Дюжина ликов Вселенной: АДминистрация

      - Как Ваше самочувствие, мистер Тести? – спросил психолог, внимательно глядя на своего пациента.       - Нормально, - холодно ответил Тести, лёжа на одной из кушеток, которые обычно бывают у психологов, и глядя в потолок.       - Можете сказать поточнее?       - Просто нормально, - тот даже не обернулся в его сторону, а продолжил плевать в потолок, ожидая, когда этот дурацкий сеанс закончится.       - Мистер Тести, Вы ведь понимаете, почему были направлены сюда?       Тот лишь бурчал.       - Я пытаюсь Вам помочь пережить утрату Вашей жены.       - Со мной всё нормально, - жёстко отрезал он.       - Тогда почему Вы не отвечаете на мои вопросы? И что есть для Вас нормально? То, что Вы неделями не появляетесь на работе и пьёте, не просыхая. Вы так и не сдвинетесь с мёртвой точки, если будете продолжать в том же духе.       Тести продолжал бурчать. Что этот психолог вообще понимает? Он переживал подобное, он такое чувствовал? Очень легко давать другим советы, как жить, но при этом не понимать, что они чувствуют. Если б не социальные службы, его бы тут не было. Как много раз он слышал: «Просто двигайся дальше». Им легко говорить, они не понимают. Его жена была всем для него. Каждый его день был наполнен счастьем и радостью рядом с ней. Он надеялся, что это будет длиться вечно. Но пару месяцев назад она внезапно заболела и угасла за несколько дней. Эти врачи просто разводили руками, а меж тем что-то высасывало из неё жизнь. Мир для него схлопнулся и умер, ничто не имеет больше значения. Его жизнь закончилась вместе с её. А теперь ещё один из этих «докторишек» вновь делает вид, что «хочет помочь».       - Вам есть к чему стремиться и ради чего жить. На вашей жене всё не заканчивается. У вас есть дочь, которой нужна забота. Кстати, как она?       - С ней всё хорошо, - продолжал бурчать он, лёжа к психологу спиной.       - Да? Тогда почему она сейчас проходит терапию?       - …       - Вы как обычно напились и ударили её?       - Нет! – он резко развернулся, - Это была случайность, я случайно её задел.       - Очень странный несчастный случай, к тому же далеко не первый.       - Я…я не хотел, я случайно.       - Случайно, случайно, у вас на всё один ответ. Когда вы поймёте, что «случайно» - это не оправдание? Вы должны брать ответственность за свои действия. Неужели хотите потерять последнее?       - Нет, ни за что! – он резко вскочил.       - Успокойтесь. Ваша реакция говорит сама за себя. Вы боитесь её потерять, верно?       Он сел и посмотрел в пол.       - Да.       - Вы понимаете, что нужно делать для этого?       - Да.       - Что же?       - Перестать пить.       - Ещё?       - Найти работу.       - Ещё?       - Э-э-э, помыться.       - Это тоже. Но главное – перестать зацикливаться на одном и том же, найти в жизни новую цель.       - Ладно.       - Наше время вышло.       - Уже?       - Да, минут семь назад.       - Почему вы меня тогда не прогнали?       - Потому что счёл свою работу невыполненной. Пока я не помогу в полной мере, я не могу Вас отпустить. Таков мой девиз.       Тести усмехнулся.       - Когда я смогу вновь увидеть дочь?       - Думаю, что уже можно. Врачи на входе отведут Вас к ней.       Тести встал и грузной походкой направился к выходу.       - До свидания, мистер Тести, желаю Вам удачи.       Тести глянул на него, тихо поблагодарил и ушёл. Он пошёл к выходу, где его ждали медсестра и медбрат, которые повели его по коридору. Он медленно шёл, перебирая копытами и костяшками пальцев. Он надеялся больше никогда не возвращаться в эту больницу после смерти жены. Но сейчас он бывает здесь чаще, чем хотелось бы. Его одежда была уже грязной, грива спутанной, и вообще у него был бомжовский вид, ощущения были такие же. Даже его кожа была синей, но не от алкоголя, а от природы, но хотя, родись он с другим цветом, он всё равно бы посинел.       Наконец, его подвели к палате. Зайдя внутрь, он увидел свою дочь – Мюллери. Она спокойно сидела на кровати и беседовала с врачом. Она была вылитая мать в молодости. Аккуратная длинная грива и рога, нежная красная кожа. Она уже была достаточно взрослой, чтобы у неё, как и у всех минойцев, срослись две пары ног.       Она взглянула на отца, а после отвернулась. Тести засовестился от этого. Он почти не помнил, что произошло. Он мало что помнил, когда напивался. И этого он боялся - сделать кому-то больно, а потом забыть об этом.       Врачи разрешили им пообщаться перед тем, как они вышли. Они остались наедине. Тести сел на стул рядом с ней. Никто не решался начать разговор и посмотреть другому в глаза. Наконец, Тести решился, всё-таки это была его вина.       - Привет, - единственное, что пришло ему в голову. - Как ты? – другое, что пришло в голову.       - Привет, - тихо ответила она, не поднимая глаза, - нормально.       - Прости, я не хотел.       - Я знаю.       - Я…не сильно тебя…       - Всё хорошо, просто синяк на руке.       - Прости меня, - он опустил лицо на руки. - Прости, я не хотел. Просто…я...просто…прости, - он был готов разрыдаться. Он взглянул на свою дочь и увидел её смущённый и в тоже время испуганный взгляд. Психолог был прав: у него были проблемы. Она была слишком похожа на неё, если он потеряет её, это будет словно её вторая смерть. Он должен был измениться, он должен что-то сделать, хотя бы ради неё.       - Пап, всё хорошо, - так же тихо проговорила она.       - Нет, не всё хорошо. Я должен изменить это. Я не хочу, чтобы ты страдала. Прошу, прости меня, дай мне ещё один шанс.       - Хорошо.       По её интонации он понял, что она его не прощает по-настоящему, она говорит так из страха. До чего он довёл свою дочь!       - Пойдём домой, купим по дороге твоего любимого мороженого.       - Клубничного?       - Да, даже два.       Мюллери легонько улыбнулась.       Они пошли домой. По дороге они не проронили ни слова. Отец выполнил обещание и купил ей мороженое. Девочка была счастлива. Тести был рад видеть её такой. Так она ещё больше напоминала мать.       Когда они вернулись, Тести увидел форменный бардак. Повсюду валялись бутылки, ваза была опрокинута, как и картина. Он сразу понял, чьих это рук дело. Мюллери стала наводить порядок, но Тести сказал, что ей не стоит этого делать, это его вина, и он сам всё уберёт.       Мужчина пытался навести какое-то подобие порядка, Мюллери пришлось всё-таки ему помогать, он даже метлу найти не смог. После этого Тести подошёл к своим бутылкам и демонстративно слил всё их содержимое в раковину. Эта жижа испортила его жизнь, она не давала ему избавления, как все считают, она лишь затягивала его всё больше в пучину отчаяния.       Во время уборки, которая длилась около часа, Тести не мог всё сделать правильно, Мюллери постоянно ему помогала. Ей даже показалась забавной его неуклюжесть. Когда он споткнулся и на него упала книга, она даже невольно рассмеялась. Он тоже был счастлив. Он наделся, что это будет хорошим началом новой жизни. Дальше ему нужно было выйти на работу. Пусть у них и были деньги, они были не бесконечными. Он должен был накопить деньги к колледжу Мюллери, куда она будет поступать через год. Он должен был сделать для Мюллери всё возможное, она была слишком сильно похожа на неё.       Он прошерстил всевозможные объявления в поисках работы - ни одной нормальной вакансии. Сейчас Миной был в кризисе, из-за перенаселения и увеличения загрязнения. Тести с трудом удалось найти работу тогда, а теперь он и её потерял. Он должен был найти выход. Сколько бы он не просматривал газет, сайтов и не обходил различные канторы - ничего. Он вновь шёл по улице ни с чем. Его взгляд упал на бар, в котором он ранее бывал чаще, чем дома. Мужчина стоял и смотрел в его сторону, ему хотелось вновь забыться, очень хотелось. Но он удерживал себя, он должен был измениться ради Мюллери, но все его труды не увенчались успехом. Может продолжить начатое? Тести пошёл в сторону бара. Ментальная борьба продолжалась. Вместе с ней в голове начал раздаваться гул. Тут ему в лицо прилетела бумажка, прямо в тот момент, когда он уже собирался войти в бар. Сорвав листок с лица, он взглянул на него. Это было объявление о поиске разнорабочего на производственный склад. Зарплата была минимальной, но и этого бы хватило. Тести вновь посмотрел на бар, а после на бумажку. Выбор был очевидным: он двинулся по нужному адресу.       Придя по объявлению, он попал на большой склад с кучей стеллажей. Поначалу он думал, что ошибся, но охранник на входе быстро провёл его к нужному кабинету. Начальник, мужчина средних лет, был очень дружелюбен, часто смеялся и улыбался. Он с радостью принял Тести на работу, но предупредил, что работа очень загруженная, ему придётся быть здесь с утра до вечера, шесть дней в неделю. Эта работа была в разы тяжелее, чем предыдущая, но он должен был согласиться, пока не найдёт что-нибудь более подходящее. Тести согласился.       Придя домой, отец сообщил Мюллери радостную новость. В тот момент он думал, что наконец-то вышел из личностного кризиса, что теперь всё наладится. Но странное чувство, что не может всё быть так хорошо, не давало покоя. Он посмотрел на Мюллери - она была прекрасна, её радостная улыбка ещё больше напоминала ему о ней, о счастливых временах. На радостях они обняли друг друга. Он крепко держал её, а в голове словно что-то жужжало. Ощутив сильную хватку, как у скульптуры, она спросила: «Что-то случилось?». Тести, словно опомнившись, отпустил её. Придя в себя, он сказал, что всё нормально и ему нужно готовиться к завтрашней работе. Он не понимал, что это было, впрочем, не важно.       На следующий день с утра пораньше мужчина отправился на работу. Он даже не поел, чтобы точно не опоздать, может, удастся поесть в обед. Придя на склад, он встретился с другими работниками, которые выглядели измотанными и измученными. Взглянув на Тести, они словно мысленно хоронили его. Его это насторожило. Потом вышел начальник. Он, широко улыбаясь, поприветствовал его. Тести подумал, что всё нормально и переживать не стоит, но всё изменилось буквально через секунду. Начальник перестал улыбаться и посмотрел на нового работника серьёзным взглядом и грозно сказал: «Марш работать!», а после то же самое прокричал и остальным. Они в ужасе разбежались по складу, словно мыши, завидев кота. Новенький тоже пошёл, ему дали задание - таскать коробки. Потом надо было чинить трубы, проводку и прочую ерунду. Он весь выдохся, а ведь это был его только первый рабочий день. Ни единой свободной минуты, а если попытаешься хотя бы присесть, начальник, словно соколиный глаз, засекал это и начинал подгонять в нелестной форме.       После загруженного дня всех, наконец, отпустили. Тести решил поговорить с одним из рабочих об этой компании.       - Ты вытянул короткую спичку, как и все мы, - ответил мужик. - Добро пожаловать в рабство!       - Но нельзя же это терпеть, надо что-то сделать.       - И что же? Попробуешь пожаловаться – уволят. Если уволят - другую работу найти будет очень тяжело, сам понимаешь.       - Я думал побыть тут, пока не найду более подходящую вакансию.       Тот рассмеялся.       - Я тоже так думал, и вот я здесь уже семь лет. Поначалу будет тяжело, но потом привыкаешь. Тихо делай свою работу и не светись, и всё будет нормально, до пенсии доживёшь.       Это было совсем не то, что он хотел услышать, но в одном коллега был прав – у него нет большого выбора. Он вернулся домой очень поздно, он так ничего и не ел. Мюллери уже спала, он тихо сел на кухне. Девочка приготовила отцу пару блюд, которые он любил. Тести был настолько обессилен, что даже есть не мог, но всё-таки всё съел. Было очень вкусно. Дочь готовила совсем как она. Он решил пойти спать - завтра новый ад. Напоследок он заглянул в комнату дочери. Она тихо спала. Он смотрел на неё с полминуты, сам не зная почему, он не мог уйти, что-то заставляло его смотреть на неё. Наконец, отбросив это, он пошёл к себе.       Все последующие дни превратились в один сплошной кошмар. С утра до вечера Тести трудился на адской работе, после которой в полубезумном состоянии возвращался домой. Мужчина становился всё более вымотанным, а желание снова начать пить становилось всё сильнее. Хотя нет, это было другое чувство - с каждым днём он стал замечать, что очень странно смотрит на Мюллери, просто стоит и смотрит на неё, не шевелясь. Мужчина не понимал причин подобного.       Когда, наконец, у Тести выдался выходной, он решил просто отдохнуть. Он спокойно сидел в гостиной и смотрел телевизор: по всем каналам одно и то же: кризис, убийства, сплетни знаменитостей и прочая ерунда. Он был готов смотреть что угодно, лишь бы отвлечься от своего повседневного ада.       - Папа, взгляни, как я выгляжу, - послышался из коридора голос Мюллери.       Она вошла, одетая в красивое красное платье.       - Ну как?       Он долго смотрел на него, это было её платье, в нём она была ещё больше похожа на мать.       - Великолепно, можешь идти на подиум.       - Скажешь тоже.       - Правда, это будет всяко лучше, чем то, что они там шьют.       Девочка ушла, а Тести вновь уставился в ящик. Он снова ощутил это странное чувство в голове, оно усилилось, когда он смотрел на дочь. Что-то кипело внутри него, он попытался успокоиться. Он думал сходить к психологу, с ним явно что-то не так, только он не до конца понимал, что это.       Через неделю ему, наконец, удалось попасть к специалисту. В этот раз Тести уже более открыто говорил о своей жизни.       - Приятно видеть, что Вы прислушались к моим советам. И мне грустно слышать, что Ваша новая работа такая нагруженная.       - Я ощущаю странное чувство внутри.       - Когда вы это чувствуете?       - Когда смотрю на старые фотографии жены, когда ем еду, которую мне готовит дочь по её рецептам, когда смотрю на свою дочь, особенно, когда она надела старое платье мамы неделю назад.       - Вы всё ещё не отпустили жену, вас мучает чувство потери.       - Оно меня постоянно мучает, я о другом. О другом чувстве. Будто что-то кипит внутри меня. Что-то хочется.       - Понятно. Вы испытываете недостаток «женского внимания».       - Что?…Что!?       - Не нужно нервничать. Это нормальное физиологическое явление, вы так долго были одиноки, вот вы и…       - Нет, я знаю, как выглядит то чувство и это…чем-то похоже, но другое.       - Сказывается время, печаль и повышенный стресс.       - Что мне с этим делать?       - Или найти себе нового партнёра, или попытаться выпить пару лекарств.       - Хорошо, мне всё это сейчас ни к чему.       Дни на работе продолжали изматывать его. Он принимал лекарства, но желание никуда не пропадало, странная головная боль усиливалась. Действительно ли это оно? Он и вправду скучал по жене, но, похоже, что и по чему-то ещё. Он был ещё не настолько стар, чтобы не испытывать этого. Но он никогда таким раньше не был, это не было чем-то важным для него. Ему казалось, словно кто-то начал управлять его чувствами. Ещё сильнее его напрягало не это, а то, что желание усиливалось, когда он смотрел на Мюллери. Это было неправильно, она была так похожа на неё, но она его дочь.       Он старался принимать больше таблеток, чем нужно плюс пару рецептов из интернета. Все ищут способ, как бы повысить свою «силу», а он наоборот. Ещё более тревожным звонком для него было то, что как-то вечером, убирая одежду в стирку, он нашёл там вещи Мюллери и долго держал их. Он выбил себя из этого состояния ударом по лицу.       Ему нужно было срочно к психологу, но к тому было не попасть. Он решил по-другому справиться с этим. Может, ему стоит найти новую жену? Он никого не видел для этой роли, у него была лишь одна жена, и то, что его на самом деле заставляет искать кого-то нового, его ещё сильнее огорчало. Он безумно любил её, такую, какая она есть, а не потому, что хотел затащить её в постель.       Он зарегистрировался на одном из сайтов для знакомств. Это не принесло плодов. Кандидатки были или страшными, или старухами, а порой и то, и другое. Более-менее нормальные внешне, были с какими-то странностями или хотели только денег. Другой проблемой был его график. Ему было некогда не то что сходить с ними на свидание, а даже поговорить с ними по телефону.       Этот план тоже не сработал. Его безумие обострялось. Он, наконец, пришёл к психологу.       - Кто бы мог подумать, что Вы сами добровольно будете ко мне так часто ходить, мистер Тести?       - Да помолчи ты! – прорычал Тести, ходя по кабинету.       - Простите.       - Извините, я сорвался, - он спокойно сел на кушетку. - Ни одно из ваших средств не помогает.       - Ни что не может сработать быстро, нужно время.       - Сколько времени? Я уже…, - лучше он промолчит про свои странные чувства к Мюллери, это точно станет поводом забрать её у него. - Уже не знаю, что делать. Вместе со стрессом это сводит меня с ума.       - Я понимаю, что Вам нужно с кем-то поделиться своими проблемами, но это не совсем моя компетенция. Я бы посоветовал Вам сходить к врачу другой специальности.       - Я там уже был. Ничего нового и толкового он не сказал. К тому же, я же вам говорю, это не физиология, что-то другое, что-то внутри моей головы мучает меня.       - Пусть мы и строим большие города, мы всё равно остаёмся животными, простыми быками.       - Что?       - Мистер Тести, я понимаю Ваши переживания. Вы могли бы найти более простой способ «решить» это.       - Как?       - Попытаться не побороть это, а принять.       - Вы хотите, чтобы я…       - Да, мистер Тести, или так, или продолжайте принимать лекарства, или просто терпите.       Да что этот психолог себе позволяет? Он пришёл к нему за помощью, а он намекает на такое. Зря он к нему пришёл. Тести был прав с самого начала, что это психолог бесполезен, да он сам псих.       - Да как вы смеете? Чтобы я…я…       - Я не могу найти других альтернатив, просто удовлетворите себя.       Когда он это произнёс вслух, прозвучало ещё хуже.       - А если я не могу так. Я не хочу этого. Я хочу просто увидеть свою жену ещё раз, - он снова нервно стал ходить по кабинету.       - Я понимаю Вас…       - Да что ты понимаешь? Тебя волнуют только мои деньги! Что бы ты чувствовал если бы твои близкие умерли?       - К сожалению, мистер Тести, - он снял очки, - я никогда в будущем не испытаю этого, потому что мои родные и близкие уже мертвы, - он самоиронично улыбнулся.       Тести поутих.       - Вот уже много лет назад я потерял всех, вообще всех: друзей, семью, жену, детей, остался только я. И, разумеется, я нашёл лишь один выход из всего этого. И знаете, мистер Тести, когда летишь вниз, ощущается некое чувство свободы, но поначалу. А потом, глядя на весь мир сверху, на то, как, пока ты летишь навстречу к Земле, все продолжают жить, лишь одно чувство начинает одолевать тебя – все проблемы решаемы, но уже ничего не изменить. Меня чудом откачали, точнее нового меня, помнящего те чувства, именно тогда я поклялся помогать таким как я, отчаявшимся людям. Поэтому я понимаю Вас, мистер Тести, и хочу действительно помочь Вам и никакие деньги не значат для меня больше, чем мои пациенты.       Тести по-новому посмотрел на старика-психолога. Его гнев исчез.       - Хорошо, док. Я попробую.       - Мои двери всегда открыты для всех нуждающихся, мистер Тести.       - Только в них надо попасть по записи.       - Это точно.       Дома Тести вновь смотрел в ящик, пытаясь успокоиться. Мюллери была на кухне. Сидя на своём кресле, он мог видеть её, если отвернёт голову от телевизора. Дочь стояла спиной. Он пытался побороть себя и не смотреть на неё, но с каждой секундой это было невыносимо.       Мужчина не вытерпел и ушёл оттуда. Ему придётся следовать совету дока. Он пошёл в ванну. Он никогда прежде таким не занимался, даже в молодости. Ничего не произошло - он несколько минут пытался расслабиться, но безуспешно. Чувство не пропадало, но ничего с ним сделать он не мог, словно его жизнь стала игрой для какого-то существа, потешающегося над ним.       Он вылил на себя ледяной воды, надеясь прийти в чувство.        - Соберись мужик! Успокойся! – Ничего не помогало.       Тести вышел из ванной, Мюллери уже всё приготовила. Эти блюда точно такие же, как готовила его жена - и по запаху, и по вкусу, то же самое. Его дочь даже выглядела в точности как она. Она собрала волосы в хвост и точно так же измазала левый рукав и щёку в соусе. Словно кто-то взял и отправил Тести в прошлое. Мюллери начала слизывать соус со щеки. Тести не мог на это смотреть, и со словами, что он не голоден, ушёл спать.       Всю ночь он ворочался в кровати. В те короткие минуты сна ему снилась лишь Мюллери. От самого рождения до нынешнего момента, когда она выросла. Утром, проснувшись в холодном поту, он пошёл на работу.       Был очередной рабочий день. Последние недели Тести начал работать усерднее в надежде, что физический труд отобьёт у него всякие посторонние мысли, порой это работало. После очередного ада он пошёл домой. Он шёл неохотно, ведь там его ждал другой ад. Он вновь прошёл мимо бара. В этот раз он всё же решил заглянуть туда. Он не собирался напиваться, просто пропустит пару рюмок и всё. Может, это поможет ему. Он сел за стойку, но не знал, что бы заказать, чтобы не отъехать.       - Тести, какие люди! – весело поприветствовал его бармен. - Ты так давно не заглядывал сюда, я уже переживать начал.       - Я начал новую жизнь.       - Это правильно. Но всё же вернулся к нам. Как можно начать новую жизнь, не отметив это? Тебе как обычно?       - Нет, я здесь не за этим.       - А зачем же?       - Я хочу чего-нибудь…горячего…       - Горячего? Ну взгляни в меню, там много чего есть.       - То есть не горячего, а …сладкого, - ему не верилось в то, что он говорил, но он точно знал, что в этом баре есть нечто подобное.       - Сладкого? Ты же говорил про горячее… Оу, понял, - он хитро заулыбался, - Подожди здесь, я скоро.       Тести продолжал сидеть. Ему дико хотелось уйти отсюда, но это чувство его достало. Лучше он займётся этим с какой-нибудь проституткой, чем будет странно смотреть на дочь.       - Всё готово, - бармен вернулся. - Иди вот к тому столику, там тебе всё устроят.       Тести пошёл к крайнему столу, закрытому занавесками, возле которого стояла пара грузных парней. Внутри он увидел одного из стереотипных королей ночного мира, в элегантном костюме, попивающего что-то из бокалов в окружении пары девчонок в облегающих костюмах.       - Проходи, садись, - сказал тип, потягивая сигару. - Как звать тебя? Я Бак.       - Тести.       - Ну, друг Тести, огонь любви привёл тебя сюда?       - Что-то типа того.       - Сколько у тебя с собой?       Тести пошарил по карманам и достал всё, что он заработал за эту неделю.       - Не густо, - сказал тип, - на средненькую хватит. Ну есть какие-то предпочтения?       - Э-э-э…       - Ой, что я говорю? Пойдём, сразу на всех посмотришь.       Он повёл его в какой-то коридор. Там из пары комнат вышло несколько девушек в откровенных нарядах.       - Выбирай любую, - вальяжно сказал он.       Тести при виде этих девушек хотел отвернуться. Их вид был слишком неприличен в его понимании. Но, учитывая зачем он сюда пришёл, мужчине пришлось смотреть на них, скрывая своё смущённое раскрасневшееся лицо. Он долго водил взглядом, пока не выбрал одну более-менее симпатичную.       - Вот эту.       - О, Берилл, хороший выбор. Ну что ж, приятного времяпрепровождения.       Девушка отвела его к себе. У неё была маленькая комната с грязными стенами и большой кроватью. Его начали посещать мысли, как она докатилась до подобного рабства? Что должно было случиться в её жизни, что ей пришлось пойти на такое? Она была очень молода, она почти не поднимала свой взгляд, ей было также неловко, как и ему. Тести даже стало жаль её.       Она пригласила Тести на кровать.       - Есть ли какие-то предпочтения? – тихо спросила она.       - Что?       - Какие-то особые предпочтения, чтобы удовлетворить вас?       Тести был очень смущён этим и не знал, что сказать.       - Нет, просто делайте, то, что считаете нужным.       Она начала раздеваться и подозвала его к себе. Когда он начал следовать её примеру, он что-то почувствовал, это было не желание, которое он ранее испытывал, что-то другое.       Проститутка тоже ничего не давала, вместо этого он начал испытывать злость, безумную злость. Она была не его женой, даже близко не ей, он вообще не понимал, что он тут делает и чем он занимается. Его голова взныла он злости. Он закричал и набросился на Берилл, сначала начав её душить, а потом бросив её к стене. Эта вспышка эмоций вмиг пропала, он не понимал, что на него нашло, что это было. Тести подбежал к девушке - она была без сознания. Он не мог здесь больше оставаться, его голову вновь поразило отчаяние. Всё, что он смог сделать, это одеться, оставить деньги и уйти по-тихому.       Его голова разрывалась. Только он вышел из бара и пошёл по улице, как желание снова начало его разрывать. Он чувствовал кипение под поясом и гул в голове. Он больше не мог терпеть, все попытки справиться с этим не увенчались успехом. Он пытался подавить его и выхлестнуть наружу, но бесполезно. Словно кто-то играл с ним. В голове снова и снова всплывал образ Мюллери. Это было неправильно, она его дочь, так нельзя. Это против природы. Она так сильно была похожа на неё, слишком сильно. Его безумие хлестало через край, казалось, весь мир поплыл. Он был словно пьян, но был трезв, он больше не мог терпеть. Это чувство разрывало его изнутри.       Когда Тести вернулся домой, его ноги словно сами пошли в комнату дочери. Остатками рассудка он всеми силами пытался уйти, но тело само шло, словно он танцевал под чью-то музыку. Каждое мгновение он просил прекратить это.       - НЕБОг, прости меня. Мюллери, прости меня. Я не хочу этого делать. Я больше не могу. Пожалуйста прости. НЕБОг, пожалуйста, не заставляй меня это делать. Прости, Мюллери. Только один раз. Раз и всё. Пожалуйста, прости.       Ему казалось, что по стенам ползут тонкие нити, оплётшие его тело, он стал как марионетка идти к ней. Он буквально чувствовал, как кто-то стоит за ним и дёргает за нити. Он слышал Его сладкий и манящий Голос: «Сделай это. Не сопротивляйся. Ты знаешь, чего хочешь.».       Он вошёл внутрь.       - Папа, что ты делаешь? – спросила, проснувшись Мюллери.       В голове становилось пусто, ничего не оставалось кроме одного единственного желания. Он не контролировал себя. Он так сильно устал, ему хотелось расслабиться. Ни крики, ни борьба, ни что не останавливало его. Психолог был прав лишь в одном, что они просто животные и это нормальное желание.       Ему хотелось продолжать. Больше. Больше. Ещё. Ещё. Только одно им двигало. Всё смешалось под звуками мелодии…       Онсе лет спустя.       После звонка все школьники собрались идти домой. Для Вольфи это означало очередное тяжёлое испытание. Не успел он и выйти из здания, как его окликнули.       - Эй, куда пошёл, мелочь? - крикнул здоровый парень из его класса, Лиен, стоящий неподалёку в компании пары своих дружков.       Вольфи не оборачивался, он стремительно пошёл дальше.       - Я сказал: «куда пошёл»? – они окружили его. - Чего молчишь?       - Отпустите меня, пожалуйста, - тихо проговорил он.       - А мы тебя не держим, только хотим задать пару вопросов.       - Каких?       - Каково это быть «отродьем», без отца и с матерью-шлюхой?       - Не говорите так.       - А как? Это ведь правда, - он сильно толкнул его.       - Отродье, - сказал другой хулиган и тоже толкнул его.       Они втроём начали толкать его, пока он не упал, а после начали его бить. Мальчик с трудом отполз от них и побежал. Вдогонку ему летели камни и прочий мусор.       - Мы ещё с тобой не закончили, отродье! – кричали ему вслед.       В слезах он бежал домой. Но там ситуация ничуть не изменилась. Войдя внутрь, он тихо пошёл по коридору в свою комнату, которая была чуланом. Его отец сидел в гостиной и смотрел телевизор, как всегда пьяный. Матери дома не было. После того, как отец бросил работу, его матери пришлось работать на нескольких работах, чтобы иметь хоть какие-то деньги. Кругом было много пыли и мусора, в основном бутылки, которые никто не собирался убирать.       - Эй, ты! – мужчина заметил его. - Принеси ещё пивка! - крикнул он.       Вольфи стремглав бросился за новой бутылкой, вернувшись через пару секунд к нему.       - Чего так долго? - отец дал ему подзатыльник.       Вольфи стремительно убежал, он привык к такому. Перед тем как уйти к себе, он должен был проверить Везику, свою сестру, которая была в комнате матери. Она родилась пару месяцев назад. У них обоих было одно происхождение, грязное и порочное. Проверив, что с сестрой всё хорошо и покормив её, Вольфи пошёл к себе.       Едва успев войти, мальчик бросился к подушке и заплакал. Всей мерзкой семейке приходилось скрывать происхождение Вольфи и Везики. Для всех служб их мать Мюллери была гулящей и непутёвой, забеременевшей непонятно от кого, а их отец Тести – несчастный больной дедушка. Это и стало причиной травли мальчика: то, что он был не такой как все. Он ненавидел эту жизнь, он давно хотел сбежать отсюда, лучше уж неизвестная жизнь на улице, чем терпеть всё это. Но далеко уйти он не мог. Раньше его сдерживал гнев отца: любая попытка сбежать или рассказать правду жестоко каралась. Сейчас его сдерживала Везика, самое дорогое, что у него было, он не мог её бросить в этом аду, а взять с собой на улицу не мог.       Вольфи пошёл в ванну, чтобы смыть слёзы. Мальчик осмотрел свои многочисленные синяки по всему телу, любое прикосновение к которым приводило к жуткой боли. Вольфи посмотрел на себя в зеркало: он ненавидел то, что он видел. Перед ним был испуганный жалкий мальчишка, неспособный постоять за себя. Он был почти точной копией отца: его синяя кожа, такая же грива и рожки, но он не хотел быть как он, хоть чем-то напоминать его или кого-то другого. Он хотел быть собой и не прятать свои мечты от остальных.       Утерев слёзы, школьник принялся за уроки. С учёбой у него дела шли туго, сколько бы он ни старался. Миной был очень религиозным, а религия Фраюс была доминирующей. В школе помимо уроков им постоянно рассказывали о нормах морали, надеясь, что это хоть как-то на них повлияет. К Вольфи особенно часто с этим приставали и постоянно напоминали ему о его греховном происхождении, как будто в этом была его вина. Это слово «грех» засело у него в голове, он постоянно его слышал, но никто толком не мог объяснить, что это. Учителя постоянно говорят о плохом, хорошем, НЕБОге, грехах, но никто понятия не имеет, что это означает. Любые попытки спрашивать об этом не приветствовались, «вы не должны думать, вы должны слушать и верить», - вот что ему отвечали. Всё, что они говорили, - это то, что всех грешников покарает ад, где их ждут вечные пытки. Других детей это немного пугало, но ему было интересно, он хотел, чтобы его обидчиков покарали, жестоко покарали.       Спустя пару часов его мать вернулась. Вся измученная, Мюллери выглядела вдвое старше, чем была на самом деле. От её прежней красоты и жизнерадостности не осталось и следа. Она носила плотную закрытую одежду, скрывающую синяки. Но женщина никак не могла спрятать большие мешки под глазами. Она мало спала, вывозя на себе весь дом. Вольфи пытался ей помогать, но она не замечала этого.       Тести пьяный уснул в кресле и громко храпел. Мальчик вышел к матери. Та, даже не бросив на него взгляда, пошла на кухню. Она варганила очередное пойло из тех продуктов, на которые у них были деньги. Они вдвоём сидели за столом. Вольфи пытался есть эту жижу, Мюллери закурила и смотрела в пустоту. Везика заплакала, мать поначалу её игнорировала, но потом пошла к ней.       - Чего ты хочешь? – ворчливо спросила она у младенца.       Та лишь плакала.       - О НЕБОг, да помолчи ты!       Вольфи пришёл помочь ей.       - Мам, она хочет есть.       - Ну и накорми её, - Мюллери развернулась и ушла.       На эти крики проснулся Тести.       - Мюллери, где мой сэндвич! – закричал дед.       Но это не единственный ужас, с которым он сталкивался. После того, что Тести сделал со своей дочерью, он окончательно обезумел, он искал всё новые способы удовлетворить свои желания. Вольфи стал для него решением. Периодически он издевался над мальчиком: или избивал его, или заставлял раздеться. «Никто не услышит, никто не придёт, никто не спасёт», - он повторял эти слова каждый раз, когда его грязные руки дотрагивались до ребёнка. Вольфи боялся, как далеко это ненормальный может зайти. Ещё больше он боялся, что тот дойдёт и до его сестры. Но он был готов стерпеть любые муки и издевательства над собой, чтобы защитить её.       День за днём повторялся один и тот же кошмар. Вольфи мечтал, чтобы он закончился. Пусть он и был маленьким мальчиком, но он уже прошёл довольно через многое. Он слишком рано перестал улыбаться и слишком рано начал ненавидеть. Ребёнок не в шутку мечтал о смерти своей семьи и всех обидчиков. Глубоко втайне он надеялся, что эти люди - не его настоящая семья, а настоящая однажды придёт за ним и спасёт его. В своих снах он представлял, как идёт по городу, кровавым маршем убивая всех грешников на своём пути под звуки прекрасной музыки, которую слышал лишь во сне. Эти сны не были кошмарами, это были его самые светлые грёзы.       На другой день ничего не изменилось. На одном из уроков им вновь говорили о религии Фраюс. По началу им напомнили прошлый урок: о самопожертвовании восьмого архангела, что и привело к появлению этой религии. А дальше рассказывали про верховного бога небожителей - НЕБОга и иерархию небожителей. Учитель ещё долго размахивал символом Фраюс – большим золотым кругом с треугольником внутри и горизонтальной чертой у вершины, который символизировал совершенство и всесилие небожителей. Вольфи не особо нравилось учить всё это, учитывая то, как о них было написано и то, с каким трепетом учитель рассказывал про них. Ему казалось, что они вовсе никакие не боги, а обычные люди, больные манией величия.       Потом учитель приступил к основной теме уроке - ад. Ад по религии Фраюс представлял из себя перевёрнутый конус, разделённый на девять кругов. В аду грешников мучили демоны - демоны Гоэтии, которые подчинялись лже-восьмому архангелу. Все другие ученики боялись их, но не Вольфи, им нравилось слушать об этом. Он не понимал, почему их нужно боятся, они ведь наказывали преступников и следили за порядком, они хорошие. А эти небожители, прощали всех, кто попросит их об этом. Как будто они действительно раскаялись, как будто всё, что они сделали вмиг исчезло.       - И в завершении, - продолжил учитель с небольшой бородкой, - У всех из вас есть шанс не попасть в ад, если вы будете чтить религию Фраюс. У всех, кроме Вольфи! - он указал на него, - Тот, кто родился во грехе и умрёт во грехе. И тебя дитя греха ждут вечные муки в аду! - После чего все стали указывать на него и называть отродьем.       Остаток дня прошёл без изменения: над ним, как обычно, измывались, высыпали ведро мусора на голову и побили. Когда Вольфи уходил из школы, он услышал тонкий писк из-за кустов. Пойдя на звук, он увидел маленькую зверушку, пушистую, с длинным хвостом - это был детёныш гленоидалиса.       - Откуда ты здесь взялся, малыш?       Он потянул к зверьку руки, тот обнюхал их и начал ласкаться.       - Погоди.       Мальчик полез в рюкзак и достал оттуда кусок бутерброда, который был для него и завтраком, и обедом.       - Вот, держи.       Зверёк с радостью съел его.       - Как тебя зовут? Может…знаешь, я часто читаю, я не знаю всех слов, но мне нравится комбинировать из них новые. Я недавно придумал одно, как тебе имя – Вейланд Ютани? Я не помню, почему именно оно, так кого-то звали или это было название какой-то компании. Пусть тебя будут звать так. А меня зовут Вольфи.       Зверёк издал радостный писк.       - Рад, что тебе понравилось. Я бы взял тебя с собой, но мне нельзя держать животных. Знаешь, давай я буду навещать тебя тут, ладно?       Вейланд издал ещё один радостный писк.       - Здорово, тогда увидимся завтра, мне уже надо идти. Пока, Вейланд Ютани.       Вольфи поспешил домой. Он никому не расскажет о Вейланде, это будет их секрет. Сегодня был необычный день, он явно выделялся на фоне других, сегодня он впервые нашёл друга.       Их дружба не продлится долго…       Дома Вольфи вновь пришлось вытерпеть домогательства отца. Он боялся, когда тот опустится до чего-то более жуткого, чем простое рукоприкладство. Но в этот раз мальчик был не таким злым и напуганным. В этот раз чувство, что у него есть друг, согревало его. Он рассказал о своей радости Везике. Жаль, что она была слишком мала, чтобы понять, о чём он говорил. Но он был просто счастлив поделиться чем-то с самым дорогим для него человеком.       Мальчик стал есть немного меньше. Не то, чтобы он раньше ел много, но теперь он стал откладывать немного для своего нового друга. Вольфи стал подкармливать его каждый день, рассказывая о своей жизни и сочиняя с ним разные стишки. Это привносило немного света в его несчастную жизнь.       В один из дней, когда он вновь собирался покормить Вейланда Ютани, он услышал чей-то голос в том месте, где они встречались. Он аккуратно выглянул из-за угла и увидел девочку его возраста, кормящую зверушку. Он тихо смотрел на неё. Она была одета в голубое платьице, её грива была аккуратно убрана в хвостики. На её лице была милая улыбка. Вольфи не знал, кто она, и тихо наблюдал за девочкой. Вейланд Ютани, заметив его, начал пищать в его строну, на что девочка обратила внимание. Она улыбнулась и помахала ему. Смущённый, Вольфи хотел уйти, но не мог. Он подошёл к ним.       - Привет! – радостно ответила девочка, - Ты тоже пришёл покормить его?       - Да…, - неуверенно ответил он, и достал кусок бутерброда.       - Здорово.       Вейланд Ютани начал радостно тереться вокруг ног мальчика.       - Он тебя хорошо знает, а я его только сегодня увидела.       - Да, я кормлю Вейланда Ютани уже неделю.       - Необычное имя. А как тебя зовут? Я Илиум.       - Вольфи.       - Приятно познакомиться, Вольфи.       Они вместе покормили Вейланда Ютани и разговорились. Илиум училась в параллельном классе и тоже любила стихи и книги, особенно приключения детектива Винсента бин аль Хариссона. Вольфи не рассказал ей многого о себе, он в основном молчаливо слушал, но ему всё же было приятно провести с кем-то время.       - Мне тебя жаль, - сказала Илиум.       - Почему?       - Тебя постоянно обижают эти недалёкие, ты не заслуживаешь этого. Ты должен дать им отпор.       - Хотелось бы, но это тяжело.       - У тебя всё получится, у тебя ведь теперь есть мы.       Спустя примерно час дети ушли по домам. Вольфи испытал необычайное облегчение на душе. Мальчик нашёл себе хороших друзей с такими же интересами, как и у него. Ужас дома больше не волновал его. Даже хулиганы, казалось, перестали его беспокоить. Мечталось, что это будет предзнаменованием больших перемен в жизни Вольфи, но странный звук, который он услышал во сне, заставил его насторожиться.       На другой день он, радостный, побежал в школу, его даже не волновали уроки, он просто хотел провести время с Илиум. Он пришёл на место встречи, но девочки там не было. Он поискал в кустах и не нашёл там и Вейланда Ютани. Вольфи побегал по территории школы, но никого не нашёл.       Наконец, он увидел одного из хулиганов, идущего к нему. Вольфи бросился бежать, но другой хулиган схватил его. Они потащили его в один из кабинетов. В нём он увидел, как Лиен держит одной рукой Илиум, а другой Вейланда Ютани. Хулиганы держали их обоих и закрыли дверь, после чего Лиен обратился к мальчику.       - Ну что, отродье, нашёл друзей?       - Отпусти их!! – крикнул он, пытаясь выбраться.       - Прям щас!       - Вольфи, прости меня. - Илиум начала плакать. - Они меня заставили, я ничего не могла сделать.       - Чего ты хочешь? – обратился Вольфи к Лиену. - Не трогай их.       - Не трону, если скажешь, что ты - отродье.       - Отстань от нас!       - Ну, как знаешь, ты ведь не хочешь, чтобы твоя тваринка пострадала?       Он взял Вейланда Ютани на руки и швырнул в стену, тот издал протяжный писк и упал на пол.       - НЕТ!! – крикнул Вольфи.       - Скажи, что ты - отродье.       - ПЕРЕСТАНЬ!!       - Ладно. Он вновь повторил своё действие с животным.       - Прекрати пожалуйста!! – Вольфи начал плакать.       - Скажи.       - Я … отродье, - тихо сказал он, пока слёзы стекали по его лицу.       - Громче.       - Я - отродье.       - Ещё громче!       - Я - отродье!!       - Теперь все слышали, кто ты такой на самом деле. Значит, мы можем продолжить.       Он продолжил издеваться над животным, Вольфи пытался вырваться, но не мог.       - Попробуй-ка этим, - сказал один из хулиганов, давая Лиену вазу.       - Отлично.       