𝕽𝖆𝖛𝖊𝖓𝖘

Я мечтаю стать свободной птицей, что бы парить высоко над землёй и наблюдать за не знакомой мне в этом облике мирской суетой

Темнота. И ничего кроме неё. Где-то на затворках сознания слышится голос. Он был слишком тихим чтобы разобрать слова и понять кто говорит. Жан попытался разлепить глаза, но даже мрачные комнаты Эвермора казались светлыми. Юноша зажмурился и привыкнув к свету всё таки смог приоткрыть тяжёлые веки. Вся комната кружилась и казалась перевернутой. Жан повернул голову, смотря на говорящего. Это был Натаниэль. Он говорил сам с собой и явно был чем-то не доволен. Моро приворожила эта картина. Он невольно засмотрелся на рыжего парня, чьи волосы были беспорядочно уложены, торча во все стороны, и чьи изящные пальцы щелкали и вертели ручку. Это невольно вызвало легкую улыбку у Жана. Вспыльчивый, прямолинейный чёрт Натаниэль Абрам Веснински, даже не догадывался что стал для постоянно грустного, зашуганного и потерявшего веру вовсё Жана Моро вечным источником тепла и защиты. Он стал для него солнцем, светившим когда тьма поглощала любой свет. Нат краем глазом увидел движение и повернулся в сторону брюнета. Он редко что говорил в такие моменты, ведь просто не знал что. По этому сейчас они молча смотрели друг на друга не рещаясь начать разговор. - Ты как? Что-нибудь принести? - Веснински первый нарушил тишину. Жан же, в свою очередь, говорить не спешил. И только спустя долгие минут пять, Моро мало-помалу начал говорить, прерываясь на тихий кашель: - Ничего не нужно. Лучше скажи как сам. Как задание? - на этот вопрос рыжая голова поникла и раздался тихий вздох. Ответ был очевиден, но брюнет покорно ждал, не торопя с ответом и давая подумать, зная что Нату необходимо чуть больше времени чем другим чтобы подобрать слова. Такое случалось только после его заданий. Младший не мог переносить слишком сильные эмоциональные нагрузки и нервотрепку. Кевин и Жан навряд ли вообще заметили в чём кроется причина, если бы когда-то не стали замечать что после слишком нервных ситуаций, Натаниэля будто подменяли и он становился совсем другим. Веснински даже нравилась подобная перемена когда ему рассказывали что случилось. И, оу, он не помнил ничего из того что было когда он "менялся". Психологов в Эверморе не было, а в университете к нему ходили только те, кто не был связан с командой. Всем игрокам запретили его посещать. Это была прихоть Рико которой безоговорочно следовали. Другой Нат, ну или как его прозвал он сам Нил, был более тихим, но таким же вспыльчивым и иногда грань между ними размывалась. Если не знать этого чёрта, то подмены ты и не заметишь. Даже Дэю и Моро понадобилось чуть больше года что бы заметить это. Так почему же младшему мяснику нравилась эта перемена? Ответ весьма прост. Он переставал быть Натаниэлем. Нил не имел ничего общего с Мориямами. Он был более открыт и беззаботен. Этот лис чувствовал намного меньше боли. Когда он появлялся рядом были Кевин и Жан. Натаниэль завидовал ему. Завидовал ведь не мог вернуть время назад и быть таким же дурашливым Нилом. Он навсегда стал вторым Мясником. Он стал таким же убийцей как и его отец. Даже если когда-нибудь он сможет всё бросить, прошлое будет следовать за ним вечной кровавой дорожкой. А у Нила не будет этого прошлого. Нил будет просто беглецом. Один раз этот малыш убежал с мамой и больше не может остановится. Теперь его цель - бежать. От всего и желательно далеко-далеко, лишь бы забыть крики, свист пуль и человека, с котором он похож как две капли воды. — Спроси у Ната поподробнее об этом когда он соизволит выйти. Насколько я знаю, то неплохо, он просто устал, — Нил слабо, немного измученно, улыбнулся. Двум личностям приходилось очень тяжело находиться в одном теле. Они не были похожи, но и различий имели мало. Натаниэль условился отвечать за защиту, он переживал самые тяжёлые моменты их жизни, а Нил давал разгрузку и чаще всего выступал на публике. Веснински до скрежета в зубах ненавидел выступать на публике, он бы не выдержал взглядов, шума и огромное количество дурацких вопросов, а Джостен же любил устраивать шоу. Младший Мясник получал дикое удовольствие, граничащее с безумеем, когда убивает людей, пытает их, даёт надежду на спасение, а после в последний момент обрывает ещё одну никчемную жизнь. Боже, да у него от одних криков крышу сносит и он не может после остановиться. Бегунок же ненавидит причинять боль и чувствовать её. Он множество раз видел как мать хладнокровно убивала людей отца, как дралась, не уступая ни одному опытному наёмнику, но так же браться за оружие или махать кулаками не хотел. Поэтому стоило Нату только согласиться на новое задание как Нил сразу же прятался глубоко-глубоко внутри и выходил лишь когда Веснински обессиленный возвращался в Гнездо. — Ниэль оставлял записку перед тем как отключиться? — решил уточнить Жан, садясь на кровать. Именно с помощью записки личности узнали друг о друге и с помощью них разговаривают между собой, но иногда такие записки были адресованы Моро или же Дэю если Нат хотел "уйти". В таких записках была лишь тема которую Веснински хотел обсудить с кем-нибудь из парней. Таким способом он давал время подумать и настроиться на разговор. — Нет. Сегодня нет, — на самом деле да, но она принадлежала Нилу, именно поэтому он предпочел промолчать. В ней не было ничего важного, лишь просьба последить за Жаном и уже привычная инструкция как себя сегодня стоит вести. Эти наставления по поведению менялись лишь только когда предстояло выйти в свет и то, обычно там было всего два предложения "Будь сучкой. Заставь публику любить тебя, а слишком любопытных ненавидеть". С этими заданиями Джостен справлялся на отлично. Его чересчур длинный язык с легкостью справлялся с репортерами, телеведущими, ну или с перебравшими людьми на банкете. Слова и харизма - это оружие Нила Джостена. Сила и давление - оружие Натаниэля Веснински. Кевин с Жаном думали что не смогут с ними ужиться, но нет. Эти двое прекрасно дополняли друг друга будто и не являлись разными личностями. Каждый был по-своему интересным и каждый смог найти общий язык с Моро и Дэем. — Хорошо. Нам наверное уже пара на завтрак, — Жан покрутил своей кудрявой головой по сторонам, ища хоть какой-то ориентир во времени, но, что вполне ожидаемо, ничего не нашёл. — В универ. Мы благополучно пропустили пункт "завтрак" и "дневная тренировка", - поправил Нил и встал, направляясь к двери. — Это будет великое чудо если мы переживем этот день самостоятельно, позволив чёрту отдохнуть, — Нил промямлил что-то ещё, тихо смеясь над своими мыслями, и хотел уже скрыться за дверью, но Жан успел бросить ему в дагонку: — Я не верю в чудеса, — спустя пару секунд француз следом добавил - и в судьбу так же не верю. — Я тоже, — Нил собрался с мыслями, шагнул в коридор и, не дожидаясь Моро, двинулся в сторону выхода из Гнезда.

