Game over.

В груди трепещет какое-то чувство. Его невозможно объяснить словами, только если почувствовав, можно понять. Это что-то, заставляющее душу бегать с места на места в ожидании, а при моменте X останавливать сердце. Возможности контролировать это чувство нет. Это происходит само собой. Что-то обыденное и простое, человеческое. Нет причины стараться исключить это из жизни. Это приятно. Некий мандраж перед чем-то значимым. Зато какие ощущения после! Джисон всегда был неспокойным человеком, даже если это касается чего-то бытийного. Ему необходимо проанализировать всё, предположить возможные исходы событий и только тогда действовать. Самое ужасное для него — это излишнее внимание остальных. Остальных, но есть один человек, чьё внимание очень хотелось бы получить, однако это очень рискованно и страшно. Ведь в данной ситуации последствий представить невозможно. Тут уже как сердце прикажет. Хан шёл по пустынной улице, разглядывая отражения зданий и деревьев в дождевых лужах. Он долго думал над словами Минхо и тем, правда ли всё настолько плохо, как кажется? Но ничего хорошего на ум не пришло, а загонять себя ещё больше не хотелось. От всего этого негатива его отвлекло сообщение, пришедшее на телефон с громким "дзынь". Это был Чанбин и, судя по его плачущим смайликом следующим смс, он совершенно недоброжелателен сейчас, возможно зол и горестен. «И хватило же смелости уйти без меня! Даже не подождал…ㅜㅜ» Отвечать на это не было смысла, однако Джисон не смог проигнорировать своего друга. Это будет некрасиво. Поэтому парень написал короткое «извини». и моментально закрыл чат, громко устало выдыхая, а из-за холода изо рта показался мутный полупрозрачный пар. К тому времени как Со написал ему, брюнет уже подошёл к магазины, в котором планировал купить чего-то на ужин. Вряд ли что-то изменится, а еды в холодильнике не прибавится по щелчку пальцев. Недавно пришла стипендия, которую вполне можно потратить без угрызения совести. Да и родители часто отправляют деньги, помогают чем могут и поддерживают как могут. Это не может не радовать. Хан не стал задерживаться в магазинчике. Он незамедлительно набрал самые необходимые продукты и также быстро оплатил их, а после запихал в сумку. По дороге домой Хан решил перекусить снэками из круглосуточного. Он часто покупает их, когда хочется чего-то вредного и вкусненького. Но не стоит налегать на них. Это может иметь плохие последствия на организм. Джисону жутко хотелось прилечь на кровать и полежать хотя бы полчасика не двигаясь. Но нельзя забывать и о встрече с Минхо в студии. Возможно, стоило отменить тренировку сегодня. Но уже слишком поздно. Ли это точно не оценит и ещё долго будет вредничать и прыскать кислотой, обжегся мягкую кожу младшего. Придя домой, Хан разулся, кидая обувь куда-то в сторону, разложил продукты в холодильник и тут же плюхнулся на заправленную пастель, сминая одеяло и плед под собой. Глаза закрылись сами. Это трудно объяснить, но в какой-то момент сознание будто стало покидать тело, и с этим ничего нельзя было поделать.

