Полгода спустя

Ветер трепал волосы девушки, разнося вокруг лепестки цветов, которые та уложила на могилу. Белоснежные розы в знак чистоты, алые альстромерии в знак глубоких чувств. — Вы знали её? — послышалось за спиной девушки. — Когда-то, — тихо ответила, и эти слова улетели вместе с ветром, — очень давно. Девушка достала платок из кармана и аккуратно протёрла надгробный камень. Сколько прошло времени с тех пор, как он здесь появился? Год, пять лет или больше? На это не было ответа. Лишь годы жизни, оборвавшейся так скоро. — Прости, что не уберегла, — еле слышный шепот, нарушаемый лишь карканьем ворон и начавшимся дождём. — Так было нужно. — Ваш отец очень рассердится, если мы опоздаем, — мужчина сзади не хотел торопить свою хозяйку, понимая важность этого действия перед забытым другом. Хоть он и не знал, кто был захоронен в этой могиле, и как сильно его госпожа была привязана к этой девушке, но искренне переживал за неё и её утрату близкого. — Хорошо, — она кивнула, отряхивая пальто от пыли. — Я уже закончила. Несколько секунд девушка смотрела на цветы, качающиеся на ветру, а затем резко повернулась, пытаясь унять странную дрожь внутри. — Девочка…? — растерялась она, заметив постороннего рядом. — Ты потерялась? В руках у ребёнка небольшой букет, который она сильно прижимает к себе. Девочка не выглядела испуганной, скорее просто опечаленной из-за места, где они оказались. — Я пришла к маме, — быстро ответила она, подходя к могиле, где уже лежал один букет. — Мадам, нам нужно идти, — умолял телохранитель, раскрывая зонт. — Ваш отец… Но девушка не сдвинулась с места, наблюдая. На душе было тревожно, но она держалась, чтобы не заплакать. Печальная картина. — Ты одна? — девушка присела рядом с девочкой. — Давай, я провожу тебя. Девочка одобрительно кивнула, хотя не нуждалась в помощи, особенно незнакомой женщины. Просто что-то в ней цепляло юное сердце. — Я Илайн, — призналась девочка, перехватывая ладонь девушки. — А как вас зовут? — Миранда, — сорвалось так тихо и еле различимо, лишь по губам можно было понять сказанное. — Моё имя — Миранда Д`Арси. Они сцепили руки и медленно побрели на выход, где девочку уже ждали. — Ты закончила? — стоявший у машины мужчина нервно курил, боясь заходить на территорию. Понимал, что не справится с эмоциями. — Мне нужно ехать. Мужчина не заметил выходящих вместе с дочерью людей. Он просто бросил окурок в одну из луж и быстро сел в машину, так же быстро покидая территорию. — Ему не стоило оставлять её одну, — бросила девушка, садясь внутрь автомобиля. Её уже заждались, но спешить не хотелось. — Мадам, разве вы не узнали этого человека? — девушка молчала. То ли не услышала вопроса, то ли просто не знала ответ. — Это Джеймс Кейн — генеральный директор компании, с которой вам предстоит сотрудничать. — Надо же, какая встреча, — усмехнулась она, всматриваясь в темное небо Лондона. Такое родное когда-то и такое же забытое. — Как непредсказуема может быть судьба, не так ли?

***

— Ну, наконец-то, Миранда, — пожилой мужчина еле передвигался, опираясь на трость. С одной стороны его поддерживала супруга, с другой — сын. — Я уже подумал, что ты не придёшь. — Сестрёнка, тебе повезло, что мистер Кейн всё ещё не приехал, — оскалился Хоакин. — Неужели, мы настолько ему не интересны, что этот засранец заставляет нас ждать? — Я видела его в холле, — не обращая внимания на небольшой переполох, девушка сняла пальто, передавая его своему телохранителю. Было неуютно постоянно находиться под чутким взглядом, но Миранда позволяла это ради спокойствия родителей. — С тобой всё в порядке? — нежные руки матери на холодном лице ребёнка быстро согрели кожу. — Где ты была? — Прошу прощения за задержку, — Миранда не хотела отвечать, и как вовремя в кабинет ворвался мистер Кейн с кипой бумаг. — Присаживаетесь. Просторный конференц-зал был максимально неуютным из-за обилия пустого пространства, но Миранда старалась вытерпеть всё ради отца. Присела рядом с матерью, чтобы чувствовать хоть какую-то мнимую поддержку от родного человека. — Поговорим потом, — шепнула Лаура дочери и заняла место по правую руку от мужа. — Мистер Кейн, как вы заметили, сегодня меня сопровождает семья, — Орландо улыбнулся, указывая на каждого. — Моя супруга — Лаура, сын Хоакин и дочь Миранда Д`Арси, — девушка кивнула, не отрывая взгляда от Джеймса. Как же давно она его не видела, кажется, целая жизнь прошла с тех пор. Он всё такой же зеленоглазый, такой же высокий, однако, взгляд до жути печальный. Помнится, таким она впервые увидела его. Неужели, эта печаль вновь поселилась в его сердце? Но, думать об этом не было никаких сил, бесполезные размышления. — Миранда будет руководить проектом в Лондоне вместо меня, — пояснил Орландо. — Но, мистер Д`Арси, — Кейн сморщился, раскладывая перед собой необходимые документы. — Я не знаю, как мы… — Моя дочь более чем опытна в подобных вещах, — заверил его мужчина, выглядя при этом максимально уверенно. — Думаю, не будет проблемы, если какое-то время она заменит меня на этой должности. — Если вы так считаете, то… — Джеймс прекрасно понимал, что в этом проекте именно Д`Арси будут играть важную роль, а он, скорее всего, останется в тени не менее влиятельных людей. — Давайте обсудим с вами детали нашего проекта. — Обращайтесь ко мне, мистер Кейн, — подала голос Миранда, размешивая сахар в кофе для отца. — Сейчас я для вас тот человек, от которого будет зависеть судьба проекта. Отец — всего-лишь сторонний наблюдатель. На мгновение Джеймс запнулся, не ожидая подобной дерзости. Ему уже не нравилась эта девушка, которая пыталась разговаривать с ним на равных, если не ставить себя выше его самого. Непозволительная роскошь. — Прошу прощения, но… — Не