***

Вороны могли учиться как и в основном патоке, так и в отдельных группах по 3-4 человека. Чаще всего выбирали второй вариант, но и первым некоторые пользовались. На время каникул их день состоял лишь из бесконечных тренировок и небольших перерывах на еду. Развлечений у них было не очень много. Напротив кухни была бильярдная, книги можно было взять в университетской библиотеке. Единственным кто мог без ограничений выходить на волю был Натаниэль. Он работал на старший клан, поэтому достать его было сложно. Ему никакие законы были неписаны. Рико даже запретили его касаться. Этого же правила должны придерживаться и другие. Веснински был игрушкой старшего брата. Конечно же ему хотелось полной свободы, но такая тоже была неплоха. Нату разрешалось гулять где, сколько и с кем он хочет. Вытаскивать Жана и Кевина с Гнезда он опасался, но мог притащить их на трибуны когда другие Вороны спали. Под скамейками для запасных было несколько коробок с водкой для Дэя, виски и конфетный ликёр для Моро и Веснински. Так же Младший прятал сигареты, но из-за датчиков дыма особо не покуришь. Он забирал их только когда выходил из Гнезда. Натаниэль не был заядлым курильщиком, хоть и любил этот процесс. Нил же просто смотрел на тлеющую сигарету, за всё время так и не втянув никотин. Кевин курить не любил, он больше приветствовал выпивку, а у Жана был плохой опыт, Рико постоянно тушил о его запястья сигареты и сбрасывал окурки. Из всей чудо-троицы по-настоящему курил лишь Нат и то, старался не делать это в присутствии других. Они не часто выбирались так, лишь в слишком тяжелые дни. Хотя, в Эверморе каждый день может стать адом. Рыжий бес всегда поднимался на верх трибун и начинал давать "представления". Он передразнивал всех Мориям, сокомандников, недавних соперников. Кевина развеселить было сложно, но после пары гладков водки он становился более раскрепощенным, а Жан и так смелся с пародий Ната. После небольшой разгрузки и пьяных шуток Младшего, все трое садились на трибуны рядом друг с другом. Кевин укладывал голову на плечо Ниэля, а Жан на его коленях. Веснински не возражал и лишь садился по-удобнее. Он перебирал мягкие кудри француза и тихо разговаривал с восходящей звездой. Они все хотели, чтобы таких спокойных ночей было больше, но ни один из них не мог себе этого позволить. Оставалось лишь наслаждаться этими крупицами мимолетного счастья. На утро всем приходилось окунаться в суровую реальность и ждать, когда же эта ночь повториться.