***

Ли Минхо спокойно ступает по мокрому асфальту, добирается до самого входа в здание, обходя дождевые лужи, чтобы лишний раз не утопить кроссовки в воде и потом жаловаться на несправедливость бытия. Сегодня неожиданно пусто. Мёртвая тишина, и лишь тихие умеренные шаги Хо разрывают неприкосновенную глушь, раздаваясь эхом где-то вдали. Это придаёт какого-то комфорта. Минхо не любит большое скопление людей, хотя и не является интровертом, а даже наоборот. Но именно в данном случае его душа отдыхает от постоянной суеты. В зале под номером 13 горел свет, а значит, Хан уже пришёл. Неудивительно, он достаточно пунктуален в этом плане, всегда приходит раньше. Ли медленно открывает дверь, но не слышит ожидаемого привета. Гробовая тишина. Мент родился? Тогда Хо оборачивается, чтобы удостовериться в присутствии напарника. Но что он видит? Вот он. Прямо здесь. Умиротворённо лежит на твёрдом диванчике, по всей видимости, спит, свернувшись калачиком. Под головой собственная сумка, используемая в качестве подушки, руки перекрещены на груди. Он выглядит таким маленьким и беззащитным сейчас, смиренным бедняжкой-студентом. Стоит ли его будить? Ли не стал делать это сразу, а по началу положил сумку чуть поодаль парня. Кажется, он чутко спал или просто дремал, потому что его глазёнки открылись почти сразу, замыленные и совсем слегка припухшие. Такой сонный и комфортный комочек. Юноша осмотрел комнату и, встретившись с внимательным взглядом Минхо, медленно переместился в положение сидя. Крошечный, буквально мизерный человечек с лохматыми волосами, проснувшийся 10 секунд назад. — Минхо…– раздался хриплый голос ныне спящего. — И долго ты тут спал? — Я… отключился на минут 10, но, кажется, прошло около получаса.– юноша потёр глаза пальцами руки, убирая белую пелену. — Выглядишь уставшим. Ты плохо спал ночью?– интересуется старший, попутно стягивая с себя верхнюю одежду. Он спрашивает это больше не из-за интереса, а просто. Просто захотелось знать, чем вызвано такое состояние его приятеля. — Да. Мой друг ночевал у меня, и я уснул только под утро. Он храпел всю ночь и разговаривал во сне…– Хан замолк на пару секунд, словно расстроился такому исходу событий и надул губы от обиды. Ребёнок. Малое дитя. На лице старшего мимолётно сверкнула улыбка, но чуть ли не сразу исчезла под покровом полного смирения и лёгкого безразличия. — А ты уверен, что справишься сегодня? Нагрузка не такая уж и большая, но мне не хочется тебя потом на руках до дома тащить. — Не волнуйся. Я справлюсь.– утвердительно кивает кареглазый и встаёт, потягиваясь после долгого сохранения одного положения тела. Осталось хорошенько размяться и потихоньку приступить к повторению изученного в прошлый раз. — Как скажешь,– говорит он с долей сомнения в адекватности его действий,– но потом не жалуйся, что мышцы болят. Около часа ребята отучивали движения. Старались придумать что-то новое, переделать какие-то моменты и в общем сделать хореографию более полноценной. Проблема была только одна. Джисон. Его движения были беспорядочны и как-то несобранны. Он путался, забывал некоторые части и в целом был совершенно рассеянный. К слову, его кожа была бледна как лист бумаги, а руки подрагивали и наверняка были ледяные (Минхо никак не мог это проверить). Ли по началу делал ему замечания во время ошибок, но потом перестал, просто наблюдая и анализируя. Всё-таки он не зверь, а абсолютно такой же человек и всё понимает. Но один из его дьяволёнков, тяжко сидящий на плече, всё ещё недоумевает, жалуясь на то, зачем Хан тогда вообще пошёл на встречу. Действительно. Почему не отменил? А Джисон и правда нехорошо себя чувствует. Голова гудит, тело пробивает в холодный пот, а прежде алые губы стали почти что белыми. В какой-то момент он чувствует прилив усталости и перед глазами всё темнеет. Веки становятся такими тяжёлыми, что, кажется, даже Халк бы не выдержал их. Глаза медленно смыкаются, а ноги становятся будто ватными, что на них просто невозможно устоять. — Хён…– на выдохе, тихо успевает произнести танцор, прежде чем рухнуть на гладкий пол. Перепуганный Хо тут же ринулся к напарнику, перевернул его на спину и похлопал легонько пару раз по лицу. Вряд ли это помогло бы, но всё возможно. — Хан-а? Хан?