Расплескался пожар золотой.

Стивен обмывает руки в предоперационной, пока краем глаза не замечает в отражении зеркала доктора Кортес. Анестезиолог буквально стоит в очереди за ним, обманчиво расслабленный, но даже на таком расстоянии Стивен чувствует как он напряжён. Никто из двоих не хочет нарушать молчание и Стивен продолжает свою неторопливую процедуру. Обмывание или омовение имеет религиозный смысл, как омовение покойника, омовение детей при крещении, омовение ступней уставшего путника . Для него это своего рода медитация , хотя он на другом конце Вселенной от понятия религиозности. Стивен погружается в это состояние с каждой каплей воды, которая стекает по ладоням, вдыхает запах дезинфицирующего средства. Он не религиозен, он грешник, но есть место, где он Бог . Его святость доводится до абсолюта в операционной и блеск ореола слегка тускнеет на выходе из неё. Нарциссическое расстройство не чуждо даже ему, как однажды слишком точно подмечает Кристин, и Стивен усмехается. - Ты знаешь что будет , если мы не сможем ничего сделать ? Слова Кортес повисают в тишине и не смываются струями воды. Стивен не торопясь закрывает локтем кран - это привычка выверенная до автоматизма, оборачиваясь к нему. - Что ты имеешь ввиду, Эрик ? - голос кажется немного сухим и безэмоциональным. Кортес переминается с ноги на ногу , что для него свойственно лишь в минуты сильнейшего напряжения, Стивен видел это на его тяжелейших операциях, находясь в прозекторской. Он видел это работая с ним плечом к плечу и эта реакция удивляет, ведь они даже не начали. - Ну это...Старк. Стивен, это грёбаный мать его Тони Старк. К его сердцу, постоянно движется шрапнель и мы должны оперировать его. - Кортес запинается и Стивен не отводит от него взгляда, понуждая продолжать. Эрик вздыхает и резко выдыхает пару раз, прежде чем сказать шепотом. - Стив, ты понимаешь, он качался наркотой буквально, все новости шумели о его загулах. - Эрик, я не совсем понимаю о чем ты ведёшь речь. - Стивен наклоняет голову вбок и разминает шею с лёгким хрустом. -Ладно, монашка, я помню как ты корпел над учебниками и вот мы здесь, но это правда было на всех полосах. Старка ловили на вождении под наркотой, он был на каких-то выставках, про алкоголь я вообще молчу. Я рассчитал все формы и пропорции наркоза, я буквально готов ко всему и...не готов. Стивен откидывает голову и буквально чувствует, как глаза закатываются и видят заднюю стенку черепа. Вот оно. Кортес буквально источает беспокойство из-за гениального бывшего наркоши (хотя бывших не бывает, напоминает себе Стивен). Ему приходится вдохнуть и выдохнуть, чтобы попытаться собрать эти волны нервозности и засунуть их обратно в Эрика, так как они заполнят собой всю операционную и всё, что может пойти не так - обязательно пойдет. - Послушай, Эрик...- он выдерживает паузу, чтобы анестезиолог сосредоточился только на нём. - Ты опытный анестезиолог, мы работали с тобой не раз. Можешь считать, что на этой операции мы - игроки на скамье запасных, так как наш главный не хочет рисковать таким золотым пациентом и пригонит хоть Дьявола из котла, чтобы Старк не отъехал. Насколько я изучал его историю, он в завязке и твои формулы сработают. Пойдём. По мере этого монолога, он видит как приятель успокаивается. Выравнивается дыхание, грудная клетка не ходит так часто, а глаза не пытаются ощупать каждый кусочек кафеля в комнате. Эрик буквально собирается за пару минут заново и они плечом к плечу выходят в операционную. Конечно же, многое идёт не так. Ведь это же Тони Старк. Когда они заходят в операционную, он уже лежит в лёгкой седации и Стивен непроизвольно отмечает то, что даже тут, на столе, будучи почти беззащитным, голым , среди блеска металла и холода - Тони красив. Его тело выглядит достаточно упругим,хотя и потерявшим прилично жировой массы после Афганистана, уж мимо этой новости Стивен не прошел, особенно когда о ней трубили на каждом углу. Длинные ресницы отбрасывают едва заметные тени , но само лицо почти спокойно. Старк лежит, уже сомкнув веки после первичной седации, ожидая начала операции и Стрэндж выдыхает, переглядываясь с Эриком. По Кортесу буквально видно , как его наполняет облегчение, ведь первичная доза могла не взять Старка и ему пришлось бы увеличивать дозу, сбивать ритм ввода вещества. Через полчаса после начала операции