Бабочка

Открыв перед младшим двери квартиры, Ынхёк пропустил его внутрь, заходя следом и закрывая дверь. Услышав, как защелкнулся замок, Донхэ вздрогнул, медленно поворачиваясь. Ынхёк стоял, прислонившись спиной к двери, и смотрел на него с усмешкой во взгляде. Опустив глаза, Донхэ медленно опустился на колени, убирая руки за спину. Штаны стянулись вокруг его эрекции, но он перевел дух, утыкаясь взглядом в пол. - Разденься. - холодно сказал Хёк. Сам он уже успел снять пиджак. Все выступление и пресс конференцию он жутко хотел избавиться от тяжелой вещи, обшитой камнями. И как следует наказать Донхэ за дерзость. Он прекрасно знал, что Донхэ специально так сказал, чтобы позлить его и получить своё наказание. Но Ынхёка немного покоробило то, что он назвал своим героем Шивона. Не то, чтобы он ревновал Фиши к Чхве, но больше хотел услышать своё имя. Донхэ, не вставая с колен, стянул пиджак, не слишком медленно, но и не торопясь принялся расстегивать пуговицы черной рубашки. Справившись с ней, через голову стянул майку, стилисты нагружали их слишком большим количеством одежды, иногда Донхэ хотел стать женщиной, чтобы дернув за одну веревочку, полностью избавиться от вещи. Расправившись с ремнём, он поднялся на ноги, спуская штаны вместе с бельём. Откинув их ногой в сторону, он поднял взгляд, смотря на Хёка. Тот все еще стоял, опираясь о входную дверь, окидывая голого парня взглядом. Когда Хэ посмотрел на него, он вопросительно вскинул бровь, и Донхэ, вздохнув, снова опустился на колени, скрещивая руки за спиной. - Ты провинился, - Донхэ опустил глаза, медленно кивнув, вызывая на губах Ынхёка улыбку. Личико Хэ выглядело таким виноватым, что мало кто подумал бы, что он делал это специально, чтобы провиниться и получить наказание. – отвечай. - Да, господин. Простите, – пролепетал Донхэ, не поднимая глаз. - И что мне с тобой сделать за это? – все таким же голосом говорил Ынхёк. Донхэ прикусил губу, прикрыв глаза. - Отшлепать? – со слишком напускным смущением сказал он. Ынхёк коротко кивнул, проходя в гостиную. Донхэ снова закусил губу, внешне он выглядел всё еще виноватым, но внутри все ликовало. От понимания того, что Хёк будет его трогать, тем более шлепать, внутри все горело, он моментально возбудился, член стоял колом. Донхэ лихорадочно облизал губы. - Подползи ко мне, парень. – голос Ынхёка был таким холодным, что Донхэ казалось порой, что он может порезаться об него, но от этого он заводился еще больше. Встав на четвереньки, Донхэ, грациозно потянувшись, пополз к дивану, на котором устроился старший. Хлопнув себя по колену, Ынхёк откинулся немного назад, ожидая, когда Донхэ ляжет на его колени. Устроившись как можно удобнее, Хэ стал ожидать своего наказания. - Ты же понимаешь, что больше не должен огорчать меня? - Да, господин. - Донхэ кивнул. - Думаю, что тридцати ударов будет достаточно. Я прав? - Донхэ еще раз кивнул и прикрыл глаза. Хёкджэ провел рукой по его бедру, поднимаясь выше на ягодицы и, погладив, убрал руку. - Ты не должен кончать, мой мальчик. – Таким же серьёзным голосом сказал Ынхёк. Через несколько секунд Донхэ почувствовал, как тяжелая ладонь опустилась на мягкую кожу. Донхэ вздрогнул и резко вдохнул в себя воздух, после чего почувствовал еще один шлепок, оставленный чуть ниже первого. Член вздрогнул, наливаясь кровью и причиняя дискомфорт. Мягкая кожа плоти терлась о ткань джинсов Хёка, и Донхэ всхлипнул, потерявшись