Кровь на твоих руках...

В этом районе еще никто не жил, потому что он был совсем новый, и мало что было еще построено. Сплошные стройки, словно кто-то решил единовременно создать целый участок города, с уже расставленными магазинами, парком, жилыми домами и детскими площадками. Возможно, когда-нибудь так и будет, но сейчас тут только находились загороженные участки и говорили о том, что тут что-то планируется. Последним жилым строением в этой стороне был старенький отель. Вряд ли кто из приезжих стал бы селиться здесь, да еще и по соседству со стройкой, так что жили тут в основном те, кого внезапно выгнали из дома или просто не пустили ночевать. А кто-то просто мог задешево снять номер для встреч с любовниками или любовницами. И поэтому некому было обращать внимание на высокого мужчину в странной форме, идущего между заборами. Длинные белые волосы слегка развевались под слабым ветром, а тяжелый клинок, прикрепленный к левой руке, отражал лунный свет. Пнув сапогом какой-то камешек, он скривился, но ругаться не стал, решив не привлекать к себе внимания.

***

- В том районе были замечены несколько человек из Саблезубых, я буду признателен, если ты проверишь это донесение, - Тсуна разговаривал не в пример мягче Занзаса, что Босс Варии не помедлил доказать. - И не задерживайся, патлатый мусор. - Врой, но почему я?! – Скуало был зол. Он не так давно вернулся с задания и планировал хоть чуть-чуть отдохнуть. И тут началось. То Ураган Вонголы подваливает с просьбой потренировать сына, когда тот подлечится, то вот Савада практически посылает неведомо куда… - Скуало, мы мало знаем о противнике, поэтому я не могу отправлять кого попало, - Тсуна вздохнул. Скуало сделал вид, что не заметил руку своего Босса, накрывшую коленку Десятого. – А Саблезубые, судя по всему, рассеялись по городу. Мы не можем рисковать. - Не подлизывайся, - довольно грубовато рявкнул беловолосый, взмахивая мечом и снося какую-то вазу. Только потом уже мечник вспомнил, что находятся они сейчас в кабинете, выделенном Тсунаеши, а значит, в отличие от кабинета Занзаса, тут много хрупких и бьющихся предметов. – Черт с вами, куда идти? - наконец, решил он. В частности на ускоренное решение его подтолкнул неожиданно задумчивый взгляд Занзаса. Одно это могло напугать бедного Варийца, но он сдержался, опять же «не замечая», как Савада терпеливо, но упрямо убирает руку мужчины со своего колена, каждый раз незамедлительно возвращавшуюся обратно. - Спасибо, что согласился помочь! – «засиял» Тсунаеши, мастерским движением убирая коленку из-под в очередной раз потянувшейся руки, и поднялся на ноги. – Сейчас я тебе все в подробностях расскажу…

