Судьбоносные слова

Мир больше не был прежним. Старая, привычная жизнь рухнула, словно карточный домик, принося больше страданий, чем было когда-либо, но… Вместе с тем… Ким Рок Су слегка улыбнулся, смотря, как пыхтящий Чхве Джун Су устанавливает небольшую елку, которую нашел в заброшенном супермаркете, когда они выходили на миссию. Ли Су Хек тем временем сидел за столом, старательно выводя на бумаге поздравления — он был хорошим лидером, и в это определение входила забота о подчиненных. Он хотел, чтобы все они почувствовали праздник в такое сложное время. И, смотря на двух близких людей, на предпраздничную суету, Ким Рок Су внезапно подумал, что сейчас он счастлив. Смотря на небольшой фонтанчик чудом уцелевшего фейерверка, поджигая самодельные бенгальские огни, встречая двадцать четвертый Новый Год в своей жизни, Ким Рок Су подумал, что даже если он не встретит свою судьбу… Он больше не одинок.

***

Чхве Хан плакал. Слезы текли по его щекам, а в его голове было слишком много мыслей… И одновременно лишь одна. — Ким Рок Су… Он не знал, о чем думать. О том, что Кейл оказался таким же корейцем, как он сам? О том, что он врал Чхве Хану, притворяясь, что не знает язык? Конечно же, осознание этого больно резало сердце — неужели Кейл не доверял ему? Но… «У него наверняка были причины.» Ким Рок Су не был человеком, который будет врать и обманывать просто ради веселья. Чхве Хан не знал — боялся ли Кейл сказать правду, или же не хотел вспоминать, начав жизнь заново. Но… «Почему…» Но было кое-что, что резало сердце Чхве Хана ещё больнее. «Почему он не рассказал о надписи?..» Глазами своего родственника он увидел надпись на руке Кейла. <Зачем ты говоришь со мной? > Это были первые слова, которые Чхве Хан сказал ему. Тогда почему? Почему Кейл никак не отреагировал? Почему не рассказал об этом позже? Неужели… «Он… Не хочет быть моим соулмейтом?..» Найти того единственного, пройдя сквозь границы миров, прожив дольше, чем было положено, пережив невыносимое одиночество… А затем узнать, что ты не нужен… Одна мысль об этом причиняла боль. Но, даже если это окажется правдой… «Это его выбор…» Чхве Хан прикусил губу, не обращая внимания на слезы, текущие из глаз. Если Кейл не хочет, чтобы они были вместе — он должен просто смириться.