переживайте, мистер Кейн, даже у женщин есть мозги, — усмехнулась она, пока отец показушно улыбался, одержав победу в этом споре. — Миранда, — одёрнула её мать. — Простите, мистер Кейн. Задержав свой взгляд чуть дольше, Джеймс принял правила этой безмолвной борьбы. Ты или тебя. Он заранее знал, что проиграет, но не отводил взгляда с бездонных глаз, которые так сильно напоминали ему о прошлом беззаботной жизни. Не влюбляться, не позволять себе больше любить. — Ничего, — протянул Джеймс, опешив. — Итак, мисс Д`Арси, простите, если задел вас своими словами, надеюсь, что мы сработаемся, — он протянул руку навстречу девушке и она привстала, чтобы дотянуться. — Несомненно, мистер Кейн. Между ними тут же проскользнула искра, изо всех сил пытаясь разжечь фитиль, сидящий внутри каждого. Миранда знала, что однажды всё полетит вверх, взорвётся, оставляя за собой лишь боль и опустошение. Знала и шла навстречу этому, когда Джеймс же боялся всего этого, отпуская мягкую ладонь из своей потной. — Зачем ты с ним так жестоко? — негодовала Лаура, помогая мужу спуститься к парковке. — Нельзя было как-то мягче общаться с мистером Кейном? После аварии ты стала такой грубой, я иногда не узнаю свою милую и нежную Мири. — Он не понравился сестрёнке? — рассмеялся Хоакин, заводя мотор автомобиля. — В твоём вкусе кто-то вроде меня? Брат никогда не упускал возможность поиздеваться над старшей сестрой, хотя та частенько игнорировала его слова, пытаясь воспринимать Хоакина не важнее надоедливого насекомого, которое никак не можешь прихлопнуть. — Пусть знает, что ничего не будет так, как он хочет, — раздражённо ответила Миранда, на что мать ещё сильнее разочаровалась в поведении дочери. — В данном случае, мы финансируем этот проект и его компанию, а значит, именно мы диктуем правила. — Моя дочь! — Орландо, как глава семьи, гордился дочерью в подобные моменты. Она действовала чётко, выверено и нисколько не боялась рисковать в бизнесе. Здесь не до мягкости супруги или ребячества сына. Миранда, как губка, впитала все лидерские качества отца и достойно пользовалась ими ради семейного бизнеса. — Надеюсь, сегодня вечером ты будешь вести себя более сдержанно, дорогая, — с напором попросила Лаура, перехватывая дочь за руку. Женщина прекрасно знала, на что способна Миранда, и именно это пугало её в этой поездке. — Пообещай мне. — Обещаю, мама, — девушка сбросила руки матери со своих коленей и отвернулась к окну, пытаясь вспомнить хоть что-то, хоть какую-то деталь из прошлой жизни, но, безрезультатно. Воспоминания никак не хотели структурироваться, обрывками витая в голове. — Миранда, пойми, — не унималась женщина. — Это очень серьёзный человек, не стоит портить с ним отношения, хорошо? — Я поняла, — раздражённо бросила девушка, поглощенная собственными мыслями. — Почему я должен идти с вами? — отозвался парень с переднего сидения авто. — Хоакин, сколько раз тебе повторять, ты член этой семьи и твоя главная задача на этом ужине — создавать хорошее впечатление о нас и о сестре. Орландо лишь тяжело вздохнул, радуясь, что дочь вышла куда послушнее и трудолюбивее, нежели разнеженный сынок, который ни дня не работал, продолжая опустошать родительский банковский счёт. — Думаю, она сама неплохо справляется с этой задачей.

***

Времени на сборы оказалось не так много, как планировалось изначально, но Миранда, не разделяя общей суеты и спешки, спокойно побрела в душ, смыть с себя усталость этого дня. Горячая вода приятно обжигала кожу, расслабляя всё тело. Идти никуда не хотелось — Как же давно я мечтала об этом, — выдохнула она, убирая волосы под полотенце. Миранда ненавидела свои идеально прямые черные волосы, они её пугали каждый раз, когда нужно было встретиться с самой собой в отражении. После операции она мало что помнила из прошлой жизни, но точно знала, как выглядело её лицо до этого. Совершенно иное. — Дорогая, поторопись. Миранда уложила волосы, нанесла чуть больше макияжа, чем требовалось. Хотелось скрыть глаза, но получилось лишь подчеркнуть голубизну и блеск. Пусть так. Волосы она обрезала быстро, прямо в больнице, лишь бы забыться, но воспоминания постоянно преследовали её во всём. Как эти волосы стали её спасением и одновременно её проклятием. — Миранда! — негодовала Лаура. — Что ты там делаешь всё это время? — Сейчас выйду. Странно, но Миранда ощущала волнение. Легкую дрожь в кончиках пальцев, не более. Она думала о Джеймсе и внутри всё сжималось. Тонкое чёрное платье делало молодую девушку слишком мрачной, но не хотелось излишне красоваться. Чем меньше к ней будет внимания со стороны, тем лучше. — С богом, — шепнула она себе в отражение, поцеловав крест на шее. — Всё пройдет хорошо. — Ну, наконец-то, — цокнула Лаура, но тут же замолчала, заметив украшение на шее дочери. — Бабушкин крестик. Дорогая… — Думаю, сегодня я должна идти с ним. Этот крестик с желтыми мутными камнями когда-то принадлежал матери Лауры, но та скончалась, оставляя драгоценности родным. Женщина надела украшение на дочь в тот же день, как узнала о том, что она на грани жизни и смерти. Это был талисман Миранды. Новая жизнь. Возрождение. — Конечно, — кивнула женщина, поправляя волосы дочери. — Она бы гордилась тобой, твоим мужеством и отвагой. — Спасибо, — Миранда выдержала поцелуй матери в лоб, прежде чем спуститься в холл, где их уже ждали мужчины. — Садитесь быстрее, а иначе мы опоздаем, — ворчал Орландо, подгоняя жену и дочь. — Это не вежливо. — Мы всегда опаздываем к тётушке Эрн, дорогой, — напомнила ему Лаура, усаживаясь на заднее сидение. Она всегда сидела именно там, за водительским креслом, чтобы лучше видеть мужа. — Не в этот раз, дорогая. Англичане слишком чопорные в этом плане. Опаздывать было нельзя.