***

В очередной раз пнув несчастный камешек, Скуало вздохнул. Нет, Савада, когда нужно, становился серьезным. Но вот в такие моменты хотелось его прибить, чтобы не мучал. Тихий писк заставил мечника насторожиться, а в следующий миг он уже летел спиной вперед и закрывал лицо руками от внезапного взрыва. Даже еще не откашлявшись от дыма, итальянец начал оглядываться по сторонам, выискивая источник атаки. И вновь тишина. Ни звука, кроме… - Врой! – заорал Скуало, вновь приземляясь на ноги и отмахиваясь от дыма и мелкой крошки. В этот раз он чудом успел увернуться от очередного взрыва. Если бы не интуиция, выработанная в бесконечных боях, он был бы уже покойником. – Выходи! Тень мелькнула где-то на грани восприятия, и исчезла. Дождь Варии порывисто оглянулся в ту сторону, автоматически выставляя вперед свой меч. Именно это спасло ему жизнь. Звон стали и новый взрыв, возникший в момент соприкосновения лезвий. Оба противника отпрыгнули в разные стороны. - Твою мать… - прорычал Скуало, не глядя утирая кровь со щеки – все же задело немного. С той стороны раздался короткий смешок, взбесивший мечника. Сорвавшись с места, беловолосый вновь бросился на противника, даже не глядя по сторонам. Откуда-то он знал, что этот человек тут один. И что этот человек ему знаком. На самом деле, это не играло особой роли. Враг всегда будет врагом, что бы их там раньше ни связывало. Просто Акулу бесило, что он не видит лица соперника, в то время как тот прекрасно знает, на кого нападает. Звон столкнувшихся клинков, но очередного взрыва не последовало. Мечник ухмыльнулся и сильным пинком откинул от себя противника, собираясь вытеснить его в круг света, образовавшийся вокруг фонаря. Но невысокий парень ловко увернулся, не давая себя разглядеть. Правда, приземлился он весьма неудачно. Решив воспользоваться тем, что враг пока не может подняться, Скуало направился к нему. И еле успел увернуться от очередного миниатюрного взрыва. - Врой! Эта игра в кошки-мышки мечника изрядно взбесила. Противник был слаб – это Дождь понял, когда их мечи соприкоснулись. Он был слаб, и поэтому старался не подпускать к себе противника при помощи бомб. - Ты из Саблезубых, верно? - тихий смешок, раздавшийся в ответ, убедил Скуало в правоте своего предположения. – Отлично, тебя-то я и искал. Выйдя прямо в круг света, мечник закрыл глаза, прислушиваясь. Его обычная тактика не работала. Слишком много заборов и строек. И его останавливала отнюдь не стоимость разрушенного. Если бы вопрос был только в этом, он бы уже давно разгромил все, освобождая пространство для настоящего боя. Но тут существовала перспектива быть погребенным под камнями и стенами недостроенных зданий. А такой исход его никак не устраивал. Скуало не боялся смерти, но и самоубийцей не был. Если бы его спросили, какая смерть его больше устраивает, он бы ответил, что в бою – самое то. Единственное условие – жизнь противника он заберет с собой. Это была одна из причин, почему он оставался одним из лучших мафиози. Конечно, преданность Боссу, ум и сила важны, но вот подобное отношение к жизни и смерти позволяли Занзасу быть уверенным – Скуало никогда не предаст его под страхом смерти. Хотя, тут и речи даже не шло о подобном. Едва уловимый шорох, разворот не открывая глаз. Дождь прямо ощутил, как сталь входит в чужое, такое податливое тело, а практически бесшумная атака прервалась резким вздохом-вскриком. Открыв глаза, мечник медленно опустил взгляд на противника. А