***

Кейл нервничал. Он был полон уверенности раньше, собираясь сам рассказать о надписи, но сейчас… Очнувшись после потери сознания, Кейл сразу же был пойман, пережив небольшой диалог с Чхве Ханом. Диалог о том, кто он и откуда. Кейл уже начал думать, что всё прошло неплохо, как вдруг… Только что Чхве Хан попросил Раона покинуть комнату на какое-то время, оставив звуконепроницаемый барьер. Когда Кейл услышал это, он замер, чувствуя, как мурашки пробежали по спине. Хотел ли Чхве Хан избить его? Возможно, он лишь притворился, что его удовлетворили слова Кейла в присутствии Раона? «Возможно, мне всё же стоило начать обращаться к нему вежливее?..» Как всегда, глупые мысли наполняли голову Кейла в серьезные моменты. Нужно было подумать о том, нужно ли рассказывать о надписи сейчас, как извиняться, но разум сковал страх испортить отношения. Кейл мысленно усмехнулся. «Когда Чхве Хан успел стать так важен для меня?..» — Кейл-ним. Напряженный голос Чхве Хана разбил поток мыслей в голове Кейла. Он замер, словно провинившийся школьник, смотря на свои руки. Он не знал, что сказать. Он не понимал, что нужно сказать. И… — Я украл твою фразу. — Что?.. И Кейл выпалил самое худшее, что можно было сказать. То, к чему нужно было подводить осторожно, а не вываливать, как снег на голову. Однако ком эмоций, накапливавшийся в груди на протяжении последних двух лет, а, возможно, и всю жизнь, лишал Кейла возможности думать. В сознании царила странная пустота, сожаление и боль. «Почему я не рассказал об этом раньше?» «Почему я ляпнул эту фразу?» «Почему мы не можем быть вместе?..» Кейл вздрогнул, осознав смысл последней мысли, прозвеневшей в пустом сознании гулом колокола. Кейл был разочарован. Он так долго уговаривал себя, что ему не нужен соулмейт, что ему не нужны чувства, что ему не нужна любовь… Что ему не нужен Чхве Хан. А теперь… Кейл вновь ощутил, как слёзы скатываются по щекам. Второй раз за день. «Хах.» Ему нужен был Чхве Хан. На самом деле он хотел быть его соулмейтом, он правда желал, что бы они могли быть вместе. Но он был вором фразы. Он не заслуживал Чхве Хана. Он запутал его, заставил следовать за собой, самовольно сделал себя его семьёй, отнял настоящую судьбу… …Сегодня нужно было покончить с этим. — Я… Я рассказал тебе не всё. Кейл не поднимал взгляд, не желая видеть разочарование, гнев и, возможно, презрение в глазах… Да, стоило это наконец-то признать — в глазах человека, которого он любил. — Я попал в этот мир после того, как прочитал книгу. Голос Кейла дрогнул. Душа всё ещё не желала ломать такие замечательные, комфортные, теплые отношения. Однако пути назад уже не было. — Это… Это книга была о тебе. О том, как ты попал в этот мир. Как выживал в лесу. Как выбрался… Как спасал королевство. Я прочитал не всё — после пятого тома я заснул, а проснулся уже здесь. Кейл не останавливался, желая быстрее покончить с тем, что начал. Он быстро продолжал говорить — ровным и безразличным тоном. — …В этой книге было написано многое о тебе. И одна из вещей, которые я узнал оттуда… Судорожный вдох прервал речь Кейла. Он всё ещё не хотел договаривать. Поэтому закрыл глаза, произнося… — …”Чхве Хан смотрел на свою руку, где была надпись. Надпись, так часто дарившая ему надежду. Алые линии, изящные и красивые бутоны символов, напоминавших ликорисы. Кровавые порезы на коже, остававшиеся там всегда — и когда рука напоминала тонкую ветку после недель голода, и когда синяки расцветали там после падения со скалы, и когда настоящая кровь стекала по ним после неудачной битвы с сильным монстром. Мальчик, который смог прожить так долго, согревая себя всего лишь одной мыслью, смотрел на надпись на корейском языке. «Тебе есть, куда идти?» Вот что было написано там.» Повисла тишина. Кейл не находил в себе сил договорить — да он и не знал, что ещё можно сказать. А Чхве Хан… — …И? Кейл вздрогнул, резко распахивая глаза и поднимая голову. — Ч-Что?.. В смысле — «и»? Я украл твою фразу! Это непростительно! Я водил тебя за нос два года, пользуясь тем, что ты… — Ты этого не делал. Лицо Чхве Хана не выражало ни одной эмоции, когда он протянул руку к запястью Кейла и поднял его, начиная медленно разматывать бинты. Кейл попытался вырваться, не желая показывать свою надпись, которая могла лишь усугубить недопонимание. Но Чхве Хан лишь слабо улыбнулся. — Не дергайся. Кейл замер, позволяя Чхве Хану устранить полоски ткани, служившие стеной, спасающей Кейла от лишних эмоций. Чернильная надпись показалась на свет. — Действительно… Чхве Хан смотрел на неё, как завороженный, делая неверные выводы, принимая неверные решения… — Нет, Чхве Хан. Это не твоя надпись. Я… Ты что ли не знаешь, что такое воровство фраз? Это когда… Однако мечник перебил его. — Я знаю. Это когда кто-то другой узнает твою фразу и произносит её тебе. Многие так делали, чтобы получить того, кого хотели — из-за денег, например. И тогда происходит сбой, явление, которое называют «Фальсификация». Надпись