mixed feels

машина преступников просто взяла и остановилась. Что-же, весьма неожиданно. По предположениям должна была состояться погоня. В недоумении остались все, начиная с Сакагучи и Дазая, заканчивая подчинёнными. — Анго, командуй. — Осаму очнулся первым. Нужно как можно быстрее принять меры. Наконец, шатен сумел вытащить друга из внутренней катастрофы в мозгу. Анго быстро составил план действий, который сильно не отличался от прошлого. Все служащие мигом окружили машину, направив на них свои оружия, однако, пока атаки не было. Нужно узнать чего удумали эти преступники, Анго пока не давал команды вступать в бой.

Прошла минута.

Три минуты.

Тишина не нарушалась. Сплошное напряжение.

Пять минут.

Семь минут.

— Ну всё, надоело! — Анго, будучи разъярённый полным игнором ситуации со стороны мошенников, отобрал оружие у одного из подчинённых и направился прямиком к тонированным стëклам окон автомобиля. Он уже встал впритык к машине, а реакции всë также ноль. Все опять в полном замешательстве, а у Дазая проскочила ещё одна теория. Сакагучи резко дёргает за ручку двери от машины, приводя всех в новоиспечённых ступор, а Осаму тем более. Теория подтвердилась. Ни Маргарет, ни Натаниэля в машине не было. Йосано и подавно. Был лишь бедный толстый мужчина за рулем, уже смирившийся и ждущий своей смерти. С его лба стекла капля пота, волосы сальные, сам он весь красный, даже словечка вымолвить не может. Н молча смотрел на Анго своими маленькими мокрыми глазами, ожидая своего конца. Дазай так и подумал, Маргарет и Натаниэль умудрились оставить подставного. — Что за... — Сакагучи смерил его шокированным взглядом, паралельно с этим корчась от неприятного, нет, даже омерзительного вида этого индивида. Омерзителен ему был не столько внешний вид, сколько отсутствие борьбы за свою жизнь и слабость этого маленького человека, неспособного бороться за личную свободу. Анго просто захотелось хлопнуть дверью так, чтобы она отвалилась, а за ней и весь оставшийся автомобиль развалился на куски, то же самое проделывая с человеком внутри. Так он отказался ему противен. Сакагучи переполняла ярость от того, что вместо бедной девушки в машине его встретило нечто подобное. Осаму не понял, почему его друг так долго смотрит на внутренность машины, ведь всё предельно понятно и нужно скорее выдвигаться дальше, не теряя ни секунды. — Эй, Анго. Мы торопимся. — Окликнул Дазай. Сакагучи наконец принял решение. Он не убьёт его. Ну, разве что сейчас. Хотя… скорее всего, узнав, что Анго собирается с ним делать, тот не раздумывая предпочёл бы смерть. Сейчас этого подлеца загружают в одну из машин, там его будут строго охранять. Сделав один недолгий звонок, Сакагучи вернулся в автомобиль к Дазаю, и они отправились дальше, по пути обсуждая, как же им достать этих преступников. Знакомый хакер обнаружил ещё пять машин с учётом подставных, в которых может находиться Акико

***

Если Осаму и Анго уже несколько часов находятся в погоне, ломают себе голову по поводу того, как же достать этих негодяев, наконец решить куда ехать, то Мори только сейчас, когда настал рассвет, стал готовиться и выезжать. Однако, всё это время, в которое его дети мирно спали, Огай не сидел просто так. Ночью, когда он уже заканчивал свои копошения с бумагами и проверку отчётов, ему звонил Анго. Сакагучи на тот момент как раз обнаружил подставного в машине. Так как они все же на время выполнения операции.сплотились, у Анго была небольшая просьба. Вот потому-то Огай и не сидел без дела, ведь выполнял эту просьбу. После обнаружения того подставного мужика, который так не понравился Сакагучи, негодяя увезли в порт. Н был помещён в подвал мафии. С ним должен был побеседовать Мори, вытянуть как можно больше информации. Конечно, так как Н является лишь пешкой персон свыше, он вряд-ли знает многое об организации, в которой состоит. Но даже так, раз представилась возможность–нужно её использовать. Вздыхая и наконец отбрасывая свои бумажные хлопоты, Огай встаёт со своего дорогущего кресла и потягивается, уже будучи в предвкушении того, как сейчас разомнется в подвале мафии. Своë чёрное пальто, бордовый шарф, и кожаные туфли, которые стоят целое состояние, Мори сменил на белоснежный халат, такие же перчатки и белые резиновые тапочки. В общем –стандартное одеяние доктора, будто только из поликлиники прибежал. Ко всему своему наряду, в качестве обязательного предмет, шёл белый чемоданчик, довольно крупного размера и, конечно, с красным крестом посередине. Подставной мужчина был брошен в сырое, тёмное помещение с холодным кафелем, который был забрызган уже застывшей кровью предыдущих жертв, находившихся в этом самом месте. Вход в комнату охраняли двое высоких, накаченных и вооружённых парней в чёрных костюмах. Освещение было плохим, висела лишь одна еле горящая лампа, которая периодически мигала, тем самым добавляя ещё более устрашающий вид этому и так ужасному месту. Н забился в углу, самочувствие его было ужасное: то бросало в жар, то знобило, иногда сердце покалывало, а голова, казалось, распухла от напряжения и ужасных мыслей в ней. Это было лишь началом ужаса, ведь потом со стороны лестницы послышались шаги.

Он шëл сюда.