***

Миранда выскочила из машины самой первой, не дожидаясь остальных, словно знала дорогу. Будто этот путь приходилось проходить множество раз, и невозможно упустить хоть что-то. Стоя перед закрытой дверью, Миранда никак не решалась нажать на звонок. Кажется, раньше он был совершенно обычным, а сейчас кнопка находилась в сердцевине прекрасного каменного бутона, немного растрескавшегося от непогоды. — Добро пожаловать, мисс, — миловидная женщина открыла дверь перед девушкой, не дожидаясь, когда же та решится нажать. — Вам понравился звонок? — она усмехнулась, прикрыв рот рукой, но, не получив в ответ такой же реакции, почувствовала себя глупо. Миранда смотрела на застрявший кусочек зелени в зубах прислуги, и это напомнило ей о чём-то важном, о чём бы стоило вспомнить прямо сейчас, но в голове пусто. — Он очень милый, — смущенно отвела взгляд девушка, проходя внутрь. Мысли роились в голове, путаясь и растягиваясь жвачкой. — Мисс Д`Арси, вы прибыли одна? — удивился Джеймс, вытирая руки полотенцем. Мужчина до этого возился на кухне, помогая и без того занятой прислуге с ужином. Миранду удивило это странное сочетание: глава многомиллионной компании и домашние хлопоты. — Где же все остальные? Хотелось улыбнуться, но Миранда чувствовала себя странно и неуютно в большом холле, отчего всё положительное быстро улетучилось. В этом пространстве чувствовалась опасность и угроза, но не реальная, а та, которую придумываешь сам, не доверяя больше никому. — Нашу машину паркуют, я решила войти, а иначе дождь испортил бы моё платье, — начала оправдываться Миранда, хотя на небе не было ни единой тучи. Джеймс лишь еле заметно улыбнулся, приглашая девушку подойти ближе. — Дженнифер, проводишь остальных в гостиную? — Конечно, мистер Кейн. Оставшись наедине, Миранда не сводила глаз с Джеймса, но изо всех сил старалась делать это незаметно. Но, Джеймс всё видел. Каждый томный и нетерпеливый взгляд он чувствовал своим нутром. — Вам очень идёт это платье, — похвала от Джеймса была неожиданной и приятной, но не настолько, чтобы вызвать хотя бы улыбку благодарности. Девушка так и продолжала стоять на месте, боясь шелохнуться. — Надеюсь, вы не пытаетесь очаровать меня, мистер Кейн? — голос дрожал. — Не в коем разе, — открестился Джеймс, что, несомненно, разочаровало и одновременно порадовало Миранду. Приятно, когда тебя любят, пытаются заполучить, но иногда свобода куда нужнее золотых оков на запястьях. — Я давно одинокий мужчина и не собираюсь менять это положение. — Отчего же? — она и сама не поняла, как этот вопрос слетел с губ. Она прекрасно знала ответ, но всё же спросила это, пытаясь унять внутреннюю дрожь и беспокойство. Миранда ждала определенного ответа, подтверждения собственных надежд. — Вряд-ли я смогу найти такую же женщину, какой была моя покойная жена, — спокойно выдал Кейн, ностальгически уходя в свои мысли. Эта тема уже не была столь болезненной, хотя и оставила огромный шрам на душах многих. — О какой из жён вы говорите, мистер Кейн? — не унималась Миранда, внимательно наблюдая за мельчайшим изменением мимики мужчины. Он нахмурился и подошел к Миранде ближе, не понимая, как поступить. Эта маленькая девушка рядом с ним казалась знакомой и одновременно такой далекой. Как будто он знал её однажды, в одной из своих прошлых жизней. — Смотрю, вы хорошо осведомлены о моей личной жизни, мисс Д`Арси, — прохрипел он, отчего по телу девушки побежали мурашки. Она съежилась, будто кто-то открыл окно, а холодный ветер окутал её обнажённые плечи. Миранда сглотнула. Неожиданно оказаться под гнётом этих зеленых прохладных глаз. Миранда бы описала их как весеннюю, только что прорезавшуюся траву в домашнем саду. Теперь каждый раз вместо неё она будет видеть его пронзительные глаза, смотрящие в самую душу. — Сильно не обольщайтесь, — еле слышно. — Мне же нужно знать, с кем придётся работать. Она быстро отвернулась, осматривая окружение, а Джеймс не мог отвести взгляд от неё. Если бы они были одного роста, то шанс поцеловать эти хитрые губы, шептавшие все эти слова, был бы не просто шансом. Поймав себя на этой мысли, Джеймс тут же выбросил её из головы. Как эта странная идея появилась в его голове? Миранда, закусив губу, делала неуверенные шаги по гостиной, затем прошла в кухню, ощущая аромат свежесваренного кофе. Она терпеть его не могла, но запах привлекал. Он был другим, не тем, каким она помнила его. Этот запах отдавал домашним уютом, теплым пледом и нежными объятиями любимого человека. Миранда, оставшись без пристального взгляда Джеймса, прошла чуть дальше, к самой лестнице, остановившись напротив большого окна в пол, которое было завешано плотными шторами. Осторожно отодвинув их, девушка взглянула вдаль. Так вот, что он видел тогда. Воспоминания то и дело возвращали её в тот день. Она бы и рада забыть, но такое навсегда остаётся в памяти. Плохое, всегда, отпечатывается лучше всего. Заметив замешательство девушки, Джеймс не решался подойти. Он не мог знать, о чём она думала сейчас, но его мысли в это время были не радужнее. Он редко вспоминал отца, но почему-то сейчас это первая мысль, появившаяся в его голове. Миранда хотела что-то сказать, но внезапно появившаяся Лаура сбила все мысли, возвращая в реальность, где нужно было исполнять определенную роль. — Миранда, почему ты ушла вперед нас? — раздался её голос из холла, куда прошли родители с братом. — Добро пожаловать, миссис Д`Арси, — поспешил поприветствовать гостей Джеймс, чтобы сбавить накал страстей. Женщина выглядела раздраженной, и мужчина мог только догадываться, как сильно отчитают Миранду после ужина. А наказание могло быть достаточно строгим. — Добрый вечер, — бросила Лаура, больно хватая дочь за предплечье, на котором впоследствии останутся следы пальцев. — Не смей так больше делать, — шик и строгость женщины заметили все, но никто не подал вида, дабы не нарушить идиллию вечера. — Вы можете присаживаться за стол, а я пока позову остальных, — предложил Джеймс, указывая на стол, где Миранда насчитала восемь тарелок и восемь столовых наборов. Кто же эти люди? — Как-то невежливо будет начинать ужин без хозяина дома, — протянул Орландо, который, единственный, кто