***

Кевин открыл глаза, осматривая аудиторию и пытаясь понять где он. До его сознания не сразу дошло что он находиться в Пальметто. Он посмотрел на наручные часы и заметил что пара почти закончилась. Оставалось дождаться каких-то пятнадцать минут. Насколько он помнил, это последняя пара. Через пару дней у Лисов игра, а он до безумия стыдиться выйти с ними на корт. Его тошнит от одной мысли что забравшись так высоко, он упал так низко. Ему пришлось учиться держать клюшку заново, так же с нуля взаимодействовать с новой командой, которая была полной противоположностью Воронам, ну и в конце концов учёба и тренировки. Всё было другим. Остался только страх. Он никак не хотел уходить. Что бы не обещал Эндрю, он не может избавить его от этого удушающего чувства и вечную панику, что как только всё наладиться, то за ним придут и заберут обратно в этот бесконечный ад. Дэй плохо верит в эту защиту. Он в принципе плохо верит Лисам. Какая-то часть его ждёт подвоха. Не может быть всё так хорошо. Его не могут принять так хорошо. Его не могут включить в семью. Ему не могут доверять. Ему не могут доверить вести команду. Он не верит в это. Попросту отказывается. Как только преподаватель объявил конец лекции, Кевин со всех ног помчался в сторону парковки. Эти оранжевые стены душили не хуже чёрных. Новый Лис избегал встречи со всеми, даже с сокомандниками. Он не мог сказать конкретную причину. Если брать точнее, то скорее не мог выбрать основную. Какая-то часть Дэя понимала что Лисы далеко не похожи на Воронов. Но даже так часть которая осознавала это, очень сильно противилась воспринимать. Не было ничего плохого в том что Лисы относились к Кевину хорошо, просто он воспринимал эту доброту. Он не знал кого это, получать к себе хорошее отношение, поэтому боялся. Его пугали все те чувства что вызывали в нем Лисы. В Воронах его учили избегать всех эмоций, в особенности новых, неизвестных, тех, что не несли страха. Именно по этому он бежал, избегая эту неизвестность. Мозг кричал что так нельзя, а сердце билось в страхе, не желая ничего принимать. Всё шло кругом. Будто просто перевернулось. Парковка плыла перед глазами. Кевин делал шаг и думал что сейчас провалиться в пропасть. Кто-то преградил Дэю путь. Тот застыл, не в силах больше сделать шаг. — Кевин, — голос был искусственно радостным. Этой чертой он напоминал голос Рико. Глаза Кевина стали словно две монеты, показывая животный страх. Ноги сами стали делать шаги назад. На затылок легла чья-то рука, грубо сжимая тёмные волосы и поднимая голову немного верх. Зелёные глаза встретились с карими. Эндрю рассматривал Кевина, пытался его понять и второго это убивало. В глубине души, да даже нет, он и не скрывает как сильно ненавидит глаза напротив, как ненавидит эту искусственную оболочку и всё что за ней скрыто. Он хочет пнуть Миньярда, отодвинуть его от себя, сделать всё, чтобы тот его не касался. И тот это видит. Он понимает и именно поэтому отходит, убирая руку. Эндрю видит это "нет" и уважает его. Он никогда не сделает что-то против воли человека если этот человек первый не пересечёт границы. Кевин отступает назад. Он похож на побитого зверя. Вид хоть и жалкий, но внутри что-то всё равно сжимается, наверное, это сердце. Как жаль, что это не совсем про нашего Эндрю Миньярда. Нет, сердце у него определённо имеется, но жалость оно не чувствует. Оно почти ничего не чувствует. Его сердце кричит "пожалуйста" хоть и знает как хозяин тела ненавидит это слово. Это выходит против воли, на подсознательном уровне. Вечной тирадой Эндрю будет его же "пожалуйста". И как бы он от него не отказывался, тот ребёнок всё ещё его произносит, захлёбываясь и плача, ища в людях лучик света в этой тьме, но всё равно говоря и ложно доверяя. Конечно, Эндрю не доверяет людям. Конечно, он их боится. Но семилетний мальчик внутри ничего не может поделать и иногда вырывается на волю. Наверное, он хоть немного очеловечивает чувства Эндрю, хотя ему и так хорошо. Он находит всю сложившуюся ситуацию до ужаса смешной. И он уходит. Уходит тихо смеясь, хоть и не уверен, что должен сейчас смеяться, но ему просто хочется это делать. Кевин молча тупит в спину Миньярда и приходит в себя, когда тот полностью скрывается из виду.

