Зерна граната

Громкие и тихие голоса студентов Хогвартса смешивались в коридорах, превращаясь в гомон. В конце одного из многочисленных коридоров засветились яркие вспышки заклинаний. Аделаида Поттер закатила глаза — правилом «не использовать заклинания вне классов» пренебрегали все. Наверняка, если бы тут была Гермиона, то она уже начала бы вполголоса об этом причитать. Девушка не смогла сдержать улыбку — она обожала свою подругу. Еще с первого курса, когда девочка с вихрем каштановых волос ворвалась в ее купе, спрашивая о жабе, Аделаида поняла — они подружатся. Просто в ее глазах она увидела тоже самое, что светилось и в ее — одиночество. А одиноких людей судьба любит сводить вместе. Так и случилось. Гермиона Грейнджер и Аделаида Поттер были лучшими подругами с первого курса. Правда, двумя одиночками-подружками они долго не были — в какой-то момент рядом с ними оказался Рон Уизли, и их стало трое. В запретный коридор? Ну, с жалобами насколько это опасно и с восторгом как же это интересно все-таки, они побывали втроем. В Тайную комнату спасать Джинни, когда Гермиона лежала в Больничном крыле? Со страхом и ужасом, однако, вместе. Плечом к плечу. Спасать Сириуса Блэка с помощью маховика времени? С интересом и волей. Вообще, если бы кто-то спросил у Поттер, почему она так хочет возвращаться в Хогвартс, она бы честно ответила: Рон, Гермиона и ее факультет. Потому что первые двое уже стали братом и сестрой, а факультет Гриффиндор стал домом. Что так говорить, если, когда вся школа ополчилась против нее во время Турнира, только один факультет встал на ее защиту, не позволяя никому отзываться плохо о Поттер? И пусть внутри факультета многие не верили, что Поттер не сама кинула свое имя в Кубок, в коридорах и в Большом зале гриффиндорцы были едины. Они даже иногда и проклятья насылали, когда некоторые сумасшедшие пытались напасть на Аделаиду. Больше всего отличался Рон, который лез в драку с каждым, кто хотя бы как-то плохо высказывался о Поттер. Аделаиде и Гермионе приходилось его останавливать. Воскрешение Того-Кого-Нельзя-Называть? Стоит ли упоминать, что Гермиона и Рон поверили своей подруге сразу, ни капли не сомневаясь в ее словах? А потом еще и начали строить планы, как его низвергнуть. Правда, предложения Рона были настолько комичными, что девушки от смеха чуть по полу не валялись. Многие гриффиндорцы, правда, не верили в слова Поттер, но все также за пределами гостиной даже намека не подавали, что не верят. Что творилось внутри, когда факультет разделялся на две части: одна верит Поттер, другая — нет, Ада и вспоминать не хотела. Правда, ее сильно тяготил тот факт, что это незримое разделение факультета было до сих пор, ведь Волдеморт до сих пор не явил магическому миру свой страшный лик. Аделаида совсем недавно чуть не угодила в его ловушку — он послал ей видение про пытки крестного. Гермиона вовремя остановила подругу, которая уже собиралась сбегать из школы и вломиться в Отдел Тайн. Послушавшись Грейнджер, Аделаида вызвала Кричера. И пусть домовик соврал о том, что Сириус не дома, Гермионе хватило мудрости заметить, что он увиливает и добраться до правды. Домовик попытался сбежать, как только понял, что его раскрыли, но у Рона была хорошая реакция и уши домовика оказались в ловушке его рук. В итоге девушки с помощью домовика перенеслись в поместье Блэков и нашли Сириуса на чердаке. Аделаида тогда плакала, обнимая крестного, и больше не вернулась в школу, так как уже сдала экзамены. К Дурслям девушка тоже не вернулась, послав Дамблдора куда подальше и уверяя, что защита на поместье Блэков не уступает защите кровной. Сириус ее поддержал, и Дамблдор смирился. Только в его голубых глазах мерцали искры злости, но он не дурак, чтобы идти против Блэка в его же родовом поместье. Гермиона, к слову, то лето тоже провела в поместье, почти не выходя из библиотеки. Поттер, от скуки, присоединилась к подруге, и все лето они вчитывались в древние фолианты. Рон, который наведывался к ним в гости, смирился и присоединился к ним. Оказалось, что книги с учебным материалом бывают интересными. Поттер остановилась за пару метров до входа в класс Трансфигурации, молча наблюдая за двумя обособленными кучками студентов шестого курса. Гриффиндорцы, как всегда, были в своем стиле: раскрытые мантии, у некоторых парней были видны синие магловские джинсы, а у девушек короткие юбки. Слизеринцы же тоже не изменяли