Выпускники.

Было утро пятницы. Девушка не любила этот день недели, потому что всегда что-то случалось. Нужно было собираться в школу. Ей не хотелось вставать с кровати и идти в это гнусное место. Но Кира поднялась, и тихо вышла из комнаты. После всех утренних процедур в ванной, она направилась на кухню. Там пахло кофе и завтраком, который мама уже приготовила на всю семью. Сегодня ей почему-то не хотелось разговаривать с мамой, как это раньше происходило по утрам. Женщина села напротив нее, смотрела как дочка кладет к себе в рот сухой завтрак, ложку за ложкой, и от молока на дне глубокой тарелки осталось только белое пятно.  "Ничего страшного, может, настроения нет", — подумала мама, убирая грязную посуду. Кира в то время быстро оделась, выбрав огромную черную толстовку и клетчатые брюки, уложила волосы, закинула на плечо рюкзак и вышла на улицу. Настроение было не очень, и осознание того что ее признание в любви опять отвергли вызывало отвращение ко всему. Как ребенок, что остался без мамы — то что чувствовала девушка после предательства Ани. "А как это еще назвать, как не предательство?  Она не принимает мою ориентацию, даже когда это её никак не касалось. А щас тем более", — думала она, приближаясь к серому зданию школы.  Уверенной походкой девушка прошла по коридору, боевой дух немного поднялся. Но открытому позитиву в этом месте не осталось места. Школьники, как куклы, уныло ходят по кабинетам. Дежурные стоят опираясь на крутую обшарпанную  лестницу, периодически ругаясь на непослушных учеников. Иногда из-за углов и из туалетов слышался противный смех, всхлипы и болезненные стоны. Класс у Киры был особенно враждебный, но несмотря на волнение, она зашла в кабинет. — О, смотрите кто пришел, — послышался смех. Кто-то шептался. А Райли сразу догадалась в чем дело. Она молча прошла и села за парту. К ней подошел Назар и другие одноклассники, собрав над ней толпу.  — А что не здороваемся? Или у вас так не принято? , — Назар оглянулся по своим товарищам. Они все были спортсмены, высокие как шкафы.  — У геев наверное насилуют вместо "доброе утро", — сказал кто-то из них. Толпа одобрила шутку. Кира уткнулась в одну точку. Кажется, в тот момент чтобы не закричать от страха она пересчитала каждую неровность на парте и каждого жучка в пыльном углу класса.  — Она вообще приборзела. Врежьте ей как следует, — сказал Назар, и в дверях появилась Аня. Кира смотрела на нее глазами полными слёз. Не успела она одуматься, как три высоких подкаченных парня прижали ее к стене, сжимая за горло, уже били по нежному лицу. Еще несколько ударов по голове и животу, девушка застонала и вырывалась как могла.  — Ладно, хватит с этой больной руки пачкать, — одноклассники отошли. Кира уже рыдала, кашляла и держалась за живот, вырвалась к выходу. Она заметила на себе пристальный взгляд Анны, уже набравшись сил взглянуть в ответ. Девушка смотрела с жалостью и огорчением , сочувствием, но огоньки в глазах сверкали чувством превосходства над Кирой и своего рода власти. Ведь Назар "заступился" за нее и отомстил. Кира посмотрела на нее глазами,  которые от слёз стали электрического цвета.  — Зачем ты так со мной? , — девушка прошипела так тихо, но по Анне было видно, что она все прекрасно услышала.  Кира быстро уходила из класса, и зайдя в небольшую подсобку под лестницей на третьем этаже, выдохнула. Сюда никто не ходил, комнатка была полузаброшенная. Девушке хотелось спрятаться ото всех.  Из окна виднелись заводы, облака пара и дождливое небо. Деревья казались темными и насыщенными , а вид на город тусклый, уже похож на привычку. Кира какое-то время скрючившись от боли сидела на полу и плакала от ненависти и обиды, как вдруг дверь заскрипела и зашли два парня.  Они были похожи как две капли воды: волосы русые и пористые, глаза цвета ржавчины с пышными ресницами, четкие скулы, широкие плечи. Одежда тоже была одинаковая. Кира хоть и испугалась, но не подала виду, протерла глаза и встала. Парни смотрели на нее с любопытством.  — Она? , — один спросил другого полушепотом. — Да, я слышал как её избивали, — ответил он, наклоняясь к самому уху близнеца.  Девушка стояла и тупо смотрела на них, вжавшись в подоконник. Тот что был справа подошел к ней с протянутой рукой, в которой была салфетка.  — Разреши помочь тебе,  — парень дружелюбно улыбнулся и начал протирать размазанный макияж, слёзы и обрабатывать раны. Внутри Киры все сжалось от волнения и недоумения.  — Вы кто?... ,— наконец выдавила из себя школьница.  — Я Сэм. Это мой брат, Бен, — пояснил парень стоявший слева, — мы знаем о твоей ситуации, решили подойти.  — Откуда?  — Уже давно, — Сэм явно не хотел говорить подробностей.  — Хмм... Я... Кира, —  девушка все еще боялась.  — Кира Райли... такое звучное имя, по правде,  — парень ходил по комнатке с важным и одновременно смешным видом.  — Откуда ты знаешь обо мне? Говори, — эти двое не внушали Кире доверия.  — Тебя вся школа знает, представляешь? , — чувствовалось напряжение и то что Сэм устал от разговора двух дурачков из дешевой драмы, — бутылочка, поцелуи... Теперь парень Анны Трэвис, этот мудак гогочет на всю школу.  — Спрашивать тебя бесполезно, но что говорят хоть расскажи.  Парень ехидно заулыбался, будто выиграл эту небольшую войну с вопросами.  — Утром в столовке я видел Аньку. Она к Назару понеслась, и началось, Сэм проявлял актерскую игру, от чего даже Бен, про существование которого в этой комнате все немного подзабыли, тоже захихикал, — Представляешь, Кира сказала мне, что влюбилась! Это просто тре-еш, — близнец подошел к Кире и положил руку к ней на плечо, — ты же знаешь, что любая ориентация это абсолютно нормально? — Я не уверена... они смеются и бьют меня...  — Они просто тупые и ничего не понимают. Я тебя вот познакомлю с Филом и Шоном, они геи. Хорошие парни, но их не любят.  — Они из нашей школы? Не слышала никогда. И вас, кстати, тоже не видела.  — Они сейчас не учатся нигде, но были в этой школе.  — Такое чувство, что мир клином сошелся на этой помойке. Будто нормальных школ нет. Все сюда поступают. — Без приключений жить неинтересно. Ты как вообще после драки?, — вмешался Бен. — Вроде лучше, но не хочу возвращаться в класс.  — Сходи к медсестре и попроси отпустить. Поворчит, но напишет отгул.  Девушка так и сделала. С братьями они вышли за школу. Было сыро и прохладно. — Пошли знакомиться с нашими ребятами?, — спросили парни почти в один голос.  — А кто они?, — Кира все пыталась понять, как их различать.  — Молодые и подростки, которые потерпели много неудач в жизни, испытали много боли. А мы всех принимаем, нам все равно с кем гулять. Пошли, — кажется, ответил Сэм.  — Это предложение или приказ?  — Убедительная просьба, — парни опять улыбались.  — Ладно, пошли , — Кире было так плохо, что все равно куда идти.  Так они вышли со знакомых дорог и по тропинке спускались к небольшой поляне с множеством труб, недалеко виделись  заброшки, а совсем вдалеке мост. В вышине собирались дождевые тучи, из-под ног летели мелкие камушки. Бедно одетые в листву деревья угрюмо склонили свои головы. Впереди показалась компания подростков.