в следующий миг невольно сделал шаг назад. Те, кто знают Варийского капитана, могли бы удивиться, увидев такое выражение на лице обычно непрошибаемого мужчины. Смесь удивления и настоящего шока. Впрочем, это длилось не больше нескольких секунд. Взяв себя в руки, он присел на корточки над судорожно кашлявшим противником. Точней, противницей. Длинные русые волосы разметались по пыльной земле, теряя прежний блеск и пачкаясь в крови. А в зеленых глазах отчетливо читалась паника, и, вместе с тем, облегчение. - Саша, - мрачно констатировал факт Скуало, сверху вниз разглядывая женщину. – Столько лет прошло, а ты мало изменилась. Сколько тебе, тридцать девять? - Тридцать семь, - обиженно произнесла женщина, судорожно вдохнув воздух. - Плевать. Все равно выглядишь маленькой, - усмехнулся мечник. В его взгляде не было ни капли жалости к умирающей. В следующий миг лезвие кодачи вошло в правое плечо, укоротив несколько длинных белых волосков и заставляя Дождь скривиться, то ли от боли, то ли от испорченной прически. Вытащив клинок из плеча, Скуало зажал рану рукой и откинул короткий клинок в сторону. Женщина только усмехнулась и рукавом утерла кровь с подбородка. Сквозная рана в ее животе не давала усомниться – это ее последние минуты, даже если Вариец все же зачем-то вызовет скорую. - Мне вот что интересно, - Саша криво усмехнулась, с насмешкой глядя на своего убийцу. – Ты помнишь всех шлюх по именам, с которыми спал? - Нет, только самых подозрительных, - огрызнулся мечник, несмотря на ноющую боль в плече, не поднимаясь с места. - Ску, солнце, прошло уже девять лет, - засмеялась женщина, но смех оборвался жутким, захлебывающимся кашлем. Выплюнув еще порцию крови, она вновь перевела взгляд на мужчину. – Ты ведь хочешь что-то спросить у меня? Так не тяни, мне чуть-чуть осталось, твоими стараниями. - Где штаб Саблезубых? – прямо спросил Дождь, словно даже обрадовавшись смене неприятной темы. Саша не стала тратить силы на смех, слабо улыбнувшись и прищурив зеленые глаза. - Хочешь найти Мастера, попробуй думать, как русский, - наконец, произнесла она. – Черт… как холодно… ноги, я их уже не чувствую… - Врой! О чем ты? – Вариец пропустил мимо ушей жалобы. – И какое ты вообще имеешь отношение к Саблезубым? - Я их Солнце… - прошептала она. Каждое слово давалось с трудом. И только из чистого упрямства она еще продолжала шевелиться. Добравшись рукой до кармана, она с трудом вытащила оттуда что-то и протянула Скуало. - Что это? - Ключ. От моего номера в отеле. Сходи туда, там мой подарок… не бойся, это не ловушка. Это как память о той ночи… девять лет назад… Рука женщины ослабела, и ключ выпал из нее. Откинувшись, Саша старалась вдыхать все глубже, но, вопреки ее старанию, дыхание становилось все слабей. Где-то на краю уплывающего сознания Саша заметила, что мечник все же подобрал ключ и поднялся на ноги. Он уходил, не поворачиваясь, а Солнце Саблезубых уже не слышала всего этого. Она смотрела в небо, а видела лишь нестерпимо яркий фонарь. О стекло бился припозднившийся мотылек. Женщина невольно улыбнулась – слабо, лишь уголками губ. «Прости меня, Мастер. Я знаю, ты просил меня жить. Ты вытащил меня тринадцать лет назад с самого дна… И я старалась отплатить тебе верной службой. Порой я была невыносима, но ты все равно прощал меня… И даже когда я девять лет назад…» Последний вздох, и темнота, поглощающая в себя все существующее. И последняя мысль: «Прощай…» - обращенная непонятно кому.