Одним своим взглядом Огай дал понять своим подчинённым охранникам, что им стоит немедленно покинуть это место. Парни сразу поспешили удалиться, Мори же, моментально попав в помещение, закрыл железную дверь на ключ. У Н резко закружилась голова, потемнело в глазах и забилось сердце с кошмарной скоростью. Дошло осознание, что сейчас, вероятнее всего, он ощущает своё тело и собственный разум последние пару часов. Быструю смерть ему вряд ли даруют. Действительно, узнав чуть раньше о том, куда его собрались тогда везти, он бы предпочёл умереть в машине от выстрела Анго. Огай томно приближался к своей жертве. Правой рукой он держал чемодан, а левой тащил громко скрипящий своими ножками по кафелю, стул. — Ну-с, не будем тянуть. Меньше воды больше дела, мой дорогой. — Босс Мафии поставил этот самый стул прямо перед Н. — Будь любезен, присядь без всяких унижений. Тело стало ватным. Н прекрасно понимал, что лучше повиноваться каждому сказанному слову, иначе ему это обернётся невыносимой болью. Но при всём желании выполнить приказ и сесть, мужчина лишь извивался на полу, подобно всякому червяку или глисту. Он просто от страха разучился управлять своей тушой. — Не могу. — Промямлил в пол Н, не осмеливаясь подымать глаза. У него было ощущение, что над ним встало само исчадие ада. Хотя, так оно и есть. — Не можешь? Ох, досадно. Значит эти ноги всë же бесполезны. Предлагаю избавиться от них. — Огай со стуком опускает на пол свой чемодан и начинает вытаскивать инструмент. По окончанию сказанной Мори фразы, сердце Н ёкнуло. Он проклял свою беспомощность и потерянность. Тело не слушалось, сотворяя предательство перед своим хозяином. Всё же, подняв свой взор наверх, несчастный подставной увидал возвышающийся над ним ампутационный нож. Это было последнее что он увидел, прежде чем его вырубило от болевого шока. Он начал было кричать, но потом он перестал слышать свой истошный голос. Часть его левой ноги лежала на полу, рядом с его головой. Удар Огая был настолько силён, что и плитку под ногой тоже пробило. Куча крови, торчащая оставшаяся кость — всë это только начальный этап пыток Огая. Возможно странно, но в чемодане были и лекарства. Мори сам поднял мужчину, который был без сознания, посадил на стул и остановил кровотечение, приводя его обратно в рассудок, чтобы потом причинить ещё больше боли. Прошло немного времени. Мори привык к подобному и знает как быстро разбудить человека в такой ситуации. Н открыл глаза, перед ним снова этот дьявол. В его собственных руках что то есть, опуская взгляд, он видит половину своей же ноги. Он уже хотел было снова потерять сознание, но Огай не позволил. — Итак, как называется ваша организация? — Мори задал свой первый вопрос. Он и не ждал, что ему отчеканят ответ в таком состоянии, однако-ж… — Я не знаю. — Пробормотал Н. Ему можно поверить. Обычно в крупных организациях таких мелочных людей не опускают в подробности. Он лишь являлся соучастником. Но… Приглядевшись к той самой отрезанной ноге, Мори заметил кажется какой то символ. Буква «Г» была набита на его левой конечности. — Что это значит? — Доктор спешит поинтересоваться. Возможно, это знак организации, для опознания «своих». — Я не знаю. — Вновь бормочет человек на стуле. Н закрыл глаза и не хочет больше никогда смотреть на свою ногу. А вот этому уже Огай не верит. В мафии он не использует так называемые отличительные знаки, но это не значит, что он не знает об их происхождении. Как правило, если человек имеет такую татуировку из-за преступной организации, то ему обязательно объяснят люди свыше о том, что она значит. Ну, а будь это татуировка не «отличительным знаком», а собственным желанием, то Н бы знал о еë значении сам. А так как Н ответил «не знаю», можно сделать вывод, что это ложь, и всё таки это отличительный знак. А не говорит он о нём просто потому что нельзя. В наказание Мори решил по озорничать и вытворить кое-что не для слабонервных. Из своего чемодана он вытащил зажимы, с их помощью он закрепил нижние и верхние веки так, чтобы мужчина не мог закрыть глаза и в общем моргать. Далее Мори взял кусок той самой ноги и стал держать еë одной рукой прямо перед лицом Н. В другой руке у него был скальпель. Он тихонько разрезал плоть ноги, вырисовывая треугольник вокруг этой самой «Г». Такой ракурс Босс мафии специально выбрал, чтобы подставному было лучше видно. От такого зрелища в исполнении с его собственной конечностью жертву вырвало. Не останавливаясь на этом, кусочки кожи ноги Огай решил… засунуть в рот Н. После этого он перебинтовал ему челюсть так, что пришлось глотать. Как же хорошо, что у подвала такая хорошая звукоизоляция, иначе бы эти крики мешали работать мафиози в офисе. Сняв бинты и дав ещё одну возможность говорить, Мори заново задал свой вопрос. На этот раз он добился успеха, его мысль оказалась верна. — Кхъ-тьфу, г...Гильдия. — Выплюнув кровь, Н дал ответ. — Ну вот, мог и сразу сказать. Вкусно тебе было? — Рассмеялся Огай, а вот жертву снова вырвало. — Хорошо. Где находится штаб вашей организации? — Мори достал из чемодана щипцы, которыми он собирается выдергивать ногти на руках, если Н не ответит на вопрос. Зажимы с век он тоже снял. — Штаб. Он… — Подставного снова неудержимо стошнило. — Где? — С криком перебил его Мори, от чего того всего передёрнуло. — Пре-фек-тура Аомори. На севере острова Хонсю. Кхэ! — Тихо и по слогам произносил Подставной, иногда харкая кровью. — Надо-же, какой ты полезный. Префектура Аомори говоришь? Хм, туда ехать восемь часов. А если... — А если Анго и Дазай едут в абсолютно не том направлении? Скорее всего, Акико везут в штаб, который, как выяснилось, находится в Аомори. Нужно предупредить! Мори прямо там достаёт телефон, который всегда был в кармане и набирает номер своего старого информатора. — То есть как это Аомори!? Это же в абсолютно другую сторону… — Верить или нет этому человечишке я не знаю. Передай хакеру, Катай-куну, чтобы он просмотрел и ту территорию. — На этом Огай положил трубку. Сейчас его ждет занятие куда интереснее. За время, пока Мори разговаривал по телефону, Н успел вырубиться. Босс мафии ещё располагает достаточным количеством времени, чтобы повеселиться и потому ни в чем себе не отказывает. Он пытал Н разными способами: вырывал ногти, проводил скальпелем по векам над глазами и по другим частям лица, полностью по итогу его изуродовав, лишил правую руку пальцев, сжег волосы на его голове, и, наконец, приступил к самому ужасному. Самой большой пыткой оказалось бросить его взаперти, не убив до конца. Скажете, что он этого ничем не заслужил, что Мори слишком жесток и проблематичен? Абсолютно верно. Его работа должна оказывать постоянное давление на его психику, он не должен быть добрым и щадящим. Но вот загвоздка — при виде своих детей, он словно превращается в нового человека. Как же такое возможно…

