Бабочка

- Я дома, Хекки. - Донхэ прошел в гостиную, на ходу стягивая толстовку. Дома было как всегда тепло, и ходить в майке было нормально даже зимой. Хекджэ полулежал на диване. Донхэ удивленно всхлипнул, увидев его. На Хеке были одеты кожаные штаны, обтягивающие худые ноги, и футболка из сетки. Он держал в руке стек, помахивая им в воздухе. - У меня для тебя сюрприз, детка. Так что быстрее раздевайся и на колени. Донхэ стянул с себя майку, так же быстро управился со штанами, бельем и носками. Хек неторопливо наблюдал за тем, как Хэ раздевается, а потом аккуратно складывает вещи и кладет их на диван. А потом, подойдя ближе, опускается перед ним на колени. - Я готов, мой господин. Хек кивнул, лениво поднявшись на ноги и проходя мимо, задержался, чтобы потрепать саба за свежевыкрашенные волосы. - Иди за мной. - Он поманил Донхэ за собой в спальню, и парень, поднявшись, пошел на зов. Донхэ удивленно ахнул, увидев, что Ынхёк сделал со спальней. Свет был выключен, шторы плотно задернуты, но на полу и тумбах находилось огромное количество свеч, освещающих комнату. Они были разных форм и размеров, но все одного, синего цвета. Хек провел его дальше в комнату, к стене, на которой раньше висело огромное фото голого Донхэ, стоящего на коленях и опустившего взгляд в пол. Ынхек говорил, что оно вдохновляет его. И совсем не упомянул о том, что рукоблудствует, когда Донхэ нет рядом с ним. Вместо картины над самым потолком были прибиты крепления, с которых свисали короткие железные цепи. - Вау... – он почувствовал легкий шлепок стеком по ягодицам и вздрогнул. Ынхёк прижался к нему со спины и выдохнул в ухо. - Сейчас я завяжу твои глаза, а потом прикую к этой стене и буду делать с тобой такое, что твой голос обязательно пропал бы, в случае, если бы я не надел на тебя кляп, - Донхэ тяжело выдохнул, задыхаясь от возбуждения. - и ты даже стонать нормально не сможешь. - Я все понял, господин, - застонал Донхэ, чувствуя, как член твердеет, и внутри все скручивает желанием. Ему на глаза опустился черный шелковый шарф, перекрывая зрение и даря прохладу и успокоение. Шарф был довольно длинным, поэтому Хёкджэ обвязал им его шею, оставляя мокрый поцелуй на щеке. - Мне жаль, что ты не можешь видеть, как сексуально выглядишь, мой Донхэ. Ынхёк любил завязывать глаза парня и ставить его в такие позиции от которых хотелось пристроиться и оттрахать его в срочном порядке. Он подробно описывал то, как выглядел Донхэ, заставляя его стонать и закатывать глаза. Донхэ не знал, что его больше заводило: голос Ынхёка или его вид. Ему хотелось всегда выглядеть сексуально, чтобы Хёк говорил ему об этом, желал его. Хёк надел на него кожаные манжеты, чтобы не закреплять железные цепи прямо на запястьях. Погода была теплой, и на Донхэ еще могли надеть футболку или закатать рукава рубашки, а не хотелось вопросов о появлении царапин и синяков. Подтолкнув его вперед, Хёк повернул парня к себе лицом и, перехватив руки, по очереди поднял их, закрепив цепи. Донхэ остался висеть на руках, пальцами едва ощущая теплый пол. Он вздрогнул, когда почувствовал холодный метал сначала на одной лодыжке, а потом на другой. Распорка. Теперь он полностью был раскрыт перед Ынхёком и от осознания этого слабо застонал. - Открой рот. – Донхэ подчинился, раскрывая челюсти, и Хёк засунул ему в рот привычный резиновый шарик, закрепляя ремешки на затылке. Теперь он был полностью уязвим. Если бы Ынхёк заткнул ему уши, то Донхэ бы, наверное, умер от одного только прикосновения к себе. - Если захочешь прекратить, то щелкни пальцами, хорошо? Щелкни. – Донхэ дернул запястья, легко щелкнув пальцами, и Хёк вздохнул. Можно было продолжать. Он подошел в плотую к парню, проводя руками вверх по груди, прикасаясь к шее, обтянутой шелковым шарфом, обвел контур губ, смыкающихся на кляпе. - Ты такой соблазнительный, малыш. – он снова опустился к груди, сжимая между пальцами соски. - А что, если бы я сейчас надел на тебя