По маршруту следования

      Время уже перевалило далеко за полночь, а мужчины, голые по пояс, сидели и колдовали над мотоциклом. Они тихо переговаривались, пили кофе и копались в железках. На всеобщее удивление, им практически не нужно было о чем-то друг друга просить, работали совместно они так, будто делали это годами.       Сириус вытянул руку, а Рабастан тут же передал ему ключ. Лестрейндж щёлкнул пальцами — Блэк подал гайку.       Через какое-то время Сириус разогнул спину, вытер грязные руки полотенцем и устало упал в кресло. — Ну вот. Теперь должно заработать. Вытяжка у тебя тут потрясающая, можно проверить, если хочешь.       Рабастан нашёл ключи зажигания, завел машину. Раздался приятный урчащий рык спортивного мотоцикла. Он удовлетворённо кивнул, вытащил ключ, отмыл руки и плюхнулся рядом с Сириусом. — Спасибо за помощь, — сказал Рабастан. — Да не за что-о… — ответил Сириус, и его челюсть чуть не отвалилась.       Когда он был погружен в интересную работу, то зачастую не замечал ничего вокруг. И как он мог не заметить полуголого Лестрейнджа? Подтянутое бледное тело, атлетическая фигура, мокрый от пота торс, местами запачканный машинным маслом, и небольшое тату на левой груди около ключицы в виде дракона, кусающего себя за хвост. Ничего более сексуального Сириус ещё не видел. Блэк сглотнул, в штанах предательски стало неуютно. — Слушай, Басти… А есть где принять душ?       Рабастан снова вздрогнул на это сокращение своего имени, затем кивнул, подошёл к шкафу и вытащил два комплекта красивых легких хлопковых костюмчиков. В таких можно было и по офису щеголять, и на природу выехать. — Держи, — он кинул один комплект бордового цвета своему гостю. — Говорил же, я часто остаюсь здесь. Душ там, — он указал на неприметную дверь, прячующуся в общем пространстве кабинета, — полотенца найдёшь в шкафчике, дополнительный комплект умывальных принадлежностей в тумбочке. Бери что нужно, не стесняйся.       Сириус кивнул и зашёл в ванную. Было впечатление, что это не душевая в офисе, а ванная комната в номере люкс пятизвездочного отеля. У Рабастана определённо был вкус на красивый интерьер.       Блэк постарался не задерживаться в ванной, быстро отмывшись и переодевшись в чистое, он вышел из комнаты и обомлел. Полуголый Рабастан сидел за рабочим столом, подогнув одно колено, нацепив очки и попивая уже давно остывший кофе. Кудри растрепались, дыхание было спокойным и размеренным, а глубокая складка залегла меж бровей, придавая Лестрейнджу ещё более задумчивый вид. Кажется, Сириус поспешил со своими выводами о сексуальности. — Ты снова работаешь? — откашлялся Блэк, обогнул кабинет и присел на край стола. — Да, пришла в голову одна идея. Нужно было проверить, — он сохранил документ, снял очки и растер лицо ладонями. — Я сейчас.       Сириус прыгнул в большое мягкое кресло и покрутился. Большим соблазном было пошариться в рабочем столе и компьютере хозяина, но это было бы по-свински. Однако так сильно хотелось узнать Рабастана поближе.       Щёлкнул замок ванной комнаты. Сириус повернулся и залился краской. Рабастан надел темно-зеленые штаны другого комплекта, по волосам стекала вода, а он тёр голову белоснежным полотенцем. Сириус чуть скатился под стол, стараясь быть тише воды, ниже травы, чтобы хозяин не заметил его вспыхнувших ушей. — Ты в порядке? — поднял бровь Рабастан — Ага, — соврал Сириус, стараясь выползти из-под стола. — Есть только этот кожаный диван, подушки и пледы, — сказал Лестрейндж, раздвигая спальное место. — Только чур во сне не брыкаться, не то скину с кровати. — Угу, — тупо сказал Сириус и шмыгнул на импровизированную постель, тут же зарываясь в подушки и плед. — Доброй ночи, — Рабастан погасил свет и улегся рядом.       