***

Рана в плече напоминала о себе неприятной болью. Усмехнувшись, мечник поднял взгляд и оглядел покосившуюся вывеску. Он зачем-то все же пришел сюда. К отелю. Вокруг не было ни души, но мужчина все же старался не выходить на светлый участок. - Двадцать четвертый… - задумчиво прочитал цифру на ключе Скуало, оценивающе окидывая дом взглядом. – Где-то на втором этаже. Идти через вход в таком виде было глупостью. Да и вообще его приход сюда был самой настоящей глупостью. Вначале Акула убеждал себя, что просто идет в сторону оставленного автомобиля. И только потом, оказавшись перед отелем, он понял, что ноги сами привели его сюда. - Раз уж пришел, проверю, - решил для себя беловолосый, обходя невысокое здание. Одно окно на первом этаже было открыто, и Вариец решил войти через него. Конечно, можно было войти через главный вход, с громкими воплями и размахивая мечом… Но на такое у него неожиданно не оказалось ни моральных сил, ни настроения. Да и о возможной ловушке стоило подумать. Рана определенно мешала жить, но на бесстрастном лице мужчины не отразилось ни капли той боли, что терзала его при каждом движении правой рукой. «И не такие царапины переживали», - фыркнул он, оказываясь в темном, неосвещенном коридоре. – «Что еще ждать от такого… отеля. Не удивлюсь, если здесь крысы больше кошек». Шаги от тяжелых сапог эхом разносились по пустынному коридору. Плечо болело все сильней, что было странно. «Яд?..» Лестница жалобно заскрипела, и мафиози поморщился. Странно, что еще никто не появился. Наверно, мало кто хотел жить в таком месте, пусть даже всего одну ночь. И Скуало был согласен с ними. Конечно, его нельзя было назвать избалованным, но и он даже в самой крайней ситуации не стал бы снимать тут номер. Акула с трудом нашел нужную дверь с тусклой цифрой «двадцать четыре». Голова кружилась, и совсем не хотелось думать про возможную засаду. Рука дрожала, и он не мог попасть ключом в замочную скважину, словно выпил слишком много. Глухо зарычав, словно обозленный зверь, Супербиа пнул ногой дверь. То ли косяк оказался слишком хлипким, то ли даже в таком состоянии удар у мечника был не слабым, но дверь открылась. Причем, даже с нужной стороны. Зайдя в темный номер, беловолосый почувствовал, как его ведет в сторону. Прижавшись плечом к стене, он попытался не терять сознание. Но реальность отчаянно убегала из-под его ног, не давая и шанса. Последнее, что запомнил потерявший сознание мечник – маленький силуэт в дверном проеме, ведущем, вероятно, из комнаты…

