Гайдзин

- Ого, даже так. Ну, всё-таки, как ни крути, но япошки более дисциплинированные, чем кто-бы то ни был – хмыкнул Сёрито, наблюдая за оцеплением вокруг здания аэропорта и потихоньку двигающейся толпе людей через пару оставленных проходов – Хотя оцепление состоит в большинстве своём из простых полицейских с вкраплением спецподразделений. Думаю, соваться к ним смысла нет, либо оружие отберут, как у гражданского лица, либо припрягут на охрану, если я им корочку под нос суну Стоял мужчина примерно метрах в двухстах от толпы, забравшись на крышу машины и смотря за действиями людей в небольшой бинокль. Толпа продолжала медленно двигаться, судя по всему на входе проверяли на укусы, что тоже правильно и добавило плюсик к отношению старлея к законникам. Но тут в середины толпы начала происходить суета и Кимура, переведя взгляд на беспорядок, тут же не выдержал и крепко выругался. Видать, один из толпы каким-то образом заразился, а затем прошёл срок инкубации вируса, превративший живого в ходячую тварь, желающую лишь свежего мяса. Что и произошло, когда тварь вцепилась в соседа. Что происходило дальше, Никита не понял, но в одно мгновение толпа, на мгновение отшатнувшись, резко, с паническими криками, рванула в сторону оцепления. И тут произошло то, что отбило всякое желание попробовать договориться с охранниками порядка. Полицейские открыли огонь на поражение по напирающим людям, от чего те, кто успел, начали отступать, а передние ряды остались лежать у ограждения. Скрипнув зубами от злости и бессилия, боец перевёл бинокль в сторону и снова ругнулся. На шум начали подтягиваться непонятно откуда взявшиеся мертвецы, самые ближайшие из которых уже начали выцеплять из задних рядов, пока не заметивших другой опасности гражданских. Крики лишь усилились, а Кимура, не в силах более смотреть на такой произвол, с мрачным выражением лица спустился на землю и, сев в машину, развернулся в обратную сторону. По мере приближения ко второй цели назначения мёртвых и «неживых» становилось гораздо больше. Да и признаки паники были буквально на лицо. Вот на дороге попались две сцепившиеся между собой разбитыми в хлам кузовами легковушки, на водительском сиденье одной из которых дёргался зажатый покорёженным металлом зомби. Или перевернувшийся грузовичок, влетевший в витрину какого-то магазинчика и, судя по кровавым следам, упавший боком то ли на живого, то ли на уже мёртвого, превращая тело в лепёшку. - Жуть, да и только. Я будто в настоящий фильм ужасов попал – передёрнулся от увиденного Раскольников, объезжая практически обглоданное тело, лежащее на дороге и кидая взгляд на индикатор топлива – Чёрт, надо на заправку заехать, топлива почти не осталось. Так, вроде бы, если не изменяет мне память, за этим зданием находится одна из многочисленных заправок с самообслуживанием – поворачивая за намеченным многоэтажным офисом, бормотал себе под нос мужчина. Объехав очередную аварию, состоявшую из кучи легковых автомобилей и собравших их в гармошку грузовика, заметил заправку, куда сразу же завернув, заглушил двигатель и замер, прислушиваясь. Через постукивание остывающего джипа смог разобрать появившийся фоном новый звук города – раздающуюся то тут, то там стрельбу. - Да уж, по хорошему, нужно сваливать как можно быстрее и, переждав первую волну мародёрства, возвращаться за нужными вещами. А как же быстро налёт цивильности спал с так гордящихся своей цивилизованностью япошек – вспомнив творящееся у аэропорта, покачал головой Сёрито – А нас ещё варварами зовут. Не-ет родненькие, человек по своей природе такая паскуда, что ради собственного проживания загрызёт любого, даже близкого. И доказывать всем, что вы выше этого – лишь заставлять смеяться над собой. Ладно, хватит философствований, надо быстрее заканчивать свои дела. Оглядевшись и не заметив поблизости мертвецов, Кимура, не забыв захватить автомат, выбрался из машины, аккуратно прикрыв дверцу, дабы не привлекать к себе внимания лишним шумом. Сняв АК с предохранителя, но не досылая патрон, закинул оружие на шею, продев через ремень правую руку. Так и руки свободны и в случае чего взяться за оружие – дело половины секунды. Обойдя Форанер сзади, внимательно посмотрел в помещение у заправки, являющееся магазинчиком и, не заметив никого из живых или мёртвых, повернулся к машине, открыл бак и, вставив заправочный пистолет, развернулся к колонке, доставая из кармана портмоне. - Хорошо, что привычка носить с собой наличку так и не вытравилась из сознания – усмехнулся Никита, заметив объявление о сломанном картоприёмнике. Заплатив за полный бак, понимая, что деньги очень быстро потеряют свою ценность, схватился за пистолет и нажал на кнопку подачи топлива. Дёрнувшийся топливный шланг начал подачу, а журчащий по стенкам бака дизель заставил старлея оглядеться ещё раз. К счастью, бродячие зомбари на другой стороне дороги ничего не услышали и продолжали заниматься своими мертвяцкими делами. - Хотя всё-таки я больше людей опасаюсь, чем тупоголовых тварей – пробормотал боец, не прекращая вертеть башкой по сторонам, пока бак не был залит под пробку. Вернув всё на свои места, Кимура уже захотел возвращаться обратно в джип, но зацепив взглядом