Заключи со мной контракт

Чонин думает. Чонин думает, что влип. Влип капитально и бесповоротно. И теперь не понимает, как выпутаться. Ян, конечно же, знал про заклинание призыва, что связывает мага и демона, и совершенно не хотел себе такой судьбы. Не потому что его, как Чана, посещала мысль о неприятии верховенства над ним какого-то человека, совсем нет, а потому что частенько такие союзы заканчивались совместным влечением. И лис был уверен, что это всего лишь последствия контракта. Конечно, Чонин не был ханжой — но считал, что так его лишают свободы выбора. А еще был достаточно молод и потому реагировал на проявления симпатии как ребёнок — морщась, кривляясь и показательно закатывая глаза. Все эти нежности-милости были для него хуже зубной боли и колик в животе, казались приторными и ненатуральными, а потому он четко решил выстроить свой контракт на отсутствии всей этой мишуры. Только деловое партнёрство. Сказано — сделано. Сынмин — маг, что призвал Яна — выслушал его требование, выгнув бровь. Нини под конец своей пламенной речи успел растерять весь запал, чувствуя себя неуверенно под внимательным взглядом, но всё-таки гордо вскинув голову, спросил: — Ты согласен? — Давай проясним еще раз, — Сынмин обогнул стол перед которым выступал лис и встал напротив демона. — Условие заключается в том, чтобы я не флиртовал с тобой? Маг рассматривал оборотня, склонив голову набок, практически не мигая. — Никаких заигрываний, — поправляет лис, и брезгливо подергивает плечом. — Ненавижу все эти показушные милования. — С чего ты взял, что показушные? — Ким спрашивает спокойно, но лис напрягается — у старшего жуткая подавляющая аура, и он уже готов потребовать собственного изгнания, но маг, словно уловив что-то в чужом взгляде, быстро произносит. — Хорошо, я согласен. — С чем? — слегка теряется лис. — Как с чем? С твоим условием — никаких заигрываний с моей стороны, — Сынмин протягивает руку, и Ян накрывает её своей, закрепляя сделку. На шее тут же лёгкой болью вспыхивает метка, а Ким разворачивается обратно к своему рабочему месту, как-то слишком быстро теряя интерес к демону, и Чонин чувствует себя …задетым? Странное ощущение, с учетом того, что маг вообще очень быстро согласился на его условие. Не возражал. Чонин его не привлекает? Ян фыркает, распушая прекрасный белый хвост. — И всё? — Что «всё»? — Сынмин отрывается от фолианта, что изучал до этого. — Контракт заключен, связь установлена пока твоя сила не нужна, ты можешь вернуться к себе. Лис хлопает глазами. — Как? — Ну… как обычно, — Мин пожимает плечами. — Телепортация там. Или ты предпочитаешь прогулки пешком? — А разве я не должен жить с тобой? — Ну вообще это не обязательно, — пожимает плечами маг. — Конечно, при союзе требуется хотя бы недельку находится рядом друг с другом. Чтобы установить контакт и взаимопонимание, но как я понял, ты собираешься тщательно отстаивать собственные границы, поэтому я не настаиваю. Ян хмурится. Он рад, что заключение прошло без проволочек, но что-то во всей этой ситуации с контрактом его нервирует. Понять бы что… Задетое самолюбие? Звучит, конечно, абсурдно. Разве не такой свободы он хотел? Так почему сейчас его слишком обижает, что его отпускают на все четыре? — Так не пойдёт, — внезапно фыркает Нини. — Если положено быть рядом… — Окей, тогда твоя комната по коридору налево, — перебивает маг, а лис чуть ли не задыхается от возмущения. — Я голоден. — По коридору на право — кухня. Кажется, там оставалось жаркое в горшочке. — Я хочу принять ванну, — Мин быстро скользит взглядом по фигурке Чонина, а затем щелкает пальцами и в руки лиса опускается пижамный комплект. — За кухней — вторая дверь. — Я хочу гулять. — Можешь идти. — Да ты меня вообще зачем призвал, если не используешь? — вспыхивает демон. — Для контракта, — спокойно отвечает Сынмин откладывая книгу в