на руке человека, обманувшего другого, изменяется, подстраиваясь под первую фразу обманутого. Кейл нахмурился. — Именно! И я сделал это. Я… Конечно же, я не хотел делать этого намеренно, но если бы я… — Но Кейл-ним, тогда почему твоя надпись совпадала с моей первой фразой? Кейл прикусил губу, нахмурившись. Он начинал злиться. «Какой же он твердолобый.» — Очевидно, она подстроилась. На губах Чхве Хана появилась грустная улыбка, а его рука потянулась к надписи. — Кейл-ним, почему ты снова мне врешь?.. Кейл замер. — Я видел надпись. Чхве Джун Су видел эту надпись. Он даже почувствовал родственную связь. «Черт! Когда он её видел?!» Кейл прикусил губу. Он не знал об этом. Он всегда тщательно прятал надпись, почему-то не желая показывать её кому-либо. Почему-то просто смотря на эти символы, он понимал, что его вторая половина находится где-то совсем далеко. Пальцы Чхве Хана медленно проскользили по корейским словам, заставляя Кейла нервно выдохнуть. — Как будто это такая уникальная фраза. Неужели не очевидно, что это просто совпадение?.. Джун Су, должно быть, принял сопереживание за родственные чувства… Кейл чувствовал себя странно. Аргументы Чхве Хана были довольно убедительными, но… Как Кейл мог просто согласиться? Он не имел права. Он должен был справиться с этой проблемой, которую сам и создал, один. «Она изменилась.» Кейл не мог надеяться на лучшее, когда всё в его жизни всегда вело к провалам. Он не мог надеяться на дикое совпадение — не мог надеяться, что он был настоящим соулмейтом Чхве Хана. Ведь он знал, что, хоть текст надписи и остался прежним, но чернила, раньше бывшие идеально черными, приобрели странный блеск… Так напоминающий ауру Чхве Хана. «Она изменилась…» Поэтому Кейл не мог позволить себе испортить жизнь Чхве Хана ещё больше. Никто не знал, когда и зачем появились эти надписи на руках людей. Было ли это странное природное явление, божественная воля или эксперименты инопланетных сущностей. Но надписи имели свои правила — и одним из них был, как многие говорили, запрет играть с судьбой. Надписи не были с человеком до конца жизни. Они исчезали после первого акта любви с соулмейтом, или, проще говоря, после первого секса. Тогда же пара связывала себя мощными узами — говорили, что некоторые могли чувствовать друг друга на расстоянии, слышать эмоции друг друга или обмениваться мыслями. Это было идеальное взаимопонимание. Однако люди всегда были странными существами, желающими то, что принадлежит не тебе. Поэтому некоторые вызывали явление, которое во времена Кейла стали называть «фейк». И такой человек с подделанной надписью имел возможность обмануть судьбу, привязав себя к чужому соулмейту… Конечно же, это не могло не нести последствий. Такой человек получал наказание. Медленно появлявшаяся боль, усиливающаяся с каждым годом. Страшная боль, если соулмейт, к которому он себя привязал, связывается с настоящей парой… И проклятая связь, если фальшивая пара соединится в акте любви. Такая связь была единственным спасением для того, кто обманул, и настоящим проклятием для обманутого. Она не могла передавать ничего, кроме боли, равномерно распределяя её на двоих. Конечно же, оба не могли быть счастливы, но всё же люди, желая получить чужое, продолжали идти на риск, надеясь, что их не соулмейт поймет и простит… Однако Кейл не был одним из этих людей. То, что случилось с ним, было случайностью. И он не собирался позволять этой случайности сломать судьбу Чхве Хана. В отличие от него, тот еще мог связать себя с настоящим соулмейтом. Поэтому Кейл не мог желать… — Кейл-ним, мы можем проверить. Чхве Хан улыбался со странным выражением лица, легонько поглаживая чернильную надпись на руке Кейла. — Мы можем проверить, исчезнет ли надпись. — Хах?! Кейл в шоке распахнул глаза. Он не мог поверить, что Чхве Хан сказал то, что сказал. Щеки горели от осознания сути того, что тот предлагал, а разум стыл от ужаса. — Ты вообще соображаешь, о чем говоришь?! Ты же… Ты что, не понимаешь, что больше не сможешь связаться с настоящим соулмейтом?! Что ты будешь… Кейл не заметил, как перешел на крик. Однако… — И что? Мне не нужен никто, кроме тебя. На лице Чхве Хана была мягкая улыбка, а его руки медленно коснулись плеч Кейла. — Я предпочту разделить твою боль, чем счастье с кем-то другим. Сознание Кейла замерло, теряя следы любых мыслей. А затем… Мягкие губы коснулись губ Кейла. Мягкие, но слегка сухие, горячие, опаляющие дыханием, извлекающие тихий стон. Кейл застонал ещё громче, когда влажный язык коснулся его губ — но затем замолк, когда он скользнул внутрь. Ощущения сводили с ума. Кейлу казалось, что он сгорал от всепоглощающего чувства любви — он жаждал этих прикосновений, он желал эту ласку, он хотел… «Что?.. Я не должен… Я…» Кейл слабо попытался оттолкнуть Чхве Хана, но тот не сдвинулся с места. Его грудь была твердой, словно скала, а язык мягкими движениями продолжал лишать разума. Это было невыносимо. Это было невозможно… Это было…