магазин, решил, что набрать некоторое количество продуктов было бы не лишним. Очередной раз осмотревшись, проверяя обстановку, взял автомат в руки, изготовившись к возможному бою и, на полусогнутых, быстро прошёл ко входу в магазин. Открывшиеся двери и зазвеневший колокольчик заставил сердце Кимуры испуганно пропустить удар и бешено закрутить головой. К счастью, всё осталось без изменений. - Твою мать, так можно и инфаркт словить. Грёбанная автоматика – заходя в помещение и прислушиваясь, ругался офицер. Кроме мерно гудящего кондиционера и холодильников ничего слышно не было, поэтому Раскольников слегка расслабился. Правда, отсутствие продавца на своём месте немного насторожило, но все страхи развеялись, когда мужчина, подойдя к стойке, увидел открытую кассу и записку на японском. К сожалению, что было написано, он понять не смог, ибо изучение в ударном темпе языка было направлено лишь на разговор, а вот читать все эти иероглифы Сёрито так и не научился. Отойдя от стойки и взяв в руки стоящую у входа корзину, Никита пошёл по рядам, закидывая лишь то, что можно было есть, просто открыв: колбасные изделия, хлеб, шоколадные батончики и подобного рода продукты. Заполнив корзину под самый верх, вышел на улицу и, пройдя к Форанеру, поставил её на пассажирское сиденье, а сам вернулся обратно. На этот раз была взята питьевая вода, электроника, (такая как батарейки и несколько фонариков), средства личной гигиены (включая и женскую, такие как прокладки) и всё, что покажется мало-мальски нужным и ценным. Особенно сигареты. На этот раз забито уже было пару корзин, поэтому, прежде чем выходить и топать к машине, Никита внимательно осмотрелся, а уже после этого тихо рванул к машине. Закинув очередное добро в джип, правда, уже на заднее сиденье, Кимура запрыгнул за руль, блокируя двери. А уже потом начал перебирать всё смародёренное, в большинстве своём убирая в рюкзак и сумку. В разгрузку же, в пустые подсумки (кроме подсумка для сброса) уложились практически все шоколадные батончики. Закончив с распределением имущества, открыл пачку сосисок, взял хлеб и, откусывая поочерёдно то от одного, то от другого, принялся за трапезу, справедливо решив, что пока время есть – нужно им воспользоваться. - Хех, если честно, от самой ситуации просто смешно. Сколько было других продуктов, которые можно взять – так нет же, выбрал обычно то, что едят в нашей стране, когда совсем худо с финансами. Не хватает ещё заваренного доширака, а в рюкзаке – гречки, соли и спичек. Правда, их и зажигалки я всё-таки не побрезговал взять – тихонько рассмеялся Сёрито, заканчивая с едой и закуривая очередную сигарету. Заведя джип, неспешно развернулся на самой заправке и двинулся уже в сторону места работы. И уже на подъезде к зданию было понятно, что, вероятнее всего, с боеприпасами будет полный облом. Повсюду валялось немалое количество нежити с характерными ранами от огнестрела, а иногда среди них попадались практически разорванные трупы стрелков. И, судя по одному из опознанных, стрелки были из его фирмы. А уж когда открылось и здание офиса, старлей окончательно убедился, что не светит ему тут ничего полезного. - Ксо! Надо было сразу сюда ехать, может и урвал полезного – долбанув по рулю, зашипел Кимура, увидев просто огромное количество окончательно упокоенных тел и горящее уже практически полностью здание – Хотя, если так здраво посудить, тут бы я и остался. Слабо верится, что хоть кто-то уцелел в этой бойне. И да, теперь понятно, почему не шибко много зомби я встретил на своём пути. Хотя вон, стягиваются уже потихоньку, конечно же, сколько мяса пропадает – заметив выходящие то тут, то там из-за углов других зданий дёргающиеся тела – Ну, раз ловить тут нечего, надо валить. Земля вам пухом, ребят – выждав положенную минуту, Сёрито тихонько тронулся, стараясь объезжать выходящих на дорогу трупоедов, не желая калечить машину. Таким темпом Раскольников смог выехать ближе к окраине, с удивлением подмечая отсутствие хоть сколько-то живых людей, лишь одни гниляки, которые, слыша шум двигателя, тут же направлялись к машине, от чего Никита здраво рассудил, что останавливаться не стоит, а лучше прибавить газу. Хотя, если бы офицер смог вернуться в этот момент, он бы предпочёл это не делать. Резко вылетевший из-за поворота маленький автобус, похожий на те, в которых возят учеников местных школ, летящий на полном ходу прямо в лоб Раскольникову, заставил того, заорав не русском непечатном, резко вывернуть руль, уходя от столкновения. И всё бы было хорошо, но вот не учёл Кимура высокий клиренс, попавший под колесо труп и довольно хреновую развесовку после улучшений джипа. С каждым метром его начало кренить всё сильнее на правый бок, а затем, решившись окончательно, машина полетела кубарем, теряя по ходу движения какую-то из запчастей и после нескольких кульбитов остановилась на крыше, со всей дури врезавшись в бетонную стену. *** - Эй! - Ну мам, ещё пять минуточек – пробормотал Кимура, не открывая глаз - Ты там охренел? Какая я тебе мама? Ты цел вообще? – раздался женский голос где-то поблизости - А? Что? – приоткрыв глаз, сказал мужчина и поморщился от боли в затёкшем теле - Говорю: ты цел? Переломов нет? – медленно