deaf

Конечно же, они закатили большую пирушку в связи с долгожданным воссоединением. Все таки Санджи был искренне рад вновь готовить для команды и с нетерпением ждал того часа, когда сможет удивить ребят новыми вкусами, а также сделать их еще сильнее и выносливее. Неловкая ситуация с путаницей быстро замялась и больше не поднималась в их разговорах. Чоппер слезно просил прощения, а Санджи лишь отмахивался рукой, мол, все в порядке. Он был рад сбежать и поскорее скрыться за дверьми, ведущими в камбуз, позволяя себе эту маленькую ложь. Еще Санджи жадно общался с археологом команды. Он никак не мог насытиться общением, поэтому все говорил, говорил и говорил. Говорил до усталости рук и легкой боли в щеках от широкой улыбки. Он мог говорить с ней о чем угодно, зная, что она никогда не осудит и не разболтает, а скорее просто выслушает или даст совет, если на это есть необходимость. От множества впечатлений и эмоций, разом полученных в один день, разболелась голова. Было непривычно находиться в эпицентре шума, жадно следить за движением губ каждого говорящего, стараясь не упустить ни единого слова, чтобы оставаться в моменте происходящего. У каждого накопилось множество историй и каждый спешил поделиться чем-то своим. Но когда ребята говорили одновременно, он не знал, на кого именно ему смотреть и быстро терял нить разговора, всегда оставаясь на шаг позади. Криво улыбался и переключался на добавление закусок с напитками, чтобы хоть как-то себя занять и быть полезным. Подхватив со столешницы зажигалку, парень кивнул в сторону выхода, оповещая, что выйдет покурить. Бодрящий прохладный воздух резко ударил в лицо, заставляя покрыться мурашками и невольно передернуть плечами. В сравнении с духотой камбуза, на улице воздух казался очень холодным. Подойдя к перилам, облокотился предплечьями, всматриваясь за горизонт и делая первый никотиновый вдох. Успокаивало, как и всегда. - Кок. От легкого прикосновения к плечу, парень крупно вздрогнул, едва не выронив тлеющую сигарету за борт. Глубоко погрузившись в свои мысли, он совсем не заметил, когда мечник вторгся в его пространство, оттого и испугался, смущаясь своей же реакции. В последнее время он и правда стал более эмоциональным. Ощущая себя полностью в безопасности на корабле, Санджи мог позволить себе расслабиться и сполна окунуться в дружную, почти семейную атмосферу, царившую среди их команды. Мог продолжать беззаботно играть вместе с Чоппером, Луффи и Усоппом, устраивать мелкие потасовки с Зоро, приносить коктейли и самые изысканные десерты девушкам и наслаждаться тем, что за годы их разлуки ничего существенно не изменилось. Он был рад видеть их точно также, как и они были рады видеть его. Зоро лениво подошёл к парню, окидывая его взглядом сверху вниз (все таки сантиметровая разница в росте давала о себе знать!), улыбнулся неожиданно ласково. - "Ты мне нравишься, кок". - "И я рад тебя видеть", - Санджи растерянно улыбнулся, приветственно махнув рукой и вновь переводя взгляд за горизонт, с любовью наблюдая за неторопливым закатом солнца. Ему нравилось и даже немного льстило, что Зоро упорно продолжает пытаться общаться с ним на жестовом языке - пусть мечник и стал куда разборчивей показывать жесты, он безбожно путал их между собой, вероятно, и вовсе не запоминая их значения. Все таки это было довольно трудно - запомнить все жесты, а потом соединить их в целое предложение. Это он учился с самого детства, когда все было немного проще, практиковался очень много лет. А Зоро, по сравнению с ним, был совсем новичком, поэтому Санджи не ждал многого и ничего не требовал. Вместо этого ценил приложенные старания, не жалея времени и сил на приготовление любимых блюд