***

Это было великолепно. Кейл сидел, опираясь спиной на изголовье кровати, и Чхве Хан ласкал его, забравшись рукой ему под рубашку, легонько пощипывая и поглаживая нежные соски, с трудом терпя жар снизу. Хотелось немедленно доказать этому упрямцу, насколько он был не прав. Оказаться внутри, запятнав своего господина, своего друга, свою любовь, вторую половину души — тем самым очищая его руку. Очищая его от сомнений и страха. Чхве Хан был абсолютно уверен, что они принадлежат друг другу. Неважно, были ли они соулмейтами… Они должны были быть вместе. Просто… — Кейл-ним, не бойся… Чхве Хан понимал его. Кейл боялся, что его ошибка обойдется Чхве Хану слишком дорого. Но это было не так. Чхве Хан любил Кейла слишком сильно. Он не позволил бы ему страдать, даже если бы ради этого пришлось бы отказаться от собственного счастья. Чхве Хан аккуратно проскользнул правой рукой вниз, продолжая целовать нежные губы Кейла, исследуя его теплый и влажный рот, перебирая волосы левой рукой. Он аккуратно расстегнул пуговицы на его штанах, а затем медленно приспустил их. — Ммм!.. Протяжный стон раздался в поцелуй, когда рука Чхве Хана коснулась уже возбужденного члена Кейла. Легонько проведя по нему пальцами, он спустился ниже, касаясь колечка мышц, аккуратно нажимая на него, медленно массируя… Чхве Хан разорвал поцелуй, отстраняясь. Затем он помог Кейлу спуститься ниже — теперь он лежал на кровати, а Чхве Хан сидел между его ног. Однако Кейл был напряжен. Ему было страшно. — Кейл-ним?.. Наклонившись, Чхве Хан нежно обнял его, мягко прижимаясь всем телом. Стараясь передать тепло. Стараясь… — Ты же чувствуешь меня?.. Как Чхве Хан чувствовал его страх, так Кейл мог почувствовать его уверенность. Но это… — О чем ты… Связи не бывает до исчезновения надписей… Раздался тихий смешок. — Да, Кейл-ним. Но всё же ты чувствуешь меня. — Хах?.. В изумлении Кейл посмотрел на него. Он хмурился, а в его глазах было непонимание. Чхве Хан нежно провел рукой по его щеке. — Мне неважно, соулмейты ли мы. Кейл-ним, ты лучшее, что со мной случалось. Ты понимаешь меня лучше, чем кто-либо. Ты — всё для меня. Поэтому… Нежный поцелуй вновь приземлился на губы Кейла — невинный и чистый. — Позволь мне связать свою судьбу с твоей. Неважно, соулмейты мы, или нет. Что-то блеснуло в глазах Кейла — а затем он медленно, робко и неуверенно улыбнулся. — Я против, Чхве Хан… Я… Кейл сглотнул. — Я не могу позволить тебе страдать. Это моя ошибка, и я должен… Серьезный и тихий голос раздался, прерывая его. — Кейл-ним. Я буду страдать, если ты не позволишь мне быть с тобой. — Хах. Резко выдохнув, Кейл отвернулся. — Ты будешь страдать в любом случае… — Да, Кейл-ним. Но с тобой… Если я окажусь не прав, я с радостью разделю с тобой боль. — Сумашедший… Чхве Хан улыбнулся. Кейл был прав. Он уже давно не был нормальным. Но… — Кейл-ним, я люблю тебя. Но в своих чувствах он был уверен. Кейл выдохнул. Когда он вновь повернулся, смотря на Чхве Хана, в его глазах была странная обреченность. — Чхве Хан… Ты… В его глазах было счастье. — Хах. Я тоже… Я люблю тебя. Слабая улыбка была на его губах, когда Чхве Хан вновь прильнул к ним в поцелуе. Кейл поднял руки, наконец-то обнимая в ответ.