зажимы и ждал пока твои соски совсем не набухнут? А потом медленно бы снял их? Тебе бы понравилось это? – кляп заглушил громкий стон парня, и тот выгнулся в спине. - Да, определенно понравилось бы. – сам ответив на свой вопрос, Ынхёк прикоснулся губами к его солнечному сплетению, а потом накрыл губами сосок, другой сжимая пальцами. Донхэ хныкал, ерзая на месте, распорка не позволяла двигать ногами, да и мышцы на руках тянуло, но он не мог сдержать себя. Сейчас его чувствительность была выше, чем обычно. Хёк оставлял на его животе легкие поцелуи, опустившись на колени, мягко провел языком по стоящему члену. - Твой член такой твердый, Донхэ. Ты бы хотел, чтобы я взял его в рот? – Ынхёк провел руками по его бедрам, немного сжимая их. – отсюда, снизу, ты смотришься еще лучше. Ты идеален, мой Донхэ. - Я хочу, чтобы ты кончил. – грубо сказал Хёк, сжимая пальцами его член. Донхэ застонал, дернувшись, и старший увидел слезы, стекающие по щекам. - Потом я отхлестаю тебя так, что дышать трудно будет. – он водил рукой по нывшему члену парня, сжимая пальцами головку, а потом поддался вперед, оставляя поцелуй на бедре, совсем рядом с мошонкой. Этого хватило, чтобы Донхэ выгнулся и кончил в его руку. Размазав между пальцами сперму, Хёк приставил два пальца к его входу, немного раздвигая ягодицы. - Сейчас я вставлю в тебя два пальца и буду трахать тебя ими, пока член снова не встанет. – слезы Донхэ все еще текли по щекам, впитываясь в шелк на шее, а грудь тяжело вздымалась. Мышцы на руках красиво натянулись, и живот был очень напряжен. Так, что Хёку хотелось провести по нему пальцами, в чём он не посмел себе отказать. Он медленно двигал пальцами внутри парня, задевая комок нервов и слушая глухие хрипы и стоны. - Ты хочешь прекратить? – он поцеловал бедро Хэ, толкая пальцы глубже внутрь. Ноги Донхэ давно бы подкосились, если бы не цепи, что удерживали его на весу. Он отрицательно махнул головой, опуская её на грудь, но тут же поднимая её, услышав странную вибрацию. Под тканью шарфа его глаза были крепко зажмурены, и он бы обязательно прикусил губу, если бы мог. Почувствовав холодный метал обмазанный своей же спермой, он был уверен, что эта она, иначе зачем Хёкджэ позволять ему кончать, он заскулил. И действительно, если бы Хёк не надел на него кляп, то Донхэ сорвал бы голос. Гланды уже жгло, будто их натерли наждачной бумагой, и его глаза и щеки были такими мокрыми, будто на него вылили стакан воды. Донхэ готов был потерять сознание, когда Хёк включил вибратор на полную мощность. Внутри него было так горячо, что казалось, сердце остановится, и он не сможет никогда дышать. - Может быть ты хочешь сказать стоп слово? – усмехнулся Хёк, беря в рот его член и тут же с чмоком выпуская. - Смотри, малыш, он почти встал, - слишком весело заметил Ынхёк, поглаживая свою ширинку. Ему доставляло безумное удовольствие видеть Донхэ в таком виде. Ли Донхэ был прекрасен. Идеален. И эта идеальность принадлежала ему. - Хочешь я вытащу это, и так оттрахаю тебя, что ты потом даже встать не сможешь? – Донхэ хотелось кричать. Он безумно хотел этого. Ынхёк крайне редко входил в него, позволяя чувствовать себя полностью заполненным. Ему нравилось изводить парня, запрещать ему кончать, вставлять в него разные игрушки, но вот секс в своем обычном понятии между ними был крайне редко. Донхэ хотелось кричать, молить, он мог даже упасть перед ним на колени и даже сам сесть на его член, но связанный по рукам и ногам он был полностью во власти старшего. Хёк водил руками по его телу, заставляя его покрыться мурашками, оставлял хаотичные поцелуи, и Донхэ всхлипывал и мычал. - Какого черта вы творите? – Донхэ, услышав приглушенный голос, хотя скорее это было из-за того, что его уши почти заложило, медленно застонал. Их поймали? Кто это был? Он еще не мог понять кому принадлежал голос. Руки Хёкджэ перестали прикасаться к нему, и похоже, что он вышел из комнаты. Донхэ еще несколько раз