и членораздельно спросил тот же голос - Да вроде бы цел… - зашипев, ответил Сёрито, осматриваясь и с трудом вспоминая, как он оказался в подобной ситуации. Старлей лежал на крыше салона автомобиля, скрючившись в такую загогулину, что вообще было непонятно, как остался живой. Висящий на груди автомат конкретно так давил на рёбра даже через бронежилет, что удивительно, как их не переломало во время всех пируэтов. А так, пошевелившись, обнаружил лишь разодранную штанину и глубокую, до мяса, уже подсохшую длинную рану, да разбитый лоб, заливший глаза, которые Раскольников начал оттирать, морщась от возобновившегося кровотечения по задвигавшемуся телу, покалывающего от тысячи маленьких иголочек. - Ау, ты меня слышишь? – заговорил вопрошающий и Никита понял, что доносится голос со стороны ног, где находилось пассажирское сиденье. Раздвинув конечности, офицер увидел сидящую на корточках девушку, что немного нервно осматривалась по сторонам и периодически кидала взгляд на лежащего в машине мужчину. Уже скрывающееся за горизонтом солнце лишь немного осветило её, не давая более внимательно осмотреть лицо и экипировку. А судя по тому, как мадам двигалась – она была вооружена и знала тактику. - Я пыталась разбить стекло, чтобы вытащить тебя, но оно лишь трещинами покрывалось – продолжила «спасительница» - Оно бронированное – хрипло сказал Сёрито и закашлялся, ибо продравшее от жажды, связанное с потерей крови горло намекало, что лучше стоит помолчать, а ещё лучше – выпить пару литров свежей воды - Ну, я так и поняла, что с ними что-то не так, если машину разметало по всей улице на составные части, а стёкла уцелели – судя по интонации, губы девушки искривила усмешка. - Что-нибудь горит? – забеспокоился мужчина, заворочавшись и поморщившись от боли в повреждённой ноге - Нет, повезло тебе, хорошая машина, крепкая… Была. - Да уж, тут ты права. Они немного помолчали и девушка, не выдержав, заговорила первой: - Ты там долго прохлаждаться будешь? Скоро солнце совсем скроется и в темноте я не гарантирую, что будет легче. - О как, я тут целый день в отключке провалялся – пробормотал по-русски Никита - Что? – не поняла собеседница - Говорю, дверь открыть можешь? – вновь перейдя на японский, спросил старлей - Если бы могла – давно сделала – фыркнула дама – её заклинило, а водительская прижата к стене. Багажник и заднюю дверь я не пыталась открыть, да и если бы получилось – я бы не смогла тебя вытащить, раненых мужиков не приучена таскать. - Зомбаки? - Поблизости нет, но наблюдаются - Ладно, я понял. Можешь проверить, какое из стёкол держится менее крепко? - Секунду Слегка привстав, дама пропала из поля зрения, зато раздался стук в окно сначала в заднее стекло, а затем – стекло багажника. Затем девушка вернулась к ожидающему её старлею: - В принципе можно попробовать выбить багажник, но у меня не получится, педикюр недавно сделала - Острячка – не сдержал улыбки русский – Так, хорошо. Но помощь мне твоя будет нужна, я ногу повредил - Насколько всё плохо? – Кимуре показалось, или в голосе незнакомки прорезалось беспокойство? - «О как, за меня беспокоится женщина. Давно я такого не помню, ещё с тех пор, как развёлся со своей первой и единственной. Хотя, может быть дело в том, что она не хочет оставаться одна. Но как бы то ни было - прияяятно» Но в слух сказал другое: - Ничего серьёзного, рваная рана, зашить, бинтануть, хряпнуть анестезии и буду как новенький. Но сейчас далеко идти не смогу, нужно до ближайшего дома добраться и там подлататься. Незнакомка молчала некоторое время, видать, переваривала немного непонятные для себя словечки, затем вздохнула и ответила: - Хорошо, так и поступим. Тогда переползай пока назад, а я пойду подыщу укрытие - Добро – ответил Сёрито, но мадам уже испарилась – О как, не только скора на слово, но и на дело. Ладно, будем посмотреть, что это за бравая «медсестричка». Улыбнувшись простой шутке, Кимура попробовал пошевелить раненой ногой, морщась: - Ну что же, результат оставляет желать лучшего, но ведь могло быть и хуже. Значит, нужно стараться ногу сгибать поменьше. Хотя придётся потерпеть, ибо несмотря на размеры машины, я мальчик тоже крупный – обратив внимание на узковатое для его комплекции место между сиденьями – Так, ладно, языком можно и потом почесать, нужно выбираться. Эх, первая встреча с живым человеком лишила меня мобильника и сигарет, а вторая чуть не отправила на тот свет. То ли я везунчик, то ли одно из двух. Пока Никита общался сам с собой, его тело действовало на автомате: скинув с себя автомат Калашникова, прямой подачей отправил его точно в заднюю часть машины, надеясь, что коллиматорный прицел от такого отношения к себе не отдаст богу электронную душонку. Следом полетел штурмовой рюкзак, а за ним и сумка, что, к удивлению, остались на своём месте, сменив лишь верх на низ. Радиостанция была безнадёжно испорчена, поэтому Сёрито, изъял из неё батарею, вытащил свисающую зарядку из прикуривателя и, смотав провод, убрал с батареей в один из подсумков, а приборчик бросил на то место, где он и лежал. Настала очередь и самого Раскольникова перемещаться назад, что он и сделал, скрипя зубами от продравшей боли в ноге. Переползя ногами