– повторял тот, пока не понял, что это бессмысленно. Он уже не слышит. Он вообще жив? Вроде дышит. Минхо осторожно подхватил парня на руки, перетаскивая на диванчик и не менее аккуратно укладывая. Юноша сложил из своей пушистой куртки что-то наподобие подушки и подложил её под голову пострадавшего, напрочь забывая, что на неё стоило положить ноги. Следующей его целью было найти что-то из медикаментов. Нужен нашатырь, а если его нет, то придётся действовать более времязатратным способом. Минхо достал из сумки небольшой платок и побежал в туалет, благо он находился на этаже. Смочив водой ткань в раковине, юноша вернулся обратно. Джисон не изменил своего прошлого положения. Всё также мирно лежал, как окаменелый труп: такой же бледный и холодный. Но зато живой в отличии от мертвеца. Хо бережно коснулся мокрым платком мягкой кожи, будто боялся навредить пострадавшему. Слегка касаясь рукой, он легонько проводил по всему лицу, с осторожностью придерживая его за запястье. Два его пальца лежали ровно на том месте, где находится пульсирующая венка, чтобы понимать состояние своего напарника. После завершения процедуры, Ли встряхнул тряпочку и, сложив её в несколько раз, положив на лоб младшего. А когда он спит, он намного приятнее, спокойнее и… милее (?). Ангел, но, по всей видимости, падший. Что же ты такого натворил, Хан Джисон, что тебя вытолкали с облачка? Послышался вдох, а через секунду веки медленно поднялись. Глаза ещё краснее, чем были. Ему абсолютно точно необходим здоровый сон. Иначе этот бедняга и суток не проживёт. Парень осматривал Минхо около 7 секунд, видимо, пытался понять, как он попал в такую ситуацию, и что случилось? Совершенно глупый и непонимающий взгляд заставил Минхо поднять уголки губ, убрав со лба платочек. Невозможно сдержать улыбки. — Минхо..?– хмурит брови младшенький и пытается приподняться, но тот тут же давит на его наружную клетку, не давая сделать это. — Лежи,– протягивает спаситель,– Дурак. — Что? Что произошло?– полночью игнорируя оскорбление в своей адрес.– Я уснул? — Ты сознание потерял, чувак.– хмыкает Хо, будто только что это не он носился на ватных ногах по этажу как угорелый в порывах помочь зазнобе. Точно не он. Кто-то другой трясущимися руками смачивал платочек, переживая за приятеля. — Я?– удивляется Хан, тыкая указательным пальцем себе в грудную клетку.– Как? Почему? — Думаю, что нам стоит отдохнуть. На сегодня всё.– улыбается Ли, наклоняясь к нему чуть ближе.– С тебя хватит, дружок. От такой неловкой близости Джисон замирает, смотря далеко не в глаза хёна, а чуть ниже. Губы. Такие красивые и манящие, особенные для восприятия. А остаток тинта, скомкавшийся от долгой носки, заставляет задуматься о послевкусие, что останется на языке после поцелуя. Наверняка что-то сладкое, но не приторное. Стоп. Нужно остановиться. Нужно, но не хочется и не получается. Взгляд как бы прикован к аккуратным купидоньям губам парня напротив. Ли улыбается младшему и встаёт со своего места, принимаясь собирать некоторые вещи: бутылку воды, телефон и зарядку. Хан медленно приподнимается, хватаясь за голову в том месте, где его черепушка соприкоснулась с полом. Он шипит, жмурится, хмурит брови от подступающего давления на правой части макушки. Неприятное чувство. — Блять…– корёжится первокурсник, стараясь не делать резких движений. Старший подошёл к напарнику, схватил его за голову и внимательно стал осматривать место ушиба. Ничего критичного. Небольшой ушиб, что выражается покраснением небольшого участка кожи, крови нет. Значит, всё не так плохо. Жить будет, и то хорошо. — Приложи льдом, когда прийдешь домой.– легонько взлохмачивает его волосы, превращая в лохматого домовёнка. Кареглазый одним движением руки вернул свою гриву в «вроде как приличное состояние» и начал собирать сумку, а после одеваться. Не май месяц за окном. Через пару минут оба уже вышли из зала, закрыв его на ключ. Ещё не так поздно, поэтому закрывать само здание было не нужно. Слабый фонарь слегка освещает улицу. Несмотря на темень, видимость достаточно хорошая. Естественный свет почти полной луны - хороший источник, да и витрины заведений достаточно яркие, можно сказать, слепящие глаз. Асфальт ещё сырой. В небольших лужицах чётко отражается ночное небо, полное звёзд. А ведь и правда, странно, но сегодня на небесном куполе как никогда много мелких сияющих точек- светил. Возможно, Хан просто заметил это только сейчас, а может этого в самом деле редко встречается. — Вау… Сегодня так красиво..