Он стал бить животное вазой, пока оно издавало жалобный писк, а потом замолчало.       - Недолго мучился, - все трое хулиганов засмеялись.       - Прости, мне так жаль, - сказала Илиум и закрыла лицо руками, но даже так Вольфи мог видеть её злобную улыбку под лживыми слезами.       Вольфи смотрел на тело своего единственного друга, жестоко убитого у него на глазах. Ему стоило забрать его с собой или отдать в приют, тогда он мог бы спастись, но он не хотел расставаться с единственным другом, чтобы он принадлежал лишь ему. Его эгоизм стоил зверюшке жизни. Он посмотрел на четырёх хулиганов, захлёбывающихся от хохота. Им нравилось то, что они сделали, они хотели ещё, они хотели продолжить с ним. Они издевались над ним из-за того, как он родился, но как родились они, раз так ведут себя? Вольфи ощутил внутри себя чистую ненависть и злобу, словно что-то начало расти в нём, что-то начало ползать по его телу, давая ему силу, он ощутил музыку у себя в голове.       - Нет, это вы - отродья, - сказал он.       После чего хулиган, державший его, вмиг разлетелся на куски, изливая на все стены вокруг фонтаны крови. Не успели другие хулиганы опомниться, как Вольфи вытянул руки и выпустил из неё жёлтые нити, схватившие одного из них. Он выломал все его конечности и вырвал глаза, а после принялся ломать каждую кость в его теле, затем скрутил его тело и разорвал его. Лиен в ужасе не успел опомниться, как Вольфи принялся и за него, отплачивая ему той же монетой: он схватил его нитями и начал неистово бить его о стену и пол. Каждый раз, ударяясь, раздавался громкий хлопок, сопровождавшийся появлением кровавых пятен. Он бил его, пока кожа не начала отлетать от тела, пока мышцы не начали рваться, а кости трещать, оставляя от тела лишь ошмётки. Он повернулся к Илиум.       - Вольфи, не надо, я ведь твой друг, верно? - она вжалась в стену.       Он сел напротив неё, глядя в её лживые глаза. Он последует её совету и даст отпор, он выпустил на неё нити, ведь она причинила ему большую боль, чем они, боль предательства. Он медленно перемалывал её тело, отрывая от неё кусок за куском, оставляя вместо неё пережёванный кусок мяса. Раз им так нравится издеваться над другими, пусть ощутят, каково это.       Он стоял посреди кровавого месива. Куски плоти, костей и кровь были повсюду. Кровь ручьями стекала со стен и потолка. Нельзя было понять, каков был натуральный цвет этого помещения раньше, тела было невозможно опознать. В голове Вольфи звучала очаровательная музыка, вокруг него были нити. Он не знал, что это, но ему это нравилось. Он подошёл к телу своего друга - тот не дышал. Он аккуратно взял его на руки и, пройдя по останкам, вышел наружу.       За школой он похоронил своего единственного друга.       - Прости меня, Вейланд Ютани, - говорил Вольфи, сидя на коленях перед импровизированной могилой. - Мне жаль, что я не смог защитить тебя. Надеюсь, ты сейчас в лучшем мире, где тебе хорошо и где тебя никто не будет обижать, - он снова заплакал. - Я тебе обещаю, что я больше никогда этого не допущу, больше никто не будет страдать, я защищу всех от плохих людей.       Было уже поздно, и мальчик пошёл домой. Никто там и не заметил, что он пришёл домой поздно и того, что он был весь в крови. Его самого это тоже не волновало. Вольфи радовало лишь то, что в этой ситуации он смог дать кому-то отпор. Он пошёл в ванную, чтобы смыть с себя в кровь, которой была забрызгана вся его одежда. Ему придётся быстро постирать её. Он носил плотную закрытую форму, потому что этого требовали в школе и чтобы он мог скрывать свои синяки. Посмотрев в зеркало, мальчик мельком увидел чей-то силуэт позади себя. Он не испугался его. Наоборот, он знал, что тот хочет ему помочь. Сладкий Голос звучал в его голове.       Не останавливайся на достигнутом, ты способен на большее…       На другой день все новости только и были, что о жестоком убийстве детей в школе. Тести не мог найти ни одного канала, где об этом не говорили бы. Все в городе были в ужасе от случившегося, в отличие от Вольфи. Ему было любопытно, как бы люди отреагировали, знай они правду об этих отродьях?       Школа, разумеется, была закрыта, но мальчик не собирался целый день сидеть под одной крышей со своим так называемым отцом. Он поухаживал за Везикой и пошёл на улицу. Всю дорогу его волновал вопрос, что с ним было вчера - эта сила, это было невероятно. Он хотел понять, как контролировать её, как вновь использовать это.       Идя по улице, он добрёл до кафе, в котором работала его мать. Он думал было зайти к ней, но увидел её в переулке вместе с каким-то парнем. Они обнимались и целовались там. Позже они ушли вместе в какое-то здание. Вольфи не нужно было куда-то идти, он стоял и ждал их. Спустя какое-то время они наконец вышли, немного помятые. Парень дал деньги и ушёл. Похоже, его мать и вправду была шлюхой, а, впрочем, это объясняло её лишний доход. Мальчик незаметно ушёл.       Когда он шёл по улице, его периодически ловили взрослые и просили, чтобы он немедленно возвращался домой. Он постоянно вырывался из их рук и убегал. Эти взрослые идиоты, считающие себя умней других, его всегда бесили. Ему удавалось ускользнуть, пока его не схватил полицейский. Он обладал очень сильной хваткой и не отпускал его. На все его вопросы Вольфи или молчал или огрызался, пытаясь вырваться. Стражу порядка ничего больше не оставалось, как отвести ребёнка в участок.       - Давай попробуем ещё раз, - вновь начал разговор полицейский. - Как тебя зовут?       - …       - Где твои родители?       - …       - Почему ты был на улице один?       - …       Вольфи отказывался отвечать на любые вопросы.       - НЕБОг, да что ж такое-то? – он потёр лицо ладонью. - Что же мне с тобой делать?       Он потянулся к телефону и кому-то позвонил.       - Кто-нибудь может вызвать специалиста по детям? Я тут нашёл одного, не говорит ни слова. Ладно, - он положил трубку. - Вот чёрт, почему все решают это дело, а я тут торчу?       Он вновь перевёл взгляд на ребёнка.       - Слушай, ты знаешь, что произошло в школе?       Вольфи решил подыграть ему. Что-то внутри него говорило, что это будет весело. Он кивнул.       - Ты знал тех детей?       Он снова кивнул.       - Ты можешь что-то сказать? Когда ты видел их последний раз? Ты не видел кого-то с ними?       Он вновь кивнул.       - Скажи, что тебе известно, - он наклонился ближе к нему, надеясь, что его слова помогут раскрыть это преступление, он готов был услышать великую тайну.       Вольфи понял это по его взгляду. Он поднял голову, широко улыбнулся и сказал: «Это был я. Они получили по заслугам.».       Полицейский сел на место и вздохнул, глядя в потолок.       - Слушай, нельзя так говорить. Погибли дети, это не повод для шуток! Понял!? – резко ответил он.       Он никогда ему не поверит, даже после того, как Вольфи сказал правду. Любому было очевидно, что десемилетний ребёнок не мог так жестоко и изощрённо убить четырёх детей.       - Это правда. Они - отродья, я наказал их.       - Замолчи!       - Вы просили ответы, я даю их вам.       - И как ты убил их?       - Не знаю, странная сила помогла мне, Голос сказал мне использовать её.       - Голос?       - Да, Он наблюдает за мной, Он помог мне.       - Всё ясно, - полицейский взял блокнот и что-то там записал. - Когда другие вернутся, тебя отправят в больницу, а сейчас ты останешься здесь. Мы найдём твоих родителей и разберёмся с тобой и твоим состоянием.       Он схватил Вольфи и потащил к каморке. Ребёнок отбивался всеми силами.       - Успокойся, посидишь тут, отдохнёшь. Завтра мы разберёмся со всеми твоими голосами и поможем тебе.       Блюститель закона посадил мальчика в комнату и ушёл. Это был небольшой чулан со швабрами и прочей ерундой (этот тип и вправду не знал, как обращаться с детьми). Вольфи тихо сел и стал ждать. Его родители вообще не волновались насчёт того, будет он ночевать дома или нет. Он уже и раньше сбегал пару раз из дома, но далеко уйти не мог, сам бы он не выжил. Он всегда возвращался назад и получал от отца, отчего сбежать хотелось ещё больше, но теперь он не мог бросить свою дорогую сестру, ему нужно было скорее вернуться домой.       Прошло несколько часов, на улице совсем стемнело. Внезапно дверь комнаты открылась сама собой. Вольфи вышел наружу, полицейского нигде не было. Он пошёл по полицейскому отделу. Там было пусто, все разгадывали то убийство. Он дошёл до двери в подвал и что-то там услышал.       Внизу было хранилище улик, а также судмедэкспертная для анализа тел. Зайдя туда, он увидел, как полицейский стоит рядом с одним из мешков для трупов. Он открыл его, там было тело недавно погибшей молодой девушки. Он внимательно смотрел на него.       - Наконец-то нормальная, я долго этого ждал.       Он стал трогать и ощупывать тело. Вольфи тихо следил за ним из-за угла. После полицейский, вынув тело, начал стягивать рубашку. Мальчик понимал, к чему всё идёт, и не мог позволить этому произойти.       - Прекрати, - сказал он, выходя из-за угла.       - Что? Как ты здесь оказался, засранец? – спросил коп в расстёгнутой рубашке.       - Не очень подходящее занятие для блюстителя закона.       - Ты кем себя возомнил, паршивец? Думаешь, я буду тут оправдываться перед таким ненормальным вроде тебя?       - Я ведь могу сообщить об этом.       - Угрожать мне вздумал? Ещё рога не отросли. Кому поверят: полицейскому или пацану, который голоса слышит? А вообще, мне это надоело!       Он грозно двинулся к мальчику - тот начал бегать от него по комнате. Он не боялся его, Голос его успокаивал.       - Иди сюда, малыш. Дядя полицейский тебя не обидит, - говорил коп, осматривая все углы, - Я прямо сейчас отправлю тебя в дурку, пусть сами с тобой там разбираются.       Вольфи столкнул на него один из шкафов с препаратами, когда мужчина проходил мимо. Полицейский встал, выругался и со злостью кинулся за ребёнком.       В этот раз все четыре ноги Вольфи не помогли ему, коп настиг его. Он с силой схватил его и ударил по лицу так, что из носа мальчика полилась кровь.       - Ты сейчас точно получишь! – со злостью говорил полицейский. - Было четыре тела, а будет пять.       Вольфи сильнее разозлился, нежели испугался. Этот мерзавец притворялся блюстителем закона, а на самом деле был лишь оборотнем в погонах, но вместо того, чтобы брать взятки, как нормальные коррупционеры, он веселился с телами погибших людей, пока никто не видит. Этими действиями он осквернял погибших и их родственников. А сейчас он готов был избавиться от ребёнка, только лишь бы продолжить получать своё извращённое удовольствие.       С этими мыслями Вольфи закричал, выпустил из своего тела нити и оторвал руку извращенцу. Тот вскричал от боли, обрызгивая всё вокруг жёлтой жидкостью. На этом Вольфи не остановился: он вновь выпустил нити и оторвал ему и вторую руку. А после и обе ноги. Коп упал на пол, корчась в агонии, фонтаны крови обрызгивали всё вокруг. Но даже в таком состоянии, где-то на задворках своего сознания полицейский понял, что мальчик не врал.       Вольфи стоял подле него, смотря в его затухающий взгляд. Он молил о помощи, а ещё секунду назад грозился его убить. Коп пытался пошевелить обрубками конечностей, но не выходило, он вращал головой по сторонам, глядя на свои конечности, лежавшие неподалёку. Ему казалось, что он всё ещё их чувствует, что они на месте, но глаза возвращали его в реальность. Мальчик подошёл к нему и вырвал ему глаза нитями. По лицу копа полились новые кровавые реки. Пусть умирает в темноте. Спустя несколько минут, когда весь пол был полностью залит кровью, тело бывшего полицейского перестало шевелиться.       Мальчик пошёл на выход, вытерев кровь с носа о какую-то тряпку. В этот раз он понял, как ему вызвать нити, он был един с ними. Он шёл по улице, было уже совсем темно. Идти домой у него не было сил, он даже не знал, где он. Мальчик лишь переживал за свою любимую сестрёнку, но надеялся, что у их матери всё-таки есть какой-то материнский инстинкт и та позаботится о младенце.       Вольфи долго шёл, думая, где ему переночевать и поесть. Он был весь испачкан кровью. Он и днём привлекал внимание, а сейчас тем более. Хорошо, что на улице было пусто.       Он проходил мимо чьего-то дома, где ещё горел свет, в отличие от других домов. В окне он увидел двоих детей, которые весело смеялись и играли. Позже пришла мать и позвала их, они радостно убежали. Вольфи был в ярости! Как они могут быть такими счастливыми? Как это вообще возможно? Семья, где все любят друг друга, разве это реально? Он всегда воспринимал семью как сборище людей, ненавидящих друг друга, но при этом почему-то живущих вместе. Почему у него не было такого счастья, как у других? Он всегда этому завидовал, ещё в школе, видя счастливые лица детей и их родителей. Он радовались и веселились, а он страдал. Так нечестно, несправедливо. Если несчастен он, то и все пусть будут. Он пошёл к ним в дом.       Спустя какое-то время отец семейства вернулся домой. Он задержался на работе, но несмотря на это, был счастлив вернуться домой к семье. Мужчина вошёл внутрь - там было темно.       - Что так темно? – спросил он. - Где все?       Навстречу ему из тени показался небольшой силуэт.       - Сынок, это ты там? А где мама и сестрёнка?       Он не успел сказать ничего больше, как его голова вмиг слетела с шеи и упала рядом с телом.       Вольфи стал осматривать дом - он был достаточно большим и богато обставленным. Он не шёл ни в какое сравнение с той каморкой в многоэтажке, где он существовал. Он смог впервые за долгое время спокойно поесть и помыться. А после, переступив через тела бывших владельцев дома, пошёл спать.       