сторону. — Но я уже говорил — сейчас твоя сила мне не требуется. И я немного занят, чтобы заниматься с взбалмошным ребёнком. Чонин практически давится возмущением. Ребёнком? Это он-то ребёнок? Да он самый сильный в их общине между прочим! Ян фыркает и выходит из кабинета, не замечая усмешки на губах мага. Притирание в неделю проходит на удивление гладко — они действительно привыкают друг к другу и устанавливают контакт. Какое-то время Чонин напряжен — ощущение что где-то его обманывают не покидает, но потом это отходит на второй план. Ким знакомит его со своими друзьями — Феликсом и Минхо, и Ян узнает демона Ликса — Криса. Он был наслышан о нём, как об одном из сильнейших, и с содроганием наблюдает за его преображением, когда в зоне видимости оказывается его маг — словно Феликс самое ценное, что существует в этом мире. Убеждается в том, что контракт страшная сила. А когда узнает, что Чан вообще заключил контракт за печеньки, убеждается еще раз. Сынмин видя ужас на лице Яна фыркает. Минхо про контракт еще раздумывает, а их историю сам Мин выдает такой витиеватой и запутанной, что сам Ян не понимает, что маг рассказал другим. А на вопрос: «Зачем?», улыбнулся шкодливо: — Видеть, как закипает их мозг — одно из моих любимых занятий. Лис проникается уважением. После недели — Ян остается рядом с Кимом. Сам Сынмин — травник, поэтому логично что призыв подобрал ему лису-оборотня — тонкий нюх и семейные секреты по сбору трав, то чем в совершенстве владеет Ян. Они периодически пополняют запасы, занимаются отдельными заказами на сборы различных ингредиентов, а потом вечерами разбирают и сортируют в специально оборудованной под это комнате, проводя время в ненавязчивой болтовне. С магом оказывается достаточно интересно, а еще он любит спорить и подшучивать над своими знакомыми, и владеет искусством покер-фейса в совершенстве. При этом своих друзей он любит и ценит, но пользуясь интеллектуальным превосходством (о, Сынмин очень прошаренный) направляет на путь истинный весьма любопытными способами. Чонин даже участвует в одном из таких «актов доброй воли», когда Сынмин понимает, что Минхо от заключения контракта удерживает только нежелание быть снизу, что в виду сущности Хёнджина вообще-то немного не сходится с шаблоном. Даже привлекает Яна как эксперта — точно ли он видит, что Хёнджин суккуб, а не инкуб, которым его Хо обзывает. Лис подтверждает — он был знаком с Хваном, но только поверхностно, однако в демонической принадлежности сомнений нет. Ким просит Чонина поговорить с другим демоном, и объяснить все опасения его владельца Хёнджина, потому что смотреть как Минхо напивается из-за глупости — весело, но уже надоело. Ян все слова передаёт, наслаждаясь глупым выражением лица суккуба, и просит забрать мага из бара, потому что он в таком состоянии самостоятельностью не обладает. На вопрос Чонина, зачем это самому магу, тот только пододвигает кружку с ароматным чаем поближе оборотню, и пожимает плечами: — Троллить их, конечно, весело, но позволить потерять того, кто тебе подходит из-за личных заблуждений — глупо. Тем более ты же видел, как Хван на Минхо смотрит, хотя контракт еще не заключен. Чонин видел, а потому кивает, отхлёбывая из кружки. Но Хван демон похоти, может он на всех так смотрит. Хотя где-то внутри сам лис знает, что нет. Они заводят привычку спорить практически по любому поводу — спорить беззлобно, и больше из обоюдной вредности и азарта, чем с целью унизить. Соревнуются в чем не попадя: кто травы быстрей переберёт, у кого настой лучшего цвета. Чонин привыкает к компании Сынмина: проводит вечера в кабинете мага, иногда просто наслаждаясь скрипом пера о пергамент, а иногда устраивая маленькие шалости. Ким злится, но никогда по-настоящему, предпочитая отплачивать той же монетой. Например, подлив в шампунь младшего настой, который воздействовал не на