Уличный Мин Юнги

На следующий день после инцидента с уличным бандитом солнце светило ярко и Соён, проснувшись в полном здравии и хорошем настроении, с утреца заварила себе кофе и начала ждать развития событий. Современность порой заглядывает в такие потаённые места, что загородом в этой стране инфраструктура развита получше, чем во многих крупных городах иных стран. Так и центр города, где установлены тысячи камер, в разных ракурсах снявших убегающую с места удержания парочку. Пожалуй, чуть-чуть настроение девушки подпорчено страхом ожиданием звонка в дверь. Соён позволила себе подумать над тем, что представляет из себя тот самый Мин Юнги. Пострижен обыденно, волос чёрный, глаза карие, душа порочная, – всё как у обычных людей. «Но всё же есть в нём что-то», – думает Соён. Стук в окно. Девушка нервно подскакивает, отрываясь от ноутбука. Пришли. Хотя стоп. Почему окно? Первый этаж. Соён терпеть не может жизнь на первых этажах. Крайне раздражительные вещи эти ваши орущие за окном дети и подростки, орущие, кажется прямо под ухом. А пыль-то! Сколько пыли! Стук повторяется. Соён встаёт из-за стола и подходит к окну, затем открывает его, убрав в одну сторону полупрозрачные занавески. Кого видеть за своим окном она точно не ожидала – это тот самый уличный бандит. – Какого хр*на? – медленно проговаривает Соён, так же медленно осознавая всю ситуацию: преступник, с которым она вчера убежала от полиции и с которым ничего не хотела больше иметь общего, стоит под её окном со склонившим головку тюльпаном. М-да, всё таки что-то в нём есть. – Пак Соён, вы же леди, не к лицу вам такие выражения, – Юнги хитро улыбается, облокотившись на открытое окно. Он протягивает ей одинокий желтый цветок со словами: – Я не с пустыми руками. – Что ты уже успел вынюхать обо мне? – в легком шоке говорит девушка. – И что это? – она скептично окинула взором растение. – Тюльпан. – Один? – Я мог выкрасть из сада и второй для тебя, но это гораздо позже. Соён тяжело вздыхает, складывая руки на подоконник. Она выносит незамысловатый вердикт: – Ты больной. – Все мы не без изъянов, – он упрямо кладёт цветок на подоконник. – Выходи, есть разговор. – Я тебе не доверяю, – девушка хмурит брови, забирая желтый тюльпан в руки. – Ты же преступник. – Я о вчерашнем, – продолжает Юнги. – Я проверил еще раз то место, аккуратно, естественно, чтобы не попасться на глаза, – быстро добавляет он, замечая нервозность со стороны девушки, – там есть камера, чётко снимающая тот участок дороги. Ты точно без внимания не осталась, так что выходи, – Юнги тянет обе руки к девушке. – В смысле, – медлит Соён, – прямо через окно? – Ты же на первом этаже живёшь. Парень в непонимании хмурит брови, мол «никогда не выходила через окно, во даёт», но руки не перестаёт тянуть. Видя замешательство Соён, он говорит: – Ну же, я подхвачу тебя, не переживай. Так быстрее. – Я в юбке, – смущённо выдаёт Соён, её щёки, кажется наливаются румянцем от представления такой сцены. Неловко. Мин тихо смеётся. – Я не буду смотреть, мне это неинтересно, – говорит он. Девушка с таких слов обижается, но потом дает себе мысленную пощёчину за такие мысли. Она залезает коленками на подоконник и поворачивается на четвереньках прямо задницей к окну, где стоит Мин. – Ловишь? – Ловлю. Юнги, сдержав обещание, под юбку не лезет, девушку, схватив за талию, медленно опускает на землю. – Чтобы я еще раз согласилась на такое, – она стряхивает грязь с ладошек, смотрит прямо на парня и происходящее вызывает смущение, а её щеки, кажется, уже горят огнём, предательски выделяясь красным румянцем. Юнги обращает на это внимание, но никак не комментирует, а говорит: – Пройдёмся до парка? – Я в домашней одежде и одних носках! – Это что-то меняет? – У меня пятно на футболке, и как я дойду в носках по асфальту. – Ты выглядишь прекрасно, кому будет дело до этого пятна, – Юнги полностью проигнорировал «маленькие» проблемы девушки, взяв её руку в свою, потянул Соён в направлении парка. Соён всё ещё неловко от её внешнего вида, но слова парня позволяют приятному спокойствию разливаться по телу. Они идут до парка недолго, сразу же заняв первую попавшуюся лавочку. Девушка, присев, слушает внимательно пояснения Юнги и постоянно оттягивает край короткой юбки, что стесняет её комфорт вне дома. – ...если что-то будут спрашивать конкретно обо мне, то ты меня знать не знаешь, видела в первый раз и, выйдя на другой улице, села в такси, уехала домой, что подтвердят записи с камер, – продолжает Мин. – Повторюсь, веди себя естественно и уверенно. Девушка согласно мычит. – Что насчет камер с парка и твоего дома, они проверятся не будут. – Ты в этом уверен? – Уверен.