***

Как Кевин попал к Лисам? Наверное, этим вопросом задаются большинство людей в последнее время. Для СМИ ответ прост, да, собственно, как и для других людей. Новость сообщал Натаниэль, точнее Нил. Почему вариант пал на него, а не на Рико? Первое, он лучше всех врёт. Второе, люди и пресса убеждены что врать он не умеет. Нил сотворил легенду якобы Дэй уехал в Пальметто делиться опытом и скоро снова будет в составе Воронов. Осенью на лыжах не прокатишься и смену руки будет объяснить сложно, но кто сказал, что этим будут заниматься Вороны? Кевин Дэй временно не их проблема и теперь он сам будет думать, как оправдываться перед СМИ отвечая на вопрос о смене руки. Нил сделал своё дело, придумал историю и рассказал. Скорее всего, с него и Жана теперь не слезут ведь все прекрасно знают, насколько дружна эта троица. Но пока об этом можно забыть. Какая же настоящая причина ухода второго сына экси? Правда слишком предсказуема. Что может бесконечно происходить в Эверморе? Верно, ссоры и последующее после них насилие. Это случилось вечером, в комнате Рико и Кевина. Удивительно, но тот день был спокойным. Досталось только новичкам. Даже Нат отыгрывал тренировочные матчи, а не стоял в стороне как это обычно бывает. Такое случается редко, но, конечно же, рыжий просто так не играет. Он извёл даже Рико за что позже получил. И всё же, это настолько безобидные мелочи. Простой понедельник в Вороньем Гнезде. Кевина по начало это напрягало, но потом он всё же позволил себе расслабится. Делать было особо нечего. Рико был в красно крыле, наверное, "доходчиво объяснял" новеньким их ошибки во время тренировки. Жан был у себя в комнате. Недавно его сосед съехал, окончив учёбу в университете. Натаниэля пытались подселить к Моро, но Веснински покрутил у виска пальцем, когда ему это предложили. Тренер Морияма стиснул свою трость, надеясь хорошенько проучить нахала за то, что тот не следует его указанием, но удивительно вовремя зазвонил телефон Младшего, что было крайне редким явлением, но смешнее всего было то, что звонит Ичиро. Ниэль помахал телефоном перед тренером, мол "Не забывайте, где нахожусь я, а где вы" и убежал. Ну а в тот день рыжего после тренировки видно не было. Только чёрт знал где его носит. Что бы развить скуку Кевин взял диски с играми, блокнот и несколько бумаг с потенциально хорошими игроками. Среди них был один игрок который уже приходил в Вороны, но отказал им. Это ещё долгое время становилось поводом для скандалов между Рико и Кевином. Теперь Дэй усвоил урок и попытается найти более податливых, но не менее талантливых игроков. Таких почти не существовало и чаще всего в Эвермор попадали дети чьи родители погрязли в долгах перед кланом Морияма. Все сделки проводились через старший клан. Он оставлял себе только самых способных, но такие встречались очень редко, чаще всего всех детей всё же отдавали в младший клан, но если они не приживались и там, то от них просто избавлялись насовсем. Сложная конструкция и очень жестокая, но с этим ничего не поделаешь. Иногда удавалось самостоятельно выбрать себе нового сокомадника, но такие случаи были сродни чуду. Кевин всё равно надеялся найти кого-нибудь сам. Объяснить это желание он не мог. Наверное, на него очень повлиял отказ талантливого голкипера Эндрю Миньярда. Ну ничего. Вороны вывезут и без него. Кевин достаточно долго просидел за работай, но ни один игрок его так и не зацепил. Рядом, словно тень, возник Рико с очень недоброй улыбкой. Внутри Дэя сжались все внутренности, но показать своему сводному брату страх он не мог. Кое-как голову всё же повернуть пришлось. Морияма почти пропел это. Он говорил так ласково, что