мечника, выражая свою благодарность так, как умел лучше всего - через еду и заботу. - "Ты мне нравишься", - уверенно повторил парень, снова привлекая к себе внимание прикосновением к чужому плечу. В жестах Зоро не было спешки, скорее, наоборот, они были плавными и уверенными. Выверенные движениях рук, в которых не было ничего лишнего. Санджи часто сравнивал жестовый язык с танцами. Плавные, грациозные движения всех рук, от кончиков пальцев до самых плеч, напоминали танец любящих сердец. Пылкие, резкие движения напоминали страстное танго. Кто-то задействовал все свое тело, помогая выражать и донести до собеседника ту или иную эмоцию, а кто-то ограничивался движениями конечностей. Стиль сражения мечника тоже чем-то напоминал танец. Взаимосвязанные элементы, непрерывно следующие друг за другом - это было красиво, и Санджи видел в этом свое очарование. - Люблю тебя. Санджи ободряюще улыбнулся этой беспрерывной демонстрации новых умений, на всякий случай болванчиком кивая головой пару раз, соглашаясь с чем бы то ни было. Мечник скорее всего ужасно гордился тем, что выучил новые фразы, поэтому и ждет одобрения. Он заметил это еще во время их уроков - как Зоро улыбался, стоило его похвалить. Все-таки эта гора мускулов имела в себе и нежные черты, хотя кто бы мог подумать, с таким то лицом. Когда Зоро снова подергал его за рукав пиджака, Санджи беззлобно закатил глаза, посмеиваясь от такой настойчивости. Но затем, когда до его перегруженного информацией мозга дошел смысл сказанного, резко повернул голову в сторону парня, едва не сворачивая себе шею, в ужасе окидывая его паническим взглядом. Криво улыбнулся, чуть подрагивающей рукой вырисовывая в воздухе знак вопроса. У него под рукой не было бумажки, поэтому он старался максимально просто донести до мечника вопрос. Тот, наверно, ошибся и запутался, вот и несет всякую чушь. Вычитал, небось, в каких-то журналах самые клишированные фразы, а теперь разбрасывается ими вне всякого контекста. - Ты мне нравишься. Я люблю тебя. Но Зоро стоял здесь, прямо перед ним, такой большой и уверенный. Сыпал такими глупыми и бессмысленными фразами с несвойственной мягкой улыбкой на губах, не отрывая решительного взгляда глаз. - "Что.. что ты говоришь? Мы.. Мы не виделись два года! Ошибка, ты ошибся". Пребывая в растерянности, Санджи почувствовал, как от смущения и абсурдности ситуации потеплели щеки. Взволновано обернулся в сторону камбуза. Наверняка там стоял кто-нибудь из накама и добро посмеивался над ним от такого глупого розыгрыша, просто он не слышал и поэтому чуть не повелся. Но там никого не было. В окошке камбуза по прежнему горел свет и виднелись тени передвигающихся ребят, но никто из него не выглядывал. Возможно, Брук снова играл на скрипке или Усопп включил новую музыкальную ракушу. Чоппер наверняка до слез смеялся вместе с Луффи, снова засовывая палочки для еды в места, для которых они не предназначались. Стояла привычная тишина, Санджи только слышал, как гулко билось сердце в собственных ушах. Он не понимал, что мечник такое говорит, да еще и с таким серьезным лицом. Они ведь были друзьями, да, давно не виделись, да и вообще!... - "Я.. Ты... Семья! Ты мой накама, друг. И я не девушка. Любить. Не слышу. Я не могу тебе нравиться. Я глухой. Ты... Не понимать. Не понимаешь ты, что говоришь!" - Санджи сыпал отговорками, повторяясь и путаясь в жестах, делая их смазанными и отчаянно цепляясь за все, что только мог. Он ненавидел себя за эту нерешительность, он ненавидел себя за то, что не принимал и не понимал. Он чувствовал себя скованно и зажато. Он всегда был крайне внимателен и чуток к чувствам других людей, поэтому просто не мог сказать грубость на такое признание в