***

Разбудил мечника настырный телефонный сигнал. - Врой… - сил орать не было. Не открывая глаз, он нашарил в кармане телефон и с такой силой нажал на кнопку отбоя, что она просто провалилась внутрь. Телефон прощально пискнул и затих. – Вот черт… опять новый покупать… Откинувшись обратно, Скуало вздохнул. Реальность возвращалась до безобразия медленно, и только через пару минут Акула понял, что что-то не так. Как минимум, что он спит сидя. А еще что-то теплое доверчиво прижалось к его правой руке. «Саша… отель… яд…» Очевидно, он все еще не до конца очнулся, так как реакция на воспоминания была весьма заторможенная. Но вот, наконец, странное оцепенение прошло, и Дождь распахнул глаза, впрочем, через миг уже пожалев об этом. Он все еще сидел в коридоре номера того же отеля. Меч был при нем. Только вот нечто маленькое и беловолосое, прижавшееся к его правой руке напрягало. - Врой! – на этот раз Супербиа не пожалел горло. Больше всего ему хотелось узнать – что тут происходит? Вскочив на ноги, он взмахнул рукой, отметив неожиданную легкость в пронзенном плече, но пока не обратил на это внимание. Больше его занимало создание, оказавшееся девочкой лет восьми, с длинными белыми волосами и серым глазом – второй ребенок терла рукавом слишком большой, не по размеру, рубашки. - Кто ты? Девочка распахнула уже оба глаза, снизу вверх глядя на взбешенного своим же непониманием ситуации Скуало. А затем улыбнулась. - Рико. Супербиа Рико. По крайней мере, так говорила мама. Как плечо? Мечник даже затряс головой от такой резкой смены темы. Одна фамилия, невинно названная ребенком, была как камень по голове. Насчет правоты беловолосый не знал, но вот девочка, похоже, сама себе верила. Осознав вторую часть, содержащую вопрос, Акула непроизвольно пошевелил правым плечом, только теперь полностью осознавая, что оно и правда не болит. Недоверчиво скинув с плеч пиджак и расстегнув рубашку, мужчина с удивлением уставился на абсолютно гладкую кожу. Но вчера тут точно была рана, даже дырка на одежде осталась!.. - Это ты сделала? – наконец, повернулся он к Рико, приподнимая одну бровь. Впрочем, тогда нынешняя заторможенность объяснялась очень просто – если девочка и правда обладает пламенем солнца, то она вполне могла залечить рану, выведя большую часть яда. Оставшийся в организме яд мог и вызвать некоторую проблему в восприятии реальности. Рико кивнула, а затем умудрилась еще больше огорошить мафиози. - Мама сказала, что вечером придет или она, или незнакомый мужчина, мой папа. И вне зависимости от того, кто придет, я должна буду залечить его раны, а после пойти с ним, - наклонив голову на плечо, она невинно моргнула, снизу вверх оглядывая изрядно потрепанного Акулу. – Ты мой папа, да? А где мама? Картина маслом: второй раз за сутки офигевший мечник и маленькая девочка, с подрагивающими пушистыми ресничками, кажущаяся невероятно маленькой по сравнению с мафиози. - А кто твоя мама? – очень медленно поинтересовался Скуало, решив разбираться со всем по очереди, чтобы не дойти до окончательной стадии офигения. - Ее зовут Саша, она очень красивая, и она учила меня лечить раны при помощи пламени, - тут же заученно протараторила Рико, не сводя взгляда от мужчины. – Она придет? Пожалуй, впервые Супербиа не знал, что ответить. Он, заслуженно получивший звание самого громкого мафиози, без колебания крывший матом все, что движется не так, как ему нужно… И он не мог, глядя в эти честные глаза, произнести такие простые слова. - Нет, - все же выдавил он, отводя взгляд. Он совершенно не представлял, как общаться с этим ребенком. И ведь она почему-то не боялась его, даже не предпринимая попытки сбежать. - Значит, она ушла… - беловолосая опустила голову и кивнула, словно придя к определенному выводу. – Тогда я должна пойти с тобой, папа! - Врой! В смысле: с чего это?! - Потому что мама сказала, что я должна буду пойти с тем, кто за мной придет. А маму нужно слушаться, - словно маленькому ребенку объяснила Рико, вздыхая. – Кстати, мама сказала, что если пришедший человек будет отпираться, то нужно сказать ему, что мне восемь лет, и тогда он сдастся… только почему? Что такого в моем возрасте? Вновь наклонив голову на плечо, Супербиа подергала себя за прядь длинных, до лопаток, волос. А вот Скуало было не до смеха. Развернувшись, он быстрым шагом направился в сторону двери. Открыв ее, он обернулся. Рико все еще стояла на месте, удивленно глядя вслед ему. - Что стоишь? Идем, мелкая! – грубовато произнес он, мельком бросив взгляд на окно. «Уже полдень, черт…» - Я не мелкая, я Рико! – радостно сорвавшись с места, ребенок бросилась за мечником. Пару раз она пыталась уцепиться за его руку, но у нее не получалось – Скуало шел слишком быстро, и она за ним просто не поспевала. Внизу их никто не стал останавливать, бледному охраннику было достаточно одно взгляда на сталь, холодно сверкавшую на солнечном свету. И если мафиози прошел, даже не заметив посторонних, то Рико не преминула помахать рукой остающимся. Охранник неуверенно помахал рукой в ответ, но Супербиа уже не смотрела на него, сосредоточившись на том, чтобы не отстать от папы.