после пятого шлепка. Он не слышал, что ему говорил Ынхёк, если он, конечно, что-то говорил, все заглушали его стоны и всхлипы. Член слишком сильно терся о колени Ынхёка, кожа ягодиц горела, а сам Донхэ боялся открыть глаза и ослепнуть. Кажется, сердце вот-вот готово было вырваться из груди, и он еле сдерживал себя, чтобы не кончить. Он громко стонал, сжимая кулаки. А потом шлепки прекратились. Через какое-то время, он сам и не знал сколько прошло, Донхэ пришел в себя. Он все еще лежал на коленях Ынхёка, а тот поглаживал покрасневшую кожу ягодиц. - Ты можешь встать, - Донхэ осознал то, что ему сейчас сказал Ынхёк, но вставать не спешил, он боялся, что будет сложно удержать равновесие и снова опуститься на колени. Поэтому он решил немного переждать. За такое Ынхёк никогда не ругал и не наказывал его. Отдышавшись и сфокусировав зрение, Донхэ опустился с колен на пол, принимая привычную позу и устремляя взгляд в пол. Ынхёк поднялся с дивана, погладил его по голове и прошел на кухню, оставляя парня так и сидеть на коленях. На улице уже была осень, но дома были полы с подогревом и хорошее отопление. Донхэ никогда не жаловался и мог ходить голым хоть круглосуточно, если того хотел Ынхёк. Огромные окна почти всегда были занавешены плотной тканью штор, но даже если бы это было не так, они все равно жили на двадцатом этаже, и вероятность того, что их увидят в окнах, была мизерной. Хотя от сумасшедших фанаток еще и не такого можно было ожидать. Хёкджэ вернулся с бутылкой воды в руках и протянул её парню. - Выпьешь, и придешь в спальню. Твое наказание еще не кончено, - ухмыльнулся Дом, скрываясь за дверью комнаты. Донхэ поспешно сделал несколько глотков но, подавившись, остановился, чтобы передохнуть, а потом снова сделал один спокойный глоток и, закрутив крышку, поставил бутылку на кофейный столик. Вздохнув, он поднялся с колен и пошел следом за Ынхёком. Было любопытно, но в тоже время и страшно, он до сих пор не знал чего ожидать от него. Но ему безумно нравилось то, что Ынхёк делал с ним. Поэтому, не задумываясь, он толкнул дверь и вошел в спальню, тут же опускаясь на колени и убирая руки за спину. Хёк как раз расправлял кровать, он уже переоделся в пижамные штаны и сейчас стоял с голым торсом и теплым одеялом в руках. От этой картины член Донхэ снова дернулся, напоминая о том, что бездушно стоит, мешая хозяину адекватно расценивать ситуацию. Ынхёк что-то взял с прикроватной тумбочки и, подойдя к нему, взял за руку, потянув на себя, надевая на запястья два кожаных браслета с железными крючками и клепками. После же вернулся к кровати и лег на нёё, немного призывно раздвигая ноги. - Иди сюда, - он повысил голос лишь немного, но Донхэ испуганно расширив глаза, поднялся на ноги, в два шага преодолевая расстояние от порога до огромной кровати. Ынхёк приподнял таз, грациозно поёрзав, стянул с себя штаны. - Сними их, - скомандовал он, и Донхэ, ухватившись за штанины, медленно потянул за них, обнажая стройные ноги. – сложи и убери. Донхэ сделал так, как ему сказали и, в ожидании приказа дальнейших действий, посмотрел на обнаженное тело, лежащее на кровати. Член Ынхёка стоял, и Донхэ чуть не завыл, он был прекрасен, парень мог кончить только от того, как выглядел сейчас его Дом. Но нельзя, ему запретили, и Донхэ не очень хотел нарушать этот приказ. - Твой рот как нельзя кстати сейчас. – нахально ухмыльнулся Ынхёк. – отсоси мне. Сделай это