вперёд в багажник и подтянув к себе перекинутые вещи, внимательно посмотрел сквозь покрытое сетью трещин стекло, пытаясь хоть что-то рассмотреть, но едва виднеющееся из-за горизонта солнце уже не могло открыть всей картины. Понимая, что ждать у моря погоды бесполезно и светлее уже не станет, подполз поближе к окну и, размахнувшись левой, не покалеченной ногой, долбанул в левую часть стекла. И ещё раз. - Эй, а потише нельзя? – зашипела возникшая из неоткуда незнакомка, присевшая у багажника - Ну извини меня, что я тут пытаюсь выбраться – с изрядной долей сарказма ответил ей русский - Я прощаю – добавив в голос величавых ноток, кивнула мадам – Нашла я дом, повезло, что он пустой оказался и я умею вскрывать замки без лишнего шума, а не как вы, мужланы, ногами и прочими подручными средствами. - Это где такому учат? – пропустив подколку мимо ушей, приподнял бровь офицер, хотя и понимал, что девушка не видела его - Жизнь учит – ответила мадам – Так, мы тут будем сейчас друг-другу истории из прошлого рассказывать или попробуем тебя вытащить? - Ну, будь обстановка более спокойная, я бы предпочёл первый вариант, но да, ты права. В общем, смотри: я бью в левую сторону окна, а ты – в правую. Так, мне кажется, выйдет быстрее - Слушай, а ты не думал просто попробовать открыть багажник? – добавив в голосок елейно-невинных ноток, спросила девушка. Тут Кимура замолчал и, смутившись, засопел. Эта мысль даже не пришла ему в голову. - Нет, не думал – нахмурившись, буркнул Раскольников. - Вот видишь! И чтобы ты без меня делал, скажи на милость? – уже с нотками гордости ответила незнакомка - Жил дальше – снова буркнул Никита, не желая признавать поражение, а затем добавил – Ну, обратно я уже не полезу, попробуй открыть со своей стороны. - Одну минуту – и мадам, сделав характерное движение, означающие убирание оружие в поясную кобуру, на полусогнутых подошла поближе к двери багажника и, сопя, попыталась её открыть. - Ксо, кнопка жмётся, но сам багажник не поддаётся – пожаловалась она, дёргаясь, словно у неё начался припадок - Ну, значит придётся работать ногами. Как почувствуешь, что она сейчас вывалится – отпрыгивай – и размахнувшись, Кимура долбанул в район замка. Что-то заскрежетало, затем раздался громкий звон и после очередного удара дверь практически отлетела в сторону, а незнакомка еле успела отпрыгнуть в сторону, зашипев, как кошка и матерясь на родном языке. - Упс, кажется, петли не выдержали – сделав виноватое лицо, сказал Сёрито и наконец-то выбрался на волю - Слышишь, ты, какого… - осеклась разъярённая мадам, поднимая голову на вставшего почти во весь рост Никиту, слегка поджимающего покалеченную ногу – Ого, так ты, оказывается, не японец. А где подобных тебе делают? - В СССР – ухмыльнулся старлей, а затем нахмурился, когда заметил пробежавшую тень недовольства по лицу девушки - «Ну а чего я хотел, чтобы меня любили и принимали таким, какой я есть? Да ещё в этой стране? Тут вообще иностранцев не шибко приветствуют, а уж с русскими везде какой-то негатив» - горько усмехнулся про себя боец, а затем, отогнав мрачные мысли, переключился на тыкающую в его разгрузку девушку - А скажи мне пожалуйста, ты откуда такой взялся? – задумчиво спросила она, продолжая изображать из себя дурочку, хотя Кимура и заметил, что правая рука незнакомки лежала на рукоятке торчащего из кобуры пистолета. И это был именно пистолет, а не привычный уже револьвер, а это значит, что мадам – либо служит в спецподразделении, либо… Отодвинувшись от полицейской настолько, насколько позволила раненая нога, Сёрито показательно медленно залез в карман штанов и, достав оттуда портмоне, показал удостоверение сотрудника охранной фирмы. - Кимура Сёрито… Старший сотрудник… Токита корп… – бормотала девушка, прищурившись и читая написанное. А затем лучезарно улыбнулась и, отпустив рукоятку пистолета, протянула руку – Ну что же, будем знакомы, Сёрито-кун! Меня зовут Инафуку Кана, но ты можешь меня называть по имени! Немного опешив от такой смены настроения и напора эмоций, Кимура тряхнул головой, убрал документ обратно в портмоне, а тот – в карман, а затем уже пожал протянутую руку девушки: - Хорошо, Кана-тян, по имени так по имени. Только прости, но ничего, если я буду тебя без приставки к имени называть? - Нет, я тоже самое хотела и тебя спросить – продолжая улыбаться, трясла руку мужчины Кана - Ну, а теперь к важному вопросу – ты дурочкой долго будешь притворяться? Сошедшая улыбка и дебильно-радостное выражение лица сменила сосредоточенная и немного нервная мордочка. И не смотря на практически скрывшееся солнце, рассмотреть девушку офицеру удалось. Она была вполне себе миловидная. Небольшого – с точки зрения Кимуры, конечно же – роста, что-то около ста шестидесяти сантиметров, с ладной спортивной фигуркой, которую не скрывали даже лёгкий бронежилет и растрёпанная форма. Всё-таки, краем глаза, мужчина срисовал топологию самого приятного вида, поддавшись, на долю секунды, природе, а потом переключился на лицо девчушки. В некотором роде, её можно назвать обаятельной. Не настолько ярко выраженные скулы, смоляные, аккуратные брови, разрез зелёных, до тёмно-изумрудных глубин, глаз – всё также по-японски миндалевидный, но