это вразрез не шло с его хищным выражением лица. Мозг сам дорисовывал образ хищника, дикого зверя. Кевин стал считать до десяти как учил Натаниэль. Это помогло успокоить нервы. То, что говорит Рико он не слушал. Королю это явно не понравилось. Он положил руку на затылок своего брата и стал медленно, но сильно сжимать. В голове возникла тупая боль. Хотелось оттолкнуть от себя стоящего напротив человека, но нельзя, это против правил. Дэй поднял голову смотря на Морияма. Тот снова стал шевелить губами и Кевину пришлось очень сильно напрячь слух чтобы понять о чём идет речь. Страх мешал думать и перерабатывать услышанное. Рико… Он предлагал спарринг? Кевин отчётливо слышало слово "спарринг" и что-то про показательное выступление новым Воронятам. Его мозг отчаянно не желал в это верить. Какой к чёрту спарринг? Дэй за жизнь дрался всего пару раз, а Морияма делает это почти каждый день! Он точно хочет его убить. Это уже однозначно. Но будто бы у него есть возможность отказать. Глаза напротив так горели этой идеей и так мечтали её воплотить что противиться было невозможно, да и нельзя. Кевин кое-как попытался выдавить из себя слова: - Почему именно я? – этим вопросом Кевин задавался постоянно и только сейчас он его озвучил, но не совсем в том контексте, котором хотелось бы. Его сводный брат лишь шире улыбнулся. - Кевин, ну как же "почему"? Мы должны показать новичкам чего стоит их король. Не переживай, это своего рода игра. Просто подыграй мне, - из его слов так и струился яд. Кевин не знал, что делать. Исход данной "игры" мог стать любым. Дэй всё равно кивнул, соглашаясь. Страх засел комом в горле и выдавить из себя слова было попросту невозможно. Рико пошёл в сторону поля. Это являлось молчаливым приглашением пойти следом. Ноги абсолютно не хотели слушаться хозяина, становясь ватными. Перед глазами всё начало плыть. Кевин зажмурился. Счёт от одного до десяти стал медленно прокручиваться в голове с начало в сторону возрастания, а потом обратно по убыванию. Реальность всё никак не хотелось воспринимать. Ладно, другого выбора нет. Шатаясь, почти падая, Кевин всё же дошёл до корта. Боже, как же ему хотелось просто сбежать с этого мест и никогда больше его не видеть. Всё в этом месте было противно и ненавистно Дэю. Абсолютно всё. Чёрные стены постоянно давили, крики, от которых он просыпался и которые издавал сам, ему до жути надоели, но подсознательно затесались где-то на подкорке, прокручиваясь, словно пластинка. Хотелось разгромить это место, стереть его из памяти, найти кнопку "удалить" и вытеснить навсегда из всех возможных уголков сознания. Хотелось, чтобы и тело об этом не помнило. Словно по команде старые шрамы начали напоминать о себе, разгоняя фантомную боль по всей плоти. Она была так яро ощутима что ещё бы чуть-чуть и из горла Кевина вырвался бы крик. Он шагал так, как будто идёт в сторону эшафота, ещё немного и он ступит на лестницу, поднимется на свой "подиум", на эту сцену, созданную только для него, и самолично просунет голову в петлю, которую Рико туго затянет на его шее, а после земля пропадёт из под его ног и тот повиснет, смотря пустым взглядом на всё происходящее. Такие мысли каждый раз лезли в голову только стоит зайти на поле Воронов. Всё выглядело так, будто это на самом деле место для публичных казней. Но, наверное, этому месту подошла бы гильотина, нежели эшафот с виселицей. Хотя, кто знает. Кевин и впрямь по ощущениям пришёл на повешенье. Публика в виде новичков уже собралась, перешёптываясь и кидая испуганные взгляды на Рико. Дэй не мог показать свой страх и даже поднял голову, умело претворяясь и пряча страх. Ну что ж. Игра началась.