***

На утро было принято решение: Анго и Дазай продолжат погоню за другими машинами в сторону Осаки, в которых могли бы быть Маргарет, Готорн и Акико, а Мори, Коë и Чуя полетят в префектуру Аомори. Кто то из них все же докопается до истины. Чуя был слегка встревожен податливостью своего отчима. Это не простая шайка бандитов, а целая организация. Если он сейчас проделывает всë это только из жажды мести за похищение детей… — Чуя, я не столь легкомыслен. Я догадываюсь, чего именно этой группировке нужно, и какие выгоды для себя я могу извлечь при победном исходе. — Отвечает Мори на заданный вопрос. Подробнее Накахара и не собирается спрашивать, он знает, что раз Мори сразу не сказал, что это за «выгода», то он просто не собирается о ней рассказывать. Спрашивать бесполезно.

***

Дазай с Анго поймали и арестовали ещё несколько таких подставных людей. Сколько времени они находятся в поисках и стрессе? Парни просто надеялись, что Огай справится куда лучше. По плану они как раз должны пойти на посадку через двадцать минут, после этого они начнут масштабные поиски. Дазай время от времени переписывался с Чуей, они оба уже и забыли, что им скоро в колледж. У Дазая подработка есть, которую он со всеми этими хлопотами тоже временно забросил. По телефону рыжик рассказывал и о состоянии своей сестры: Коë сама не своя. Она будто тускнеет и тускнеет. О состоянии Акико даже думать страшно, лишь бы живая была. Прошло ещё сорок минут. Анго и Дазай совсем отчаялись. — Как думаешь, Анго, какова вероятность того, что она жива? — Потупив глазки спрашивает Осаму. Помолчав, Сакагучи ответил: — Семьдесят процентов. Раз она им так понадобилась, то явно не для того, чтобы убить. Правда я уже сколько над этим размышляю, для чего-же им невинная студентка… Грустные мысли разогнал звонок телефона. Огай звонит. Анго спешно нажимает на кнопку для принятия вызова и ставит на громкую связь. — Скорее всего, подставной не солгал. Мы уже пересели в автомобили и, кажется, мы вышли на них. По данным, перед нами едет машина, в которой должны находиться трое человек и холодные орудия. Они едут, соблюдая правила дорожного движения, но каждый раз сворачивают на дороги, ведущие прямиком к подножью горы Хаккода. Там есть лес и озеро, думаю их штаб расположен как раз таки в глубине леса. — Огай подробно рассказал о всей информации, которой владеет. Анго приказал своему водителю и другим подчинённым сменить направление к ближайшему аэропорту и первым же рейсом вылетать в Аомори. — Ну наконец-то! — Дазай слегка повеселел. Уже через час Осаму и его старый друг прибыли в Аомори. Мори тем временем успешно следил за той самой машиной, в которой находилась их цель. Он успел окончательно убедиться в том, что за рулем находится Готорн, насчет Йосано гарантий нет. Мори разделил своих подчинённых на несколько машин и разбросал их в разных местах. Сам он тихонько ехал, не подавая никаких причин для подозрения. Пока Огай был отвлечен разговорами об организационных моментах со своим подчинённым, Коë и Чуя беседовали на задних сиденьях. Разговор был весьма интересным. Брат и сестра строили планы о том, как соберутся гулять, как только закончится весь этот кошмар. Все вместе. Они и Дазай с Йосано. — Мы возьмём с собой Баки. Я буду за рулем и отвезу нас на набережную. Будем кричать и смеяться на всю Японию; время будет за полночь, но мы продолжим творить всякую фигню и весело проводить время, наконец избавившись от всего этого ужаса. Я так хочу скорее увидеть счастливую улыбку Йосано и таких же счастливых и веселых тебя с Дазаем. — С воодушевлением рассказывала Озаки, а Чуя слушал её при всём внимании, иногда добавляя свои идеи, по типу: «нужно будет еще встретить рассвет и прямо в одежде сигануть в море, опять.» Они обязательно исполнят этот план, как только вернут свою подругу. Нужно лишь одно — живая и здоровая Йосано. С остальным они справятся. За таким разговором и пролетело время. Мотивации разнести врагов в пух и прах стало намного больше, они поставили перед собой цель: во что бы то ни стало провести счастливое время вчетвером. Анго и Осаму давно нагнали их и ехали хвостом за Огаем. Они прибыли в местность, покрытую лесом. Это и был горный хребет Хаккода. В хребет входит около двух десятков стратовулканов и вулканических куполов, сложенных в основном андезитами, дацитами и базальтами, сейсмическая активность частенько заставляет местных жителей по переживать. Сакагучи однажды бывал в этом месте по работе. Он поведал Осаму о том, что самая высокая точка горы — вулкан О-дакэ высотой в тысячу пятьсот восемьдесят пять метров. Следуя за машиной Готорна, они всë глубже зарывались в лес, и , скорее всего, Натаниэль уже понял, что за ним хвост. Он просто продолжает ехать в свой пункт назначения. Мори предполагает, что он предупредил своих о визите гостей, их там ждут. Даже если так, Огай и Анго убеждены в том, что смогут дать отпор. Недалеко от них едут подчинённые — машины, которые забиты просто колоссальным количеством холодного и очень мощного орудия. Мало того и сами подчинённые не лыком шиты, их навыки повергнут в шок какого-либо профессионального чемпиона по боксу или что то в этом роде. Наконец, в дали стало вырисовываться здание. Подъезжая ближе, можно описать эту постройку, как традиционный японский храм, который кажется ветхим на первый взгляд и очень даже крупным в размерах. Он был просто огромен. — Ничего не понимаю. Этот дряхлый домина и есть их штаб? Я думал всë будет серьезнее. — Огай высказывает своё мнение. Впрочем, все остальные думали точно так же. Ожидалась многоэтажная база, с ног до головы забитой вооружёнными людьми, которые так просто не пустят даже близко к штабу. А тут какое-то место преподношения в лесу. Странно. Огай и Анго остановились, спрятав машины за кустами и деревьями недалеко от самой постройки. Анго желал просто выкрасть Акико и, уносясь со всех ног, оставить взрывчатку в этом самом месте. А Огай хотел сделать всë по красоте и лично разобраться с их лидером. Он хотел знать, подтвердится ли его теория. Затем просто всех поубивать, чтобы не мешались под ногами в дальнейшем. Ну, а Дазай хотел крабовые чипсы. Они соблюдали приличную дистанцию и наблюдали как Маргарет и Готорн паркуют свою машину, встают со своих мест и вместе идут открывать задние двери автомобиля. Натаниэль постоянно оборачивался, смотрел по сторонам. К ним из храма выбежали их, по-видимому, коллеги. Вместе они стали вытаскивать из машины большой, обмотанный каким-то бежевым полотном объект.