***

Соён возвращается домой через то же окно, не без помощи Юнги, конечно же, и, сняв утонувшие в грязи и пыли носки, присаживается на кровать. Она поворачивает голову на стол, где увядает один единственный жёлтый цветок, и упрёки сами лезут в голову, путая мысли девушки, что вызывает сомнения и тот же страх за будущее. Зачем она вообще пошла с ним куда-то, так ещё и без обуви, в домашней одежде, выслушала его наставления, если сама говорила о том, что ничего общего иметь с преступлениями не хотела. «Я всегда вела праведную жизнь, мне нравится моя работа, мои гуляния и мой парень, но этот бандит украл больше миллиарда вон и моё сердце...» Соён в панике отбрасывает подобные мысли. Бред. Она не хочет иметь какие-либо отношения с хулиганами и преступниками. Она порядочный гражданин своей страны, такой и останется.

***

Прошло два дня с момента их встречи. Мин Юнги заляг на дно. Пак Соён была задержана сегодня и помогала расследованию полиции. Девушка рассказала всё так, как посоветовал ей Юнги. Она завершает свой допрос словами: – Мой парень с вами работает, позовите сюда, если не верите. Ким Намджун. Мужчина, допрашивающий Соён, выглядел совершенно расслабленно. Он смотрит на парня в форме, охраняющего вход в комнату для допросов, и тот скрывается за дверью. Проходит несколько минут, тянущихся мучительно медленно, и молодой парень в форме возвращается один, оповещая: – Следователь Ким ушёл домой еще час назад, его рабочий день подошёл к концу, возм... – Он дома? – перебивает Соён. – Господин полицейский, мне нужно идти, Намджун-и редко дома появляется, я так скучаю по нему. Они прощаются, но перед этим мужчина, проводивший допрос, оставил ей свой номер телефона со словами: «если появятся какие-то новости, обязательно свяжитесь со мной, постарайтесь также не покидать город в течение этого месяца».

***

Допрос заканчивается так же быстро, как и начинается. Девушка в впопыхах отворяет входную дверь квартиры, но в ответ тишина и такой же тихий свет из спальни, падающий на тёмный кафель. Соён разувается одновременно нарушая тишину в прихожей громким: – Намджун-и, ты дома? Соён слышит негромкий отклик и идёт на свет, застав любимого за пачкой бумаг. – Ой, а что ты делаешь? – Она садится к нему на кровать, раздвигая макулатуру в стороны. – Работаю, – басит Намджун, недовольно поправляя тронутые девушкой листы. – Раз ты дома, значит отдыхаешь, – Соён умалчивает об инциденте и полиции. – Давай проведём сегодняшний вечер вместе? – Прости, я занят до вечера, – отвечает ей Намджун, не поднимая головы. Соён обиженно дует губки и продолжает по-ребячьи ныть: – Но мы так давно не гуляли вместе, я хочу на свидание! – Что ты как ребёнок? Тебе давно не шестнадцать, но ты ведешь себя как подросток, – говорит мужчина. – Ты уже взрослый человек, у тебя есть работа, как и у меня. Пора уже привыкнуть к тому, что мы не дети. – Намджун-и, всего одно свидание, – хнычет Соён. – Я же не так много прошу. Нужно ведь когда-то проводить время вместе, даже взрослым, погрязшим в работе. Ты тоже заслуживаешь моего внимания... – Соён, нет. Не заставляй меня грубить тебе. Я занят. Больше девушка не говорит ничего. Она молча уходит на кухню, разогревает себе ужин и думать хочется о чём-то лёгком и добром, потому что слова любимого лежат тяжёлым грузом на душе, сворачивая последние весёлые мысли в узел.

– У меня пятно на футболке, и как я дойду в носках по асфальту.

– Ты выглядишь прекрасно, кому будет дело до этого пятна.

Губы Соён трогает смущённая улыбка.