симпатии, которое порой требовало всей смелости, что есть в человеке. Парень получал эстетическое удовольствие, смотря на женские изгибы тела и их припухлости, еще он восхищался животной силой, присущей мужчинам, но на деле у него никогда не было предпочтений в выборе партнёра. Честно сказать, он вообще предполагал, что останется одиноким до конца своей жизни! Конечно, было бы здорово иметь семью, может быть детей, но он прекрасно понимал, что это невозможно в его ситуации и уже давно смирился с этим. Принял этот не самый приятный факт, регулярно в своей жизни натыкаясь на ложь и недомолвки. На людей, которые использовали и обманывали его, пользуясь добротой и доверчивостью. Тем, что он не может слышать. Не может знать всего. Доверяет сильнее, чем если бы слышал. Чем если бы он был нормальным. А теперь появился Зоро, переворачивающий все вверх дном и грозившийся нарушить только-только сформировавшуюся между ними связь. Поэтому блондин, переведя крайне потерянный и удивленный взгляд с мечника куда-то в сторону, сделал шаг назад, а потом еще и еще один, пока не скрылся за дверью кладовки. Закрыл ту на щеколду слегка дрожащими пальцами и спустился по двери вниз. Что это с ним? В последнее время, в последние два года он только и делает, что сбегает. Сбегал от самого себя, сбегал от окам, теперь сбегает от мечника и его чувств. Он нравится Зоро? Бред какой-то.

***

Санджи усердно расправляет скатерть рукой, смахивая невидимые катышки и немного ежится от внимательного взгляда их археолога. В чайнике слишком долго нагревается вода, а за окном уже всходит солнце. Парень замечает в первых лучах солнца, проникающих через небольшое окно камбуза, множество пылинок, которые клубятся, перемещаются, но не желают падать вниз. - Итак, мечник-сан вам признался? Санджи считывает по рукам девушки вопрос и обреченно опускает голову на скрещенные руки, выдыхая. Помещение заполнил приятный аромат кофе, но легче не становилось. После того откровенного разговора стало все только хуже. В разы хуже, потому что после той ночи Зоро ничего не делает и делает одновременно. Он не давит, не трогает, не просит. Чаще всего он просто смотрит. Присутствует, будто бы давая привыкнуть к себе. Будто бы приручает дикого зверя или, скорее, ужасно пугливого зверька, который так и норовит сбежать и спрятаться, пока от страха и волнений не остановилось сердце. И это ужасно бесит! Зоро больше никак не затрагивает эту тему и не проявляет никаких признаков симпатии и ухаживаний, но этот ублюдок никогда и не славился сладкими речами. Его сила была в действиях и Санджи прекрасно это знал. Стоило повару выйти из камбуза, внимательный и цепкий взгляд тут же приковывался к нему, сопровождая до тех пор, пока парень не скроется из виду. Еще мечник стал чаще приходить на камбуз. Не просил выпивки, он просто сидел и смотрел, чем ужасно нервировал парня, заставляя смущаться и путаться в доведенных до автоматизма действиях. Санджи чувствовал на себе его взгляд постоянно. Когда выходил из душа, когда развешивал белье, когда готовил и даже когда спал. Это сводило его с ума. И если маримо раньше был более смущённым и зелёным ростком, то за эти два года явно набрался уверенности и опыта. Куда делся тот Зоро, что стеснялся сидеть с ним в одной комнате и краснел от соприкосновения их рук?! - Тебя беспокоит, что мечник-сан мужчина? - Робин была учтива и немногословна, давая парню время на то, чтобы собраться с мыслями и сформулировать их. Она и раньше любила побеседовать с поваром с утра пораньше за чашечкой кофе, но сегодня, когда парень самолично подошел к ней с самого раннего утра, настойчиво приглашая зайти на камбуз, сразу поняла в чем дело. Нельзя было не заметить