красиво, детка. Как ты умеешь. Сердце Донхэ бешено забилось, внутри все скрутило комом, он прямо сейчас мог кончить, только от того, каким тоном это сказал Ынхёк. Он уже имел такой опыт, и было крайне неудобно кончить в начале сессии, только от того, каким тоном к тебе обратился твой Дом. Не торопясь, он забрался на кровать, устроился между ног Ынхёка, который вздохнул, увидев своего саба в такой позе. Его Донхэ был прекрасен, и он не уставал этим гордиться и любоваться. Поцеловав Хёка в бедро и чуть выше, в тазовую кость, Донхэ, наконец, опустился к члену, оставляя на нём первый, немного мокрый из-за собравшейся слюны поцелуй. - Убери руки за спину. – Донхэ послушался, привычно убрав руки. – давай, малыш. Донхэ сразу же заглотил на половину, сделав несколько посасываний, и втянул щеки, сжимая член во рту. Ему нравились расширившиеся зрачки Ынхёка. Приоткрытые губы и первая капелька пота, скатившаяся по виску. Ынхёк вильнул бедрами, подаваясь вперед и насаживая Донхэ на свой член. Парень не был особо против, поэтому, расслабив горло, позволил трахать себя в рот. Ынхёк порой слишком сильно вскидывал бедра, и Хэ приходилось немного отстраняться, но он возвращался в прежнюю позицию, когда слышал недовольный рык. - Помоги руками. – Донхэ удивлялся, как старший даже в такой ситуации мог контролировать свой голос. Он оставался таким же холодным и немного пугающим, что возбуждало еще больше. Свой собственный член уже сочился смазкой, и Донхэ был готов умереть, лишь бы кончить. Протянув руки к члену Хёка, он обхватил ствол, а свободной легко погладил мошонку, немного сжимая яйца. Собственные ныли так, что голова кружилась. - Давай, детка, быстрее, - Ынхёк шикнул, когда Донхэ случайно царапнул головку зубами, и сильнее качнул бедрами, вбиваясь глубже в рот Донхэ. Парень легко подавил рвотный рефлекс и принялся сосать, помогая себе руками. Через несколько мгновений Хёкджэ схватил его за волосы, отрывая от своего достоинства, и кончил ему на живот. Донхэ чуть сам не кончил, ощущая на себе чужую сперму, но вовремя сжал основание члена, не позволяя телу получить долгожданное облегчение. Было немного обидно, что Хёкджэ все же не захотел кончать в него, но обида быстро куда-то улетучилась. - Хороший малыш, сессия закончена, ты получил свое наказание. - Ынхёк потрепал его по щеке, светло улыбаясь, и Донхэ только улыбнулся в ответ. Ему было приятно доставлять удовольствие старшему. Ынхёк потянулся и достал из тумбочки пачку влажных салфеток. Кинув её рядом с собой, он схватил Донхэ за руку и опрокинул на кровать, нависая сверху. Опустившись чуть ниже, он слизнул свою сперму с его живота, и Донхэ громко застонал, выгнув спину. - Тебе так нравится это глотать, - спокойным тоном сказал Ынхёк, будто это не он только что выгнулся в оргазменной судороге. – но мне кажется, что твоя сперма на вкус гораздо вкуснее. Донхэ готов был завыть от смущения, порой то, что говорил Ынхёк, доводило его до исступления. Достав из пачки несколько салфеток, Хёк обтер его живот и свой член, скинув мусор на пол. Завтра уберут. - Нужно поспать, - он зевнул, устраиваясь рядом с Донхэ. – я устал, а завтра еще на запись ехать. Он приобнял Донхэ, что лежал рядом в полуобморочном состоянии и с колом, стоящим вместо члена. Поцеловав парня в висок, Ынхёк медленно погрузился в сон, оставляя его мучиться с эрекцией. В конце концов, он получил достойное наказание за свой поступок.