Северное крыло

Пекло врезалось в лицо подобно торнадо с неотъемлемо отвратительной погодой. Вечер потихоньку вступал в свои права, окрашивая чистое небо в грязно-желтый и заставляя горизонт расплываться. Песок бросался в лицо и девушка с длинными светлыми волосами повернулась, чтобы хоть приблизительно рассмотреть местность. То была пустыня с небольшим полицейским участком и стоящими поблизости автозаками. Они походили на средние военно-транспортные модели, в которых окна были полностью зарешечены. Вопреки всему блондинка стояла абсолютна одна посреди пустыря - вокруг не было ни души. Да и кто в здравом уме выберется под горячие лучи хоть уже уходящего, но всё равно разгоряченного ультрафиолета, что отливал во все оттенки желто-оранжевого. Убийственно жизнерадостных цветов.

Что стало отправной точкой сегодняшнего дня? Когда это началось?

От иронии ответа ей хотелось истерически рассмеяться. Прибытие в эту глушь было чистой воды безумием, но точно не экспромтом, хоть план прямо-таки вызывал вопросы. И все же она больше не убегала, боясь последствий. Этот план - последнее и единственное, что она просто обязана выполнить. Потому в последние недели в ней жили трепетная надежда и мстительная жажда справедливости. Потому с ними она просыпалась и с ними засыпала. Она буквально жила этими эмоциями. Девушка смотрела на небольшой песчаный вихрь, чувствуя приближение точки невозврата. Словно до этого её не было. Детали плана блондинка знала наизусть, помнила каждый пункт, любую мелочь. Она заставляла себя проговаривать его про себя каждую свободную минуту. Беспечность ещё никогда и никому не играла на руку. Дергающиеся пальцы крепко вцепились в незаметные полупрозрачные часики на левом запястье, скрытые от глаз вуалью рукавов. Наигранно беззаботное время на исходе. Немая сцена продлилась несколько томительных секунд. Её прервал громкий лязг часового механизма. Пора! Три абсолютно одинаковых автозака в ожидании стояли под открытым небом. Девушка быстрым шагом направилась к ним. Среди буйств непостоянства ее изысканный костюм в тон сухому песку вызывал диссонанс. Не говоря уже о длинных рукавах, полностью скрывающих руки в толще чистого хлопка. Выдохнув, она дернула ручку задней двери нужного автомобиля - та оказалась предсказуемо незаперта. На сухих безжизненных губах заиграла усмешка. Как ожидаемо. Огненная, нагретая под палящим солнцем дверь беззвучно захлопнулась. Девушка непринужденно окинула внимательным взглядом небольшой салон, переделанный под камеру для трёх узников-путешественников. Две не длинные железные лавки с небольшим проходом между. Эдакая архиабстрактная тюрьма на колесиках с перевозными электрическими стульями. Снаружи послышались голоса двоих неизвестных. — Джейми, у меня важный звонок, - низкий голос шипел на манер песку с семейством скорпионов под ногами. — проверь всё, а девчонка будет с минуты на минуту и помни она на мне. В маленькие отверстия между прутьями отчетливо виднелись двое мужчин в форме госслужащих. Один, что, по всей видимости, планировал кому-то звонить, стоял около телефонного аппарата, который висел на стене участка. То был низкий лысоватый мужчина приблизительно сорока лет. Другой же был полной противоположностью первому: длинные тёмные жирные волосы, высокий рост и смуглая кожа. Но все они вызывали одно абсолютное чувство: Отвращение. К слову, проверять автозак никто не стал. И потому, не дождавшись своего коллеги, долговязый брюнет с видом донельзя довольной добродетели покивал ему и направился за соседнее с водителем место. Сидя на протёртом сидении, он вытащил из-под себя смятую газету и стал рассматривать до рези в глазах знакомые строки. Что угодно - лишь бы не работать. — Да… конечно… уверяю займёт не больше часа… и кто выбрал для этого такой жаркий день! - не обращая внимание на отлынивающего напарника, низенький мужчина с интервалами проскрежетал в душную трубку, словно до этого были дни прохладнее. Стоило ему с неодобрительным треском положить трубку и исчезнуть из вида минуты на две, как задние двери минивэна распахнулись, запуская новую волну дьявольского пекла и девочку-подростка с трясущимися в наручниках руками. Роба не по размеру походила на смирительную рубашку, отчего девочка лет пятнадцати выглядела до безумия неправильно. В любом отражении со всех сторон это было жутко. Аура беспомощной девочки, попавшей в лапы беспощадного тоталитаризма, придавала уверенности в верном решении. На краткий миг мысли о голове на частоколе не казались такими призрачными. Только чья голова окажется на этот раз? — Полезай уже, неугомонная! Атмосфера накалялась - до отправления оставалось все меньше времени. Мужчина торопил девочку, заталкивая её внутрь, абсолютно не обращая внимания на девушку внутри салона. Все шло как нельзя лучше. Немного усилий, пара механических движений и никакого внимания. Никто её не замечал. Будь тут зеркало, то там отразились бы лик измученного ребёнка с каштановыми волосами и расплывшееся лицо беспощадного проводника прямиком из ада. Но никак не блондинки. — Ну наконец-то! Ну и норов, ты только погляди, Джейми! - прогнусавил полноватый мужчина, с удовлетворением смотря на девочку внутри перевозной тюрьмы. Джейми же издал неопределённое «Ммм…», очевидно считая, что происходящее не интереснее старой затертой газеты. Девочка ничего не ответила. Испугалась или просто не нашла слов. Только лишь расстроено покачала головой и, больно ударившись, плюхнулась на скамейку напротив девушки. Железная дверь захлопнулась, оставляя внутри совсем немного разгоряченного кислорода. До спасительной прохлады было мучительно далеко. Шатенку же трясло, как на ветру. Она сглатывала слёзы, смотря на свои наручники - ей было до одури страшно. Этот страх так и витал в воздухе тягучей смесью мрачных эмоций. — Не переживай, Одиннадцать, - мягкий обволакивающий голос привлёк внимание заключённой. —  все будет так, как должно быть. Девочка глупо моргнула и резко дернулась, словно испугавшись. Как иголкой под ноготь.