волосы, а на шерсть в истинном обличье. Да заговорил его так, что Чонин сиял всеми цветами радуги потом, прокрашенный пятнами. Под спор попали и Чан с Феликсом — Мин утверждал, что от очарования Феликса никто не убежит и сколь не был бы силен Крис, Ликс его укатает. Чонина взяла обидка за весь демонический род, и он поставил на Чана. Но… пять золотых перекочевали в карман мага. Мин, видя хмурую мордашку лиса, дёрнул его поближе, прошептав: — Купим сахарных палочек по дороге домой? У меня появилась некоторая наличность. И прежде чем Чонин успевает возмутиться, Мин подмигивает лису и возвращается к разговору с друзьями. Хвост младшего дёргается под столом довольно, а в груди разливается незнакомое тепло — сахарные палочки самое любимое лакомство Чонина. И хоть он предпочитает думать, что старший так замаливает перед ним грехи, где-то внутри лис уверен, что это не так. Большим событием становятся Сонхва и Сан. Мало того, что прецеденты таких случаев не были раньше зарегистрированы и это был чистой воды прыжок в бездну, так еще лис был удивлен, что провидение допустило такой союз. Все вокруг были отвратительно милыми и не испытывали при этом никаких неудобств: Феликс, изрядно выпивший, уткнулся носом в шею Чана и тихо мурлыкал какую-то песенку, Минхо поглаживающий заброшенные на него ноги Хёнджина, и спокойно принимающий кусочки еды, когда тот передавал их губами, выклянчивая дополнительные поцелуи, и Сонхва крепко сжимающий талию Сана, светящийся как яркий фаербол. Внезапно лис почувствовал себя слишком одиноко… Когда Сынмин под столом накрывает его ладонь своей, переплетая их пальцы, Чонину становится немножко жарко. Он поднимает глаза к потолку, старательно игнорируя чужой смешок сбоку, и слегка сжимает пальцы в ответ. Сынмин никак не комментирует — и лис за это благодарен. Следующие несколько дней Чонин ходит задумчивым, но маг не расспрашивает о его состоянии, давая время разобраться во всём самостоятельно. Лис рассуждает обо всех, кто есть в его поле зрения, стараясь подойти к разбору обстоятельно. У всех контракт? Контракт. Все счастливы? Аж смотреть тошно. Так почему вдруг в собственном контракте он не чувствует подобного? Но на что жаловаться? Он живет у Сынмина и помогает ему своими способностями. Маг чётко соблюдает установленные правила и ни разу не дал повода, для того чтобы Ян хоть раз на него обиделся (шуточные перебранки не в счет). Тогда почему так пусто? Мин уезжает на несколько дней к родным, и помощь демона ему там не требуется. Он сообщает об этом за ужином, и Ян лишь вяло кивает в ответ. Маг просит закончить с несколькими заказами, он оставит инструкции, и лис вновь машинально кивает. А перед отъездом Сынмина Чонин вообще засыпает в его кабинете, а приходит в себя уже в своей комнате, заботливо укрытый пледом и запиской: «Продуктов должно хватить, рецепты к заказам на столе, вернусь через пару дней.». Сухой текст почему-то делает очень больно и Чонин непроизвольно всхлипывает, наконец-то признаваясь себе, что без мага ему очень плохо. Тянет проваляться в кровати все эти пару дней без Кима, но Чонин думает, что тогда просто сожрёт себя в раздумьях. Да и он обещал помочь с заказами, и это в каком-то смысле его прямая обязанность, поэтому силой воли он вытаскивает себя из уютной постели. Замирает напротив двери в комнату мага, буравя её взглядом с минуту, и отправляется в кабинет. На столе действительно находит перечень рецептов, и принимается за подготовку ингредиентов. Рецепты не сложные, Чонин знает, где лежит всё необходимое, но по мере извлечения на свет трав и приспособлений то тут то там находит различные вкусняшки в виде конфет и прочих лакомств, иногда очень даже не дешёвых. Ян задумывается — может ли это быть случайностью, но Сынмин всегда отличался своей аккуратностью, чтобы просто так всё это раскидать. Да еще и не