ближе даже к европейскому. - «Неужто ещё одна хафу?» - как-то удивлённо-отстранённо подумал Сёрито, сразу же переключаясь к зрительному анализу вновь. Загорелая кожа… Правда, загорелая только там, где не скрыта формой – мелькнувшая из-под сбившегося рукава формы часть запястья, лишённая загара, подтвердила, что времени на отдых страж порядка оставляет себе очень и очень мало. Ну, а довершали картину чёрные, как смоль, волосы, почти доходившие до плеч, собранные на затылке в аккуратный хвостик, а по бокам спадавшие совершенно свободно. Впрочем… Не было похоже, что ей это чем-то мешало и, приглядевшись получше, Никита понял причину – чёрные же, в тон волосам, заколки-невидимки, прихватывающие их у самого начала и не позволявшие закрывать обзор носительнице. Всё строго по уставу, что сказать. Ну, а финальными штрихами стали аккуратный, задорно вздёрнутый носик и неожиданно пухлые губы, впрочем, покрытые сейчас, видимо, обесцвечивавшей их помадой. Одним словом, старлею оставалось только радоваться, что в полиции города Фудзими служат такие миловидные особы… Если бы не рана на ноге, дававшая о себе знать. - Как догадался? Обычно на всех мужиков такое срабатывает - Менталитет другой. Я же гайдзин, не забыла? – и подавил ухмылку, заметив смущение на лице полицейской - Ну да, об этом я как-то не подумала. Ладно, предлагаю переместится в более безопасное место и уже там продолжить разговор. Ты готов? - Секунду – и, наклонившись, как можно дальше выставив повреждённую ногу, вытащил из машины АК, сумку и рюкзак. Куртку он забыл достать, по этой причине решил тупо плюнуть, справедливо подумав, что сейчас замерзнуть будет проблемно. - А ты не так прост, как я думала – протянула мадам, с интересом осматривая автомат, который старлей поставил у машины, пока одевал на плечи штурмовой рюкзак и закидывал на плечо сумку – Что за оружие, впервые вижу такое. - А это, Кана, оружие, сделанное в моей стране, правда, экспортное – закончив с вещами, Кимура взял в руки оружие и, вытянув его на руках, продолжил - Автомат Калашникова сто два под НАТОвский патрон пять пятьдесят шесть. - Не слышала о таком – хмыкнула Инафуку - И не надо. По сути, похож на китайский Тип пятьдесят шесть. Даже не так. Китаец практически идентичная копия, правда, более старой серии наших калашей. Но суть работы не изменилась, это – тычок пальцем – предохранитель и заодно смена режима огня. Самый низ – одиночный, середина – автоматический огонь. Ну, затвор ты сама видишь где, меняется магазин таким образом – отстегнув магазин, посмотрел на девушку, а затем примкнул его обратно – Вот так происходит перезарядка. Поняла? - Понять-то я поняла, но зачем ты мне это показываешь? – немного удивилась Кана, тем не менее, впитав информацию. - А затем – Сёрито включил EOTech, проверяя его работоспособность и удовлетворённо кивая. А затем протягивая оружие полицейской – Что боец из меня с такой ногой сейчас не то что нулевой, а вообще минусовая величина. Да и не дам же я тебе нести свои скарб, а то раз педикюр есть, то и маникюр присутствует, а портить его тебе не хочется, я уже это понял. - Какого умного мужчину я, оказывается, спасла. Где же ты был всё это время? – довольно улыбнулась Кана, беря в руки автомат и, подогнав под себя оружейный ремень, повесила оружие на грудь, которая, несмотря на лёгкий бронежилет, была весьма выдающейся – Ладно, потом в остроумности посоревнуемся, идти сможешь? - Медленно и не на карачках – вполне – кивнул офицер, чувствуя, как подсохшая корочка на ноге раскрылась и кровь потихоньку начала покидать потрёпанный организм. - Давай тогда, тут неподалёку – и, присев, быстрыми перебежками двинулась в сторону ближайшего дома, при этом открывая довольно аппетитный вид на филейную часть - Будешь пялится – прибью – шепнула с хитрым выражением лица Кана в один из моментов, когда Сёрито проходил мимо неё. Ну вот эти пару сотен метров, показавшиеся для Кимуры несколькими километрами, пройдены и парочка ввалилась в дом, где сбросивший с плеча сумку мужчина тут же попрыгал на одной ноге по направлению к кухне, а Инафуку принялась баррикадировать вход. Скинув со спины рюкзак, со вздохом облегчения Раскольников упал на стул и тут же полез в свой скарб, ища медицину, которую он взял в магазине. Правда, первым делом пришлось доставать из рюкзака фонарик с батарейками к нему, ибо включать пока ещё работающий свет не хотелось, дабы не привлекать внимания. Пощёлкав кнопкой прибора, зажмурился от яркого света и уже после этого посветил во внутренности рюкзака. Вспомнив, что все медицинские принадлежности лежат в сумке, Никита, вытащив бутылку с водой из рюкзак и, скрутив крышку, крикнул: - Кана, будь так добра, принеси сумку, которую я кинул у входа, в ней лежит то, что не даст мне умереть – а уже после этого припал к горлышку, жадно поглощая такую нужную влагу. - Бутылка вашего саке, народный инструмент и шапка со смешными ушами? – спросила девушка, входя в помещение, неся в одной руке сумку, а в другой автомат, затем поочерёдно укладывая всё на стол - Ха-ха, очень смешно – отрываясь от наполовину опустошённой бутылки и протягивая её девушке, которая также жадно припала к воде – Нет, ногу буду лечить - Знаешь, ты первый человек, удививший меня несколько раз за такой короткий срок нашего знакомства. Что ты ещё умеешь? – опустошив ёмкость и поставив пустую бутылку на стол, спросила Инафуку - Жрать, спать, стрелять, бегать, прыгать. В туалет ещё могу сходить – роясь в сумке и вытаскивая оттуда поочерёдно перекись водорода, женские прокладки, щипцы, несколько бинтов и… бутылку саке. Ну да, не удержался старлей, да и вообще, спиртосодержащие напитки помогают не отключится от боли. Ко всему этому добавился собственноручно собранный хирургический набор, вытащенный из кармана рюкзака. Полицейская с интересом наблюдала за действиями Кимуры, видать, если и проходила курсы первой помощи, то лишь теорию, ну максимум на кукле потренировалась. А тут смотри, живой пример. - «Ну вот смотри-смотри, мало ли, пригодится ещё» - подумал Раскольников и, не удержавшись, хмыкнул - Что смешного? – подозрительно спросила Кана, нахмурившись - Р-р-романтика – покрутив лучом света по стенке, рассмеялся Сёрито, а затем примирительно поднял руки, увидев надувшую губки мордашку – Ладно, шучу я, нервное. Крови не боишься? - Продолжаешь шутить? - Ну мало ли, люди всякие бывают. Держи – поставив фонарик на стол, мужчина взялся за бутылку с местной водкой и, скрутив крышку, приложился к бутылке. - Ну вот, а я уже о тебе начала хорошо думать, а ты так сразу испортил впечатление о себе. У вас все в стране пьют по поводу и без? – печально вздохнула девушка, беря в руки фонарик и светя им по сторонам, стараясь не попадать на мужчину - Слушай, хватит уже – поморщился офицер – Вот что я не люблю, так это подколки в сторону нашего народа. Нет, мы не пьём постоянно, но «варварам» уже давно известно, что в случае отсутствия нормальной анестезии - а её у меня как раз нет, если не считать нескольких упаковок дерьмовенького обезболивающего – лучше всего выпить либо спирта, либо водки, чтобы по голове дало и ты не был особо чувствителен. А мне сейчас, дамочка, нужно будет промыть рану, вытащить из неё возможный мусор, зашить и забинтоваться. И, млять, ты у меня тут ещё будешь юмор шутить?! – последнюю фразу Никита практически прокричал, перейдя на русский язык, от чего Кана нешуточно так напугалась и схватилась за пистолет в кобуре. Заметив этот жест, старлей лишь усмехнулся и, отвернувшись, снова приложился к бутылке. - Извини, тяжёлый день был – наконец тихо ответила полицейская, смотря куда-то себе под ноги - Ты тоже прости, что сорвался. Правда, не хотел – поставив наполовину опустошённую бутылку обратно на стол, взял в руки пузырёк с перекисью – Ладно, иди сюда. Свети на рану, ну и учись заодно, мало ли, как жизнь повернётся. Прошло около сорока минут, когда бледноватый Кимура наконец-то завершил обработку ран и наматывал последний виток бинта на голову, становясь похожим на раненого командира партизан. Стол, с которого было уже скинуто всё лишнее, был завален кучей окровавленной марли, бывшими раннее прокладками, пустой флакончик из-под перекиси и заляпанные кровью щипцы с иглой. А под столом валялась пустая бутылка из-под саке, остаток которой Кана разделила с Раскольниковым. Правда, мужчину слабенькая для привыкшего пить напитки покрепче она практически не взяла, от чего зашивать ногу было ох как неприятно. Но и напарница, видать, привыкшая к подобному алкоголю, лишь немного раскраснелась и стала более расслабленной. - Всё, сестра Инафуку, операция проведена успешно, вы свободны – слегка улыбнувшись, сказал Кимура девушке, откинувшись на спинку стула и вытягивая трясущиеся от слабости ноги - Хорошо, доктор Кимура. Пациент будет жить? – весело спросила Кана, светя фонариком в сторону, чтобы не слепить друг друга. - И даже бегать, но сейчас ему нужно отдохнуть. А прежде чем отдыхать, придётся сначала зашить штанину, постираться и пожрать. Ну, это мне. У тебя какие планы на вечер? – прикрыв глаза, спросил мужчина у полицейской - А ты хочешь меня куда-то пригласить? – кокетливо заговорила Кана, но, не увидев реакции, тряхнула хвостом и ответила уже нормально – В душ хочу сходить, упарилась в этом бронежилете и форме. Я вообще удивляюсь, как ты ходишь в такой экипировке? - Годы тренировок. Да и в моей стране защита была получше, а тем самым и тяжелее, чем ныне одетая – пожал плечом Сёрито, продолжая сидеть с закрытыми глазами - Понятно. Слушай, а чего мы сидим на кухне, да ещё и в темноте? Пойдём в гостиную, я её ещё, когда дом осматривала, проверила – она находится с задней стороны дома и окна во двор выходят, так что если не включать свет, то можно хотя бы телевизор, новости-то до сих пор идут наверняка. - Здравая мысль – хмыкнул Кимура и, приоткрыв один глаз, хитро посмотрев на Кану – Для блондинки. - Чтоооо?! – возмутилась было она, но, переведя взгляд на подсвеченную фонарём улицу за окном, понизила тон – Это кто тут блондинка? Я брюнетка! Или у тебя дальтонизм? - Крашеная – как можно более небрежно ответил Сёрито, сдерживаясь, чтобы не засмеяться – Вон, у тебя корни видны, давно вообще за собой следила? - Где?! – испуганно подбегая к зеркальцу, стоящем на микроволновой печи и, наклонившись, подсвечивая себе фонариком, принялась искать несуществующие белые корни полицейская. Никита уже более