– не сдерживается Джисон, всматриваясь куда-то вдаль безграничного космоса. Он пытался разглядеть хоть какое-то созвездие, которое знал ещё с младшей школы, но, кажется, всё забыл. Глядя на него, Минхо также поднял голову, усмехнувшись такой реакции студента на, казалось бы, обыденные вещи. Но и сам Ли увидел в этом что-то особенное, ныне недосягаемое и такое залипательное. Стоит почаще смотреть на небо. — Ты такой ребёнок…– выдыхает юноша, опуская взгляд на изумлённого напарника, смотрящего далеко в высь с приоткрытым ртом. По понятной причине эта фраза пролетела мимо ушей Хана, иначе бы он возразил и попытался ответить как-то, но сейчас был слишком сильно погружён в исследование прекрасного. За этим так интересно наблюдать. Нет, далеко не за звёздным небом, а за человеком, очарованным им. Блестящие от слюны пухлые губы, сияющие неким восторгом бездонные зрачки-бусинки, брови, сведённые ближе к переносице - на это невозможно не обратить внимание, пропустить мимо глаз. — Луна сегодня такая красивая. Она, кажется, полная?– не разрывая контакт со звёздами, проговорил юноша. Его голос такой спокойный, чуть приглушённый и слегка словно посаженный, но скорее всего просто расслаблены связки. Обычно он резкий, задорный и чёткий, а сейчас иной. Хо впервые слышит его таким. — Думаешь, сегодня полнолуние?– спрашивает Ли, приподнимая уголки губ в нелепой, но усилительной улыбке. — Не знаю.– пожимает плечами тот в ответ.– Но я слышал, что увидеть падающую звезду в полнолуние - к счастью. Вдали слышится вой собак, что напрочь сбивает повествование парня. Нередко псы просыпаются в ночь полнолуния, но вот воют не так часто. Обычно лают. Неужели и правда луна сегодня полная? Хан сделался каким-то более задумчивым и даже чуть недовольным. Юноша опускает глаза вниз, а после повторно поднимает их на собеседника. — Ты веришь в приметы? — Мм,– буквально на секунду задумался танцор,– нет, не думаю. А ты? — Я тоже… тоже не особо верю. Думаю, что это работает не всегда.– что-то не так. Его интонация не такая, как обычно. Голос и речь неким образом выделяются. Он, кажется, не уверен в том, что сейчас говорит. Хан вздыхает, из-за чего изо рта от разницы в температуре выходит горячий полупрозрачный пар, а после вновь оборачивается на своего собеседника с согревающей улыбкой. Такой уютный и милый. — Пошли? Ли молча отводит довольный взгляд вдаль и медленно шагает, вжимая руки в карманы тёплой куртки. Джисон не упускает момента и мгновенно догоняет друга. Практически весь путь они о чём-то разговаривали. Нет. Не так. Хан о чём-то оживлённо рассказывал, а Хо только слушал и добавлял что-то своё. И так почти всегда, если им удаётся осуществить диалог. Минхо, безусловно, прекрасный слушатель, да и собеседник в целом замечательный. Но он не так разговорчив, нежели младший студент. В этом одно из их различий. Парни остановились чуть поодаль главного входа общежития Джисона. Вокруг никого. Ни души. Хотя сейчас не так поздно, около 8 вечера. Но так пусто и тихо. Отдалённо слышен шум автомобилей с дороги и шелест листьев деревьев, колеблемых лёгким ветерком. Наверное, люди просто не хотят выходить на улицу из-за погоды. Похолодало достаточно резко, что может отрицательно влиять на состояние и настроение. Но Хана и Минхо это не касается. Одному всё равно на погоду, а другой даже любит свежесть и прохладу. — Ты дойдёшь до своей комнаты сам?– из вежливости спрашивает Ли Ноу. Но на самом деле он и правда волнуется за младшего, просто признавать этого не хочет. — Да, всё в порядке. Спасибо, что проводил, Минхо.– благодарит его Хан, искренне улыбаясь глазами. — Ложись сегодня спать пораньше. Да, и не забудь приложить лёд к ушибу, а то голова завтра будет болеть. Джисон улыбается. Ему так приятно. Приятно ощущать заботу от человека, который обычно так холоден к нему. Это непривычно, но сердце радуется, пляшет танго в одиночку. В груди появляется какое-то тёплое чувство, бьющее током по всем точкам тела. Он так добр сейчас. Почему не можешь быть таким всегда, Ли Ноу-хён? — Хорошо. До завтра, хё…– сразу исправляется,– Минхо. — Ага. Спокойной ночи, Хан-а.– кивает второкурсник, машет рукой в знак прощания и ждёт. Стоит и ждёт, пока Джисон зайдёт внутрь, а после уходит и сам. По приходу к себе домой, Хан разувается и тут же плюхается на кровать. Он лежит бездвижно около трёх минут, смотря на белый потолок комнаты. На лице расплылась лёгкая улыбка. Парень слаб, но, чёрт возьми, он так счастлив сейчас. Это чувство перекрывает всё плохое. Джисон уже почти не ощущает слабости и усталости, ему не хочется спать. Но надо. Иначе и завтра он будет как квашенная капуста, а этого уж точно нельзя допустить. Точно! Минхо просил приложить лёд к шишке!