«Йосано!» — Пронеслось у всех в голове.

Да, это было очень похоже на закутанного полностью человека. Оно не двигалось и было не ясно, поступает ли в лёгкие воздух. Возможно, она уже была лишена возможности дышать. Пыхтя, они потащили объект во внутрь. Вот теперь точно – медлить нельзя! Как Мори, так и Анго пытались всеми силами удержать Коë, Чую и Дазая здесь, чтобы они не входили в помещение. Но уже поздно, приплыли тапочки к дивану. Их было не удержать, вообще Мори и Анго собирались оставить подростков в Токио, но они сами прыгнули в машины и наотрез отказывались из них выходить. Особенно вперёд всех бежала Коё. Куча вооружённых подчинённых Портовой мафии и отдела Министерства иностранных дел погнались следом за Маргарет и Готорном. За ними поспевали Мори и Анго вместе с Акутагавой и Хигучи, а дети охранялись другими вооружёнными подчинёнными спереди и сзади. Как только мафиози приблизились к участку, к ним на встречу выбежали около тридцати не хило подготовленных людей с автоматами. — Значит, все-таки ждали. Ну, Анго, по тихому не получится, тогда будет по моему. — Усмехнулся Мори. Уже по традиции началась перестрелка и, как и во всех предыдущих боях под покровительством Мори Огая, победу одержала Портовая мафия. Детей, конечно же, на поле боя не пустили. Лишь по окончанию битвы они по тихому, все так-же будучи полностью окруженными защитой в виде сотрудников мафии, продвинулись дальше. Акутагава и Хигучи направлялись рука об руку со своим Боссом и Анго прямиком в глубь Храма. Они шли туда, где судьба обещала устроить нечто интересное. Огромная толпа людей быстрым шагом пересекла длинный и широкий коридор, на удивление посторонних шумов не возникало. Сбежать решили? Что за организация такая, мало того что расположились в древнейшем храме, так ещё и кроме небольших стрелялок и преподать ничего не могут. Наконец, коридор преодолен, но что дальше? Они оказались в большой зале, ничем непримечательной и схожей на совершенно обычное место для проведения религиозных ритуалов. Подчиненным дали приказ немедленно обыскать здание. — Здесь есть спуск в подвал! — Вскрикнул Анго, указывая на пол. И впрямь дощечки в этом месте отличались от других. Пол моментально вскрыли, Акутагава и Хигучи первыми ринулись вниз. Подвал был довольно глубокий, становилось жутко от осознания размера этого неизвестного здания, скрывающего в себе точно таких же неизвестных людей. Спустя некоторое время таких бегов, мафиози предстали напротив своих врагов. Подчинённые мигом направили свои стволы на объект призрения. Однако, кажется это не просто сотрудник Гильдии. Мори и Анго тоже уже были тут и видели своими глазами то, что произошло дальше. — Портовая мафия? Ох, а я наслышан о вас. Что-же вас сюда привело? — Это говорит высокий и стройный человек, одетый с головой в чёрный плащ, похожий на дождевик. — А то вы не знаете. Полагаю, вы один из подчиненных Гильдии? — Пока Мори толковал с непонятным мужчиной, припершемуся сюда Дазаю он казался слишком знакомым. Почему? — Предлагаю разойтись мирным путём, как на это смотрите? Мы ведь с вами разумные люди. — Человек с голубыми глазами, который так и не ответил на вопрос, в глазах остальных сейчас выглядит полным придурком, но все понимают, что даже так не стоит его недооценивать. Мирный путь? О чем он вообще? На него направлено куча прицелов автомата, в любой момент ему могут спокойно отрубить голову, такие головорезы, как Акутагава и его помощница. Странно, что кроме этого мужчины больше никого не видать, а может он время тянет? Кроме того, Анго уверен, что Маргарет и Натаниэль руководят организацией. — Говори, где ваш лидер? — Приказным тоном спрашивает Огай. Надо бы поспешить, нужно скорее вернуть Акико — Тебя сейчас пристрелят, мы торопимся. Отвечай. Мужчина скинул с себя свой темный капюшон и растянулся в безумной улыбке. — Лидер...Прямо перед вами. — Взору открылся внешний вид незнакомца. Дазай перечислял про себя: высокий и стройный человек с зачёсанными светлыми волосами и прозрачными голубыми глазами. Да! Осаму будто током ударило. «Не хватает лишь официального костюма кремового цвета с галстуком! Я тебя вспомнил.» Мори слегка удивлен такому заявлению. Если он лидер, то его нельзя спешить убивать. С ним нужно сначала побеседовать о его замыслах, а после жестоко покарать за причинённые неудобства. Огай ждал подтверждения своей теории. — Правильно понимаю, мирного пути не желаете? Другого и не ожидал. —Помещение и без того было тёмное, но теперь в нём потухли даже совсем слабо освещавшие факелы. Мафиози понимали, что открывать стрельбу огромный риск, ведь можно попасть по своим. Не тут-то было, Акутагава стоял рядом с назвавшим себя лидером Гильдии и моментально схватил его, применив приём и бросив на пол. В далеке открылась какая-то дверь, за ней скрывалось множество временно притаившейся боевой мощи вражеской организации. Брошенная туша громко крикнула «огонь!», после чего незнакомец накрыл голову руками. Даже будучи в темноте, многие мафиози хорошо сориентировались и эвакуировали подростков наверх. Кажется, по планам так называемого лидера нужно сначала потянуть время, а затем во время бойни незаметно скрыться. Видимо, глава Гильдии не учёл способности Рюноске, вот незадача. Мори и Анго тоже были вооружены и идеально владели боевыми искусствами. В свете пушек они свободно дрались со всеми, кто