Стивен замечает, как Старк начинает странно бледнеть пятнами. Он быстро окидывает взглядом остальное тело, кроме раскрытой грудной клетки и натыкается взглядом на След. След абсолютно тонкий, серый и смотреть на него слишком интимно, хотя он нейрохирург и для врача не существует срамных мест. Стрэндж переводит взгляд дальше и замечает . В тишине прерываемой лишь указами подавать инструменты и писком мониторов буквально раскрывается Сверхновая. За пару секунд операционная наполняется бешеным визгом мониторов, Стивена оттесняют от стола пара подоспевших врачей - реаниматолог Хоткинс и ещё кардиохирург, которого он редко видел в больнице и ещё столько бы не видел. Стивен наблюдает за ходом действий, он нейрохирург и ему всего лишь надо не мешать сейчас, хотя инстинкты кричат, что надо исправлять ошибки. Ему сложно осознавать то, что исход зависит не от него, что операционная полна не тишиной, где он играется в Бога. Стивен стискивает челюсти и ждёт, наблюдает ещё внимательнее , но взгляд то и дело возвращается к Следу на правом боку Тони. Абсолютно серый, с линиями чуть толще волоска, они становятся особенно заметны сейчас, на выбеленной кровопотерей и остановкой сердца коже. Линии идут дугами, привередливо выгибаются и складываются в чей-то незнакомый отпечаток, о владельце которого Стивен никогда не узнает. Нельзя сказать, что он не прав, ведь после того как Старка реанимировали и дооперировали до победного, они с Эриком выходят снимают халаты, выходят из операционной и идут брать кофе, сохраняя абсолютное молчание . На Кортес почти нет лица, он сам готов слиться со стеной и Стивену ясно как божий день, почему. За потерю такого пациента открутят голову, открутят всё что можно открутить , вышвырнут и скажут что так и было . А для Эрика это равносильно смерти, ведь они вдвоем живут операциями и пациентами, адреналиновыми приходами во время сложных ситуаций и опустошением после. Стивен пытается ободряюще улыбнуться , пока они заходят в кафетерий . Стивен пытается отпустить шутку, пока Кортес пытается заклинать стену каменным взглядом . Стивен расплачивается за два каппучино и сует Эрику в руку горячий пластиковый стаканчик. Кофейный пар распространяется, доходит до анестезиолога и он буквально переключается. - Стрэндж, это пиздец. - Тот выдает буквально в пустоту. Стивен склоняет голову чтобы прикурить сигарету, щелкает зажигалкой и она, скрипнув колёсиком, выдает искру огня. Зажигалка памятная для Стивена, поэтому он кладет её в нагрудный карман. Этот подарок Кристин, синяя зажигалка с криво нанесенной лаком надписью "ЭГОСТИВЕН", заправляется на регулярной основе и не даётся другим никогда, живёт в кармане с четвертого курса университета. Эрик грустно выдыхает и хлопает по карманам, выискивая свою зажигалку, торопливо подкуривает и резко выдыхает дым. - Стивен, он дал слишком большую остановку , ты понимаешь ? Стрэндж выпускает дым медленно, кивая ему. - Он был под конской дозой, он потерял кровь, я не знаю как...Я не знаю что они ему там перерезали или куда попали и узнавать не хочу! - Кортес сжимает губами фильтр и снова выдыхает весь дым за секунду. Разнервничался, мимоходом отмечает Стивен и отпивает слегка остывший кофе. - Мы могли его там потерять, на том столе, все вместе и это был бы полный...Пиздец. Монолог замыкается , поедает сам себя, пока ветер уносит дым в сторону. Стрэнджу нечего ответить, Эрик просто слишком эмоционален в том, что он и так видел,он даже забыл про кофе, которой стоит нетронутым. Ему нечего сказать, он только прокручивает у себя в голове возможные исходы. Исход раз : Старк продолжает терять кровь , но они его возвращают и это слишком большая потеря, мозг медленно агонизирует и гений остаётся беспомощным овощем. Исход два , который случился : Старка возвращают не без труда , но ему нужна реабилитация. Исход три : Старк уходит на столе и никто не всесилен настолько, чтобы воскрешать. Стрэндж сминает окурок и перед глазами снова возникает его серый След, хозяин которого мог никогда и не узнать, каково это, быть с Тони Старком. Он сбрасывает это видение вместе с окурком в урну, открывает дверь и они заходят с Эриком в здание больницы. Он знает, что сделал бы лучше. Он знает, что будь он Главным, ничто не пошло бы не так и исход был бы только один. Стивен почти забывает об этой операции спустя полгода.