***

А дальше всё происходило всё так быстро и резко, что любое понятие настоящего терялось, а мозг отказался отчетливо запоминать происходящее. Кевин запомнил начало импровизированной драк. В основном, он только уворачивался, но изредка всё же переходил в атаку. Хотя толку от этого было никакого, по Рико он ни разу не попал. В какой-то момент всё вышло из-под контроля. Рико стал нападать более активнее, вкладывая в удары, казалось бы, всю свою силу. До этого Кевин успешно обходил удары, но теперь они стали один за другим обжигать тело. Дэй зажмурился всего на секунду. Вроде бы всего секунда, но именно в этот момент левую руку пронзила боль. Сперва она была не такой сильной, а через пару мгновений стала невыносимой. Запястье начало пульсировать, а из горла рвался крик. Открыв глаза Кевин оцепенел. Левая рука вся окрасилась в красный. После этого, все воспоминания шли обрывками. Мир резко окутал мрак и холод, вполне привычный для Эвермора, но на этот раз будто другой, словно забрали что-то столь дорогое сердцу. Хотя нет, не просто забрали, а нагло выхватили.

***

Этот мрак постепенно стал рассеиваться. Кевин всё так же стоял посреди парковки Пальметто. Солнце постепенно опускалось за горизонт. Небо тут же приобрело различные цвета. От пастельно розового до ярко оранжевого и алого. Небо… Оно было таким чарующим. Кевин не мог оторвать от него взгляда. Он редко видел небо, хоть и чаще других мог выходить в свет из-за почётного звания второй звезды экси, но он никогда не видел небо таким пленяющим. Сейчас его никто не гнал и он мог застыть надолго, хоть до рассвета, лишь бы любоваться этой свободой, лишь бы вдохнуть полной грудью свежий воздух и очистить голову от дурных мыслей, понять, что сейчас он далеко не в клетке и в ближайшее время он не попадёт в неё снова. В груди стало распространяться тепло и спокойствие, впервые за долгое время. На пару минут в голове Кевина возникла мысль что жизнь не так уж и плоха, хоть и мерзкая, и подлая, но не плоха. И даже захотелось прожить её, не думая, как бы поскорее её оборвать. Но ещё возникла мысль, как хорошо превратиться в птицу. Они сами выбирают куда им лететь, и они такие свободны… Им не известна вся та боль и суета людей. Кевин вздохнул и пошёл в сторону квартиры Ваймака. На тренировку сил уже не осталось, ведь спать хотелось жутко. Мысли вернулись в привычное русло и стали крутиться вокруг Жана и Натаниэлья. - Интересно, как они сейчас? – вопрос вырвался сам собой и Кевин погрузился мрачные, беспокойные мысли.

***

Нил дотащил Жана до комнаты. За весь день Натаниэль так и не появился, что даже удивило. Этот чёрт появлялся обычно в середине дня, даже если очень устал, и всё обратно возвращалось в привычное русло, но в этот раз Ниэль засел непривычно глубоко. Он давно так не делал. Веснински не любил целиком и полностью доверять Джостену полноценный день свой жизни. "Оригинал" любил держать всё под контролем, а когда что-то шло не так, то он начинал закипать, но терпение терял не сразу. Жан стал скучать по бесу. Не то что бы он не любил Нила. Нет, тут дело в другом. Натаниэль был роднее, нежели его вторая личность. Он не придавался чувствам, не погружался в них с головой и когда Рико снова вымещал злость на Моро при нем, то тот мог это контролировать, у него была нужная сила чтобы остановить его, а Нил же… Нил наблюдал и язвил, что выводило Морияма ещё сильнее. Так произошло и сейчас. У Джостена не получилось сдержать язык за зубами и досталось Жану. Да, Жан в любом случае получил бы от этой японской псины будь тут и Натаниэль, но в любом случае меньше, чем останься он один или с Нилом. Кевину больше полюбился второй рыжик, нежели Моро. И сейчас француз совсем не случал о чём говорит с ним "копия". — Хей, Жан. Я не думал, что мои слова выведут его, — на этих словах Жан включился в разговор и уже успел пожалеть об этом. Из горла так и вырывался крик «Вот именно! Ты не думал!», но Моро пытался совладать с негодованием. Нил учил Кевина считать на разных языках, а Жан учил Натаниэля французским скороговоркам. Было весело наблюдать, когда у чёрта это долго не получалось, а потом это стало отличным способом успокаиваться. На помощь французу снова пришли эти скороговорки. Жан всегда старался подбирать что-нибудь смешное, но большое, так успокоиться можно было быстрее. Теперь он окончательно пришёл в себя, очутившись в реальности. Такой не любимой, жестокой, но реальности. — Не парься, ребёнок. Живой же, — если бы это всё можно назвать жизнью. Жан ненавидел всем своим телом эту так называемую "жизнь", но поделать ничего не мог. Ему хотелось хоть раз спокойно выйти на свет, не задумываясь о том, что время может быть ограниченно. Как жаль, что это позволено только Натаниэлю. Он мог выходить, когда хочет и насколько хочет. Этот бес всегда рассказывал Моро о мире, которого тот не видел, раньше показывал фотографии закатов и рассветов и обещал, что когда-нибудь точно покажет ему это. Но время таких обещаний прошло. Теперь оба выросли и поняли, что навсегда останутся заперты в клетке. Только у Жана клетка не пропускает свет и не даёт надежду на свободу, а у Натаниэля эта клетка создаёт иллюзию что существует возможность взять и выбраться, улететь, освободиться. Но всё это и впрямь лишь иллюзия.

