Бᴏᴩьбᴀ ɜᴀ ᴄᴇᴩдцᴇ ʍиᴧᴏᴦᴏ Оʍᴇᴦи

      Прозвенел последний звонок и все школьники, быстро собрав свои вещи, выбежали из кабинетов, желая быстрее оказаться на «свободе». Фёдор с Дазаем дождались, пока этот поток стихнет, а затем тоже направились к выходу.       — Мы не будем ждать твоего брата? Вы, вроде как, давно не виделись, — Осаму уже знал ответ на свой вопрос. Он с самого появления Сато, заметил злой взгляд друга, направленный на брата. Вот только причины этому не знал.       Достоевский поёжился от вопроса, словно ему сказали что-то противное.       — Нет. И была б моя воля, я никогда бы с ним не виделся, — брюнет понимал, что такого не будет, ведь теперь Нико учится с ним в одной школе, и мало того, ещё и в одном классе.       Шатен на это промолчал, понимая, что Фёдор не хочет развивать эту тему. Да и вообщем говорить о брате. Достоевский уже было хотел спросить, куда они пойдут, как на его голову опускается рука, и треплет его по волосам.       — Фёдор, ну куда же ты ушёл? Почему не подождал братика?       — Отвянь! — Брюнет скидывает чужую руку с головы, при этом отходя ближе к Дазаю и поправляя волосы.       — Ну, что же так грубо, а? — Хоть тон и был насмешливый, шатен услышал в них грустные нотки. Или ему показалось?       — А по-другому ты не заслуживаешь! — Прошипел парень. — Давай, вали домой и больше не приближайся к нам. — Подросток выделил последнее слово, чтобы его брат понял, что и к Осаму нельзя подходить.       — Окей.       Зло фыркнув, Достоевский развернулся и пошёл дальше, при этом потащив за собой шатена. Они прошли метров пять, и Осаму обернулся, не прекращая шаг. За ними с улыбкой шёл Нико, и поймав взгляд кофейных глаз, подмигнул. Дазай задержал на нём свой взгляд, что-то обдумывая, после чего повернулся обратно. Подросток незаметно ткнул друга в бок, и когда тот посмотрел на него, отвёл глаза в сторону. Намёк был правильно понят и Фёдор обернулся.       — Ты чего за нами идёшь?!       — Ну, ты сказал мне идти домой.       — Так чего ты за нами плетёшься?! — Достоевского начало злить детское поведение Сато.       — Мама сказала, что я буду жить с тобой и отцом. Я думал, что ты знаешь, — Фиолетововолосый беззаботно повёл плечами, остановившись прямо перед двумя парнями.       — Что?.. — Ошеломлённо переспросил брюнет. Ну, нет, чтобы вот это «чудо» снова жил с ним под одной крышей? Да только через его труп!       — Не веришь? Позвони отцу, и спроси.       Фёдор посмотрел на Осаму, который ему кивнул, давая понять, что лучше так и сделать. Достав телефон из кармана он нажал на знакомый номер. Послышались гудки, а после и холодный голос:       — Говори, что ты хотел, Фёдор. У меня много работы.       — Отец, это правда, что Нико будет жить с нами?       — Да. Твоя мать попросила, чтобы он проживал в нашей квартире. У нас всё равно пустует одна комната.       — Но почему я узнаю это только сейчас? — Повысив голос, спрашивает брюнет.       — А я должен спрашивать у тебя разрешение на то, чтобы мой сын, и по совместительству твой брат, жил в моей квартире?       — Нет, отец… — Достоевский с силой сжал кулаки.       — Я рад, что ты это понимаешь. Сегодня меня дома не будет. Закажите еду. Всё, не звони мне по таким пустякам.       — Хорошо. Пока… — Но в ответ послышались гудки. Сбросил.       Положив телефон обратно в карман, Фёдор сделал вдох и выдох. Он звонит отцу редко. И все разговоры всегда заканчиваются подобным. Повернувшись обратно в сторону брата, он выдохнул сквозь зубы:       — …Пошли. Если не запомнишь дорогу — не моя проблема, — развернувшись на сто восемьдесят градусов, брюнет зашагал в сторону своего дома.       Дазай пошёл за Фёдором, а Сато за шатеном. Нико сделал для себя несколько выводов:       Первый — Осаму совершенно не удивлялся такому разговору сына и отца, а лишь грустно глянул на Достоевского. Это означало, что он в курсе не самых лучших взаимоотношений их отца и Фёдора.       Второй — если его брат рассказал такое Дазаю, значит дружат они довольно давно. Иначе Фёдор не стал бы рассказывать это тому, кому всецело не доверял.       А ещё то, как он выделил это «нас», заинтересовало фиолетоволосого. Он уже начинает понимать, что к чему, но шатен видимо нет.       Заметив, что он отстал, Нико решил отложить свои размышления на потом. Времени достаточно.