вставал на пути к той самой двери. Пока внизу раздавались ужасные звуки побоища, Дазай поспешил поделиться с Чуей и Озаки своим шоком. — Чуя, я его помню, ты тоже должен вспомнить! — Осаму начал в попыхах объяснять. Брат с сестрой явно в полном недоумении от такой информации. Накахаре казалось, что видел этого мужчину впервые. — Где ты мог его видеть, да ещё и со мной!? — Чуя совсем не понимает. — Замени его тупой дождевик на официальной костюм кремового цвета с галстуком. Это точно он! Ну? Помнишь тот день, когда в библиотеке я чуть не упал с лестницы, но ты поймал стремянку? Прежде, чем я продал тебе детектив, я обслуживал этого мужчину! Да. От осознания и у Чуи появилось ощущение, что его шарахнуло током. Память мигом восстановилась, воспоминания разблокировались. Ну точно, сначала он с Дазаем что-то искал за огромными книжными полками, а потом Чуя столкнулся с Осаму, рядом с которым и шел этот мужчина. Так-то оно так, но память Дазая шокирует. Чуя сам бы не вспомнил рандомного человека, который пришёл покупать книгу. Погодите-ка, чего это там внизу тихо стало? Подчинённые отправились разведать обстановку. Спустившись в подвал, мафиози оказались в небольшом ступоре, ведь в этом самом месте, где только что происходило уничтожение всего живого и построение портала в ад, теперь пусто. Конечно, не без горы бездыханных тел на пол. Для людей, контролируемых Огаем, это обыденная вещь. Та дверь вела к запасному эвакуационному выходу в лес. Видимо весь эпатаж переместился на улицу. Чем ближе они подходили к выходу, тем больше их покидала тишина. Первое, что увидели отряд подчинённых и подростки, выбравшись из подземелья, это феерическое шоу, составленное из раскатных громов от пушек и снаряда из огнеметов. Это настоящая война между Гильдией и Портовой мафией. Детям тут было явно не место. Мори, завидев их, пришел в шок и крикнул своим людям, чтобы они немедленно исчезли с места сражения, параллельно обругав с ног до головы: «Да как вы вообще додумались вывести их сюда прямо сейчас!?» Дазай, Чуя и Коё застыли, словно вкопанные в землю. Наяву творился сущий ад, кровавый поединок. Анго руководил процессом, в то время как Босс мафии отдалился с главой Гильдии. Мафиози сию же минуту стали тащить детей за собой, чтобы через лес выйти к своим машинам. Огай приказал своему самому доверенному и сильному бойцу оторваться от боя и защищать в первую очередь детей. Акутагава отправился выполнять приказ. Студенты чувствовали себя ужасно. Тревога достигла такой степени, что они слабо чувствовали свое сознание, ощущение, что вот-вот каждый из них свалится от бессилия и накатившего страха в обморок. Представшее перед ними зрелище полностью выбило их из себя. На этом поле боя уже образовалось огромное количество трупов. Дазай наблюдал за тем, как мужчина в черном костюме, то есть Акутагава, сильно сжимает его кисть и ведет за собой, уводя по дальше от эпицентра. Он шел быстро, но казалось, что земля под ногами немного качается, выдавая слабо чувствуемые толчки. Состояние брата и сестры было примерно таким-же, в голове не могла сложиться ни одна мысль. Хотя, у Коё голова таила в себе огромное переживание не только за себя, думы о том, как скорее бы покинуть этот ужас, а и огромный страх за Акико. Даже в такой ситуации Озаки не перестает думать о ней. Чуя бежал и был уверен, что сейчас упадет. Земля казалась ему слишком неровной. Но второе дыхание открывалось сразу, как в голове восстанавливается увиденный кошмар на яву. Подростки машинально скидывали свои странные ощущения, по типу вибрации земли и вспышек в небе, на рядом происходящую схватку. Они быстро маневрировали сквозь качающиеся деревья, по тихоньку возвращаясь в рассудок. Вдруг, Озаки подумала, что резко окончательно сошла с ума. Девушка остановилась, не веря своим глазам. Там, примерно в пятидесяти метрах от них, виднелось три человеческие фигуры. Все сразу остановились и обратили внимание на Коё, которая пристально всматривалась в лес. На вопросы «что там?», Озаки лишь указала пальцем на слабо видные силуэты людей. Так как девушка наотрез отказалась продолжать эвакуацию, будучи поглощённая своими мыслями и надеждой, Акутагава дал приказ всем вести себя тихо и пригнуться. Они стали высматривать, подойдя совсем немного ближе. Каков был накативший с двойной силой ужас, когда Коё и Чуя узнали в одном из силуэтов ту самую женщину из полицейского участка. Акутагава тоже её сразу вспомнил, а вот Осаму видел её впервые. — А рядом,наверное, тот придурок, что назвал себя братом Йосано. — Шепотом произнес Чуя. После этого до Дазая дошло, за кем они следят. — Да. Его зовут Натаниэль Готорн, а ту, которая рядом – Маргарет Митчелл. —Говорит Акутагава, владеющий базовой информацией об этих людях. И рядом с ними опять тело, замотанное в простыню. То, которое они недавно вытаскивали из машины. Теперь же это тело было брошено на землю, над ним склонялось огромное, немного сгнившее дерево. Маргарет и Готорн подошли к нему, начиная по тихоньку освобождать человека от этого полотна. Со стороны это выглядело как сатанинский обряд, ритуал. Ребята уже догадывались, что под укрытием находится их подруга, однако морально не были готовы узнать, что же там на самом деле. Конечности охладели в предвкушении, сердце бешено застучало. Натаниэль, проделывая небольшие манипуляции, наконец сбрасывает полотно с её лица.