дернулся, пытаясь высвободиться, это было невозможно. Вибратор внутри ударил по простате, и он повис на цепях, застонав в кляп. - Я, блядь, расскажу всем, понял? Я не намерен терпеть рядом со мной гомиков! Тем более тебя! Грязный извращенец. Закрывать за собой двери нужно! – поморщил нос Хичоль, пытаясь вырвать руку, когда Хёк схватил его. Он буквально выплюнул все это в лицо Хёка, который сейчас готов был его убить. С тех пор, как он вернулся из армии, безумно бесил Ынхёка, и сейчас достиг своего апогея, а теперь, когда он застал их в таком положении, это желание стало только больше. - Только попробуй, - Хёк подскочил, хватая Хичоля за горло и прижимая к стене. – я клянусь, я свяжу тебя, засуну в рот кляп, такой же, как ты сейчас видел на Хэ, и так оттрахаю, что ходить не сможешь, если вообще потом выживешь. И не смотри на меня так, я сильнее тебя, неженка, и пикнуть не сможешь. Он сильнее сжал горло Хичоля, тот уже начал задыхаться, но Хёк не собирался его отпускать. - Навредишь Донхэ, и я сверну твою тонкую шею, ясно? А теперь натянул улыбку на лицо и пошел в общежитие, делать вид, что ничего не видел. Иначе я за себя не отвечаю. Ынхёк хорошенько приложил его о стену, а потом выпустил из рук. Хичоль захлебнулся воздухом, падая на колени и хватаясь за горло. - Ты ответишь еще, - прохрипел Хичоль, и Ынхёк еле сдержался, чтобы не ударить его. Схватив немного оклемавшегося Хичоля, он выкинул его за дверь, захлопывая её прямо перед его лицом. На все замки. Наверное, когда Донхэ пришел, он забыл её закрыть. Хотя они обговаривали это. Прижавшись лбом к двери, он простоял несколько секунд, только потом вспомнив в каком положении оставил Донхэ. Ухмылка тут же появилась на лице. Его рыбка могла еще подождать. Неторопливо он прошел в душ, чтобы немного расслабиться. Этот засранец из Канвондо разрушил все его планы своим появлением, и Хёк решил немного изменить сценарий. Минут пять, пока он был в душе, Донхэ мог потерпеть. И не такое приходилось делать. Вернувшись из душа, он улыбнулся, заметив, как Донхэ устало повис на руках, иногда всхлипывая и двигая бедрами. У парня стояло, как Хёк того и хотел и, поправив на себе халат, Хёк подошел к нему, расстегивая кляп. - Хёёккии, - простонал Донхэ, разминая челюсть. Зубы сводило, а десны очень болели, но это было привычно. - Кто это был? – задыхаясь спросил он, а потом громко простонал. Вибратор в нём все еще двигался на полную свою мощность, заставляя его задыхаться. - Хичоль хён, - Донхэ обреченно застонал, и Хёк наконец стянул с него шарф, открывая его прекрасные глаза. – открой глаза, Донхэ. Выполнив приказ, а Хэ был уверен, это был именно он, Хэ мысленно поблагодарил Хёка за то, что свет в комнате был очень приглушенный. Но все равно, нужно было немного времени, чтобы привыкнуть к этому. Тем временем Хёк снял с него распорку и, медленно проведя руками по ногам, от чего Донхэ застонал, положил руку на основание вибратора. - Ты хочешь, чтобы я его снял? – парень захныкал, дернув ногой, но получил легкий шлепок по бедру. - Хочу, - Донхэ тяжело вздохнул, вскрикивая, когда Ынхёк сначала протолкнул вибратор глубже, а потом полностью вытащил, убирая в сторону. - Ты такой соблазнительный, - поднимаясь на ноги, Хёк оставлял на его теле поцелуи и щипал разгоряченную кожу. Из-за пота и спермы он был весь липкий, но Ынхёк никогда не обращал на это внимание. Главное то, что он мог трогать Донхэ, и тот был уверен, что даже обмажься грязью или же кровью, которой старший боялся, Хёк все равно бы обнял и поцеловал его. Он никогда не побрезгует, если дело касалось его второй половинки. Отцепив его от цепи, Хёк подхватил Донхэ под руки, опуская на пол. Ноги его совсем не держали, а во всем теле была невозможная слабость. - Иди в душ, Донхэ. После, я жду тебя в гостиной. – Хёк поднялся на ноги, выходя из комнаты, и оставляя Донхэ сидеть на полу, приходя в себя. Переведя дыхание, он окинул взглядом место, куда только что был