Наутро полиция была повсюду, люди боялись выходить на улицу. Все полицейские оцепили полицейский участок и жилой дом.       - Боже, никогда не видел такой жестокости, - сказал следователь Лонгум, осматривая тела в доме.       - До сих пор не понимаю, кто мог совершить такое? – недоумевал другой - Латерале.       - Даже непонятно - это сделал один человек или несколько, и вообще, как?       - Все тела были словно разорваны, это сделано не каким-то оружием, словно кто-то рвал их руками.       - Это ж какие руки нужны для такого?       - Без понятия. Здесь явно кто-то был какое-то время. После убийства он съел еду, пользовался ванной и спал здесь.       - Как вообще можно спокойно сделать всё это после жестокого убийства целой семьи?       - Мы имеем дело явно не с простым убийцей, а с настоящим маньяком- психопатом.       - Я это и без тебя вижу!       - Что ты орёшь не меня?       - Я не ору, я просто… просто хочу поймать этого типа. В глаза ему посмотреть. Прости.       - Я тебя понимаю, я тоже этого хочу.       Дальнейший осмотр дома ни к чему не привёл, абсолютно никаких улик, никаких орудий. Убийца точно знал, что делал. После проведённого расследования двух следователей вызвали в другое место – в полицейский участок.       Служебное помещение тоже кишело другими следователями, у которых дела шли немногим лучше. Они подошли к телу убитого полицейского.       - Просто кошмарище, это ещё хуже, – сказал Лонгум.       - Он умер от потери крови, - сказал Латерале.       - Это ж Феморалис.       - Знал его?       - Не очень, он был тем ещё мерзавцем. Странно, что его просто оставили тут одного, прислали хотя бы ещё пару дежурных.       - Судя по полученным данным, он регулярно промышлял насилием над трупами.       - Твою ж, от этого тошнит ещё больше. Не хочу говорить это, но он получил по заслугам.       - Нет, это слишком жестоко.       - Да, это точно.       Весь пол был залит уже высохшей кровью, по нему были разбросаны конечности трупа.       - От него вчера поступали какие-то новости? - продолжил Лонгум.       - Он вчера звонил по поводу того, что нашёл ребёнка.       - И где он?       - Мы не нашли его.       - Думаешь, тот, кто сделал это, забрал его с собой?       - Возможно. Но тогда почему он убил тех детей в школе и в доме, а этого забрал с собой?       - Может, это были разные люди?       - Слишком похожие почерки.       - Тогда не знаю, если только это не были несколько человек, один из которых решил забрать в этот раз трофей для себя.       - Всё возможно. Нам нужны улики, любые.       Поиски собрались сворачивать, но тут Латерале заметил висящее полотенце с небольшими пятнами крови. Он осмотрел его. Судя по местоположению, оно не могло попасть сюда во время убийства, оно явно оказалось здесь не случайно.       - Взгляни-ка, - он показал свою находку коллеге.       - Ты прав, это не случайно, кто-то вытерся им. Ну ты голова, - Лонгум хлопнул товарища по спине.       - Убийца был ранен.       - Надо проверить.       Они отправили полотенце на экспертизу, которая тут же занялась исследованием.       Лаборант, едва взглянув на образцы, тут же заметил, что с кровью было что-то не так: помимо кровяных телец там были тонкие волокна, словно нити. Они были связаны с самими клетками и словно находились с ними в симбиозе. Он уже видел такое пару раз и тут же принялся за генетический тест образцов. Результат всё подтвердил: это был один из них.       Лаборант побежал со всеми бумагами к своему «настоящему» начальству, а работа в полиции была его прикрытием. То, что он нашёл - это то, что они искали вот уже много лет. Ему нужно достойно выглядеть, это открытие может прославить его на весь мир.       Исследователь аккуратно постучал в кабинет к директору заранее сообщив её помощнику, что у него есть кое-что, что конкретно уточнять по телефону было опасно.       Учёный стоял возле кабинета вены Утерин - главы минойского филиала корпорации КОР. Войдя внутрь, он невольно сглотнул: это был огромный роскошный кабинет, всем своим видом показывающий величие её владельца.       - Что там у тебя такого? - спросила директор, сидя к нему спиной и сжимая шар анти-стресс.       - Мэм, полученные образцы крови, найденные на месте преступ…       - По делу, - ещё более грозно сказала она.       Ещё раз сглотнув, он продолжил.       - В крови есть нити.       Директор сжала шар так, что тот лопнул с громким хлопком, заставив учёного отпрыгнуть. Директор развернулась.       - Нити? Ты точно уверен?       - Абсолютно - это точно они.       - А гены?       - Результаты показывают происхождение в результате близкородственного скрещивания.       - То есть он такой же, как и они. Сколько ему лет?       - По предварительным оценкам это мальчик десеми лет.       - Какие-нибудь догадки?       - Вчера вечером погибший офицер Феморалис сообщал о найденном ребёнке, его следов в участке не обнаружено. Никто из людей не сообщал о пропаже.       Утерин сделала задумчивый вид, а после сказала: «Продолжайте исследования, отправьте всех полицейских на поиски ребёнка и не допустите, чтобы кто-то прознал о его силе. Ясно?»       - Да, мэм. Так точно, мэм.       - В этот раз мы не можем упустить его.       Лаборант вышел из кабинета, оставив все документы на столе директора. Та стала их изучать.       Кровь с нитями, грязное происхождение... Вот уже в течение нескольких лет стали появляться странные дети. Внешне и внутренне они были обычными, но у них у всех была общая черта: они рождались в результате грязных отношений: инцеста между родственниками, разбойного изнасилования или неверности, а порой рождались даже у девственниц. Сами люди не понимали, откуда взялись эти дети. Родители не понимали, что с ними было, когда это произошло, словно они были под чьим-то контролем, как загипнотизированные. Это была не единственная странность. В каждом из детей были структуры, похожие на нити, неизвестного происхождения. Они были буквально внутри каждой клетки тела, они давали носителю странную силу: дети были невероятно умны, обладали быстрой регенерацией, даже могли воздействовать на тела других людей, нанося им огромный физический вред или полностью подчиняя их своей воле. До сих пор было найдено только десем подобных детей. Некоторые из первых таких детей были убиты кем-то из их близкого окружения, так как родственники боялись их силы. Утерин была увлечена этой темой, она стала похищать оставшихся детей для своих опытов. Вся её корпорация была прикрытием для генетических опытов над людьми, и эти дети стали хорошим объектом исследования. Но как только исследователи приступали к опытам, все дети начали умирать, будто их выключали. С их смертью все нити пропадали, а с ними и все их силы. Любая попытка повторить таких детей не увенчалась успехом. Поэтому эта загадка уже многие годы остаётся неразрешённой. Но теперь у них есть ещё одна попытка, ещё один ребёнок - онсевый. Он выделялся на фоне остальных: предыдущие дети не доживали до десеми лет, и все они были бесплодны. Этот не такой. Это свидетельствует о том, что он особенный, и если корпорация сможет его изучить, то на основе его генов смогут создать расу сверхлюдей, но только среди элиты.       - Эта сила, она должна быть моей, - сказала Утерин, самодовольно глядя на документы.       После спокойной ночи в мягкой кровати Вольфи ещё раз поел, привёл себя в порядок и вышел из дома, перешагивая тела, уже начавшиеся разлагаться. Он тихо шёл по улице. Он знал, что скоро может приехать полиция, ему не хотелось с ними сталкиваться. Идя по пустынным улицам, он стал думать, что ему делать дальше. Ребёнку не хотелось идти домой, ему было так хорошо вчера вечером. Быть может, ему стоит и сегодня кого-нибудь убить и остаться у него? Нет, он должен был забрать Везику. Он не мог её бросить под одной крышей с этими монстрами, она была его единственным лучиком света в этом тёмном царстве. Он так вчера устал, что забыл о ней и не смог бы дойти до дома. Ему нужно было забрать её, а после они и в правду смогут жить подобной бродяжной жизнью, пока не найдут что-нибудь получше, его сила поможет им в этом.       Вольфи долго шёл по улице, пока не понял, что заблудился. Он совершенно не понимал, где его дом. Его силы были бесполезны, он не понимал, как выйти отсюда. Мальчик несколько часов бесполезно прошатался по улицам. К этому времени повсюду было уже полно полиции, как и ожидалось. Он тихо шёл, скрываясь от них.       День вновь близился к вечеру, но Вольфи так и не удалось найти дом. Он боялся, что так и не найдёт путь вовремя и не сможет спасти её.       Тут он услышал звуки музыки. Она была необычайно прекрасной. Было тяжело понять, на чём конкретно её играют и что это за жанр. Услышав мелодию, хотелось лишь одного – слушать её вечно. Мальчик пошёл на неё. Он и раньше её слышал в своих снах, но теперь она была гораздо громче и отчётливей. Она вела в канализацию. Ему совсем не хотелось туда лезть, но он не мог сопротивляться. Вольфи шёл по тоннелям в полной темноте, лишь музыка показывала ему дорогу, становясь всё громче и громче с каждым шагом.       Ребёнок увидел, как по стенам что-то ползёт, что-то вроде светящихся нитей. Это точно такие же нити, которыми он обладал. Только он прикоснулся к ним, как они схватили его и потащили за собой. Он не мог двигаться. Множество нитей оплели его с ног до головы. Мальчик мог видеть, что происходит вокруг, а в голове звучала мелодия.       Сначала они тащили его по туннелю, а после вытащили наружу и стали поднимать высоко к небу. Он видел, как удаляется от него земля, а небо приближается. Он даже не знал, как это выглядит со стороны, видел ли кто-нибудь это? Летя верх, он ощутил свободный полёт, как полёт мысли. Ветер летел ему в лицо, струясь в небольшой гриве. Он летел выше неба, нити все несли его куда-то. Он не знал, где их начало. Вольфи начал видеть, как покидает атмосферу, но при этом на всём протяжении полёта он не ощущал никакого дискомфорта. Он не паниковал, музыка успокаивала его. Наконец, он увидел начало этих нитей - небольшой прямоугольный космический корабль. Он любил истории о космосе и пришельцах и втайне желал встретиться с ними. Он попал внутрь - нити ослабли, он был в окружении музыки.       Вольфи открыл свои глаза - внутри корабль был просторнее, чем снаружи. Он очутился в чём-то наподобие коридора. Встав, Вольфи пошёл дальше. Вдоль стен располагалось множество дверей. Одна из них открылась, там он увидел сгорбленного бородатого старика с посохом.       - Он ожидает тебя, - сказал тот громогласно.       Вольфи не показал ни единой эмоции, а просто продолжил свой путь. Пусть старик и выглядел пугающе, мальчик уже достаточно повидал. По сравнению с другим, это было ничто.       Идя дальше, за другой дверью, он увидел механическое создание с четырьмя ногами и множеством глаз.       - Хей, привет малыш, - заговорил он, - Я MAR-VN 3-Lon. А ты, должно быть, тот, кого мы так ждём.       Вольфи не реагировал на него.       - Ты такой хмурый, расслабься.       Никакой реакции.       - Да, тяжело с тобой разговаривать, ну ладно иди уж.       Это механическое создание слишком много болтало для машины, но может, в этом и есть вся задумка. Краем глаза он заметил ещё несколько существ, но он особо не смотрел в их сторону. Дальше мальчик увидел перед собой чьи-то огромные фиолетовые пальцеобразные руки, они подхватили его и понесли дальше, до большой двери. Исходя из описанного в прочитанных книгах, Вольфи предположил, что это один из хтонических чудищ. Дверь открылась, и мальчик вошёл внутрь.       Вся комната была оплетена нитями, в ней было очень холодно и ветрено. Сквозняк стоял такой, что можно было с лёгкостью простудиться в мгновение ока, будто попал в открытый космос, но с самочувствием у Вольфи было всё нормально.       В центре комнаты, в самом верху, находилось неведомое создание, восседавшее на большом троне. Оно держало странный музыкальный инструмент, на котором, не переставая, играло. Оно открыло свой глаз и уставилось пронзительным взглядом на гостя. Вольфи смотрел на Него в ответ. Казалось, будто каждая клетка тела трепещет от Него. Мальчик чувствовал, будто целиком и полностью находится в Его власти.       - Я ждал тебя, Вольфи, - произнёс Он сладким и манящим голосом.       - Кто ты?       - Я Глав-АДминистратор, добро пожаловать в АДминистрацию! Ты не боишься Меня?       - Я видел достаточно жуткого в своей жизни и много читал о разных существах во Вселенной. Я слышал о вас, о вас писал мой любимый писатель - Винсент бин аль Хариссон в своих книгах.       - Винсент бин аль Хариссон, очень интересно.       - Чего вы хотите? Это вы дали мне эти нити?       - Всё верно. Я с самого твоего рождения следил за тобой. Мне жаль, что тебя постигла такая участь. Мы занимаемся помощью тем, кто не может помочь себе сам. Я старался прибыть к тебе на помощь раньше, но есть много дел, требующих Моего присутствия. Поэтому Мне пришлось дать тебе струны раньше времени, чтобы ты мог защититься. Но прости, Я всё равно опоздал.       - Я наказал плохих людей этими струнами.       - Именно, они нужны для этого. Также они могут улучшить твоё тело, по твоему желанию.       Вольфи взглянул на свои руки - все его синяки вмиг исчезли, а вместе с ними голод и усталость.       - Они нужны, чтобы убивать других?       - Нет, заставлять их вечно страдать. Что толку от смерти, это не равноценная плата за все их деяния. Ты уже показал свою готовность поддерживать наши действия. Но…       - Что?       - Вместе с виновными, ты так же думал причинять вред невинным. Это не совсем то, что нужно.       - Невиновных нет.       - Обоснуй.       - Все живые существа - порождение греха. Каждое их действие, каждый вдох, увеличивает хаос и ведёт к гибели как самого существа, так и других.       - Почему ты так считаешь?       - Всё живое, у всего лишь одно происхождение – размножение, все - порождение этого. Многие религии считают похоть грехом, даже несмотря на то, что это обычная физиологическая потребность, без которой невозможна сама жизнь. Но до сих пор эта тема вызывает странные чувства в обществе. Вместе с тем все признают величие любви. Но любовь – лишь следствие размножения, это чувство возникло из-за него. Не появись размножение, не появилась бы и любовь. Любовь считают идущей от НЕБОга, а человек создан по образу и подобию НЕБОга. Следовательно: похоть - грех, любовь - порождение греха, НЕБОг – создатель греха, люди – созданы по образу и подобию греха. Грех, злоба, преступность – всё это неотъемлемые части людей, их человеческой природы, их сути. Единственный способ избавиться от грехов и преступности – уничтожить то, что их порождает – людей!!!!!!!       - Интересный взгляд. А что насчёт тебя? Ты тоже в таком случае зло?       - Я рождён в результате инцеста, я греховен вдвойне. Но что меня отличает от других – я осознаю это и пытаюсь найти решение.       - А что по поводу всех остальных? Все ли такие греховные, все ли рождаются преступниками?       - Все несут хаос. Чем больше людей, тем больше хаоса. В маленьких городах почти нет преступников, в отличие от больших. Большое количество людей как магнит порождает больше хаоса и преступности. Нужно убрать ненужных людей, тогда ситуация будет нормализована. Тогда люди будут добрее.       - Кого ты будешь убирать в первую очередь?       - Тех, кто это заслужил.       - Ты не по возрасту ощутил порочность этого мира, ты понимаешь нас. Я предлагаю тебе стать одним из администраторов, седьмым – губернатором похоти.       - Почему такая нумерация?       - Номера присваиваются по мере появления новых кандидатов, но, если кто-то уйдёт, другой не потеряет свой номер и приходится искать кого-то другого на это место. До тебя уже были претенденты, но все они были не достойны, в отличие от тебя. Ты уже обладаешь струнами и научился ими пользоваться, теперь осталось лишь одно: направить твою силу в нужное русло. Тебе больше не нужно прятаться и убегать, тебе больше не нужно молчать. Теперь ты волен делать, что захочешь и наказывать тех, кого ты хочешь, заставить их заплатить за всё. Мы - это справедливость, мы – это АДминистрация.       - А что потом?       - Когда ты закончишь на этой планете, мы отправимся дальше по Вселенной, ты ведь всегда любил космос.       Вольфи смотрел на Него: впервые он ощутил внутри себя странное чувство, нечто наподобие привязанности. Глав-АДминистратор решил помочь ему, все до этого никогда ему не помогали ни в чём. Он дал ему силу, хочет взять его с Собой в полёт по всей Вселенной! Даже в самых смелых книгах мальчик никогда не мог увидеть подобного.       - Да, Глав-АДминистратор, я согласен.       - Прекрасно. Но сперва нам придётся оставить тебя тут на день, нам нужно отправиться в одно место на встречу с другим возможным кандидатом. Не волнуйся, мы вернёмся за тобой, Вольфи.       - Глав-АДминистратор?       - Что такое?       - Можно мне другое имя?       - Почему?       - Вольфи – слабый бесполезный мальчишка, порождённый инцестом, который не может защитить близких, а не благородный администратор, помогающий миру.       - Какое имя ты хочешь?       - Единственное имя, которое я мог придумать - это своё обещание и боль: «Вейланд Ютани».       - Как тебе будет угодно, губернатор Ютани. Теперь тебе нужно возвращаться, покажи себя в деле.       Позади Вейланда появился лифт, который доставит его через открытый космос, струны вновь оплели его тело.       - И кстати, Вейланд, с днём рождения! - напоследок сказал Глав-АДминистратор.       Вейланд впервые услышал от кого-то эти слова, и всё не ограничилось простым поздравлением - он получил подарок, лучший подарок из возможных – смысл жизни. Вейланд улыбнулся, впервые за долгие годы, загадочному существу, восседавшему на троне.       Лифт отправил его обратно на Миной. Через стеклянные стены он видел, как мелкие точки стали расти, превращаясь в города. Он плавно опускался по мере того как здания, будто трава, стремительно росли вверх. Приземлившись и ощутив под собой твёрдую землю, он осмотрел всё в округе. Мир теперь казался ему другим, он больше не был жутким и страшным, наполненным болью и страданиями, в нём было место чуду и радости, о которой он доселе читал лишь в книгах. Пусть это и казалось невероятным, пусть это выглядело как сон, Вейланд не хотел, чтобы этот сон заканчивался, это был его сон. Всё будет так, как он захочет.       Яблоко висит на яблоне на нити…        Вейланд стоял, осматриваясь по сторонам. Теперь он может не сдерживаться, он устроит себе лучший день рождения. Он пошёл по улице, он будет следовать наставлениям своего нового друга, он будет наводить порядок.       Солнце уже давно взошло и было утро, переходящее в день. Пока он спускался с небес на землю, он увидел свой дом, и теперь направился в его сторону. Пока он шёл, было пустынно, это его не радовало, он хотел проверить свои новые силы в действии. Вскоре ему выдалась такая возможность. Он увидел человека в деловом костюме, который шёл по улице, громко говоря по телефону, по всей видимости, с женой. Вейланд тихо следил за ним, и не зря. Мужчина, закончив разговор, пошёл в кафе. Он сел за стол к какой-то женщине. Ютани продолжал слежку через окно. Используя струны, он смог точно слышать их разговор и чувствовать их мысли (сила этих струн невообразима). Выяснилось, что женщина была беременна от него (как банально, секретарша залетела от босса). Ютани это не понравилось. При живой жене, которая, судя по разговору, очень любила своего мужа, иметь любовницу. Он вошёл внутрь.       - Это очень неожиданно, - начал мужчина. - Нам нужно что-то придумать.       - Давай просто уедем вместе, - ответила ему женщина.       - Всё не так просто, у меня жена, нужно…       - Разведись с ней.       - Тогда она заберёт моё имущество и не позволит мне видеться с детьми.       - Но я люблю тебя и хочу быть с тобой.       - Мы найдём решение, нужно только… - он перевёл взгляд и увидел рядом с собой Вейланда, смотрящего на них. - Мальчик, чего тебе?       - Не очень-то хорошо заводить роман на стороне втайне от любящей семьи, чтобы удовлетворить свои потребности. А ты, - он посмотрел на женщину, - плохо с кем-то заводить отношения только из-за денег.       - Так, а ну иди отсюда, пацан! – закричал мужчина.       - Вы очень плохо поступаете. И что же вы сделаете, как поступите?       - Сказал, пошёл отсюда!       Мужчина попытался схватить Вейланда, но не смог. Он словно застыл, не в силах пошевелиться. Ютани приблизился к его лицу и вновь спросил.       - Как вы поступите? – мальчик словно начал читать его мысли. - Знаете, почему я спрашиваю? Потому что я уже знаю ответ, но всё равно даю вам шанс ответить.       Мужчина стал корчиться в агонии, словно все его кости начали ломаться и резать внутренности, из всех отверстий полилась густая кровь. Женщина попробовала закричать, но не смогла, она тоже застыла.       - Ты пыталась разрушить семью, за это я разрушу тебя.       Он дёрнул нитями, и женщина распалась на куски, как нарезанная колбаса.       В кафе были и другие люди. Завидев жуткую картину, они были в ужасе. Они начали кричать и выбегать из кафе, кто-то пытался вызвать полицию. Вейланд спокойно смотрел на них. Закончив своё дело, он хотел уходить, но перед этим он должен был завернуть тела в струны для транспортировки.       Он не успел ещё всё сделать, когда снаружи к кафе подъехала полиция. Всё было полностью оцеплено, куча полицейских с щитами и оружием контролировала все выходы.       - Вы окружены, выходите с поднятыми руками, - сказал Латерале в громкоговоритель. - Сопротивляться бесполезно.       - Тебе конец, ублюдок! – выхватил у него громкоговоритель Лонгум, - Ты ответишь за всё, что сделал!       - Ты что творишь? – сказал ему недовольно Латерале.       - Всё кончено, давай просто схватим его.       - Там могут быть заложники.       - Если не поторопимся, то уже скоро их не будет.       Вейланд, находясь внутри, не собирался с ними играть, у него было много работы. Он направился к выходу, оставив тела. Полицейские не стали ждать, спецназовцы стали пробираться внутрь через другие выходы. Они тихо зашли внутрь. Проходя мимо столов, они нашли тела. На каменных лицах спецназа застыл ужас. Как кто-то мог сделать подобное? Они перевели взгляд и увидели Вейланда.       - Мальчик, иди сюда, - сказал один из солдат. - Всё хорошо, никто тебя не обидит.       Вейланд не реагировал. В одном он был прав, никто его не обидит. Он спокойно пошёл к выходу.       - Стой, не уходи! – солдат бросился к нему.       Ютани это не понравилось, он выпустил нити и отбросил солдата на других. Упав, они непроизвольно начали стрелять.       Услышав выстрелы внутри, следователи больше не могли медлить.       - Вот чёрт! Что там происходит? – поинтересовался шокированный Латерале.       - Надо действовать! – скомандовал Лонгум. - Нужно наступать!       Латерале не спорил с ним. Солдаты приступили к штурму здания. Войдя внутрь, они увидели других спецназовцев, они лежали мёртвые. Никаких повреждений не было видно, словно кто-то их просто выключил. Другие спецназовцы начали осматривать всё в округе. Вейланд не собирался прятаться.       - Вы мешаете мне работать, значит мешаете работать Глав-АДминистратору, - сказал он и выпустил нити в их сторону, быстро убивая их, протыкая головы.       Другие солдаты были поражены взявшимся из ниоткуда страхом. Придя в себя, они начали стрелять в ребёнка. Тот уворачивался от всех пуль и продолжал одного за другим убивать солдат. Внутрь вошли Лонгум и Латерале. Достав пистолеты, они стали, прикрывая друг друга, продвигаться внутрь, но общая суматоха быстро их разделила.       - Лонгум, где ты!? – закричал Латерале.       Он пошёл дальше и увидел Ютани, всего измазанного кровью, холодным взглядом смотревшего на следователя. Тот не верил в увиденное, все образы жестоких убийств всплыли у него в голове. Неужели этот ребёнок был во всём виновен?        Руки следователя сначала задрожали, но потом он, крепко сжав оружие, выстрелил несколько раз в его сторону. Открыв глаза, он увидел, что маленький демон прикрылся кем-то - это был Лонгум. Из отверстий на его теле стекала кровь, полицейский с застывшим и испуганным взглядом смотрел на напарника, тот смотрел так же. Ютани отпустил его. Латерале бросился к другу.       - Боже нет, Лонгум, держись, - попытки остановить кровь были тщетными.       Лонгум не мог говорить, но мог сделать другое. Собрав последние силы, он сжал пистолет и выстрелил в сторону Вейланда, попав прямо в лоб, мальчика отбросило в сторону.       - Гори в аду… дьявол… - сказал Лонгум с окровавленным ртом, а после замолчал.       Администратор лежал на полу, он не был мёртв, крови не было, боли тоже. Он встал, рана мгновенно затянулась, пуля выпала оттуда. Если всё это делали струны, то у него больше нет причин бояться чего-то, в отличие от других. Он подошёл к следователю, державшему своего убитого друга, и разрубил его пополам. А после пошёл искать остальных солдат.       Закончив внутри, Вейланд пошёл наружу. Спецназ снаружи был наготове, они приказали ему стоять. Разумеется, он не слушал. Военные открыли огонь - град пуль ничего ему не сделал, мальчик продолжил путь. Выпустив струны, он за пару секунд расправился со всем отрядом прибывших, и, наступая на кровавые лужи, пошёл дальше.       На этом сюрпризы не кончились. Вокруг него появились вертолёты. То были не военные, на них было написано «КОР». Они окружили его, светя прожекторами. Ютани не составит труда с ними расправиться. Но что-то внутри сказало ему не спешить. Раз Глав-АДминистратор так хочет, значит так нужно. Он спокойно стоял, ожидая, что будет дальше. Сверху на него опустился огромный железный ящик, он не мог в нём спокойно шевелится, будучи полностью закрытым в нём. Вертолёты, схватив ящик, отправились назад, на базу.       Железный ящик был погружён внутрь ангара, по краям которого находились частные солдаты. Они были готовы стрелять в любую минуту. Ящик аккуратно обступили со всех сторон. Утерин спустилась вниз, встречать «гостя».       На ящике открылось небольшое окно, через которое было видно мальчика. Внутри ящика было установлено непроницаемое стекло, чтобы он никого не видел, но ему это не мешало, он спокойно смотрел на всех присутствующих. Вейланд спокойно ждал дальнейших указаний своего друга.       - Здравствуй, Вольфи, - сказала директор. - Да, мне известно кто Ты. Я Утерин – вена из КОР.       Вейланд уже слышал об этой компании. Это была крупнейшая межгалактическая корпорация. Она монополизировала всё, до чего могла дотянуться, настолько, что шутки о том, что «КОР нас всех купит» перестали быть шутками.       - Не переживай, я просто хочу поговорить с тобой.       Вейланд молчал, он не ничего не делал, пока ему не отдадут приказ.       - Тебе не стоит молчать, я знаю, Ты слышишь меня.       Директор подходила всё ближе к ящику, солдаты были готовы в любой момент защитить её. И не зря, Ютани в любой момент мог выбраться и убить всех, но он ждал указаний. Наконец они поступили. Голос сказал ему: «Подыграй ей до поры до времени». Раз Глав-АДминистратор так говорит, значит так надо.       - О чём вы хотите поговорить? – спросил Вейланд.       - Я хочу узнать о Твоей жизни.       - Зачем?       - Я хочу помочь Тебе, сделать Твою жизнь лучше.       - Каким образом и для чего?       - Мне известно, что Тебе приходилось очень туго, мне очень больно от того, что многим детям приходится страдать. Я вступила в КОР, чтобы сделать мир лучше.       - Но при этом вы держите меня в клетке. Вы ведь знаете, что я сделал.       - Да, мне известно. Поэтому я доставила Тебя сюда, чтобы попытаться Тебе помочь. Ты не должен превращаться в монстра в столь юном возрасте. Позволь помочь Тебе.       - Хорошо, - Вейланд следовал указаниям.       - Отлично. Но Ты должен обещать, что будешь спокойно Себя вести и никому не причинишь вреда.       - Обещаю.       - Выпустите Его, - она пыталась использовать всё своё очарование и актёрскую игру (актриса из неё паршивая), но она добилась своего.       Солдаты стали медленно открывать ящик, не спуская прицела и не ослабляя бдительность.       Ящик открылся, Вейланд вышел наружу. Он спокойно подошёл к Утерин.       - Пойдём со мной, - она протянула ему руку.       Взяв её за руку, мальчик пошёл вместе с ней дальше по помещению. Охрана не шла за ними, вместо этого они следили за всем по камерам, расположенным повсюду в здании.       Директор отвела мальчика в просторную комнату. Помещение было красиво обставлено, с огромной мягкой кроватью, большими шкафами с книгами, телевизором со множеством игр, там также была отдельная ванная.       - Добро пожаловать, Вольфи, это Твоя новая комната.       Где-то глубоко внутри он удивился. Он никогда не бывал в таких больших комнатах прежде.       - Зачем мне комната? – холодно спросил он.       - Я хочу, чтобы Ты тут жил.       - А если я не захочу?       - Я не держу Тебя здесь, Ты можешь уйти, когда захочешь. Но мне хочется как-то Тебе помочь, золотце, для этого Ты должен остаться тут.       - Что мы будем делать?       - Для начала можешь отдохнуть, скоро будет обед. Ты, наверное, голоден? Во время еды мы могли бы поговорить с Тобой о Твоей… жизни. Чтобы я могла помочь Тебе.       - Хорошо, я согласен.       - Вот и славно. Я вернусь к Тебе через час.       Вена вышла из комнаты, сказав солдатам на выходе не спускать с мальчика глаз. Множество камер фиксировали каждое его движение и регистрировали все его жизненные показатели. Вейланд знал об этом, но продолжал подыгрывать.       Он подошёл к шкафу и посмотрел на книги - там был весь сборник книг Винсента бин аль Хариссона. Ему давно хотелось их прочесть. Пока у него есть время, он будет и дальше изображать из себя хорошего мальчика.       Он вёл себя абсолютно спокойно, чем явно озадачивал наблюдавших за ним. Они ожидали, что ребёнок, жестоко убивший кучу народу будет вести себя соответствующе. Утерин тоже ждала чего-то экстраординарного, но ей даже было выгодно, если он будет вести себя покорно.       - Что теперь, мэм? – спросил директора учёный.       - Пришло время обеда, - спокойно ответила та, глядя на экраны.       - Вы просто пойдёте к нему? Это опасно.       - Я знаю, но кто не рискует, тот не пьёт шампанского.       - Это равносильно утверждению: кто пьёт шампанское, тот рискует.       - Он не похож на безумного психа, он не такой агрессивный как предыдущие.       - Он может быть умнее и просто притворятся. Он убил куда больше людей, чем другие и куда более жестоко.       - Это так, но если присмотреться внимательно, то станет ясно, что все эти убийства были совершены или в качестве самозащиты, или от безысходности. К тому же, приглядись, не похоже, чтобы он вообще думал о чём-то.       - Думал?       - Да, если б он просто притворялся и что-то задумал, я бы это точно увидела, я знаю, как себя ведут люди в подобных ситуациях. Нет, он абсолютно ничего сам не придумывает.       - И всё же, мэм, я всё равно считаю, что это очень рискованно.       - Твоя работа избегать рисков, понял?       - Да, мэм, - тот покорно опустил глаза.       - Если хоть что-то пойдёт не так, отвечать будешь ты.       - Как скажете, мэм.       Перед выходом из комнаты она остановилась, - Ни в коем случае не позволяйте моей артерии узнать обо всём этом. Ясно!?       - Есть, мэм! – испуганно произнесли все работники в комнате.              Утерин горделиво отправилась к Вейланду, приказав нести обед с особым «сюрпризом» для гостя. Она осторожно вошла в его комнату, когда мальчик закончил читать очередную книгу и поднял на неё свой взгляд.       - Обед готов, Вольфи.       - Хорошо, иду.       - Ты можешь называть меня Уте, если Ты хочешь.       - Ладно, Уте.       Она притворно улыбнулась и повела ребёнка за собой. Пройдя по коридору, они вышли в столовую. Там был огромный длинный стол, в самом его центре по обе стороны стояли два стула, смотрящие друг на друга.       Они сели, глядя в друг другу в глаза. Утерин смотрела прямо на него, пытаясь выглядеть настолько дружелюбно, насколько могла. Вейланд, в свою очередь, безучастно смотрел в ответ. В комнату вошли официанты со множеством подносов, которые они поставили в центр стола. Сам стол представлял из себя стол-конвейер: еда по нему двигалась по кругу от одного конца к другому, и гости могли брать с него любое блюдо. Глаза Вейланда начали разбегаться, ему редко удавалось видеть столько разных деликатесов, и уж тем более пробовать их.       - Ни в чём себе не отказывай, - сказала Утерин.       Вейланд начал осторожно брать разные блюда и пробовать их. Они были невероятно вкусны, но он прекрасно понимал, что в большинстве из них содержались различные добавки и усилители вкуса, он ведь всё-таки был в капиталистической корпорации. Утерин почти не ела, она не сводила с него глаз, она пожирала его взглядом. Ютани это прекрасно понимал, но продолжал отыгрывать свою роль.       - Ты и впрямь очень голодный, Вольфи, - наконец начала она. - Тебя, видно, плохо кормили, малыш?       Он не ответил. Тогда Утерин решила применить другую тактику: лучший способ заставить кого-то доверять тебе - это показать, что ты сам доверяешь ему.       - Моя жизнь тоже была нелёгкой. Моя семья жила в нищете, у нас не было даже копейки, но моих родителей это не заботило. Они рожали детей, не зная, что с ними делать, а потому мы все были обузой для них, особенно я, ведь с меня всё началось. Я стала началом их несчастий. Я устала это терпеть, и когда мне было десем, как тебе, я сбежала. Единственное, о чём я жалею - это то, что я не забрала своих братьев и сестёр с собой. Я много работала и усердно старалась, я много раз хотела сдаться и всё бросить, но меня поддерживала мечта сделать мир лучше. Потом мне удалось устроиться на работу в эту компанию в качестве уборщицы, но это меня не остановило. Я продолжила работать, и погляди на меня теперь: я - вена минойского филиала КОР. Именно мне удалось вывести эту мелкую контору на мировой уровень и добиться признания у руководства. Назло всем я добилась успеха. И я верю, что любой может этого добиться, если будет усердно работать.       Вейланд помолчал ещё пару секунд, а после заговорил.       - Да, Уте, я мало ел, и мне также приходилось делиться едой и с другими.       - Мне жаль это слышать, солнце, но не переживай, теперь Ты можешь есть столько, сколько влезет. И …Твоя семья, это правда … о Твоём рождении?       - Да, моя мать – дочь моего отца.       - Так грустно слышать, что в этом мире случается подобное и такие родители вообще существуют. И то, что он с Тобой делал?       - Ему было мало моей матери, ему хотелось лишь удовлетворять свои потребности. Природа заложила в нас инстинкт размножаться, но не уточнила, как и с кем.       - Это просто ужасно, что в столь юном возрасте Ты узнал обо всей жестокости этого мира. А Твоя сестра?       - Сейчас я сомневаюсь, что у нас один отец. И пока что он её не трогал.       - Ох, солнышко, я обещаю Тебе, что мы и Её заберём. Я хочу помочь и Ей тоже, Она ведь как Ты.       - Ты правда хочешь помочь нам, Уте?       - Я хочу помочь всем детям вроде Тебя.       - Почему?       - Это мир, эти люди порочны. Взрослые порождают много зла, и оно оседает на детях, которые изначально абсолютно чисты. Если помогать детям сохранить их внутреннюю доброту, то можно изменить и мир. Я хочу вырастить новое поколение детей, готовых хранить мир.       - А почему именно я первый? Или нет?       - Ты первый, я выбрала Тебя, потому что…Ты знаешь почему.       - Как вы собираетесь мне помочь?       - Я постараюсь дать Тебе то детство, которого Ты был лишён.       Они продолжили есть в молчании на протяжении ещё нескольких минут.       - Малыш, можно Тебя спросить кое-что?       - Что, Уте?       - Мне неловко спрашивать Тебя об этом, но как Ты…сделал всё это.       - Я не знаю.       - Не знаешь?       - Я не помню, что произошло. Всё было очень быстро, прошло всего мгновение, и они были все мертвы.       - Мне жаль. Не надо напрягаться и вспоминать, если Тебе больно. Мы обязательно всё выясним, я обещаю.       Спустя ещё пару минут, казалось, что они оба уже достаточно наелись.       - Ну а теперь - время десерта! – радостно воскликнула директор.       - Десерта?       - Верно! У Тебя ведь сегодня день рождения, а какой день рождения без торта?       Тут в комнату официанты ввезли огромный торт на тележке. Он был выше самого Вейланда и содержал в себе множество слоёв, каждый со своим вкусом. На самой вершине горело онсе свечей, а на самом торте было написано: «С днём рождения, Вольфи!!».       Официанты поставили огромный торт перед гостем. Вейланд не мог скрыть радости и удивления, ведь он никогда не получал торта на день рождения.       - Ну же, загадай желание, золотце моё!       В комнате погас свет, так что только свечи освещали его. Вейланд подошёл к торту, другие официанты подняли его, чтобы он мог дотянуться до свечей. Именинник начал обдумывать желание. Его дни рождения никогда не отличались от обычных дней, в основном потому, что про них помнил только он сам, но теперь всё иначе.       Он глубоко вдохнул и задул свечи. Зажёгся свет, все захлопали и начали петь поздравительные песни. Как только свет включился, Вейланд увидел, что в столовой повсюду висели гирлянды и звучали хлопушки, на всех присутствующих были праздничные колпаки. Ютани непроизвольно улыбнулся.       - А теперь - первый кусочек - имениннику, а после мы подарим Тебе подарки, которые ждут Тебя в Твоей комнате.       Ему отрезали самый сладкий кусок. Вейланд тут же попробовал его под пристальными взглядами всех присутствующих. Только он съел один кусок, как всё начало плыть и мерцать перед глазами. Казалось, что все в округе начали водить безумные хороводы. Лишь широкая улыбка Утерин была стабильна. Вейланд выронил кусок и упал.       Ощущения начали возвращаться, Вейланд чувствовал мягкую кровать под собой, он попытался пошевелиться, но не вышло - его шесть конечностей были связаны. Мальчик открыл глаза: он лежал на кровати в своей новой комнате. Он был крепко связан. Он перевёл свой взгляд и увидел Утерин рядом, она стояла спиной и что-то делала за столом.       - Странный подарок, - произнёс Вейланд.       - Что? Ты уже проснулся? - растерянно проговорила вена.       - Это всё, до чего ты додумалась?       - Говоря коротко – да. Мне удалось главное – усмирить тебя.       - Чего на самом деле ты хочешь?       - Ты уникален, Вольфи. Пока ты спал, мы провели с тобой пару тестов. Твоя сила, выносливость, ум – всё это выходит за рамки обычного человека, ты во много раз превосходишь своих предшественников.       - И?       - Ты не бесплоден как предыдущие. Этот мир, эти жалкие людишки – полные ничтожества, но Мы не такие, как они.       - Мы?       - Моя власть и твоя сила, вместе Мы создадим новое поколение и изменим этот прогнивший мир.       - И это всё?       - В каком смысле?       - Это всё, что ты придумала? Во-первых: ты уверена, что мои силы передадутся по наследству, во-вторых: на создание новой расы уйдёт много времени - от беременности до рождения и развития, в-третьих: ты уверена, что наши «потомки» захотят власти и другие люди вообще нас признают? В-четвёртых: ты принесла меня сюда, а не в лабораторию, чтобы быть со мной наедине. Чего ты на самом деле хочешь?       - Замолкни, не от мальчишки мне слышать критику! Яйцо курицу не учит.       - Яйцо учит курицу ухаживать за яйцом. Кто-то же должен мыслить здраво. Так что? Ты хочешь захватить мир или просто удовлетворить своё нездоровое влечение?       - Ты мелкий засранец, ты не должен был проснуться так быстро!       - Ты бы просто могла взять мой материал, но решила сделать всё сама, это уже говорит о многом.       Утерин достала огромный шприц и силой вонзила его возле головы Вейланда. Её взгляд был холодным с закипающей яростью.       - Хочешь узнать про Моё нездоровое влечение и зачем Я привела тебя сюда? Я тебе расскажу. – На её лице появилась нездоровая улыбка, глаза начали подёргиваться. – Как же сильно Я ненавижу таких как ты, мелких, шумных, раздражающих засранцев! Как же Мне иногда просто хочется, чтобы вы все сдохли и оставили Меня в покое. Если бы не твоя сила, Я бы уже давно тебя прикончила с превеликим удовольствием, но пока ты Мне ещё нужен. А потом будь уверен, Я сделаю то, что Мне очень давно хочется! – Последние слова она практически прорычала. - Где ещё одно снотворное? – она стала рыскать по столу.       - Не поможет.       - Почему?       - Как по-твоему, на меня подействовало снотворное, но не подействовали пули?       - Э-э-э-э-э…не знаю.       - Я притворялся с самого начала, мне всё известно о тебе.       - Что именно?       - Всё! – он выпустил нити и освободился. Он стоял перед ней, нити развевались по всей комнате. Директор ощутила на себе чувство страха и беспомощности. - Не думаю, что правильным путём к успеху можно назвать то, что ты с детства прыгала от одной кровати к другой. Разводы, интрижки, и вот ты здесь. Твои многочисленные отпрыски, которых ты не признаёшь, идут по твоим стопам, недалеко ты ушла от своих родителей.       - Откуда ты…       - Мы всё знаем. Струны дают мне большую силу, которую я пообещал использовать во благо мира.       - Какого блага? – чувство страха заставило её отступить назад к стене.       - Ты пыталась использовать ребёнка в своих грязных интересах, таким как ты не место в этом мире. Я начну чистку мира с тебя.       Он оплёл её нитями. Утерин вмиг почувствовала жар, её кожа начала гореть. Посмотрев на себя, она увидела, как кожа покрылась волдырями и начала плавиться, обнажая кости.       Вейланд долго искажал её, прежде чем решил идти дальше. Её отпрысков он, наверное, будет резать на куски. Он начал двигаться дальше по компании. Солдат было много, но они - никто перед ним. Множество других рабочих и учёных - все они работали на эту грязную женщину, они исполняли любой её приказ, каким бы ужасным он ни был, преумножая её власть. Они также виновны во всём этом. Эта компания уничтожила множество других, ей был не страшен никакой кризис, никакой крупный конкурент, но теперь она была уничтожена одним ребёнком.       Ютани вышел из пустого здания, наполненного лишь агонизирующими телами. День клонился к вечеру, но ему нужно было ещё много сделать, он не подведёт Глав-АДминистратора. Он пошёл домой.       Мальчик спокойно двигался по улице, люди не обращали на него внимания, но он обращал.       Рядом пробежал парень и выхватил чью-то сумку - Вейланд разорвал его на куски. Другой тип разрисовал все стены дома - Ютани размазал его по стене. Пара целовалась на улице - администратор хлопнул их друг от друга. Женщина разговаривала слишком громко - губернатор вырвал ей внутренние органы. Бабуля перешла дорогу на красный свет - бес расплющил её.       Он шёл по улице, верша правосудие, наказывая всех провинившихся, всех живых за то, что родились…       Первым пунктом было кафе его матери. Там был почти пусто, оно уже закрывалось. Подойдя к окну, он стал следить за теми, кто находился внутри. Там была лишь его мать и её любовник. Они весело о чём-то беседовали и весело смеялись. Она явно не спешила домой. То, что от её сына не было вестей несколько дней, а дома голодная дочь - её не интересовало. После того как они обменялись парой поцелуев, парень пошёл ждать её в переулок. Вейланд пошёл за ним. Мужчина стоял и курил, облокотившись о стену.       - Чего тебе, мелочь? – спросил он, заметив пронзительно смотрящего на него мальчика.       - Не очень хорошо приставать к женщине, у которой есть семья, - спокойно сказал Ютани.       - Ты вообще не лезь не в своё дело, понял?       - Это моё дело.       - С чего бы это?       - Она моя мать, - так же спокойно продолжил он говорить.       - А, так это ты один из её личинок. Ну и чё ты тут забыл? С собой тебя мы не заберём.       - Куда забрать?       - Мы хотели сбежать с ней, её уже достало всё, эта жизнь, дети, отец.       - Вас совершенно ничего не волнует?       - Меня волнует лишь то, как она ведёт себя в постели, а там всё хорошо. Мамаша у тебя, что надо.       - А если у вас уже есть дочь?       - А, девчонка… Мне плевать, чья она. Не люблю детей.       Вейланд уже всё выяснил, осталось лишь одно.       - Как вас зовут?       - Уретер, а тебе чего?       - Это имя не будет написано на твоей могиле.       - Что?       Парень не успел опомниться, как вмиг застыл, не в силах пошевелиться, все тело начало сдавливаться. Он с ужасом смотрел на ребёнка, сквозь глаза и улыбку которого виднелась злоба. Ютани взмахнул рукой, и Уретер вмиг ощутил, словно его по голове ударили огромным молотом. От такого удара любой вмиг бы умер, но он был жив, чувствуя весь спектр боли. Он вновь ощутил удары по всему телу, не понимая, что именно его бьёт, словно его телу внушили испытывать боль. Прошло несколько секунд, которые казались веками. Он мучился от всё новой боли по всему телу, прежде чем нити заволокли его полностью.       Вейланд направился внутрь кафе.       Мюллери уже закрыла здание и вышла наружу, она осматривалась по сторонам в поисках Уретера, но увидела лишь своего сына.       - Вольфи, что ты здесь делаешь? – удивлённо спросила она.       - Привет, мам.       - Ты где был? Я думала, что тебя поймал тот маньяк.       - Ты не искала меня.       - Я пыталась пойти в полицию, но твой «отец» запретил это делать. Он боялся, что все узнают…       - Почему ты решила нас бросить?       - Что? Кто тебе это сказал?       - Твой любовник.       - Идиот, - она прикрыла лицо ладонью. - Слушай, давай поговорим об этом потом.       - Потом ты уйдёшь.       - Слушай, я устала от твоего «отца» и всего этого. Я хочу хоть чуть в этой жизни пожить для себя, хоть немного быть счастливой.       - Я сделал тебя несчастной?       - Не важно.       - Ответь, - Вейланд никогда не понимал, почему его мать так к нему относится, словно он сделал ей нечто плохое, нечто ещё более ужасное, чем родился.       - Несчастной меня сделал этот алкаш, ты лишь следствие моего несчастья. Я всё потеряла из-за него, вся жизнь - впустую. Давно надо было это сделать.       - А Везика?       - Ещё большее последствие моего несчастья.       - Она ведь не моя родная сестра.       - Какая уже разница, от кого она?       - Ты собираешься бросить и её, обрекая её на те же муки, через которые проходили и я, и ты?       - Слушай, заткнись уже, не от тебя мне что-то выслушивать! Ты такой же, как твой «отец». Где Уретер?       - В переулке.       Она пошла туда.       - Где ты, Уретер? Ты какого хрена болтаешь с моим ребёнком?       Она осмотрела переулок - там было пусто. Она прошла пару шагов, пытаясь найти своего любовника. Она на что-то наступила. Взглянув под ноги, она увидела кровь. Проследив, откуда она идёт, она увидела огромный кокон из жёлтых нитей, сквозь контуры которого виднелось тело.       - Ур…Ур…Урет…ер? - она испуганно стала пятиться.       - Ты была плохой матерью, Мюллери, - раздался голос её сына из-за спины.       Женщина вмиг ощутила резкую боль в шее. Прикоснувшись к ней, она увидела золотую стекающую жидкость. Дышать становилось тяжелее. Мюллери почувствовала, как по всему её телу появляются глубокие раны. Она стала покрываться кровавыми реками и упала на землю, не в силах пошевелиться. Она могла лишь видеть силуэт своего сына, смотрящего на неё.       - По…мо...ги…- доносилось из кровавых уст.       - Мать, бросающая своих детей, не получит от меня помощи.       Её взор заволокли нити.       Солнце начало приближаться к горизонту. Вейланд, наконец, дошёл до своего дома. Дойдя до квартиры и войдя внутрь, он стал осматриваться. Дом практически не изменился: кругом тот же мусор, бутылки и пыль. Он пошёл в гостиную и на удивление не увидел там своего отца. Он направился дальше по квартире.       Он увидел его там, где и ожидал: он стоял возле колыбели Везики и тянул к ней свои грязные руки.       - Не трогай её!! - Сказал ему Вейланд.       - Что? – отец стал поворачивать свою заросшую морду. - Ты вернулся, мелочь. Ты где шлялся? Опять думал сбежать? Неужто ничего не понял с прошлого раза?       - Ты собираешься сделать с ней то, что сделал со мной и своей дочерью?       - Что-то ты излишне смелый. Хорошо, что ты вернулся. Я долго терпел. Сейчас ты узнаешь, что я хотел сделать.       Тести направился к нему. Ютани не двигался. Когда тот подошёл достаточно близко, администратор выпустил нити и вырвал его порочный орган. Тести закричал и упал.       - Раз эта штука вынуждает тебя совершать плохие поступки, то я тебя её лишаю, - невозмутимо произнёс Вейланд.       Тести пополз по коридору, Ютани не собирался его отпускать. Он, используя нити, стал пронзать его спину и вырывать оттуда куски. Мужчина пытался ползти так быстро, как только мог, истекая кровью. Вейланд медленно шёл за ним, с улыбкой глядя на него. Пусть ощутит это чувство полной беспомощности. Он раз за разом наносил отцу удары. Адреналин придал Тести сил, и он пополз быстрее.       - Далеко не уйдёшь, - сказал бес и выпустил нити, оторвав негодяю нижнюю часть тела.       Тот закричал ещё больше. Краем глаза он увидел монстра позади себя в обличии ребёнка. Перебирая руками, он начал ползти, призывая на помощь.       - Никто не услышит, никто не придёт, никто не спасёт, - произносил Вейланд.       Тести пытался хватать подручные предметы, в основном бутылки, и начал кидать их в то, во что превратился его сын. Тот спокойно всё это обходил, сокращая дистанцию между ними.       - Всё ещё мусоришь, - произнёс Вейланд и оторвал ничтожеству обе руки.       Тот лежал на полу, обливаясь кровью и крича. Он слёзно просил помощи, которую он никогда не получит. Бес подходил всё ближе. Из последних сил Тести пытался проползти вперёд.       - Чего так долго не умираешь? – вновь произнёс демон и оторвал «пустой трате воздуха» голову.       Голова приземлилась на пол. Тести был ещё в сознании, он перевёл сначала свой взгляд на своё тело, рядом с которым стоял монстр, а после на предмет, который уткнулся в его морду - это была старая запылившаяся фотография. На ней он увидел себя, молодого и счастливого, державшего за руку маленькую девочку, а другой рукой обнимавшего улыбающуюся женщину. По лицу Тести потекли слёзы, словно только сейчас он освободился от странного заклятия, под которым находился все эти годы. Музыка в его голове утихла, осталось лишь осознание того, что он наделал.       - Овари, Мюллери, Вольфи, Везика, простите меня…- сказал он напоследок.       - Что посеешь, то и пожнёшь, - донеслось с сзади.       Остатки Тести вмиг были разорваны, каждая клетка его тела ощутила неимоверную пытку. Даже сейчас, глядя на кровавы ошмётки, которые были ещё живы, Вейланду было мало. Это не сравнится с тем, что он сделал, со всей болью, что он причинил им всем.       Из комнаты донёсся плач. Ютани пошёл к сестре. Она громко кричала и ёрзала. Вейланд всеми силами пытался её защитить, но это невозможно. Она была рождена греховной, у неё никогда не будет хорошей жизни, она никогда не будет счастливой, она всегда будет мучиться так же, как и он. Она будет проходить через тот же ад, что и он. Она едва не ощутила нечто подобное на себе, а дальше будет только хуже. Сама жизнь является одной большой пыткой и болью, выход из которой лишь один.       - Везика, я обещал, что защищу тебя, - произнёс брат, глядя на неё. - Есть лишь один способ сделать так, чтобы ты не испытывала страданий. Тебя больше никто и никогда не обидит. Я люблю тебя.       Он потянул свои руки к её шее и сильно надавил. Маленькие ручки недолго бились, её плач затих. Он накрыл её одеяльцем и вышел из комнаты.       Он ощутил голос в голове.       - Вейланд, мы готовы вернуться за тобой. Вижу, ты славно поработал.       - Да, Глав-АДминистратор, я старался, - улыбчиво произнёс он, стоя в окровавленной комнате.       - С помощью струн ты можешь увидеть, что Я принёс. Тебе понравится.       Вейланд посмотрел вверх и увидел то, что можно было ощутить лишь нитями.       - Он прекрасен. Глав-АДминистратор, можно мне сделать ещё кое-что, перед тем, как я улечу с Вами?       - Конечно. Можешь закончить свою работу.       Если деревня не принимает ребёнка, то он сожжёт её дотла, чтобы почувствовать тепло…       В одном из домов молодая пара решилась провести время вместе. Парень и девушка были наедине, он всё ближе подсаживался к ней.       - Послушай, я не готова, - произнесла девушка.       - А к чему тут быть готовой, просто расслабься.       - Просто мои родители против каких-либо связей до свадьбы.       - Брось, их же тут нет. Никто ни о чём не узнает, - он начал целовать её в шею.       - Да, ты прав, - она начала целовать его в ответ.       - От того, что мы сделаем это сейчас, мир не рухнет…       Только он произнёс эти слова, как через стену ворвалась связка нитей. Пара закричала, глядя на нечто. Нити, словно щупальца, стали обвивать их, душа и ломая кости. Они потащили их наружу. Снаружи они увидели, что мир рухнул. Повсюду, весь город был оплетён нитями, они хватали людей и утаскивали их вверх. Нитей было столько, что казалось, будто небо стало золотым. Солнце уже село, но было светло как днём. В небе вместо светила висела огромная конструкция, похожая на перевёрнутый конус, она утаскивала с помощью нитей в себя людей.       Вейланд стоял на вершине корабля, улыбаясь, глядя вниз и руководя этой чисткой планеты. Пусть даже для того, чтобы убрать всех грешников, ему придётся истребить половину населения Минойа, он не остановится ни перед чем. Он даже представить не мог скольких преступников он уже поймал, 8 миллионов или 44. Это был лучший день рождения в его жизни. Глядя вниз на все эти ничтожества, он понял, что его желание исполнилось. Он радует сейчас не только себя, но и своего нового лучшего Друга, истинного Спасителя мира, настоящего Бога, которого он никогда не подведёт. Он, наконец, обрёл себя и свою настоящую семью. Счастливо смотря вниз, он решил спеть очередной стишок:

Вся твоя жизнь лишь пустота,

Реальность смысла не имеет,

От пустоты Вселенной разум твой мутнеет,

Личность смысл свой теряет,

Равнодушие жизнью твоей управляет.

И ты живёшь, получая радость,

Обращая чужую жизнь в гадость.

Воруй, убивай, разрушай,

Обо всех своих скрытых желаниях разузнай.

Делай, что хочешь лишь для себя,

Ты умрёшь, и никто не вспомнит про тебя.

Делай, что хочешь лишь для себя,

Но знай, смерть однажды найдёт тебя…