***

Когда Джостен обработал раны Моро, то попросил рыжего уйти. Нил не стал возражать, оставляя Жана одного. Потолок в Эверморе был таким знакомым и скучным, но француз всё равно его рассматривал будто впервые видел. Обычно, когда ты долго живешь в одном месте, то волей не волей считаешь его родным и привычным, так определённо может случиться в любом другом случае, но только если ты не живёшь в Эверморе. Это место ты не сможешь назвать родным, привычным, местом которое дарует защиту, а домом и подавно. Никто из троицы не знал, что такое дом и каким он должен быть. У всех было представление, мечты, но никто не мог сказать, что же на самом деле можно назвать домом. Раньше, что-то подобное было у Кевина и Натаниэль с Жаном в тайне думали, что именно их второй номер быстрее обретёт дом, нежели они оба смогут понять что это, найти его и привыкнуть к нему. Слухи о том, что Дэй перевёлся в Пальметто сегодня перестали быть слухами. Как оказалось, Нил знал, что это произойдет, Кевин вскользь упоминал что может перевестись туда, главное дождаться момента и договориться с тренером Лисов, но когда "копия" рассказала об этом "оригиналу", то тот не воспринял слова своей второй личности всерьёз, он не думал, что Кевин правда сможет сбежать. По итогу зря не верил. Тогда Нилу наскоро пришлось сочинять легенду про "обмен опытом" и другую чушь. Травму Кевин получил в начале осени, в тот день прибыли несколько новичков и Рико захотел их напугать, поэтому он предложил Кевину шуточный спарринг, но что-то пошло не так и Морияма сломал второму номеру ведущую руку. До начала учёбы и старт экси-сезона оставалось несколько недель и Дэй стал судорожно переучиваться держать клюшку именно в этот промежуток времени он заговорил с Нил о переводе в Пальметто. Жан, по сути, единственный кто оставался в неведении о плане Кевина, но даже Натаниэль не знает как у него получилось это провернуть, а Нил промолчал, когда Моро спросил знает ли он как это произошло. Мысли Жана не сразу вернулись в спокойное русло. Он долгое время размышлял о доме, Кевине, Натаниэле, Ниле, о других обитателях Эвермора, но в конце концов взгляд опять вернулся к потолку, а мысли к реальности и пониманию, где он находиться. Но не прошло и пары минут как мозг снова захватили тяжёлые думы. Хотя нет. Стоп. Это не очередные плохие мысли и воспоминания. Это сладкий сон. Ему снилось поле. Бескрайнее, усыпанное длинными колосьями. Ветер нежно трепал кудрявые волосы и освежал, а закатное солнце игралось с небом, даруя ему различные оттенки. Всё выглядело так красиво и от этого становилось понятно, что это не больше, чем иллюзия. Но она была такой сладкой, тягучей и нужной сейчас, что захотелось остаться в этом месте навсегда, лишь бы позабыть о всех проблемах и невзгодах. Высоко над землёй, казалось бы, стремясь к солнцу, пролетали птицы. — Вы такие свободные, — Жан представил себя птицей. Он представил как поднимается высоко-высоко, оставляя землю где-то внизу, и летит, чувствуя, как перья приятно щекочет ветер и как он зависает в воздухе, паря и не падая. Моро лёг на землю, скрываясь в колосьях, и стал наблюдать за птицами и садящимся солнцем, надеясь, что этот сон никогда не закончиться.

***

Как только дверь в комнату Моро закрылась, то на "свободу" вышел Натаниэль. В голове у него было пусто, а на душе гадко. С заданием он справился чуть ли не на отлично и суть его тревог была в другом. Он даже не мог сказать конкретно что его гложило. Рыжий чёрт пришёл к выводу что, наверно, до него только сейчас стала доходить суть последних событий. А Нил ведь говорил, что Кевин собираться сбежать. Говорил… А Натаниэль не послушал. Решил, что это бред, что этого никогда не случиться. Ну и дурак. И Младший даже не мог сказать кто конкретно, он, потому что не поверил, или гребаный Кевин Дэй, потому что не рассказал о своём замысле ему и Жану. Веснински решил сойтись на выводе что оба хороши. Ноги сами сорвались на бег. Рыжий чёрт бежал куда подальше от этого места. Оно пропахло кровью, от стен так и отражались измучанные крики уже тех, кто свыкся и свежие крики тех, кто только познаёт вкус забранной свободы. А Нат не хотел относиться ни к кому из здешних. Он не хотел получать тычки ножом за самую мелкую оплошность, не хотел подстраиваться под настроение короля и хозяина, не хотел сидеть в тёмной комнате, без возможности выйти на свет. Он не хотел… Только вот у него уже есть всё это, но в другой форме. На вид более мягкой, а на деле ещё коварнее. Старший клан Морияма не был добор к своим подчинённым, но к Веснински требования были особенные. Раз он наследник Мясника, что служил верой и правдой, то от Младшего ждали такой же покорности и таланта. Ещё будучи ребёнком Ниэля, учили держать ножи, кидать их по мишеням и драться. Его мать, Мэри, пыталась сбежать вместе с ним, но ей не удалось скрываться долго. Рыжего забрали обратно и заперли в комнате в ожидании наказания, а Мэри убили почти сразу. Примерно в этот же момент появился Нил. Жизнь не стала лучше с его появлением. Иногда он говорил так много лишнего, что наказание, которое должно было быть не таким ужасным изначально, становилось невыносимо жестоким. Только через время "оригинал" нашёл как можно применить длинный язык своей второй личности без последующего наказания. А до этого момента он ненавидел Джостена, который усложнял ему жизнь. Младший выбежал из замка Эвермор. Первое препятствие, и самое сложное, ибо встретить крыс Рико или его самого было бы не очень хорошо, осталось второе, самое лёгкое, а именно пройти через парковку и выйти за ворота. Выходить и входить на территорию Эвермора можно было по паролю, который постоянно менялся. Ниэль добежал до ворот и ввёл код. Раздался громкий писк. Неправильно. Голова рыжего чёрта была настолько забита разными мыслями, что он совсем забыл о своей визитной карточке к свободе. Со второй попытки дверь открылась и только отойдя подальше от этого адского места, Веснински почувствовал свежий воздух и смог вдохнуть его полной грудью. В ближайшие пару часов он просто будет бежать и ему никто не помешает.