присел на назначенное табличкой место. Но, не ради обозначения своей фигуры, а из-за больной ноги, на которую бы пришлось опираться. — У нас так не принято. — Простите за опоздание, — раздался голос где-то позади. — Меня зовут Томас Харви, я брат Джеймса, — первым он пожал руку Орландо, затем поприветствовал Хоакина, а уже потом поцеловал руку Лауре, которую та любезно протянула вперед. — А это моя жена — Ясмин. — Приятно познакомиться, я Лаура, — она частенько говорила от лица мужа и всей семьи в целом, что приветствовалось главой семейства, — мой муж — Орландо и сын — Хоакин, — повторила женщина, но скорее для нового лица — супруги мистера Томаса Харви, которая, Лаура не сомневалась, пользовалась всеми привилегиями супруги и самого Джеймса Кейна. — А эта девушка? — Ясмин первой заметила одиноко стоящую фигуру в углу. Харви подметила простое, но достаточно элегантное платье, подчеркивающее все нужные формы тела, но не слишком пошло, оставляя места воображению. Ясмин это нравилось. — О, простите, — мигом извинилась Лаура, чувствуя себя уязвимо из-за произошедшего. — Это моя дочь — Миранда. Подойти ко мне, дорогая, — уже громче, чтобы вывести девушку из оцепенения. Девушка спешно приблизилась, останавливаясь напротив супружеской пары. — Миранда, простите, но, не могли мы где-то встречаться? — Том нахмурился в попытке присмотреться и вспомнить, где мог видеть это лицо, но ничего в голову не лезло. — Ваше лицо мне очень знакомо. — Вряд-ли, мистер Харви, — Миранда выглядела незаинтересованной подобными разговорами, увлеченная рассматриванием дома. Архитектура старых зданий завораживала девушку, как профессионала своего дела, но главная причина была не в этом. — Моя дочь попала в очень серьёзную аварию, — оправдывалась Лаура, делая слишком большой акцент на этом событии, которое сильно подкосило семью и саму Миранду. Даже вспоминать об этом не хотелось, не то, чтобы делиться с малознакомыми людьми личной информацией. — Она мало что помнит, да и после операций лицо очень сильно изменилось. — Простите, я не знал, — тут же извинился Томас за свою оплошность, а Ясмин лишь нахмурилась в попытке изобразить сострадание. — Мы можем начинать, — на выдохе произнёс Джеймс, спустившись по лестнице вниз. Он выглядел обеспокоенным и напряженным, отчего Миранда не отводила от него взгляд. Джеймс, одним своим присутствием, сбивал все планы, привлекая слишком много внимания. Его запах распространялся по всему дому, перебивая все остальные. Казалось, даже курица насквозь пропахла им всем. Миранда не могла понять и как-то отделить этот аромат от мужчины, он не существовал отдельно, лишь с ним он был тем самым, неповторимым. Он пах безмятежным летним днём, цветущими деревьями, смехом и морским бризом. А ещё, Джеймс пах первой любовью. — А как же Илайн? — шепнул Томас, бегая взглядом по брату, но тот лишь насупился. — Она отказалась выходить из комнаты, хотя мы договаривались. Мужчина изо всех сил сдерживался, чтобы не закричать. Этот тихий гнев был более чем понятен, но не менее опасен для окружающих. — Может, мне поговорить с ней? — предложила Ясмин, перехватывая ладонь Джеймса. Миранда заметила странную связь между этими двумя, но старалась не думать об этом слишком долго, а иначе могла надумать всякого. Они просто хорошие друзья, не более. — Не стоит, Ясмин, — покачал головой Кейн. — Если не хочет выходить, пусть остаётся у себя. Я не собираюсь заставлять её, тем более, нечего ребёнку делать с взрослыми, которые решают рабочие вопросы. — Какие-то проблемы? — заботливо поинтересовалась Лаура. — Никаких, — заверил Джеймс. — Я бы тоже не вышла к незнакомым людям на месте вашей дочери, — все взгляды мигом остановились на Миранде, которая скрестила руки на груди. — Это же очевидно, что ей страшно находиться в подобной обстановке. — Ты была такая же, дорогая, но никогда не упускала возможности пообщаться с нашими гостями, — усмехнулась женщина, сводя разговор к своей персоне. — Разрешите, я поднимусь к ней, — она не ждала разрешения, уже всё для себя решив. — Я не уверен, Миранда. Но, девушка будто пропустила его слова мимо ушей. Шаг за шагом она поднималась на второй этаж, на звук детского хныканья. Легкий стук о дверь и в неё тут же попадает подушка. Миранда бы ни за что не перепутала этот звук с каким-либо другим. — Мы можем поговорить? — тихо спросила она через дверь. Врываться в комнату подростка было бы нечестно и неправильно со стороны незнакомки. — Уходите! — Мисс, не стоит вмешиваться в мою личную жизнь, — схватив девушку за запястье, Джеймс гневно на неё посмотрел. — Со своей дочерью я разберусь сам. — Если бы у вас хватило мозгов понять собственную дочь, такой ситуации бы не было, — бросила она, отходя от двери. Илайн не должна слышать эту ругань. Джеймс застыл, не смея двигаться. Эти слова будто отрезвили его в момент. Она была права, но признаться в своих ошибках бывает так тяжело, намного проще проигнорировать их, пустить на самотёк. Джеймс слишком долго закрывал глаза на очевидные вещи, старался не обращать внимания на страдания собственной дочери. Снова она осталась неудел. Снова ненужная малышка Илайн. — Что? — запнулся мужчина. — Что вы сказали? — Что вы упрямый баран, — на эмоциях, Миранда была готова ударить Джеймса, но сдерживалась из последних сил. Причинить ему боль будет мало за то, как он поступает с Илайн. — Разве, это не очевидно? — Мисс Д`Арси, что вы себе позволяете? — он говорил тихо, не веря собственным ушам. Как она смеет оскорблять его в его же доме? Хладнокровие Джеймса мигом начало отрезвлять девушку, но дороги назад не было. Раз она уже заступилась за девочку, то должна идти до конца, вставить мозги Кейна на место, заставить его понять свою ошибку. Когда-то она упустила возможность спасти невинное дитя, но теперь не совершит эту ошибку вновь. — Я учу вас общаться с собственной дочерью, мистер Кейн. Напор Миранды был излишним. Она не имела права делать этого: срываться на Джеймса за то, что он сломлен, что у него попросту нет сил на воспитание дочери. Он не хотел жить, но продолжал делать это снова и снова, изо дня в день и причиной этому — Илайн. Без отца она не справится и Джеймс знал это, от