не мог сдерживаться и, издав неприличный звук губами, согнулся пополам от смеха. Кана тут же повернулась к нему и, поняв, что старлей просто пошутил над ней, хотела обидеться, но сначала улыбнулась, а затем рассмеялась вместе с мужчиной. Девушка взглянула на своего нового компаньона пристальнее, словно решившись изучить его лучше. Острое, худое лицо, словно бы он постоянно жутко уставал или долгое время тяжело болел, но отчётливая печать хронического недосыпа – мешки под глазами, словно обнадёживали Кану, что вовсе не в болезни тут дело. Небритость, «возрастом» дней этак двух-трёх. Говорят, что она идёт всем мужчинам, но полицейская вдоволь насмотрелась на примеры совершенно обратного – а сейчас, похоже, ей удалось увидеть, что молва не врёт, и такую щетину действительно можно счесть естественным и вовсе не отталкивающим атрибутом мужчины. Правда, визуально это, всё же, делало лицо гайдзина чуть шире, чем оно есть на самом деле. Типично славянские черты выдавали в нём гостя из страны вечных морозов и домашних медведей ещё больше, чем пристрастие к «Калашникову». Кажется, один из старых полицейских, в своё время тоже переехавший в Нихон из России, употреблял выражение «рязанская морда». Правда Кана не была уверена, насколько оно применимо по отношению к Кимуре. Нос с широкими крыльями и чётко заметной горбинкой, явно выдававшей травму… Хотя, может, он от природы был таким… Шрам, уходивший по виску от правого глаза куда-то под короткий уставной «ёжик» тёмно-русых волос, уже прореженных ранней проседью – мужчина не выглядел особо старым. Морщины, скорее не возрастные, а от усталости, отложившиеся в уголках губ, вокруг глаз и перечеркнувшие пространство между бровями вертикальными чертами. Сами брови, густые, но не растущие абы, как-видимо, природная особенность … И глаза. Девушка чуть вздрогнула – серые, словно стальные. Нет, они удивительно гармонично вписывались в образ, но их взгляд… Он был похож на безразличные провалы оружейных стволов, которым плевать, в кого выплёвывать смертоносную порцию стали, давил и заставлял невольно втянуть голову в плечи. Он периодически менялся, то цепляясь ржавым от крови крюком в любую мелочь – и тогда сам облик Сёрито словно преображался, становясь подобием некоего хищника – то скользил вокруг, смотря словно сквозь людей. И в такие моменты мужчина походил на ожившую маску смерти, которой безразличны проблемы живущих, и всё, что она в них видит – слабые места, способы умерщвления. Да и само тело напарника… Даже судя по увиденному, он сам был сухощавым, подтянутым. Не дистрофиком или задохликом, а именно жилистым человеком, в котором нет ни грамма лишнего жира – только мышцы, вены, кости, сухожилия – предназначенное для выполнения строго определённого набора задач устройство. И вряд ли в те задачи входило праздное лежание на диване. Вообще, весь облик мужчины перед молодой полицейской на чистых инстинктах кричал об одном: это – человек войны. Ему неуютно среди толпы людей, но сейчас он словно начал снова дышать. И вот, вроде бы два друг-другу незнакомых человека, которых судьба столкнула во время пришедшего в мир пушистого зверька, находящиеся на чужой кухне, просто смеялись, сбрасывая накопившееся за целый день напряжение. Что же будет их связывать в дальнейшем и что ещё попадётся им на пути известно одному лишь Всевышнему. Но сейчас… - Ох, вот всё таки вроде умная девушка в самом расцвете сил, а на подколку мою попалась, как школьница средних классов – продолжая посмеиваться, сказал Сёрито, поднимаясь на ноги и, слегка подволакиваю ногу, подходя к холодильнику, желая посмотреть, чем можно отужинать. А девушка, решив не откладывать дел в долгий ящик, ушла, покачивая бёдрами, в сторону ванной комнаты. - Так-с, судя по количеству полуфабрикатов, жил тут явно одинокий человек. А вот если обратить на порядок вокруг – девушка. У парня бы такой чистоты, приближённой к идеальной, никогда не было – хмыкнул Кимура, вспоминая свой беспорядок в квартире – Ну, видать постоянно находилась на работе, поэтому и еда такая… Не шибко полезная. Ладно, выбирать не приходится, жри, чё дают и не вые… кхэм… короче, приятного аппетита тебе, Никита Иванович! Выбрав из предложенных продуктов обычный ужин, Кимура захлопнул дверь холодильника и, порадовавшись тому, что микроволновка на два отсека, запихнул обе ёмкости в печь, выставив указанную температуру, выключив предварительно звук. Подсвечивая себе маленьким карманным фонариком, носимым в разгрузке, нашёл в рюкзаке ещё одну ёмкость с перекисью и отмыл инструменты, которыми помогал себе в лечении, убрав их после протирки очередной прокладкой по своим местам. Выкинув мусор со стола в стоящую у мойки ведро, подхватил рюкзак с сумкой и, подхрамывая прошёл в гостиницу, где, бросив вещи, шлёпнулся на диван, улыбаясь. - Вот это я понимаю – притулить задницу после активных действий за весь день – довольно закряхтев, сказал Раскольников – Интересно, почему у меня стойкое ощущение муженька, припёршегося с работы и упавшего у телевизора для вечернего просмотра какого-нибудь ток-шоу? Нашарив пульт от ящика, щёлкнул кнопкой включения и практически сразу, оторвав спину от дивана, сделал немного погромче. Показывали