От него так приятно пахло хвойным лесом, что Сириуса это начинало сводить с ума. Он лежал без движения, стараясь не спугнуть приходящий сон Рабастана, пока у него не затекла рука. Он осторожно перевернулся на другой бок, лицом к обнажённой спине Лестрейнджа. Не было слышно даже его дыхания, что особенно напрягало Сириуса. Спит или нет? Блэк ещё раз решил поменять положение, заерзав на кровати. — Не спится? — спросил Лестрейндж. — Я думал, ты спишь, — разочарованно ответил Сириус. — Не могу уснуть. Из головы не выходит сегодняшний закат. Красиво, — он повернулся на спину и стал смотреть в потолок. — Басти… — в ответ раздалось вопросительное мычание, — если боишься высоты, то почему выбрал пентхаус для офиса?       Сириус нутром почувствовал, как Лестрейндж растянулся в широкой и такой редкой улыбке. — Пойдем покажу. — Он встал с кровати и пошёл к панораме. Сириус последовал за ним. — У Лондона сильное световое загрязнение, но каким-то образом здесь свет рассеивается так, что видно звёзды. Смотри.       Сириус ахнул. Еще полчаса назад он смотрел на город сверху вниз, но даже не подумал взглянуть наверх. Под ногами раскинулся шумный, оживленный, освещенный Лондон, но здесь его жизни слышно не было, а над головами раскинулось звёздное небо. — Созвездие Дракона, — показал Рабастан на небосводе. — Моё любимое. — Смотри, а там я, — Сириус пальцем соединил созвездие Большого Пса и указал на самую яркую звезду небосвода. — У мамаши был пунктик на звёздные имена. Семейная традиция. Ещё прабабка проиграла все состояние, дед и мамаша пропили, но до конца жизни все равно вели и ведут себя как истинные аристократы. А умений и знаний ни шиша, — Сириус передернулся и дал себе мысленно подзатыльник. Такой романтичный момент сейчас упустил. — Тогда мы чем-то похожи, — усмехнулся Рабастан и оперся лбом о холодное стекло. — Поэтому набил дракона? — М-м? — Рабастан повернулся лицом к Сириусу. — Ты сказал, что созвездие Дракона — твоё любимое. Поэтому набил дракона? — Не совсем. Это уроборос. Круг жизни. Своя философия, — неопределённо ответил Лестрейндж.       Сириус медленно занес руку. Рабастан не отстранился, лишь с интересом наблюдал за ним. Блэк нежно и невесомо коснулся гладкой кожи, потом смелее надавил подушечками на тату, обводя её контуры. Бросил быстрый взгляд на Лестрейнджа, тот, кажется, даже задержал дыхание. Сириус продолжил несмело изучать тату, провел пальцами по ключице, дошёл до ложбинки и медленно ладонью стал спускаться по напряженному корпусу. Он чувствовал каждое очертание и перекат мышц, нечастое дыхание и постепенное расслабление Рабастана.       Сириус медленно взмахнул своими длинными ресницами, и его взгляд глубоко синих глаз встретился с темно-зелёным свечением. Блэк замер и чуть приоткрыл губы, чтобы хоть что-то сказать.       Но для Рабастана это стало немым согласием. Он обхватил длинными пальцами влажный затылок Блэка и требовательно притянул к себе для поцелуя. Губы Сириуса были сухими и шершавыми, как и его руки, тонкими и очень чувственными.       Руки Блэка скользнули с живота на спину Лестрейнджа, прижимая к себе, а с губ сорвался стон удовольствия, за который Сириусу даже стало стыдно. Но он ничего не мог с собой поделать: уже неделю этот мужчина сводил его с ума своей загадочностью и странным хвойным ароматом, а сегодняшний день возвел это чувство в десятую степень.       Рабастан был нежен и ненастойчив в поцелуях, так что Сириус не выдержал и переплел их языки самостоятельно, покусывал губы Лестрейнджа и рыскал руками по его телу, изучая каждый миллиметр. У него больше не хватало ни сил, ни желания, ни самоконтроля, чтобы сдерживать себя хоть еще немного. Сириус прижал Рабастана к окну и рьяно стал целовать всё, до чего только мог дотянуться в цепких объятиях Лестрейнджа.       