того и искал в каждом дне хоть что-то хорошее. — У вас есть дети? — голос Джеймса плавный, обволакивающий. — Нет, — это слово далось тяжело. У неё был ребёнок, когда-то, очень давно, в прошлой жизни. — Тогда, вы не имеете право учить меня, как вести себя с собственной дочерью, — он был зол, это было понятно без слов, по одному лишь выражению лица. Оно было знакомо Миранде. — Давайте спустимся и продолжим этот никому не нужный ужин вежливости. Хотя бы ради уважения к вашему отцу и людям внизу, которые старались ради вашего прихода. Миранда сжала зубы, пытаясь успокоиться. Несколько тяжелых шагов по лестнице отбивались каблуками, отчего Миранда чуть не свалилась вниз. Она не ожидала, что Джеймс придержит её сзади, поэтому даже не остановилась, продолжая идти. Пусть свалится, пусть слетит каблук, и она сломает ногу, разорвёт это плате к чёрту, но лишь бы не видеть Джеймса. Больше никогда. — Я хочу уйти! — бросила она на подходе к матери, которая уже сидела за столом, мило беседуя с Ясмин о каком-то бренде одежды. Лаура была помешана на моде и всех тенденциях в ней, не раз упрекая мужа в том, что он выбрал не ту сферу в бизнесе. Мода пошла бы нам куда больше, — любила она повторять. — Что? Миранда! — этот «взгляд матери» должен был помочь, но не в этот раз. Миранда была слишком разозлена, чтобы обращать внимание на такую мелочь, как недовольство матери. После тридцати беспрекословное следование желаниям родителей, как минимум, странно. — Мама, мы уходим! — повторила девушка, ожидая ответных действий, но Лаура так и оставалась сидеть, крепко ухватившись за ладонь мужа. Он не позволит произойти этому беспределу. — Миранда! — бросил отец, и девушка мигом повернулась к нему. Страх двигал ею, не любовь. — Немедленно извинись. Как ты ведёшь себя в гостях? — Хах, сестрёнка! — рассмеялся Хоакин, снимая эту сцену на телефон. — Ну, ты, даёшь! — Хоакин! — попросила Лаура, и сын тут же убрал свой телефон в карман. Он всегда так делал. Стоило матери выразить своё малейшее недовольство, и парень мигом повиновался. Миранда сглотнула, сделала низкий реверанс напротив Джеймса и натянуто улыбнулась. Извиняться не хотелось, да и не за что было просить прощения. Она всё сделала правильно. — Простите, мистер Кейн, но я вынуждена покинуть этот никому ненужный ужин, — процедила она сквозь зубы, поспешно ретируясь, пока все пытались собраться с мыслями и предпринять хоть что-то. — Приятного вечера вам всем. — Миранда! — Орландо хотел встать и пойти за дочерью, наказать её за подобную выходку, но супруга крепко вцепилась в его ладонь. Ей не хотелось устраивать разборки при посторонних. — Мистер Кейн, простите меня. — Не извиняйтесь, — Джеймс смотрел ей вслед. Такая вальяжная и дерзкая девушка была ему не по зубам. — Том, попроси Магнуса отвезти мисс Д`Арси обратно. — Да, конечно, — протерев рот салфеткой, он нежно поцеловал жену в щеку. — Чёртов Кейн! — ругалась Миранда, ступая по мягкой земле. Длинные каблуки то и дело проваливались вниз, раздражая девушку ещё сильнее. — Как он смеет? — Мисс, подождите! — даже Тому было сложно догнать резвую девушку, пока он не настиг её у ворот, где она пыталась найти выход. — Не стоит меня уговаривать, я не вернусь, — кричала она, всем своим видом показывая, что не хочет находиться здесь, сидеть и улыбаться разным людям, играть свою непосильную роль. — Хватит с меня позора на сегодня. — Могу я отвезти вас? — Том показал ключи в руке и девушка успокоилась. — Я не собираюсь возвращать вас на этот ужин. Признаться честно, я и сам не горю желанием находиться там. — Думаю, ваш брат будет в ярости, если вы не появитесь в ближайшее время, — обнажённые плечи Миранды начали замерзать. Она забыла своё пальто в доме. — Джеймс бывает и не таким, поэтому, не думайте об этом, — Харви снял свой пиджак и нежно набросил на плечи девушке. Простой жест, как многим может показаться, но Томас Харви никогда не делал что-то, заранее не продумав всё до мельчайших подробностей. — Это уже мои проблемы. Миранда благодарно кивнула, ощущая на себе тепло. Пусть этот пиджак и не согреет её полностью, но, во всяком случае, она не заболеет. — А я всё-таки понял, кого вы мне напоминаете, — усмехнулся Том, поджигая сигарету. Пока жена не видела, можно было покурить. — И кого же? — на мгновение Миранда испугалась, что ответ ей не понравится, но она готова была выслушать. — Одну мою давнюю подругу, — с ностальгией вспоминал Том, выпуская кольца дыма из лёгких. — Она была такой же характерной, как и вы. — И где сейчас эта девушка? — она догадалась, о ком речь, но с непринужденным лицом наблюдала за мужчиной напротив. — Умерла, — спокойно ответил Томас, отчего у Миранды закружилась голова. Это спокойствие пугало. — Шесть лет назад. — Простите, я не должна была спрашивать, — простая вежливость. Ей не жаль бередить старые раны других людей, ведь собственные ещё не скоро затянутся. — Ничего, — Томас протянул девушке свою сигарету, но Миранда лишь выбросила её под ноги, наступая носком туфлей. Мужчина лишь улыбнулся, наблюдая за этим. Так же делала и Эшлин когда-то. — Все мы уже успели оправиться от этой потери. Правда, Илайн… Думаю, она ещё не до конца приняла эту потерю. — Вы говорите о супруге мистера Кейна? — это выглядело, как допрос, но Миранде было всё равно. Любопытство побеждало, всегда. — Да, — подтвердил Том, опираясь на железные ворота. — Эшлин Салливан была всем нам очень близким человеком. Думаю, Джеймс больше никогда не сможет полюбить кого-то так же сильно, как её. — Это ведь второй брак, — нахмурилась девушка, пытаясь сложить пазл в своей голове. — Разве первую жену он любил меньше? — Определённо, мисс Д`Арси. Том один из немногих, на глазах кого происходила эта история становления любви. Он был свидетелем всех взлётов и падений этой пары, видел, как росла и крепла их любовь. Джеймс был более свободным и счастливым рядом с Эшлин, его сердце переполняли чувства, когда же рядом с Аллин он испытывал лишь страсть и боязнь потерять её. Это не было любовью, ни разу. Это чувствовал не только Томас, с ним были согласны многие люди, знающие Джеймса и Аллин лично в то давнее время. На душе Миранды непонятное чувство опустошенности