Глаза Озаки накрыло пеленой слёз, дыхание сбилось. Дрожь по телу прошлась у всех. Там Йосано.

Открылось её бледное, как чистый снег, лицо. Детально разглядеть пока возможности не представлялось, однако, даже так было видно большую и глубокую ссадину рядом с бровью. Она нисколько не затянулась, рана была ярко-красная. Видимо, появилась совсем недавно. Сколько эмоций за столь короткое время ощутила Озаки, было не счесть. Непреодолимое желание броситься вперед и обнять свою подругу доводило девушку до белого каления. Коё стали видеться огромные лучи на темном небесном куполе. Постойте... Эти лучи виделись не только ей, а и всем, кто находился в этом районе. Это происходит на самом деле. В небе возникли ослепительно яркие и длинные полосы, напоминающие северное сияние. Этим световым эффектам причиной было нечто иное, нежели последствие боя между мафией и Гильдией. Голубоватым пламенем были охвачены склоны окружающих посёлки горных хребтов, все застыли в непонимании. Окончательный ужас навела вдруг святящаяся под ногами почва. Далее последовал резкий и кошмарно сильный ветер, раскачивающий огромные деревья леса, как травинки. Все в округе услышали сильный шум, похожий на шум мотора, тотчас же слева от ребят вспыхнула еще одна белая вспышка, которая в течении нескольких секунд возросла по яркости с такой силой, что многим пришлось закрыть леденящие страхом глаза. Ветер мгновенно прекратился, сразу же задрожала земля. Раздался грохот, земля стала разбегаться под ногами. После этого толчка свет быстро стал меркнуть. Низкий тяжелый гул заложил уши, тряска повалила людей на пол, словно домино. Началось сильное землетрясение. О своих конфликтах обе организации мигом забыли, все поспешили эвакуироваться. Нагоняя хаос, падала куча деревьев, благо никого не задело. Электрические заряды потухли, мир вновь погрузился во тьму надвигающейся ночи. Мафиози рванули к выходу из леса, хватая за собой детей Босса. Всё вокруг было наполнено ужасающими воплями. Рушащийся лес нёс в себе панику. Откуда-то из чащи донесся мужской крик, голос похож на Френсиса. Что с ним произошло? Все удалялись прочь, лишь Озаки вновь переживала не о своём благополучии. И так гниющее и слабое дерево шаталось и ломалось напополам, оно вот-вот упадет и раздавит лежащую без сознания Йосано!Забыв о себе напрочь, Коё понеслась к своей подруге, буквально доводя всех до инсульта. Чуя и Дазай громко вскрикнули в попытке остановить девушку, но становилось слишком опасно, мафиози сковали их в своих ладонях и потащили против воли прочь. Пара подчинённых погнались за дочерью Босса, но стремительно разрывавшаяся снизу земля стирала всё желание и возможность отправляться за ней. Деревья вокруг дрожали, каждое из них норовило упасть в любую секунду. Коё быстро преодолевала расстояние до Акико, по счастливой случайности не попадая в трещины земной коры. Подростки с рыком пытались вырваться из железной хватки, но к ним подоспел Анго, заставлявший подчинённых еще быстрее отдаляться от этого места. Вслед за безбашенной девицей понесся Акутагава. Вот она, долгожданная Акико Йосано, всего в паре метров от Коё. Озаки, кажется, потеряла связь с миром, она не видела ничего, кроме свой подруги. Дерево гигантских размеров сгибалось надвое. Вдруг новый толчок, еще сильнее прежнего, повалил девушку на пол. Дерево скрежетало и грохотало, оно стало полным ходом обваливаться вниз. Озаки вскочила, сердце стучало так, как никогда прежде. В глазах засияли искры безумия, она быстрым рывком накрыла собой Йосано.

Дерево, сравнимое с титаном, производя адские звуки и гул земли, окончательно соприкоснулось с землей.

***

Хруст тела девушки слился со звуками адского землетрясения и стонами дерева. Создавая из своей плоти щит, Коё надеялась лишь на одно. Её целью было спасти жизнь дорогого для себя человека, намного больше, чем просто лучшей подруги. Она знала, чем для неё может закончиться этот поступок, но эта дама не смогла остановиться. Последние секунды её сознания показались ей довольно протяжными. Она будто заново прошла весь свой не многолетний путь. Вспомнила, как они с Чуей с самого детства были не разлей вода, как Чуя при малейшей обиде шёл к своей старшей сестре, зная что она подберет нужные слова и встанет в его защиту. Вспомнила, как Огай предложил впервые назвать его папой, как он баловал и исполнял каждый каприз. Мори идеально сыграл для неё роль отца, мысленно она отблагодарила его за это. Он поднял семью на ноги, заставил сиять и Элис, и её детей. Вспомнила, как она с братиком устраивала полный бардак в доме, прыгая, веселясь и строя шалаш из подушек и простынь...Они были совсем детьми. Перед глазами пролетел заезд Чуи в его новой дом и знакомство с Дазаем, который, почему-то, ей всегда нравился просто без причины, она называла это чутьем; красивое, без единого изъяна лицо младшего брата; заботливая и приветливая улыбка Мори; шокированное и благодарное лицо Осаму, в момент когда она подарила ему подвеску; теплые объятия матери и конечно-же, причина самоотверженного поступка–прекрасная, добрая и любимая Акико Йосано — всё это кружило каруселью в покидающем этот мир разуме. А ведь всего пару часов назад Озаки строила счастливые планы на будущее с Чуей. Жаль, что она не сможет в них поучаствовать. Коё столько всего не успела, но запомнила многое...Теперь не будет так больно. В этих долгих секундах она пожелала Чуе постараться быстро пережить всё это, простить её, и понять, что нужно двигаться дальше, просто теперь без сопровождения старшей сестры. Думается ей, что Дазай должен помочь скорее осознать это. Девушка уже не чувствовала своего тела и боли, которую она ощущала в момент, когда её тушу равняли с землей, тогда эта боль сожгла всё изнутри. Даже если дерево над ней изолировало её от внешнего мира, она всё равно увидела лучи света. Коё чувствовала, как её уже изуродованное тело охватило призрачно-голубое сияние, она ушла. Ушла, оставив след в жизнях многих людей.

