квиддича, тестирования всяких штучек-дрючек от Прюэттов и поедания конфет Берти-Боттс. - Лучше сводите меня туда, я хочу посмотреть. - Обычно дуэли проводят преподаватели, чтобы все по возможности придерживались правил, но мы и несанкционированные собрания тоже устраиваем. - А кто входит в понятие «мы»? – все не отставала девочка. - Студенты всех факультетов, преимущественно с третьего по пятый курс, основная масса – слизеринцы и гриффиндорцы. Остальные не так интересно дерутся, нет такого азарта и ненависти, которые создают особую атмосферу боя. «Ну вот, - подумала Алекс, и закатила глаза - только что так красиво говорил, почти как взрослый, а потом вернулся в ребяческий облик. Как будто на секунду выпал из детства и опять в него впал». Про себя она уже решила, что попросит парней тренировать ее для дуэльного клуба, хотя толком еще палочку в руках правильно держать не умеет, это ее не волновало. Подобные вещи вообще редко ее останавливали, однако беспокоили и причиняли некоторые неудобства. Следующие полтора часа книгу искали практически в полном молчании. Было слышно лишь стук переставляемых на полках книг, шорох страниц и одинокие восклицания «да где же она», и тому подобные. - В прошлый раз я думал, что почти понял систему, промямлил Барти, почесывая затылок. - Ты и про ведьм думал, что они все с зеленой кожей и покрыты бородавками, пока Макгонагалл не увидел, - подколол Раф. Алекс хихикнула, что не ускользнуло от его внимания. «Остроумных, значит, любишь». - Это было в 5 лет. Я не знал, что ведьмы и волшебницы – это одно и то же. - Парни, по-моему нам стоит закругляться, мы торчим здесь уже больше двух часов. Сейчас придет библиотекарь, вдруг захочет проверить, не разнесли ли мы тут все подчистую, - сказала Алекс, посматривая на наручные часы. Стрелки часов весело подмигивали и иногда подсказывали, если намечалось какое-то важное событие. Эдакий живой мини-календарь. Это был подарок Барти на десятилетие. Именно в тот день она узнала, что Барти ходит не в среднестатистическое шотландское учебное заведение, а ей предстоит учиться в «самой классно школе на свете», по словам кузена. Она верила ему и ни капли не пожалела о решении перевестись в Хогвартс. Все равно в обычной школе постоянных друзей у нее не было. Барти был единственным, с кем она могла поделиться всем, чем делилась с мамой. - Придется ждать как минимум до послезавтра, - огорченно произнес Барти и поставил на место очередной том, схваченный с полки наугад. - Не расстраивайтесь, вместе быстрее найдем, - попыталась подбодрить девочка. Ребята вышли тем же путем и способом, каким вошли. Алекс уже не спотыкалась, подстроившись под шаг парней. Дойдя до места, где им нужно было разойтись, они попрощались друг с другом, условившись завтра встретиться втроем на поле для квиддича на очередной тренировке. - Думаешь, мне стоит сходить с вами завтра? – спрашивает Алекс. - Конечно, будет интересно. Тебе понравится, я уверен. Только я пока не придумал, как протащить туда Рафа. Обычно студентам с другого факультета не позволяется присутствовать на тренировке команд соперников из соображений справедливости, но все команды жульничают. А мы в основном отрабатываем несколько стратегий перед матчем, чтобы ввести в заблуждение и запутать шпионов. Так они не узнают, какой именно прием мы применим на игре заранее. - Здорово, - с легким энтузиазмом произносит девочка. – А мне можно будет… ну… попробовать? - Обычно на первом курсе проводятся уроки полета на метле, а уже по результатам многочисленных отборов на третьем-четвертом курсе отбирают игроков. Но бывают и исключения. Надо понравиться тренеру или декану, чтобы тебя туда выбрали. Но я пока единственный в истории школы, кто пробился в команду раньше остальных, - Барти самодовольно ухмылялся, но эта ухмылка так ему шла, что кузина всегда смотрела на его светящееся лицо с нескрываемым обожанием. Однако на ее лице почти всегда трудно было прочесть эмоции. С потрохами всегда выдавал взгляд. Наконец ребята дошли до холла первого этажа, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по гостиным. Рафаэль тем временем думал всю дорогу до спальни, как повести себя на предстоящей игре, то есть уже меньше, чем через две недели. У них с Барти был негласный уговор не применять нечестных и болезненных приемов на игре по отношению друг к другу. Но Рафаэлю хотелось выставить себя в лучшем свете перед конкретным человеком, а не перед преподавательским составом, что случилось с ним впервые. Он думал так усердно, что забыл назвать пароль перед входом в гостиную и впечатался в портрет дамы кудрявой макушкой, поскольку носом уставился в пол. Успокоив обитательницу портрета, грозившую голосить на весь Хогвартс, он прошел в спальню, переоделся в пижаму и лег в постель, но заснуть смог только через пару часов. Опять в голову лезли непрошенные мысли и нетерпение увидеться с маленьким чудом снова.