от услышанного. Какая-то тоска окутала девушку, она поёжилась. — Я вела себя необдуманно? — тихо спросила она, всматриваясь вперед, где в доме светились окна. — Ну, как вам сказать, — хмыкнул Том. — Это смелый шаг. — Кажется, мне следует извиниться перед мистером Кейном, — это решение было само собой разумеющимся. Каждый нуждался в прощении, каждый совершал ошибки хоть раз в жизни. — Я пойду. Простите, — она сняла с себя пиджак, передавая его хозяину. Миранда преодолела расстояние до входной двери за несколько секунд, хватаясь за ручку, но не успела открыть дверь. С той стороны уже стоял Джеймс, крепко державший её пальто. — Мистер Кейн! — вырвалось. — Вы забыли пальто, — он протянул вещь девушке, однако она медлила, опустив взгляд в пол. — Я хотела извиниться перед вами, — извиняться тяжело и неловко, но осознание своих ошибок намного важнее гордости. — Я вспылила. — Не извиняйтесь, — Джеймс был не менее подавлен этой ситуацией. — Вы были полностью правы, назвав меня бараном, не понимающим дочь. После смерти жены Илайн отстранилась от меня, мы мало проводим времени вместе из-за моей работы. Но, если я перестану утопать в делах, то, кажется, сойду с ума, — из глаз Джеймса текли слёзы. Он был полностью разбит и будто искал кого-то, чтобы высказаться и обрести покой. — Я постоянно думаю о ней, о нашем последнем разговоре. Я никак не могу выбросить это из головы. Внутри Миранды что-то сжалось. Это чувство было не жалостью, не состраданием. Нечто давно забытое, как желание обнять другого человека, подарить, таким образом, поддержку. — Можем мы немного прогуляться? — попросил Джеймс, и девушка легко кивнула. — Холодает, — мужчина накинул ей пальто на плечи. Стало непривычно тепло, будто его ладони самолично грели её тело. Закуривая очередную сигарету, Том всматривался в беседующую парочку. Эта картина отчего-то радовала мужчину, его сердце, как раньше, переполняла нежность и тепло. И всё-таки, она очень на неё похожа. — Вы хотели поговорить со мной? — подала она голос, когда они вышли за порог. — Или вам просто была нужна компания для прогулки? — Я совру, если отвечу, что просто хотел пройтись с вами? Мисс Д`Арси, — начал он, остановившись в паре шагов от неё. — Миранда, — поправила его девушка. — Думаю, так всем нам будет проще. — Джеймс, — он протянул руку, и Миранда неловко пожала её. Его рука была теплая и немного влажная, отчего девушка немного задержалась, не отпуская её. — На самом деле, вы же не такая, какой хотите казаться. — О чём вы? — Вы добрая, хоть и стараетесь быть холодной, — уголки её губ поползли наверх. Когда-то она была такой. — Если бы это было не так, вы бы не отчитали меня там, наверху, не вернулись извиниться и не пошли бы со мной. Девушка не знала, что и ответить. Джеймс был прав, как никто. — Из-за моей доброты пострадало много невинных людей, поэтому, я, пожалуй, буду холодной стервой, чем позволю жизни вновь сломить меня, — призналась она, заворачиваясь в пальто. — Жизнь — сложная штука, непредсказуемая. Каждый наш шаг ведёт нас той дорогой, о которой бы мы ни за что ни догадались, если бы не судьба. — Вы верите в судьбу? — удивилась Миранда. — А вы, разве, нет? — Когда-то верила, — загадочно протянула Миранда, утопая в собственных воспоминаниях. — Сейчас я думаю иначе. — Вы так говорите об этих временах, — нахмурился мужчина. — Что случилось? Если я слишком навязчив, можете не отвечать. — Я попала в аварию, меня буквально собрали по кусочкам, — ей не было что скрывать, во всяком случае, если касаться этой истории. — От моей прежней жизни почти ничего не осталось. У меня другое лицо, другие мысли и другое имя. Я больше не я. — Другое имя? — насторожился Джеймс, пытаясь понять сказанное. — Простите, я заболталась, — попыталась перевести тему Миранда. — Можем ли мы вернуться в дом? Я ужасно замёрзла. — Д-да, конечно. Шагая так быстро, как это было возможно, Миранда шипела проклятия в свой адрес. Дура! Забыла, зачем ты здесь? — Дорогая, ты вернулась? — повернувшись на звук, Лаура немного удивилась. Обычно, после подобного концерта, Миранда дулась ещё несколько дней. — Хотела бы извиниться перед всеми присутствующими за своё поведение, — эти слова шли от сердца. — Я не должна была себя так вести. Простите. — Ничего страшного, мисс, садитесь, — мелодичный голос Ясмин звучал где-то вдали, будто окутывая собой всё пространство. — Хочу признаться, иногда Джеймс бывает невыносим, — она улыбнулась, усаживая мужчину на место. — Не обижайся, но это так. — Ясмин права, — рассмеялся Томас, поддерживая супругу. Он ухмыльнулся и еле заметно подмигнул Миранде, отчего она лишь расплылась в улыбке алых губ, кивнув в знак благодарности. — Итак, мистер Кейн, можем ли мы обсудить дела? — начал Орландо, пока Джеймс недоуменно смотрел на присутствующих, довольно поглощающих ужин. Мясо, и вправду, вышло на славу, но только Миранда всё никак не решалась попробовать, ковыряясь в тарелке будто дитя. Воспользовавшись всеобщим балаганом, Джеймс вынес девушке на тарелке стейк из белой рыбы, украшенный веточкой розмарина. Джеймс часто стал использовать именно его в своей готовке, веря, что в нём навсегда останется частичка души Эшлин, всеобщей любимицы, малышки Розмари. Глядя на это, Миранда не могла сдержать эмоций. Слёзы катились градом из её глаз, освобождая все те эмоции, которым не было выхода такое долгое время. Становилось легче, намного легче, чем когда-либо. Никто и не замечал, как рыба покрывалась солеными слезами, но один свидетель навсегда останется в истории. Джеймс не отводил взгляда от девушки, желая спросить, что же так расстроило её, но не хотел привлекать к ней ненужное внимание. Это было не к чему, но он обязательно узнает причину позже. — Дорогой, такой хороший вечер, зачем же портить его разговорами о работе? — Лаура недовольно толкнула мужа плечом, отчего тот поперхнулся куском мяса, который пережёвывал. — Согласен с вашей супругой, мистер Д`Арси, — кивнул Джеймс. — Давайте, перенесём все рабочие моменты на потом? — Ну, раз такое дело, то кто я такой, чтобы отказывать своей супруге, — мужчина поднял бокал вверх и его примеру последовали остальные. — Выпьем же за наш плодотворный союз.