Фудзими, а если точнее – один из мостов, делящий город на две половины. На заднем фоне вещавшей ведущей находилась толпа людей, а перед ней орал какой-то псих о том, что виновато в трагедии правительство в целом и служители порядка в частности. Толпа потихоньку начинала скандировать, заводясь, ведущая продолжала говорить о чём-то, а Никита смотрел лишь на задний фон, где к заводиле подошёл пожилой мужчина в форме полицейского, судя по погонам, кто-то из старших, и о чём-то его попросил. Тот лишь отмахнулся, брызжа слюной, а через несколько секунд коп вытащил из кобуры табельное оружие и, направив бунтарю в лоб, нажал на спуск. Прозвучал выстрел и пока уже мёртвое тело скандалиста падало на землю, была лишь оглушительная тишина. А через мгновение снова началась паника, крики, камера задёргалась, то продолжая снимать уходящего мужчину, то переводя объектив на стоящих в оцеплении полицейских, открывших огонь по прорывающимся мертвецам и затем съёмка оборвалась, заполнив экран белым шумом. Кимура сидел ещё минуты три, втыкая в пустой экран, а затем хмыкнул, пробормотал что-то вроде «идиоты» и выключил ящик, включив вместо него настольную лампу у дивана, чтобы она давала хоть какой-то свет. - Ну что показывают по телевидению? – раздался голос от дверного проёма и Сёрито, переведя взгляд, проглотил язык. Кана стояла перед ним в домашнем халатике, распустив свои волосы, которые рассыпались по плечам и спине и скрестив руки на скрывающейся под экипировкой красоте. А ещё от неё одуряюще пахло свежестью и тем неуловимым ароматом, которые могут издавать только женщины, особенно после душа. Сглотнув вставший в горле ком и откашлявшись, с небольшим усилием отведя взгляд от так и манящего к себе тела девушки, старлей хрипло ответил: - Ничего хорошего, анархия началась. И, как мне кажется, это происходит не только у нас, но и по всему миру. - С чего такая уверенность? – Инафуку прошла мимо него, обдав своим сладким запахом и, плюхнувшись на диван, закинула ногу на ногу, с интересом наблюдая за реакцией офицера - «Вот же лиса хитрая. Но я больше удивляюсь себе, вроде уже не мальчик, из того возраста, когда почти на каждую самку солдат становился по стойке «смирно», уже вышел, а тут погляди… Не, прав был шеф, надо было хоть проституток вызывать, воздержание плохой метод» - подумал Кимура и, стараясь не смотреть на вызывающе сидящую компаньонку, заговорил: - Простая логика. Хоть в Японии и нет армии, как таковой, но Сил Самообороны хватило на то, чтобы заблокировать очаг заражения в колпаке, выставив оцепление по периметру. На крайний случай попросили бы помощи у американского правительства, чьи военные базы расположены на территории вашей страны. Но, как мы можем поглядеть, никто ничего не делает, всем будто плевать на происходящее, а правительство самоустранилось. Скорее всего, разлетелось по своим виллам и островам – вспомнив сегодняшнее происшествие у аэропорта, насупился Сёрито – Так что сейчас везде вспыхнет волна мародёрства, насилия, убийств и прочих «радостей» жизни. Весь налёт цивилизованного общества слетит, словно шелуха и откроются настоящие лица, где будет сразу понятно, кто мерзавец, а кто – человек, которому можно довериться. - И кем ты видишь себя в этой игре жизни со смертью, Сёрито? - Человеком, которому повезло выжить и тем, кто будет стараться продлить жизнь свою жизнь как можно дольше. - А план какой? – Кана тряхнула головой и отбросила обеими руками волосы назад, разгладив их и обдав Никиту очередной порцией одуряющего запаха, из-за которого его сердце даже пропускает удары – Набрать как можно больше вещей, выехать за город и, обосновавшись, отстреливать каждого, кто посмеет приблизиться? - План минимум ты почти угадала. Но план максимум – вернуться на Родину – вздохнув, ответил ей с улыбкой Раскольников - О как. Хм, хорошая цель, по крайней мере, она у тебя есть – немного суховато сказала Кана, отвернувшись - А что с тобой? - А что со мной? – также сухо вопросом на вопрос ответила полицейская - Ты что будешь делать? – подметив изменение в настроение напарницы, но не заостряя на этом внимание, спросил мужчина - Выживать, как все. Родных у меня не осталось, парня как-то не удалось найти – всё карьера да карьера – так что особых целей у меня нет. - Ладно, можно отложить это на потом. Пока что я предлагаю тебе держаться вместе – и мне за спину спокойно будет и я тебе смогу… кхэм… тыл прикрыть. Пожав плечом, Кана ничего не ответила, даже на подколку не обратила внимание и офицер, вздохнув, решил не продолжать разговор, а сходить за ужином, который уже наверняка давно готов и только ждал, пока его съедят. Пройдя на кухню, Кимура вытащил тёплые ёмкости с едой, воткнул в каждую по столовому прибору и вернулся обратно, где протянул одну порцию Кане, а сам, сев обратно, принялся за ужин. Всё оставшееся время прошло в молчании. Сёрито, поев, принял душ, отстирал штанину от крови и, не смущаясь компаньонки, на всё том же диване, под светом лампы, в трусах, зашил порвавшуюся по шву штанину. А уже после этого, не забыв забрать с кухни автомат, который уложил поверх своего снаряжения, лежащего подле, рухнул на диван и практически в ту же секунду отключился.