Вскрик.

Выстрел.

Тормоза.

Прямой нос впечатался в стенку напротив. Такая обыденная кровь капала на робу, скрывая под собой тень удивления. Бордовые мазки на руках как нельзя кстати дополняли образ. Только был ли этот образ истинным? — Что за чёрт! - со стороны водителя раздался шорох с глухим хлопком. Очередной выстрел. У девочки была буквально секунда, чтобы оценить обстановку и принять решение о дальнейших действиях, и потому, не теряя более времени, Одиннадцать против всевозможных инстинктов самосохранения кинулась к решетчатому тонированному окну в надежде разглядеть хоть что-то, но пыль перекрыла любой обзор. Как они в этом похожи. Пространство за окнами, словно заволокло столбом пыли. Свет практически не проходил, а остаточные лучи заметно резали по роговице своей безысходностью. Возможно, достаточно было лишь закрыть глаза, но… ведь никто и никогда не задумывался о том, что таким образом всё видно стократ лучше. Самая досадная неудача в конце концов должна отступить под напором силы ясного мышления, которого не было. Мимо окна просвистели ещё две пули, задев лишь поверхность пуленепробиваемого стекла автомобиля. — Что происходит? Где… - Одиннадцать держалась рукой за свой нос, а глазами бегала по салону и окнам, пытаясь понять происходящее. Куда делась ее попутчица? Она в очередной раз покрутила головой в поисках незнакомки. Через открытую дверь с водительского места налетало все больше и больше пыли, скрывая под собой все последние очертания девушки со светлыми волосами. Одиннадцать, содрогнувшись, напряглась, словно пытаясь решить сложнейшее уравнение. Уравнение, от которого зависела бы ее жизнь. Если бы у неё были силы…  Если бы… Дышать было все сложнее. — Код тысяча! На машину с номером БРИ Один Один Один… нет же я говорю Три на конце! Было совершено нападение! Требуется… - крик водителя, что абсолютно незаметно для Одиннадцать выбрался наружу и пытался атаковать незваных гостей, резко стих, точнее сменился на негромкие стоны, которые вскоре совсем прекратились. Блондинка, что ещё минуту назад резко пропала из поля зрения, также резко появилась и дёрнула Одиннадцать на себя, кивая в сторону спасительного выхода, который оказался неожиданно свободным. У неё не было ни малейшего колебания. Все было продумано до мелочей. — Боже, что... - Одиннадцать побледнела, а волосы её совсем потускнели. — Нужно выбираться отсюда, просто доверься мне, Одиннадцать… - голос девушки звучал ровно. Понимающе. Абсолютно искренне. Так звучит голос матери, успокаивающей своего ребёнка перед сном, объясняющей, что монстров под кроватью не существует. Одиннадцать слышала только его. Кроме этого была лишь тишина. Все выстрелы и крики с улицы исчезли. Пыли было все меньше и одновременно с тем она словно впадала в транс. Резкое желание отдернуть руку и использовать свои пропавшие силы против противоречивой соседки по автозаку резко стихли, словно их никогда и не было. Вопросы о том, как она узнала о её прошлом имени резко забылись, перепутались в мыслях, и единственное чего в этот момент так неистово желала Одиннадцать - это слышать этот нежный голос, который, казалось, обещал ей всё на свете. Сил бороться против бесконечной слабости не было, как и говорить, и потому единственное, что она смогла сделать - это с абсолютно затуманенным взглядом кивнуть. Все было словно в тумане. Одиннадцать следовала за незнакомкой, доверяя ей свою жизнь, и отчего-то ни на секунду не сомневаясь в том, что эта девушка, от которой пахло цветочным парфюмом, поможет ей. В таком состоянии время не действительно, а песчаные бури длятся десятилетиями. Казалось прошло не меньше получаса прежде чем сладостная полудрема начала рассеиваться, ударяя солнечными лучами в неподготовленные к свету глаза. Одиннадцать простонала, закрыв их ладонью, несмотря на то, что лучи уходящего солнца были едва видны из-за сумерек. Как бы то ни было, силы и контроль над собой возвращались неохотно, и разглядеть последствия произошедшего не представлялось возможным. И потому она с усталым прищуром уставилась на плохо различимые очертания людей, пытаясь стряхнуть остатки пелены. — Ну привет, Одиннадцать! Все обращалось в пепел, как племена Майа и предсказывали. Все всегда возвращалось к истокам. К началу.