***

— Спасибо, за прекрасный вечер, мистер Кейн, — поблагодарила хозяина Лаура, замечая, что осталась одна, когда остальные уже сидели в машине. Первой исчезла Миранда, скрывшись в ночной полутьме. — Вам спасибо, что пришли, — Джеймс слегка поцеловал женщине ладонь. — Доброй ночи. — Вам так же, мистер Кейн. Лауре безумно понравился этот молодой мужчина, всю дорогу до машины она улыбалась. Женщине хотелось поговорить о нём с дочерью, но рассуждая, какой может быть её реакция, оставила эту идею. — Мама, ты видела, как они мило болтали с этим индюком? — бросил Хоакин, как только женщина присела в авто. — Хоакин! — бросила Миранда, пытаясь достать брата с заднего сидения. — Я тоже это заметил, Лаура, — подтвердил Орландо слова сына. — Дочка, тебе понравился мистер Кейн? Только скажи, и папа сделает всё ради тебя. — Нет! — воскликнула девушка, шокированная таким исходом событий. — Как вы вообще могли об этом подумать? — Вы мило прогуливались по территории дома, и, кажется, вели непринужденные разговоры, — подозрительный взгляд отца рассердил Миранду, но она была бессильна перед этим напором. — Явно они были не о проекте. — Папа… — Джеймс Кейн хороший вариант для тебя, — Орландо уже строил грандиозные планы в голове. — Вы оба уже не молоды, достаточно опытны в жизни и делах любовных, так что, не вижу в этом никакой проблемы. Лаура, что ты думаешь? Мнение жены для Орландо было важным, но далеко не первостепенным. Он мог попросить у неё совета, но редко следовал этим рекомендациям, решая всё в одностороннем порядке. — Я мало знаю об этой семье, но, мне кажется, что это плохая идея, — Лаура могла согласиться с мужем, но мнение самой Миранды значило для неё куда больше. — Спасибо, мама. — А я поддерживаю отца, — подал голос Хоакин. — Думаю, они подходят друг другу. — Видите, вы в меньшинстве, — усмехнулся Орландо. — У нас равное число голосов, поэтому, ничья, — уточнила Миранда. — Два мужчины против двух женщин, — мужчина выглядел победителем. — Победа на нашей стороне. — Я не могу слушать этот бред, простите, — Миранда закрыла уши руками и уткнулась в окно, за которым начал сменяться пейзаж. Всё же лучше, чем пустая болтовня. — Я просто хочу спокойно добраться до отеля и выспаться.

***

Все уже отправились ко сну, когда Том и Джеймс остались наедине во дворе. Томас хотел уличить момент, когда они смогут поговорить без лишних глаз и ушей. — Ты что-то хотел? — Джеймс спиной чувствовал, как брат неотрывно смотрит на него. — Я ужасно устал за сегодня, поэтому, давай поговорим завтра. — Нет уж, — хитро протянул мужчина. — Как тебе эта девушка? — Томас присел на плетёное кресло, закуривая сигарету. Плохая привычка, да и лишний соблазн для Джеймса. — Миранда? — О, так вы уже по имени друг друга называете? — удивился Томас, наблюдая за реакцией брата. — Это не то, о чём ты подумал, — выдохнул Джеймс, поворачиваясь на брата. — Она сама попросила меня об этом. — Кажется, она точит на тебя свой глаз, братишка, — Том был почти уверен в этом. Достаточно одного взгляда, нескольких слов. — Сомневаюсь в этом, Том, — Джеймс слишком устал, чтобы думать здраво. На часах почти полночь, а он всё ещё не ложился. За последние годы его режим сна стал значительно лучше, что не могло не радовать его доктора, которому уже надоело пичкать собственного пациента лекарствами от бессонницы и снотворными. — По твоим словам, каждая девушка, в радиусе ста метров, хочет меня. — Это разве не так? — усмехнулся Томас, бросая Джеймсу пачку сигарет и зажигалку. — Я дважды вдовец, тем более, мне скоро исполнится сорок, — первая затяжка кружила голову так же, как и парфюм этой загадочной девушки. Джеймс поймал себя на этой мысли и сам не мог объяснить это. — А на руках дочь-подросток, которая не хочет идти на контакт. Как думаешь, сколько женщин захочет иметь с таким дело? — Ты драматизируешь, — Том закатил глаза. — Эшлин же хотела, — прошептал он себе под нос. Каждый раз, вспоминая о ней, Томас грустил. Он так же разделял чувство потери со всеми, кто когда-либо знал и любил эту озорную и веселую девушку. Эшлин не заслуживала такой судьбы. — Нет, Том. Это ты слишком идеализируешь меня и мою жизнь, — это действительно было так. Как родной человек, Том хотел самого лучшего для брата, пусть и с другой женщиной. Как бы сильно он не любил Эшлин, брата он любил сильнее. — Сомневаюсь, что я когда-либо снова женюсь, что уж говорить о мимолетных связях, которые совершенно не для меня. — Ну да, мистер Однолюб, я понял тебя, — Томас встал и глубоко вдохнул, ощущая прохладу холодного осеннего воздуха. — Но, всё-таки, присмотрись к этой Миранде. Что-то мне подсказывает, что она та самая, — шепнул он Джеймсу на ухо, прежде чем бросить сигарету в мусорку. Джеймс и сам это чувствовал. Какое-то странное единение душ, будто они уже были знакомы в прошлых жизнях и снова нашли друг друга спустя годы и тысячелетия. Джеймс чувствовал себя спокойно с этой девушкой, будто говорил с самим собой, с частичкой своей давно утраченной души. Мужчина чувствовал связь, тонкую ниточку между ними, которая неожиданно появилась и никогда уже не порвётся, как ни старайся. — Том, хватит мучить Джеймса, — Ясмин появилась неожиданно, держа на руках одну из близняшек, которая никак не хотела засыпать, капризничала. — Видишь, как он устал. — Я тоже устал, но я же… — но, все попытки оправдаться не работали. С Ясмин невозможно