*****

      — В мою комнату не заходить, — первое, что сказал Достоевский брату, когда они зашли в квартиру. — Твоя комната напротив моей.       «К сожалению.» — мысленно добавил брюнет.       — Оки~ — Протянул Нико, осматривая новое жильё.       Фёдор вновь фыркнул на детское поведение и пошёл в свою комнату за приставкой. Дазай, который зашёл вместе с братьями, проводил давнего друга взглядом. Они собирались сегодня поиграть в приставку и, видимо, брюнет не собирался менять планов из-за приезда брата. Осаму переводит взгляд на Сато, который с интересом рассматривал интерьер.       — Ты приехал без вещей?       Фиолетововолосый вздрогнул, видимо не ожидая, что его спросят о чём либо. Повернувшись, он беззаботно улыбнулся.       — Да. Мама сказала, что отец мне всё купит здесь.       — А почему ты просто не взял их сам? — Поинтересовался шатен.       — Она их, то ли спрятала, то ли выбросила. В общем, сказала, что достаточно содержала меня и, что пусть теперь отец меня содержит, — на губах лёгкая улыбка, которая давала понять на первый взгляд, что парню, в принципе, всё равно. Но Дазай отлично знает, когда кто-то скрывает свои чувства, эмоции или проблемы. С Фёдором было так же.       — И ты один приехал сюда? — С нотками удивления спросил шатен, понимая, что не только у Фёдора проблемы с родителями.       — Да. Прилетел на самолёте, первым классом. Мать заплатила им за то, чтобы не ехать со мной и я мог лететь один, — Нико присел на диван.       Дазай промолчал. Парень на против него рассказал ему то, что ему явно неприятно рассказывать. Но тем не менее рассказал всё человеку, которого знает всего каких-то часов пять. И с которым он говорил всего один раз.       — Мы с Фёдором хотим поиграть в приставку.       — Нет, я пожалуй, откажусь. Он не будет особо рад, если я буду сидеть с вами, — Сато сразу понял, к чему клонит друг брата, и это его, мягко говоря, удивило. Хоть он и знает, что брюнет его терпеть не может, всё равно предложил. Внутри осталось какое-то приятное послевкусие.       — Хорошо, как скажешь.       В этот момент в гостиную зашёл Федор, и грозно глянув на брата, подключил приставку. Нико тихо усмехнулся и пошёл по направлению, в котором находилась его новая комната.

*****

      — Агх! — Достоевский издаёт стон и кидает приставку на диван. — Осаму, может тебе геймером стать? Как ты всегда меня побеждаешь? — Захныкал парень, проводя рукой по волосам.       — Талант, — гордо отвечать шатен, после чего начинает хихикать. Фёдор подхватывает этот заразительный смех.       — Ладно, пора заканчивать, талантище, — брюнет поднялся с пола.       — Ох, жрать хочется.       — Давай я что-нибудь приготовлю? А то ты в последнее время один фастфуд ешь, — Осаму не дожидаясь ответа, прошёл на кухню и заглянул в холодильник. — Я мог бы приготовить Гюдон, но у тебя нету имбиря и лука.       — Ну, давай я сбегаю в магазин. Ты же знаешь, что ради твоей еды, я готов хоть в самый дальний магазин за продуктами ходить, — усмехнулся Фёдор, и так как он ещё не переодевался, просто одел кроссовки и взял карту.        — Да, знаю, — Дазай подошёл ближе к другу. — Я тогда начну готовить.       — Окей, я быстро, — подросток уже развернулся, собираясь уйти, но тут повернулся обратно. — А, и если брат будет тебя доставать, то скажи, что он как надоедливый пёс.*       Не успел Осаму спросить, почему именно это, как Достоевский уже вышел за дверь. Пожав плечами, он пошёл обратно на кухню. Мясо было разморожено, поэтому можно было приступать.       Вообще, Осаму очень любит готовить. Впервые он приготовил удон для своего отца — Мори, когда тот задерживался на работе. Подумав, что ему будет тяжело, десятилетний мальчик вычитал рецепт в интернете и принялся за готовку. Конечно, так, как это был его первый раз, всё не получилось идеально, но Огаю понравилось, а это было главное для шатена. С тех пор он изучал новые рецепты и пробовал их готовить, и почти всё и всегда получалось прекрасно. И когда Осаму первый раз приготовил свою еду Фёдору, тот сказал, что он просто Бог кухни. С тех пор, друг почти ежедневно просит Дазая готовить ему. Так как мистер Достоевский дома бывает не часто, его сыну приходится питаться фастфудом. Ну, конечно, не всегда, ведь шатен всегда рад приготовить что-нибудь для брюнета.       — Что ты делаешь? — Неожиданно раздался заинтересованный голос за спиной.       Человек, не ожидавший такого, давно бы порезал палец, из-за того, что нож соскочил бы из-за вздрогнувшей руки, но не Дазай. С Фёдором и не к такому привыкнешь.       — Гюдон, — коротко и ясно.       — М-м-м, — Нико сел на стул. — А где Фёдор?       — Он ушёл за продуктами, — не оборачиваясь, ответил шатен.       — Понятно, — Сато замолчал, обдумывая, что ещё сказать или спросить. Разговор что-то не клеился, а фиолетововолосый к такому не привык. Обычно с ним всегда первым начинали общение. — Может ты научишь, меня готовить? Ну, я же теперь здесь тоже живу. Будет полезно знать, как сделать себе поесть.       — Слушай, а ты… — Осаму просто хотел вежливо спросить, нет ли у парня каких-нибудь дел, но его прервали.       — Не мог бы заткнуться? Это ты хотел сказать? Что я надоедливые пёс? — Нико грустно усмехнулся, заставив Дазая всё же обернуться. — Не впервые слышу.       Дазай с минуту пристально смотрел на сидящего парня, после чего вздохнул.       — Я совсем не это хотел сказать.       Не успел Сато опомниться, как его берут за руку и тянут в сторону доски с мясом. Он недоумённо уставился на шатена, который дал ему нож.       — Ты хотел, чтобы я показал тебе, как готовить, верно? Твоё первое задание — нарезать мясо.       Нико секунд десять пялился в лицо Осаму, прежде чем просиять, словно летней солнце. Он принялся выполнять задание.       — Нет, не нарезай их такими толстыми кусочками. Чуть тоньше.       — Вот так?       — Нет, всё равно слишком большие. Смотри, — Дазай встал позади фиолетоволосого, взяв его руку с кухонным прибором в свою и принялся показывать, как правильно.       Они были почти одинакового роста. Осаму был чуть выше на пару сантиметров. Внутри альфы что-то ёкнуло, когда он почувствовал, как чужая грудная клетка прижалась к его спине. Хоть шатен и был омегой, комплекция тела у него почти такая же, как и у альф.       — Вот так. Теперь правильно.       Послышался звук открывающиеся двери. И как только двое парней обернулись, увидели перед собой шокированное лицо Фёдора. Осаму отпустил руку Сато, от чего последнему стало досадно, но он постарался откинуть это чувство. Шатен подошёл к Достоевскому.       — Ты уже вернулся? Всё в порядке? — Спросил парень, забирая из рук брюнета пакет с купленными продуктами.       — Нормально… — Нервно улыбаясь, ответил Фёдор, хотя внутри него бушевал шквал эмоций, который хотелось выпустить наружу. Но не сейчас. Не при Осаму.– А что вы делали?       — Нико попросил показать ему, как готовить. Думаю, это вам понадобится, ведь теперь вы вдвоём, — Осаму начал нарезать лук.       — Нарежь, пожалуйста, — Дазай протянул фиолетоволосому имбирь.       — Конечно! — Сато не стал обращать внимание на испепеляющий взгляд брата.       — Я тоже помогу!