в самых закоулках, а чётко в тех местах, что обязательно найдёт демон. Лис решает, что маг оставил это ему, и маленькое сердечко бьётся чуть быстрее. Пара дней тянется очень долго — лис готов на стену лезть от скуки, потому что с рецептами расправился в первый же день, а потом просто инвентаризировал их имущество. Поэтому едва заслышав копошение в коридоре, срывается бегом из кабинета и практически сметает мага в прихожей, бросаясь к нему на шею. Вжимается крепко — вдыхая ставший родным запах, и урчит. За эти дни отсутствия он смирился со своими чувствами — осознал и принял их. Но не очень-то представлял, как поговорить об этом с магом. Решив взять всё в свои руки, он тянется к губам мага, но тот накрывает их ладонью, тормозя порыв. Чонин хмурится, а Ким вздыхает: — Никаких заигрываний, помнишь? А потом осторожно обходит лиса и направляется в свою комнату. Внезапная остановка в коридоре выбивает младшего из колеи, но маг прав — Ян сам выставил условия, и теперь вынужден страдать. Хотя, как страдать… Сынмин сам становится более тактильным (или это игра воображения лиса?) руку задерживает дольше, чем требуется, смотрит ласковее, по спине гладит ободряюще. Чонин мага не останавливает — он сам голоден до этих прикосновений, и не возмущается, потому что очень хочется. Но Ким продолжает держаться в рамках приличий, хотя очень надо, чтобы он на них наплевал. Чонину интересно каким будет тот без стягивающих обязательств контракта. И в итоге не выдерживает одним из вечеров — пока Сынмин регистрирует новые заказы, подбирая рецептуру, быстро принимает душ и набросив лёгкий халатик на стройное тело заходит в кабинет. Быстро щёлкает пальцами, используя родовую магию и погружая Мина в лёгкое оцепенение. Обходит стол и усаживается на чужие колени, лицом к человеку. Сынмин вопросительно приподнимает бровь (оцепенение не распространяется на голову, им же надо поговорить): — Контракт… — Контракт заключен на условии заигрываний, — перебивает лис. — Я не заигрываю. Я хочу тебя себе. Полностью. Чонин прижимается к губам Сынмина поцелуем, отчаянно жмурясь. Целует жадно и торопливо, словно боясь, что не успеет, и расслабляется только когда сам маг ему начинает отвечать. А потом вздрагивает, когда Мин опускает руки на его талию, подтягивая ближе… Ян отрывается от губ заклинателя, когда воздух подходит к концу, и пока делает быстрый вдох, чтобы продолжить, ловит вопрос: — Ты говорил серьёзно? Лис опускает взгляд и сталкивается с глазами Сынмина. Вопрос законный, и Чонин знает, как на него ответить. Несмотря на то, что руки на его талии, мягко поглаживающие кожу — очень отвлекают. Ян кивает. — Более чем. — Наконец-то. Лис не успевает удивиться ответу, как маг полностью преображается: глаза темнеют, а взгляд становится таким жадным и острым, что внезапно хочется сбежать с таких удобных колен. Чонин не уверен, что справится. В отличии от Сынмина, который с ним справляется прекрасно — подхватывает под ягодицами и укладывает на стол, нависая сверху. Практически сразу же осыпает шею укусами-поцелуями, и Чонин лишь стонет от чужого преображения, впиваясь пальцами в спину мага. Цепляется за одежду и хнычет, когда Мин распахивает халат и обжигает взглядом нежную кожу. Отчего-то хочется прикрыться, но Ким вышибает эти мысли из головы, когда накрывает губами сосок лиса. От действия исчезают не только мысли, но и способность говорить — Чонин скулит невнятно, хнычет и пытается потереться о ногу мага, чтобы хоть немного сбросить напряжение. Сынмин не дает вдохнуть, накрывая второй сосок пальцами, пока первый ласкает губами. Ян задыхается от эмоций — влажный язык на горошине соска творит что-то невообразимое — играется, лижет и заставляет желать большего. Он теряет счет времени и становится очень возбуждённым к тому моменту, когда Мин начинает прокладывать дорожку из поцелуев к