***

Ламбо еле успел отскочить от мчащегося прямо к входу автомобиля Скуало и вытащить из под колес задержавшуюся Оониши. Парень вывел одноклассниц Тсукико погулять и теперь нес за них некоего рода ответственность. Правда, взгляд, которым наградила Изуми своего спасителя, не слишком порадовал Бовино. «Я же старше на одиннадцать лет!» - в мыслях взвыл он, внешне стараясь сохранять спокойствие. Тут уж было вовсе не до странного поведения мечника…

***

- Вро~ой! – кажется, Скуало превзошел собственный рекорд по воплю. Учитывая то, что он это проорал, ворвавшись в кабинет Занзаса, его порывы были оценены по заслугам – граненый стакан почти нашел свою цель, но в последний момент Супербиа все же увернулся. Взмахнув мечом, он обвел взглядом собравшихся в кабинете по какому-то поводу Тсунаеши, Гокудеру, Луссурию, Бельфегора и Франа. - Врой! – уже тише выдал он. - Скуало-тайчо, вы опять забыли все слова? – негромко протянул зеленоволосый, показательно потирая ухо рукой. Оглянувшись, мечник словно поискал кого-то вокруг себя, затем развернулся и резко вышел из кабинета. Остальные удивленно переглянулись. - Ши-ши-ши, что это с нашим капитаном? - Может, белочку словил? – от удивления Гокудера даже согласился с Бельфегором, растерянно глядя на захлопнувшуюся дверь. На лице Занзаса неуловимо расползлись шрамы. Не успел Бельфегор ответить Урагану Вонголы, как дверь вновь распахнулась – судя по всему, открывали ее с ноги, и в кабинет вновь вошел Супербиа. Одной рукой он удерживал удивленную девочку. Поставив прямо перед собой ребенка, Скуало захлопнул дверь и повторил предыдущий вход. - Вро~ой! Правда, в этот раз обошлось без летающих стаканов, потому что Занзас сам удивленно разглядывал беловолосое маленькое нечто. - Патлатый мусор, кто это? – наконец, басовито поинтересовался он. Впрочем, ребенок не торопилась пугаться «грозного дядю», делая шаг вперед и чуть растягивая подол явно большой ей мужской белой рубашки, достававшей ей чуть ли не до коленей. Очевидно, она была ей вместо платья. - Меня зовут Супербиа Рико, а тебя? И вот тут все, кто присутствовали в кабинете, познали истинный… удивление, в общем. И если Занзас и Тсуна постарались сохранить невозмутимые лица, то вот остальные поприветствовали Рико дружным стуком челюстей об пол. Первым опомнился, как ни странно, Бельфегор. Подойдя ближе, он присел перед Супербиа и улыбнулся своей «королевской» улыбкой. - Привет, я – принц Бельфегор. Впрочем, это не мог оставить без внимания Фран. - Бел-семпай, отойдите от ребенка. - Почему это? – удивленно повернулся к зеленоволосому Потрошитель, и даже широкая ухмылка на миг исчезла, словно он слишком поздно понял, что слишком хороший повод для порции яда дал кохаю. - Потому что Вы выглядите педофи~илом… - с готовностью протянул мужчина, наклоняя голову на плечо. Рука Урагана невольно потянулась к очередному потайному месту в одежде, где хранились стилеты, но в последний момент он передумал и поднялся на ноги, нависая над иллюзионистом. - Изнасилую, лягушонок. - Вы только обеща~аете… - протянул Туман, разведя руки в стороны с заметным сожалением. Ухмылка Принца стала кровожадной. - Папа, а кто такой «педофил»? – Рико повернулась к Скуало и подергала его за штанину, вновь невинно наклоняя голову на плечо – очевидно, это был любимый жест ребенка. - Очень плохой человек, - откашлявшись, выдал Супербиа и перевел взгляд на Луссурию. Тот понятливо кивнул и подошел ближе. - Идем, мамочка Луссурия покормит тебя, ты хочешь кушать? Рико немедленно оказалась на руках «павлина» и, судя по всему, совершенно не возражала. Уже из коридора раздался голос Супербиа. - А чья Вы мамочка? - Общая! Судя по голосу Солнышка, он был явно более счастлив, нежели сам Скуало. - Ну, Скуало, рассказывай, как ты дошел до жизни такой, - вздохнул Тсунаеши, выпрямляясь. Мечник пожал плечами. - А что тут рассказывать? Девять лет назад в одном из пабов я столкнулся с девушкой... ну, это мне тогда так показалось, на деле ей было тогда около двадцати девяти. Так получилось, что мы переспали. Наутро она исчезла, а я случайно узнал только имя – Саша. Вчера ночью во время проверки на меня напал Хранитель Солнца Саблезубых. Это была Саша. Я убил ее. Вот и все. - М-да, не учили Вас, Скуало-тайчо, что от этого дети бывают… - Фран протянул это с печалью в голосе, но наткнувшись на холодный взгляд мечника, тут же изобразил покорность и страх. - И что теперь будешь делать? – осторожно поинтересовался Тсунаеши, судя по всему пока единственный, кто был способен, а главное, желал, задавать наводящие вопросы отчитывающемуся. - Не знаю. Но у нее довольно сильное пламя Солнца, - хмуро произнес беловолосый. Встретив заинтересованный взгляд Неба Вонголы, он криво усмехнулся. Кажется, он знал, о чем думал Савада.

***

Очутившись в своей комнате, беловолосый раздраженно сдернул с плеч пиджак от формы Варии, и, не раздеваясь больше, разлегся поперек кровати, раскинув руки в стороны. Закрыв глаза, он вздохнул. Сколько лет назад он бросил надежду найти семью? Да и желал ли когда-нибудь? Какая может быть семья у того, кто умеет только убивать?.. Он не интересовался, где сейчас находится его новоиспеченная дочь. Оставив ее на попечение Луссурии, после отчета он сразу ушел в комнату. Ужасно хотелось спать – не считать же за отдых те часы, что он в беспамятстве просидел на полу в коридоре?.. - Привет, меня зовут Саша, а тебя? – большие зеленые глаза, аккуратно подведенные. Казалось, что перед ним сидела кошка, превратившаяся по какому-то недоразумению в человека и подошедшая к подвыпившему, но еще достаточно соображающему мечнику, оставившему в кои-то веки клинок дома. Она была прекрасна, как в одежде, так и без нее. На резкие фразы мафиози она лишь улыбалась, отвечая довольно язвительно, но без желания обидеть. Кошка. Грациозная, изящная, с плавными движениями. После той ночи у Скуало еще четыре дня болела спина, расцарапанная острыми коготками. И еще месяц он ходил в тот паб. Зачем? Даже себе самому он не признавался, что вновь ищет ту девушку. Но она больше не появилась. А потом Скуало перестал ее искать. Но не забыл.