*****

      Осаму устало плюхнулся на стул. Такой изматывающий готовки он ещё не испытывал. Напряжение буквально витало в воздухе. Точнее, Фёдор всё время бросал на брата раздраженные взгляды, а Нико забивал на это, продолжая напевать под нос какую-то мелодию. Шатен же, стоял между ними и чувствовал себя неловко. Но главное случилось когда, они, наконец-то, закончили готовить.       Фёдор накрыл на стол, и хотел уже пойти за тарелкой для Осаму, как его брат промчался мимо него, и поставил миску с Гюдоном перед Дазаем.       — Спасибо.       Брюнет сжал кулаки. Быстрый, гад. Наконец все сели за стол.       — Приятного аппетита!       Через некоторое время, миски опустели и Нико блаженно выдохнул.       — Осаму, это потрясающе! — Серьёзно, Сато никогда не пробовал ничего вкуснее.       — Ну, вы тоже помогали, — улыбнулся парень.       — Да, но основную часть сделал ты, Осаму, — Добавил брюнет.       Дазай лишь шире улыбнулся, заставляя щеки братьев покрыться румянцем. Ну, точнее, у Фёдора он был сильный, а у Нико лишь немного.

*****

      — Ладненько, я пойду, — Осаму надел свою обувь, после чего проверил, ничего ли не забыл.       — Подожди, а где ты живёшь? — Спросил фиолетововолосый, явно заинтересованный.       — В доме напротив на пятом этаже, — ответил подросток, после чего помахав двум братьям — Пока! До завтра!       — Да завтра!       Как только входная дверь закрылась, Фёдор повернулся к брату.       — И что это было?       — Ты о чём? — Спросил подросток, падая на диван.       — О том! Когда я вернулся, что вы делали? — повысил голос брюнет, начиная беситься от беззаботного тона брата.       — Осаму же тебе сказал, я просто попросил его показать мне, как готовить.       — Во-первых, для тебя он Дазай! Во-вторых, ты думаешь, что я в это поверю?! — Достоевский встал перед Сато, загородив телевизор.       — Верить или нет — твоё дело. И почему, это для меня он Дазай? Он ничего против не высказал, когда я его так назвал.       — Я против! — Похер, как его брат истолкует его ответ. Он обязан поставить старшего на место.       — А тебе не кажется, что это надо решать Осаму? А то, что тебе не нравится, мне всё равно, — Сато не хотел так грубо отвечать, но ему не оставили другого выбора. Его брат сам напросился.       Злостно фыркнув, Фёдор замолчал. Возразить нечего. Развернувшись, он пошёл в свою комнату, но бросил брату на последок:       — Чтобы я больше не видел, как ты жмёшься к Осаму.