все многозначительные взгляды их нерешительного в романтических делах мечника, как и по-детски наивного кока, совсем ничего не замечающего перед собой. Было забавно наблюдать, как их Санджи вновь и вновь приглашает к себе парня, чтобы позаниматься жестовым языком. Если не знать их тактильного кока, можно было бы подумать, что тот намеренно дразнит и сводит с ума Зоро, сверкая своей самой искренней и обезоруживающей улыбкой, постоянно приобнимая со спины, похлопывая, хватая за руки в порыве что-то объяснить или растрепывая зеленые волосы до чертиков смущенного мечника. - "Нет, маримо всегда остается маримо", - неопределенно помахав рукой, будто бы это что-то могло объяснить, отозвался парень, - "Я не знаю. Странно. Он не может меня любить". - У тебя были до этого отношения? - "Нет", - мотнув головой из стороны в сторону, Санджи слабо улыбнулся. Отношения? Конечно, нет. Кто бы захотел быть с ним в отношениях всерьез? Чтобы надолго и чтобы по любви. Прям как в сказках, где все жили долго и счастливо. Но он не был в сказке и все, заверяющие его о любви, сбегали, стоило только возникнуть первым трудностям и неудобствам. - Ты боишься? - "Нет, - бросив на девушку, предположившей будто бы он мог бояться чего-то такого незначительного, обвиняющий взгляд, покрутил в руках незажженную сигарету. Решил быть честнее, - Да. Боюсь, что когда мы будем вместе он поймет, что это сложно. Я не слышу. И я не говорю. Я не услышу его и... другие вещи. Трудно. Когда поймет, что всегда трудно, каждый день как-то не так, по-другому, он захочет уйти. Больно. Я не хочу делать больно ему и себе. Лучше не начинать". - А как же Зефф? Твой старик с Баратти. По твоим рассказам и по тем фотографиям, что ты мне показывал, вы очень близки. Уверена, что он любит тебя, хоть и слышащий. - "Родительская любовь!" - резко взмахнув рукой, чувствуя, как предательски покраснели уши, собственно, как и всегда, когда он представлял этого хрыча своим отцом, - "Любит, потому что любит. Просто так. Какой бы ни был. Не оставит. Привык. Любится" Нервничая и чувствуя себя уязвленным, особенно говоря в одном предложении о любви и своем старике (услышал, засмеял бы, чертов старикан!), парень перешел на резкие односложные фразы, защищаясь. - В хороших отношениях тоже любят просто так. Любят, потому что любится, - выбрав слово, используемое парнем, Робин улыбнулась, в дополнение к жестам проговаривая все вслух, еще несколько минут назад заметив зеленую макушку, мелькнувшую за окном, - Не нужна выгода или какие-то качества. Слух, речь, ноги, руки, зрение - не имеют значения, если человек по-настоящему тебя любит и ценит. - "Тогда не любовь. Развлечение. Игрушка. Странная, сломанная, интересная, не такая. Диковинка. Любопытство, но потом оставит, когда надоест. Иначе сложно. Поддерживать что-то долгое время, чувства". Нахмурившись, Санджи сложил руки на груди. Робин, хоть и была умна, не понимала очевидных вещей. Скоро настанет время завтрака и ему уже нужно приступать к готовке, чтобы точно все успеть и не мучать бездонный желудок Луффи. Глупо и бессмысленно рассуждать о любви и Зоро в одном предложении. На это можно потратить много времени, но это почти также странно и невозможно, как если бы говорить о Зеффе и любви, не краснея и не морща лицо. Вот только в случае с Ророноа была не любовь и не симпатия, Санджи прекрасно это знал. За ошибочными чувствами таилось банальное любопытство к кому-то, кто отличается от тебя. Санджи откроется, быстро привяжется, как это бывает всегда. А потом Зоро надоест. Он переключится на что-то другое, более легкое и доступное, и на этом все закончится. На этом, и на бедном разбитом сердце Санджи, чего вот точно ему никак не нужно.