***

Вместе с оглушительным треском земной коры раздался еще более оглушительный, душераздирающий крик. Мафиози не успели оттащить Чую достаточно далеко. Это произошло прямо на его глазах. Сжигающее душу громкое «НЕТ!» разлетелось эхом по всему трепещущему лесу. Накахара, будто озверевший, вырвался из хватки и побежал к упавшему дереву, глотая слёзы и не имея больше возможности проронить и звука. Дазай погнался следом за ним, подчинённые Мори остановились в ужасе.

Почти забыв как дышать, он здоровенными шагами приближался всё ближе и ближе к остолбеневшему Рюноске. Чуя не верил происходящему.

Акутагава был близок. Очень близок к тому, чтобы остановить несчастную Озаки, сейчас скрывшуюся под завалом огромного дерева. Земля перестала дрожать так сильно, кажется, тряска заканчивалась. Старший мафиози застыл, глядя на место трагедии и потеряв возможность управлять собственным телом. Чуя приближался, а с ним и Осаму. «Пожалуйста, пусть это будет мой очередной ужасный сон! Сейчас я проснусь с тревогой, зато Коё будет в порядке!» — Молился про себя Шатен. Но как-бы он этого не желал, происходящее является жестокой реальностью. Парни добрались до места несчастного случая. Чуя обмер. Горькие слёзы градом полились из красных глаз, он не был в состоянии что-то сказать и как-то пошевелиться, мир полностью расплылся. Дазай, стоявший рядом, тоже мог лишь молчать и, не веря происходящему, в полном шоке смотреть то на Чую, то на дерево. Накахара отрицал такой исход. Он просто не верил своим глазам, до последнего говоря себе, что это не правда. Чуя настолько не верил в её смерть, что выйдя из оцепенения бросился к дереву, начиная его гневно лупить, ломать сучки, разбивая свои кулаки в кровь, в надежде отыскать таким образом сестру. Осаму и Акутагава буквально оттащили его, придерживая, чтобы он не полез повторять эти действия. Парень стал кричать. Истерически кричать, пытаясь вновь вырваться из хватки и стереть это злополучное дерево с лица земли. Эмоциональный всплеск, гнев и страх одновременно овладели Чуей, сводя его с ума. А что чувствовал Дазай? Он вновь свидетель смерти. Парень давно истратил силы на бурные эмоции. Они иссякли, когда его близкие один за другим отправлялись в мир иной, оставляя маленького Осаму совсем одного. Печально видеть смерть. А особенного того, кого любил. Дазаю давно дали понять, что ничто не вечно, однако, даже так он не научился полностью отпускать. Хорошие воспоминания связанные с Одасаку не давали шатену забыть его, как бы он не старался. Теперь Дазай видит, как такая-же участь настигает и Чую, с которым они уже успели довольно сильно сблизиться. Осаму разделял его боль и понимал лучше всех его чувства. Как бы то ни было, к прошлому нельзя возвращаться, и, если в нем осталось сердце, то идти дальше нужно без него. Казалось, хуже быть не может, но на этом горестное выступление не заканчивается, а всего только начинается. Недалеко показался идущий прямиком сюда Мори. В его походке отражалась встревоженность, он не понимал, почему его сын бьется в истерике, а куча его работников столпились вокруг. Наконец, подойдя ко всем он спросил: — Почему прекращена эвакуация, что случилось!? — Спрашивает Огай, все сильнее пугаясь. Он прильнул к Чуе, прижал к груди, пока тот захлебывался в слезах. Дазай завис, тревожность поглощает его, царапая все органы изнутри. У Акутагавы было ощущение, что его голова слетела с шеи, после заданного Боссом вопроса. Ком подкатил к горлу, произнести что-то внятное казалось непосильной задачей. Собрав всю волю в кулак, он попытался объяснить в чём дело, ведь кто, если не Рюноске? Застывшие в страхе мафиози ничего не скажут, бинтованный парень смотрит в одну точку не моргая, ну а Чуя и так понятно. Прокашлявшись, он выдавил из себя слова. — Понимаете, Мори-сан... Озаки-чан, она.. — Услышав имя дочери, у Мори мгновенно уменьшились зрачки, страх будто пырнул его ножом. — Её и Йосано-чан завалило вот этим деревом. — Огай перевел взгляд на огроменное и тяжеленное растение. Напомните, как пользоваться лёгкими? Мори онемел. Теперь всё прояснилось. Накахара после слов Акутагавы зарыдал пуще прежнего. Горе терзало его, губило и издевалось, доводя до изнеможения. Он всё еще отказывался верить в это. Упавшее древо устрашающе шуршало своими листьями, оно будто плакало. Недолго думая, разъяренный Огай заставил срочно достать Коё и Акико из под завала, четко следуя правилам и точной инструкции, благодаря его медицинскому образованию. Слёзы не текли из его глаз, в этом он был схож с Дазаем. В глубине души он надеялся, что сумеет сохранить жизнь дочери. Мори раздобудет любое лекарство; любой, прости господи, орган, донор. Лишь бы было не поздно. Страх метался из стороны в сторону по всему телу, доводя до дрожи в коленях. Мафиози старательно искали варианты. Дошло до того, что были задействованы вертолеты мафии, на которых они и прибыли. Они распилили то, что было возможным и привязали большие куски к вертолету, таким образом аккуратно поднимая сучья наверх. Анго тоже присоединился к процессу, по своему пережив шок от произошедшего. Огай руководил операцией, а так же приказал раздобыть обильное теплое питье и любые холодные предметы, затем принести эластичные бинты, которые всегда находятся у него в машине, и ещё некоторые препараты. Прежде всего Мори был настроен на попытки предотвращения токсического удара после синдрома длительного сдавливания. Наконец, они до них добрались. Дазая и Чую увели по дальше от этого места, чтобы еще сильнее не травмировать их. Рыжему было плохо до тошноты, Огай уже вколол ему успокоительное. Сейчас они сидели с Анго в машине. Чуя засыпал, облокотившись на плечо Осаму из-за действия препарата и слишком большого выброса эмоций с переживаниями. Когда тела пострадавших стали виднеться, успокоительное понадобилось уже и самому Огаю. Страшное и разрывающее сердце зрелище предстало перед ним. Показалось раздавленное тело дочери. Её кости переломаны, теперь она обладатель сдавленного, поначалу красного тела, которое позже приобретет белый цвет, затвердеет и распухнет. Конечности увеличились в объеме, потерялись контуры мышц, отек приобретает такую степень плотности, что конечность становится похожа на деревянную и по твердости, и по звуку, издаваемому при легком постукивании. Раны охватили Озаки с ног до головы, её легкие лопнули. Практически мгновенная смерть, хоть ей в тот момент и казалось иначе.