***

Кейл сдался. Он понимал, что если Чхве Хан ошибся, он будет испытывать боль, изначально предназначенную только Кейлу. Но… Чхве Хан был прав. Кейл чувствовал его, чувствовал его эмоции — желания, страхи и светящую ярким светом надежду, которой могло хватить на двоих. Между ними не было связи, и, возможно, никогда и не появится — но зачем она им? У них уже было нечто большее. — Мммм… Кейл тихо застонал — Чхве Хан облизал пальцы, теперь медленно вставляя их внутрь. Нежность сквозила в каждом его движении, любовь наполняла каждый поцелуй, нестерпимые чувства обжигали прикосновениями кожи к коже. Кейл знал, что он не мог отказать Чхве Хану. Он знал, что никакая боль не могла остановить его. Кейл знал, что Чхве Хан хочет его так же сильно, как он сам хочет Чхве Хана, и никакое небесное предназначение не было способно остановить его. Он подчинялся только Кейлу — и если бы он приказал оставить его в покое… «Я не могу так с ним поступить…» Поэтому Кейл сдался. Не в его силах было избавить Чхве Хана от боли — физической или душевной, тогда он мог хотя бы дать ему счастье. Нежность, тепло, забота и любовь — ничто из этого проклятая связь не может отнять у них. — Хах!.. Чхве Хан аккуратно вставил ещё один палец — Кейл сгорал от странных ощущений внизу, вцепившись в одеяло руками. А затем колечко мышц почувствовало ледяную пустоту. Чхве Хан вытащил пальцы, сейчас звеня ремнями на поясе, расстегивая штаны. А затем… — Ох… Кейл широко распахнул глаза, сводя ноги, при виде огромного члена Чхве Хана. Тот замер, должно быть, решив, что Кейл испугался его размеров. — Чхве Хан… Это… Но правда была в том, что Кейл чувствовал жар и желание — невыносимую жажду ощутить Чхве Хана внутри. Но он был слишком большим. Поэтому Кейл подался вперед, садясь перед Чхве Ханом, склоняясь к пульсирующему члену, осторожно обхватывая его рукой. — К-Кейл-ним?.. Голос Чхве Хана был удивленным, но возбуждение сквозило в каждом его слове. Кейл слегка улыбнулся, касаясь члена губами, словно целуя. — Мне кажется, нужно его смазать. А затем он обхватил головку губами. «Ох.» Она была мягкой и нежной, горячей и приятной на вкус. Нет, скорее всего, последнее было лишь иллюзией, вызванной чувствами Кейла — казалось, что он был слегка сладковатым, слегка терпким, таким родным, знакомым и приятным… Это был вкус Чхве Хана. Это был… — Мммм… Сверху раздался тихий стон, и Кейл аккуратно заскользил вперед, стараясь взять в рот как можно больше. Но и трети этого огромного инструмента не поместилось внутри, когда Кейл почувствовал неприятное напряжение в основании языка. «Жаль…» Кейл подался назад, начиная ласкать напряженную поверхность ствола руками, языком и губами нежно играя с головкой. Он попробовал приятную прозрачную жидкость, выделяющуюся на кончике, облизал член сбоку, как вдруг… — К-Кейл-ним… Чхве Хан схватил его за плечи, останавливая. — М-Может хватит?.. Я же не смогу… Кейл улыбнулся. «Ах.» А затем вновь двинулся вперед, преодолевая слабое сопротивление рук Чхве Хана. Член на секунду замер, словно в затишье перед бурей, а затем словно взорвался приятной, мягкой жидкостью. Она была немного вязкой, терпкой и сладковатой… Кейл посмотрел вверх, встречаясь взглядом с Чхве Ханом. — Кейл-ним… — Не беспокойся, я возбужу тебя ещё раз. Кейл хитро улыбнулся, вновь касаясь члена…