своих традиций: мантии были застегнуты на все пуговицы, на лицах застыло надменное выражение, и только иногда можно было заметить слабую улыбку, выдавленную на лице из вежливости к собеседнику. Студенты мужского пола носили черные классические брюки, а вот у девушек были юбки, однако, подлиннее, чем у гриффиндорок. Аделаида усмехнулась: различия были в одежде, но все равно они все были подростками, которые пытались что-то доказать. Сколько раз она сама доказывала всему магическому миру, что именно она — герой, что она — добрый и хороший человек? Она следовала правилам школы, старалась не влезать во всякие приключения, только вот эти самые приключения интересным способом находили ее сами. Поэтому этим летом Аделаида совсем наплевала на правила, волнуясь о другом. С момента воскрешения Темного Лорда, Поттер была сама не своя: все казалось не тем. Словно не должно было, так произойти. Сириус заявлял, что это в ней проснулась блэковская паранойя. Но Аделаида не могла назвать это обычной паранойей. Ей было грустно, плохо, интуиция вопила о том, что все произошло в корне неверно. Однако нигде девушка не нашла подсказок на счет того, что с ней все-таки происходит. Поттер покачала головой, выбираясь из своих мыслей, и обратила внимание на сокурсников. Что-то не так. Аделаида покрутила головой и снова внимательно оглядела толпу. Чего-то не хватало, какой-то важной детали. Стоп. А где Гермиона и Нотт? Точно. Этих двоих в коридоре не было, и Аделаида закатила глаза. Если ее подруга думает, что она ничего не замечает, то ей явно стоит пересмотреть свою точку зрения. Слишком часто эти двое стали одновременно пропадать с глаз других. Когда это все началось? Год назад или два? Аделаида не помнила, когда стала замечать, что ее лучшая подруга время от времени кидает взгляд на слизеринский стол. Изначально, можно было предположить, что это лишь обычные совпадения, ведь очень часто слизеринцы подходили к ним, чтобы сказать что-то неприятное. Это можно было бы списать на осторожность. Да вот только заплаканные глаза Гермионы и беспокойство в ее глазах с начала шестого курса говорило о другом. Теодор Нотт за лето изменился до неузнаваемости — щеки стали впалыми, под глазами появились синяки, да и сам парень стал нервным и постоянно оглядывался. Ситуация усугубляло также то, что и Драко Малфой выглядел таким же образом. Даже идиоту было бы понятно, что двое «слизеринских принцев», как их прозвали, влезли в какие-то неприятности. И вопреки мнению профессора Снейпа, Аделаида тоже отличалась достаточно хорошим умом. Девушка знала, что Гермиона переживает за Теодора, и прекрасно понимала из-за чего. Они-то знали, что идет уже второй год, как в мир живых вернулся самый могущественный темный маг этого столетия. Только наорать на подругу иногда хотелось, потому что Гермиона пытается справиться со своими переживаниями сама. — Опять их нет, да? — внезапно рядом появился Рон. — Когда-нибудь их спалят, — кивнула Поттер. — А что у тебя с Лавандой? — Знаешь, я, наверное, повторю прошлую лекцию, — ушел от ответа Рон и действительно развернул пергамент с лекцией. Поттер рассмеялась, развернулась и заглянула в другой коридор — посмотреть нет ли знакомой фигуры. И правда, Гермиона уже подходила к повороту, на ходу пытаясь пригладить свои пушистые волосы. Аделаида улыбнулась — знала же, что это бесполезно. Волосы Гермионы были что-то с чем-то, хотя, возможно, заклинание укладки могло бы спасти положение. Не успела Аделаида сказать подруге «привет», как услышала с ее стороны громкое: — Ада, берегись! Но заклинание долетело быстрее слов Гермионы и ударило ее прямо в спину, после чего девушка в тот же миг потеряла сознание, падая на пол. Поттер еще долго не узнает, что в школу вызвали колдомедиков из Мунго, потому что мадам Пофри не смогла ее расколдовать. Бедный первокурсник, который применил заклинание, уверял, что просто пытался вызвать Люмос, а получилось что-то иное. Героиня магической Британии была жива, только находилась в коме, не замечая, что вокруг нее постоянно были переживающие за нее люди. Что такое магия? Даже сами волшебники порой задаются этим вопросом, не зная на него ответа. Они пользуются магией, совершают ритуалы, живут ей, но она, как и ветер, является свободной стихией, способной на многое. Именно в этот день магия, смеясь, приняла решение изменить судьбы.

Без прошлого нет будущего.

Без будущего — настоящего.