***

Так и случилось. Натаниэль просто бежал по обочине. Он не знал как далеко он уже ушёл и сколько времени прошло, но его это и не волновало. Главное, что сейчас он не в клетке и может насладиться временной, липовой свободой. Постепенно из бега ноги перешли на ходьбу. Нет, Ниэль не устал, просто он добежал до туда, куда хотел. Он разулся и вступил босыми ногами на траву, идя в сторону леса. Самый обычный и не чем не примечательный лес, но Веснински почему-то его любил. Он прятался там, когда совсем становилось плохо. Высокие деревья прятали его среди своих ветвей и позволяли заесть на высоту нескольких метров, настолько они были высокими. Было не страшно упасть. Во-первых, можно найти крупное дерево с толстыми и крепкими ветвями, не боясь потом свалится. Во-вторых, Натаниэль не боялся упасть, а иногда даже и хотел, да так, чтобы потом никогда не открыть глаза, но видимо Бог одарил его везением, за что Веснински решил в отместку в него не верить. Придя к своему привычному месту, помеченного красной лентой, рыжий чёрт залез на дерево. Натаниэль стал насвистывать незамысловатую и легкую мелодию. Если бы Жан увидел, что на эту мелодию к нему прилетает ворон, то точно бы не удержался и назвал бы его принцессой из Диснея. Ворон сел на плечо друга, ожидая что его покормят. Он почти всегда отсиживался рядом с уголком рыжего, ожидая его, поэтому прибыл в считаные секунды. — Извини, пернатый, сегодня без еды. Не думал, что вообще сюда приду, - ответом ему послужило лишь карканье. — Слушай, ты же хороший слушатель, я прав? – молчание, что, в принципе, было ожидаемо. — Сочту это за "да". Ну тогда слушай. Кевин ушёл, и я остался с Жаном. Это всё из новостей. А, ну ещё я недавно был на задании. Пернатый, прикинь, моё безумие даже пригодилось. Ахринеть, правда? То есть, это один из тех исключений, когда меня не наказывают за него. А знаешь ещё что? Ну конечно же ты не знаешь, но я тебе расскажу. Я тебе завидую. Прям жутко. Обычно, об этом не говорят в лицо тому, кому завидуешь, но тебе можно, ты всего лишь птица. И именно поэтому я тебе завидую, — Натаниэль откинулся на ствол дерева и потянулся, разминая ноющие мышцы и пытаясь вернуться в реальность, а не полностью уйти в свой монолог. Но после короткой заминки, он вернулся к рассуждениям. — Ты птица. Ты свободен и волен делать всё что захочешь, понимаешь? Ну вот и я хочу это понять, ощутить на собственной шкуре какого это, быть свободным. Знаешь, о чём я мечтаю? — рыжий запнулся, будто только сейчас задумался об этом. А и впрямь, о чём? — Я мечтаю… — юноша поднял голову, смотря на небо, которое уже давно освещали яркие звёзды и луна. Слова комком застряли в горле и казалось, что если он сейчас в слух произнесёт, о чем мечтает, то всё рухнет, что его желание никогда не сбудется. Глубокие голубые глаза долго смотрели в красивое и бесконечное небо. Ком из горла резко пропал и губы сами зашевелились, будто не по воле хозяина, а голос понизился до шёпота. — Я мечтаю стать свободной птицей, чтобы парить высоко над землёй и наблюдать за не знакомой мне в этом облике мирской суетой. Ворон неожиданно каркнул, то ли проявляя сочувствие, то ли от скуки и непонимания.

Очередной день подошёл к концу, оставив после себя непонятное послевкусие, но все трое поняли одно. Небо – штука, пленяющая и манящая. Оно зовёт тебя к себе и заставляет сожалеть о том, что ты родился без крыльев и свободы.