прикован. Наверное, он смотрелся безумно сексуально. Но Хёку так и не удалось кончить. По крайней мере, если он не мастурбировал в ванной, то скорее всего, сейчас заведен. С веселой мыслью, он слишком активно поднялся на ноги, но тут же пошатнулся, схватившись за стену. Нужно было доползти до ванной. Когда Донхэ вышел из душа, он нашел Хёка в кресле. Тот, откинув голову на спинку, спокойно лежал, иногда лениво моргая. Халат на нем был почти распахнут, лишь немного прикрывая живот и пах. Ынхёк не поднимался с кресла, пока Донхэ был в душе. Он прошел в комнату, присев у кресла, на котором возлежал Хек, и прикоснулся руками к его ногам. Его всегда возбуждали ступни старшего. Донхэ и сам не мог понять, чем именно, но они манили его. Хотелось прикоснуться к ним и Донхэ не отказывал себе в этом. Проведя пальцами по лодыжке, он обхватил ступню рукой и, пригнувшись оставил легкий поцелуй на большом пальце. Хёк открыл глаза и, посмотрев на своего мальчика, с шумом вдохнул. Насухо вытершись, Донхэ оставил полотенце в ванной, представ перед старшим в неглиже. Проведя языком вверх, поцеловав вздутые венки. Ему повезло, что Хек не боялся щекотки, иначе Донхэ бы никогда не смог позволить себе медленно, получая от этого неописуемое удовольствие, облизывая ступни, целовать пятки и посасывать пальцы. Он поднял взгляд столкнувшись с карими глазами Ынхека, на губах того была мягкая улыбка, и Донхэ прикрыл глаза, снова возвращаясь к ноге старшего. Еще раз поцеловав его пальцы, он отпустил ногу, беря в руку вторую. Прикусил пальцы, облизав костяшки, и в вознаграждение получил тихий стон. Он знал, что сейчас выглядел очень возбуждающе, Ынхеку нравилось, как Донхэ прикасался к нему, хотя чаще желал, чтобы руки Хэ были за спиной. - Ты совершил ошибку, не закрыв дверь. Ты заслужил наказание, Донхэ. – Хэ судорожно вздохнул, опаляя дыханием ногу Ынхёка. Теперь что же, старший его отшлепает? - Но это позже. А теперь, будь хорошим мальчиком, надень это. - приказал Хек и, достав из кармана кляп-кольцо, кинул ему, прерывая. Донхэ, в последний раз проведя языком по ступне, взял в руки кляп. - Да, господин, - он умело надел его. Для этого понадобились считанные секунды, после чего Хэ завел руки за спину. Ынхёк развязал пояс халата, совсем откидывая его. - Возьми его в рот, Донхэ. Я хочу, чтобы ты сделал мне приятно. Давай, детка. Донхэ покорно приблизился к нему, все еще держа руки за спиной, он не знал, можно ли помогать себе ими, по крайней мере Хёк ничего ему не сказал, поэтому не хотелось рисковать. Высунув язык, он провел им по члену Хёка. Его эрекция почти спала, но Донхэ очень хотел сделать так, чтобы член Ынхёка снова стоял, чтобы старший мог кончить в его горло. Кольцо кляпа ограничивало его возможности, но он легко мог взять член Хёка в рот. Ствол обхватило холодное кольцо, и Ынхёк застонал, почувствовав вибрации внутри горла Донхэ, парень расслабил горло, позволив ему, медленно покачивая бедрами, входить глубже, но кольцо не позволяло войти на всю длину, что злило и возбуждало старшего одновременно. Ограниченный в действиях Донхэ слабо застонал, почувствовав как напрягается Ынхёк от вибраций его горла. Он стонал, облизывая член старшего, брал на всю длину, какую только позволяло кольцо. Ынхёк зарылся пальцами в его волосы, поглаживая по голове. Когда Хёк, наконец, излился ему в рот, Донхэ все проглотил, жалея, что не может облизнуть губы. Ынхёк тяжело дышал, стараясь прийти в себя, а когда ему это удалось, он наклонился к Донхэ, снимая с него кляп. Младший сразу же облизнул губы, за что получил горячий поцелуй. Хёку нравилось чувствовать свой вкус на губах своего Донхэ. Притянув парня, он посадил его к себе на колени, обнимая. Донхэ устроил свою голову на его груди. - Что теперь будет? – тихо спросил он, покрепче обнимая своего Дома. – Все узнают про это? - Все будет в порядке. Не волнуйся, я обещаю. - Я верю тебе, Хёкджэ. – Хёк кивнул, целуя его в макушку.