Рабастан улыбнулся, откинул голову в сторону, открывая свою шею, и медленно закрыл глаза. От прикосновений Сириуса голову пьянило не хуже бутылки портвейна, а тихий скулеж Блэка лишь разжигал кровь. Лестрейндж крепче ухватился за бедра Сириуса, когда тот, повинуясь шестому чувству, запрыгнул на него, и Рабастан понёс его к дивану.       Лестрейндж запустил руки под футболку, провел пальцами по горячему животу и медленно стянул одежду с Сириуса, впиваясь в его припухшие губы. — Я не могу, — проскулил Сириус, задыхаясь от возбуждения и торопясь запустить пальцы под резинку штанов Лестрейнджа.       Рабастан рассмеялся, завалил Блэка на лопатки и оседлал его, чтобы немного замедлиться и продышаться. Руки Сириуса скользили по его торсу, изучая изгибы спортивного тела, пока он облизывался и сглатывал слюну в предвкушении. Лестрейндж начал медленно двигаться, сидя прямо на члене Блэка, из-за чего последний до крови прикусил свою губу и закрыл глаза. — Смотри на меня, — приказным тоном прошептал Рабастан.       Сириус с трудом разлепил веки и пьяно посмотрел в зелену глаз напротив. Его растрепанные кудри так и манили запустить в них пальцы и сжать до сладкой тягучей боли, а от зелёных глаз, горящих огнём страсти, невозможно было оторваться. А от сексуальных движений бедрами о пах хотелось зарычать.       Рабастан положил два пальца на губы Сириуса, Блэк облизнул их и дал скользнуть в свою глотку. Он ласкал языком пальцы Лестрейнджа, не разрывая зрительного контакта, а это заводило будь здоров. В штанах было невозможно тесно, а сидящий на нем Лестрейндж лишь издевался, кажется, наслаждаясь ощущениями нехилого стояка под своей задницей.       Не в силах больше это терпеть, Блэк рывком скинул с себя Лестрейнджа и уложил того на лопатки, стягивая штаны сначала с него, а затем и с себя. Рабастан рассмеялся и притянул к себе Сириуса, умелым движением обхватывая его член, срывая с губ гостя сладкий стон.       Одно только присутствие Лестрейнджа рядом заставляло Блэка чувствовать бурю эмоций, а методические движения его руки в абсолютно правильном, любимом темпе Сириуса практически заставляли его кончить сию минуту. — Я… сейчас, — проскулил Блэк и стиснул волосы на кучерявом затылке. — Держись ещё немного, — приказал Лестрейндж, припадая губами к головке Сириуса.       Он провел языком по уздечке, подразнил Сириуса, облизывая головку, и резко и глубоко принял его ртом, отчего Блэк чуть ли не взвыл от удовольствия. Рабастан набирал темп, создавая во рту вакуум, массируя крепкий член рукой. Сириус уже готов был биться в агонии, вторя бешеному ритму, вколачиваясь в Рабастана так глубоко, насколько позволяло его горло. Наконец Блэк замер, выбрызгивая солено-горькую жидкость в рот Лестрейнджа; его тело задрожало и инстинктивно подалось вперёд ещё несколько раз, пока Рабастан принимал в себя все до конца, без остатка.       Рабастан вытер рот, взял Блэка за челюсть и впился в его разгоряченные растрескавшиеся губы, а затем притянул к себе, чтобы стиснуть в объятиях.       Так они пролежали несколько минут, восстанавливая дыхание. Лестрейндж благоразумно молчал, вырисовывая пальцем замысловатые рисунки на обнаженном плече Блэка, а Сириус безнадёжно начал копаться в своей голове, пытаясь выяснить, что он чувствует к мужчине, в чьих объятиях он чувствовал себя в безопасности и уюте. — Басти… — в ответ вновь раздалось вопросительное мычание, — в общем, я бы… — Помолчи, я сам ничего не понимаю. Но если хочешь, можем пойти и на второй круг.       Сириус рассмеялся в плечо Рабастана и поцеловал его в шею.       Он будет до конца жизни благодарить волю случая, судьбу или ремонт дороги за то, что он смог встретить такого потрясающего мужчину, что безмятежно сейчас перебирал его волосы и рассказывал о какой-то белиберде, в которую Блэк даже не вслушивался — он просто наслаждался тембром и интонацией голоса Рабастана.