впалому животику. От касаний разбегаются мурашки, и он почти готов кончить, когда Мин проводит языком от яичек до головки, погружая последнюю себе в рот. Ян чувствует прикосновение влажных пальцев к сжимающемуся колечку мышц и старается расслабиться, пропуская те внутрь. Ким отрывается от своего занятия и начинает выцеловывает бёдра демона, аккуратно растягивая податливые стеночки. Нежность в действиях и похоть во взгляде мага смешиваются в какой-то безумный коктейль. Когда пальцы наталкиваются на заветную точку внутри, спину лиса выгибает так, что он боится, как бы не переломился позвоночник. Сынмин укладывает вторую ладонь на низ живота, придавливая демона к столу и начинает настойчиво толкаться в этом направлении. Лис теряется в удовольствии — мечется по столу, пытаясь зацепиться пальцами за поверхности и сипит: — Достаточно, Мин. Я готов. Чонин ожидает возражений, но нет, маг отстраняется и лис позволяет себе слегка разочарованный вздох, от ощущения пустоты без умелых пальцев. Но ненадолго — Ким практически сразу же занимает нуждающуюся дырочку членом, входя резко на всю длину. Чонин издает высокий стон удовольствия, приятно удивлённый размером мага — крепкий толстенький член средней длины подходит ему идеально, и Ян почти корит себя, что не решился на эту авантюру раньше. Потому что чувствует себя сейчас великолепно. Сынмин укладывает лодыжки парня себе на плечи и оставив лёгкий поцелуй на косточке у стопы делает первый глубокий толчок. Размеренный ритм сменяется вдалбливанием в жаркое нутро, после того, как лис привыкнув, начинает подмахивать. Рука мага опускается на возбуждение Чонина, надрачивая аккуратный член с розовой головкой в такт своим толчкам, но когда Ян почти готов забиться в оргазме, прикосновения исчезают. Он хнычет от того что не смог получить желаемое, но Сынмин только фыркает, накрывая чужие губы: — Не так быстро, глупенький лис. Сынмин вновь целует, позволяя длинным пальцам вцепиться в свою одежду (в отличии от лиса, у него только приспущены штаны) а потом сдёргивает Чонина со стола меняя положение — укладывая демона грудью на стол. Пробегается пальцами по внутренней части бедра, заставляя ноги задрожать, входит в дырочку пальцами, вновь проходясь по простате и наконец-то пристраивается сзади, сразу же набирая высокий темп. Придерживает бока, не давая елозить грудью по столу, пока лис скребет своими коготками по гладкой поверхности. А потом приподнимает одно из бёдер, меняя угол проникновения и выбивая новый отчаянный скулёж. Хватает пары толчков, чтобы демон затрясся в оргазме и заляпал собственным семенем пол. Маг выходит из парня, но только для того, чтобы развернуть того и опустить на колени, подтягивая к своему члену. Чонин сразу же открывает рот, позволяя толкнуться внутрь на всю длину, и видит, как Сынмин закусывает губу от удовольствия. Ян мурчит, посылая вибрацию по стволу и делает пару движений головой, чувствуя, как в горло ударяет струя спермы. Демон не отстраняется и проглатывает всё, напоследок вылизывая член мага. Сынмин отстраняется, поднимает лиса с колен и падает вместе с ним в кресло позади себя. Переводит дыхание и стискивает пальцы на тонкой талии, привлекая внимание: — Только не думай, что мы закончили, — голос мага проникновенный, и заставляет толпу мурашек пробежаться по загривку Чонина. — Я тоже хочу тебя всего. Полностью. Они как обычно встречаются в баре группкой друзей и Чонин сознательно игнорирует хитрые взгляды Чана и Хёнджина, направленные на его шею. Где помимо метки контракта теперь красуются и бутоны засосов. А рука мага, что сжимает его бедро под столом, намекает на то что, тот кто их оставил не позволит им завять сегодня ночью. Но Яну плевать, если это Сынмин. Внезапно Феликс хитро склоняется над столом и сообщает интересную информацию: — А вы слышали, что к Чанбину демон прицепился?