было спорить, она всегда была права. — Уже иду. — Доброй ночи, Джеймс, — Ясмин кивнула ему и скрылась за дверьми, укладывая всех спать. Она знала, что не уснёт без мужа, присутствие которого вселяло в неё покой. Лежа в своей комнате, на кровати, Джеймс размышлял о том, что Миранда появилась не просто так. Что все пути вели их друг к другу. Перевернувшись на бок, мужчина обхватил семейный снимок: он, Илайн и Эшлин. Он никогда не убирал его с прикроватного столика. Это было неким напоминанием, ради чего ему нужно жить. Вставать каждый день и справляться со всеми трудностями этой жизни, какими бы они не были. Джеймс жил мыслью, что однажды Эшлин снова окажется рядом, неважно, в какой обличии. Она может оказаться пролетающей мимо бабочкой, заблудившейся кошкой или человеком, который обязательно выдаст себя какой-то мелкой деталью. Эшлин обязательно даст знать, что она рядом, что её душа ищет его везде. Он скучал. Безумно терзал собственное сердце в поиске ответов на вопросы. Но, ответов было не суждено узнать. Мертвые молчат. Лишь шёпот листвы деревьев может изредка напеть их слова и мелодии жизни, но Джеймс, ни разу за шесть лет, не слышал ничего. Эшлин не приходила во снах, не являлась в облике животного. Словно и вовсе забыла о нём. — Пожалуйста, приснись мне этой ночью. Я тебя прошу. Но, образ, который он так берег в сердце, никак не желал являться на его зовы. Мужчина понимал, что она не придёт к нему и завтра, и спустя месяца. Казалось бы, нужно остановиться, но Джеймс верил и ждал, что этот день обязательно настанет и Эшлин заберёт его с собой, в мир, где не существует боли и страданий. В мир, где его ждёт его семья: где мама и сестра, где утонувший отец и строгий дед, давший ему имя. Джеймс ждал этот день с нетерпением, отсчитывая недели, месяца, но ничего не происходило. — Почему же ты меня бросила? Ответа не будет. Вопрос пустоте, которая окутывает его сердце и душу. Он снова один. Сначала была обида, детская и странная, затем пришёл гнев и разочарование, а после, спокойствие и тихая печаль. Ничего не могло утешить мужчину с тех пор, как Эшлин ушла. Ни победы дочери, ни радость брата от рождения двойняшек, ни успехи карьеры. Ничего. Ничего не давало ему сил так же, как простое существование этой девушки в его жизни. Это как лишиться воздуха, попав в открытый космос. Джеймс сейчас чувствовал себя, будто его забыли, выбросили в огромное пространство без самого важного, без Эшлин, и ему нужно как-то жить, хотя никаких сил не было. Джеймс отдавал себе отчёт в том, что любил Эшлин сильнее чего бы там ни было, даже сильнее своей жизни, сильнее, чем собственную дочь. Это пугало, но совсем немного. — Папа, — тихий голосок сквозь закрытую дверь. Джеймс молчал. Он не хотел сталкиваться с реальностью, осознавать, что прошло так много времени с тех пор, как всё изменилось. А затем, он вспомнил слова, сказанные на эмоциях Мирандой, и встал, вплотную подходя к входной двери. — Что случилось? — впервые за долгое время Джеймс смог впустить дочь к себе в комнату. Здесь мало что изменилось с тех пор. — Приснился кошмар? — Прости меня, пап, — девочка опустила взгляд, не решаясь смотреть на отца. — За что? — удивился он, садясь перед дочерью на колени. — Я пообещала, но не сдержала своё слово, — объяснилась Илайн. — Так нельзя. — Нет, это ты меня прости. Я… — он запнулся, видя напряжение в глазах дочери. Её явно что-то беспокоило. — Я ужасно по ней скучаю, но это не твоя вина, Илайн. — Я знаю, — она кивнула. — Я тоже скучаю по Эшлин, — Илайн закусила губу в попытке сдержать поток слёз, подступившись к глазам. — Скажи мне, это ведь случилось не из-за меня, правда? Я могла что-то сделать, чтобы она осталась жива? — Илайн, — Джеймс и подумать не мог, что Илайн думала о подобных вещах. Это не укладывалось в голове и одновременно открывало глаза Джеймса на всё то, что произошло за это время. — Что ты такое говоришь? Ты не в чём ни виновата, только не ты. В жизни так бывает, что самых лучших людей отбирают у нас самыми первыми. — Выходит, моя мама была такой же, как Эшлин? — Джеймсу так хотелось познакомить их с Аллин, но этому не суждено было случиться. — Твоя мама была отважной женщиной, сильной духом и многому меня научила. Если бы не она, я бы не стал тем, кто я есть сейчас и, что самое главное, я бы не стал твоим папой. Для Джеймса не было большей радости, когда Илайн появилась на свет. Он до сих пор помнил этот маленький комочек, который вечно морщил носик. С возрастом эта привычка никуда не делась. — Я люблю тебя, пап, — девочка бросилась на шею Джеймсу, и он тут же подхватил дочь на руки. Хоть она и не была той малышкой, которую он помнил с тех времен, но внутренняя сила помогала ему удержать её на руках так крепко, как он мог. — Сильно-сильно люблю, ты только никуда не уходи, хорошо? — Хорошо. Обещаю, что никуда от тебя не уйду. И он сдерживал это обещание, переступая через свои эгоистичные желания и боль. Он пообещал Илайн, что будет жить, как бы тяжело это ни было. Наблюдая, как дочь засыпает рядом с ним на кровати, Джеймс рассуждал над словами, сказанными пару лет назад Ясмин: «девочке нужна мать». Может, она была права и стоит найти какую-нибудь хорошую женщину? Не обязательно любить её, главное ведь уважение. Но, поправляя волосы дочери, он всё больше и больше понимал, что не может сделать это без одобрения Илайн. Пусть она сама решит.