***

«Боже, это… Это слишком…» Чхве Хан тяжело дышал, смотря вниз. На щеке Кейла была его сперма, случайно попавшая туда, когда Чхве Хан резко дернулся назад, увидев, как она начинает выходить прямо в рот его господина. Конечно же, это было то, чего он так желал… Но когда это произошло на самом деле, Чхве Хан внезапно почувствовал себя, словно осквернил святыню. А теперь Кейл осторожно касался его члена, заставляя твердеть вновь. Чхве Хан выдохнул. — Кейл-ним. Я… Я больше не могу. Он коснулся плеч Кейла, аккуратно заваливая его на спину, склоняясь над ним. В его глазах больше не было страха — лишь желание и счастье. Чхве Хан улыбнулся. Наверное, эта улыбка была слишком безумной — но Кейл не был против. Он знал Чхве Хана. Знал его прошлое, знал его настоящее. И он принимал его. Он желал его. Он нуждался в нем. Чхве Хан прислонил головку члена к слегка растянутому кольцу мышц, смотря в глаза Кейлу. Смотря ему в глаза, он медленно надавил, входя внутрь. Мышцы растягивались, пропуская его, позволяя чувствовать жар узкого прохода, нежно сжимающего его член. Чхве Хан наклонился, целуя Кейла. Он двигался внутрь снизу, языком проникая в его рот. Он чувствовал его так хорошо — чувствовал его руки на своих плечах, его ноги, которыми Кейл обнял его за талию, словно стараясь поторопить, желая, чтобы Чхве Хан вошел быстрее… И он, как всегда, выполнил желание Кейла. Он вошел целиком. — Чхве… Хан… Поцелуй был разорван, и Чхве Хан замер, прислонившись лбом ко лбу Кейла, просто смотря в его мутный взгляд, впитывая его эмоции, его чувства… — Да, Кейл-ним. Чхве Хан подался назад, выходя наполовину, а затем вперед. Он двигался, смотря Кейлу в глаза. Горячее дыхание смешивалось, наполненное стонами Кейла и тяжелым дыханием Чхве Хана. Он ни о чем не думал.

***

Кейл не думал ни о чем. Моменты растягивались в вечность, пробегая секундами. Жар разъедал легкие, заставляя превратиться в стонущий беспорядок, потерять контроль над телом, раствориться в воздухе, отдавая себя всего Чхве Хану. И получая его взамен, словно воздух, словно он был чем-то важнее кислорода. Кейл чувствовал его. Видел желание в движениях, любовь во взгляде, нежность в прикосновениях. Слышал уверенность, нотку беспокойства за Кейла. Жар внутри был таким естественным, что смущение или беспокойство не посещало сознание — казалось, что то, что они делают сейчас, было единственно верным. Кейл больше не считал, что был вариант не быть связанным с человеком перед ним. Как он мог даже думать об этом? И в какой-то момент Кейл почувствовал, как Чхве Хан замер, вжимаясь глубже, как он обнял его еще крепче — и Кейл обнял его крепче в ответ, словно желал стать с ним единым целым. В голове промчались образы, которые были слишком быстры, чтобы стать мыслями. Качели, взгляды на руку, боль и ожидание, надежда, вера, желание встретиться… Надпись, черная и полная отчаяния. Надпись, наполненная надеждой после того, как Кейл переместился в этот мир. Надпись, которая никогда не менялась. Изменился этот мир. Кейл улыбнулся. «Всё было так просто…» Но эта правда, неожиданно всплывшая в его голове, больше не была ему нужна. Чхве Хан был прав. Соулмейты? Связь? Будет она или нет — это лишь приятное дополнение, небольшой бонус. Чувства, вот, что было истинно важно. — Чхве Хан… Я… Люблю тебя… Пульсацией горячая жидкость влилась внутрь. Кейл смотрел в глаза своей судьбе не по предназначению, но по выбору. — Я люблю тебя, Кейл-ним. Поцелуй приземлился на его губы, словно закрепляя клятву любви друг другу. Им было уже неважно, исчезли ли надписи с их рук. Они чувствовали друг друга — так было всегда. И так будет всегда.