Мори не выдержал. Впервые Босс мафии показал свои слёзы.

Никому не доводилось прежде видеть плачущего дьявола во плоти. Мори плакал, зная что Озаки уже мертва, но ведь есть ещё один человек. Огай может спасти одного человека. Только вот его никто не интересует кроме своего ребенка. Он впервые ощутил поражение в своей жизни, не думал Мори, что это так больно. Однако, бой меж организаций остался за Портовой мафией, но об этом позже. До этого момента Огай пережил огромное количество смертей, это уже стало частью его жизни, но никогда раньше ему не было так плохо. Его лучик света отныне будет светить в другом мире. Ребенок, рядом с которым он превращался в нового доброго человека, умер. Мори любил эту девочку, давным давно признал её своей дочерью и относился к ней и Чуе, как к золоту. Горькие слезы струёй льются от осознания, что один из его любимых детей погиб ужасной смертью. «Малышка бы расстроилась, если бы узнала, что отдала свою жизнь за девушку, а я, в свою очередь, не довел её дело до конца». — Подумав об этом, он сквозь горе продолжил руководить процессом. Теперь нужно узнать в каком состоянии находится Йосано. Акико сохранилась намного лучше, слабо, но дышит. Живая. Теперь нужно выполнить идеально план по вызволению из под завала, каждая ошибка, каждое неверное движение может стать роковым. Освобождение, приносящее смерть — вот страшный парадокс синдрома длительного сдавливания. Чем дольше сдавливание, тем сильнее токсический удар и тем скорее наступает смерть. Буквально остатки тела Коё подчиненные извлекли и погрузили в машину, теперь пришло время заняться Акико. Огай вколол внутривенно два литра необходимых растворов, наложил на неё защитные жгуты , напоил водой и подготовил девушку к срочному полёту в клинику Огая, где будет происходить дальнейшее лечение и реабилитация. Есть шанс спасти подругу покойной дочери, за которую она отдала свою жизнь. Мори использует его.

***

Портовая мафия и Министерство иностранных дел возвращаются восвояси. Как упоминалось раньше, Мафия всё-же одержала победу в сражении с Гильдией. Чтобы узнать как именно всё это было, перенесемся в недалекое прошлое. Когда на поле боя происходило месиво, главы организаций будто испарились. Мори и Фицжеральд тем временем решали проблемы уединившись, прибегнув к Иайдо . Они находились в чаще леса, тогда землетрясение еще не показывалось во всей красе. Наконец, мы узнаем причину хищения молодой студентки – Акико Йосано. — А разве вы не догадываетесь? Вы ведь грозный и гениальный Босс масштабной организации, я хочу услышать ваши предположения. — Сказал Френсис, замахиваясь катаной. Мори ловко увернулся, а затем ответил. — Есть у меня одна теория. Это всё ради шантажа, верно? Возникает вопрос – где вы нарыли подобную информацию, кто является вашим врагом? — Огай обнажил свой собственный меч. — Ваша догадливость настораживает. С первого раза, и прямо в яблочко. — Глава Гильдии расплылся в странной улыбке. Теория Огая подтвердилась. — А знали ли Вы, дорогой Мори-сан, что эта девушка является дочерью того самого серебряного волка? — Монотонно протянув, Фицжеральд ввел Огая в шок. Мори знал, что она будет связана с кем-то серьёзным, но почему именно с этим человеком? Воспоминания с жаром ударили в голову. В их родство сложно поверить. Речь идет о бывшем напарнике Мори — Юкичи Фукудзаве. Сотрудничество прекратилось, когда Юкичи по неизвестным причинам подался в отставку воина, принимаясь за разработку собственной организации. Если это и в самом деле правда, то почему Йосано не под опекой Фукудзавы? Как Френсис собрался манипулировать Юкичи, если тот «избавился» от дочери? В голове не укладывается, и, кажется, наступают первые предвестники землетрясения. — Ваш план провальный. Даже будь оно правдой, ему будет всё равно, ведь он сам от неё отказался. На кой черт ему сдались ваши угрозы? — Теперь атаковать стал Мори, но и тот увернулся. Пока этим двоим одинаково везет. — О нет, я знаю куда больше. Фукудзава сейчас болен, слаб. Все эти годы ему не было всё равно на эту девушку, он следил за ней, часто "случайным образом" пересекался и тому подобное. Юкичи передал дочь в руки обычной, финансово обеспеченной пары ради её же благополучия, чтобы уберечь её от таких негодяев, как я! — Последнее предложение Френсис проговорил с усмешкой, как бы намекая на просчет врага. Мори внимательно слушал: если Фицжеральд не врет, то действия его организации обретают логику. Огай, совершив быстрый рывок за спину противника, подрезал лезвием руку так, что тот завопил. Мелкой струей кровь капала на траву. Главарь Гильдии бросился давать отпора, но его атака была заблокирована. Мори очень хорошо, прямо-таки в совершенстве владел этим видом боевого искусства, потому что обучал его профессионал. Именно Фукудзава. — Своими выходками Вы доставили много хлопот Портовой мафии, я не оставлю это безнаказанным. — Издевательским тоном докладывает Огай. Френсис молниеносно развернулся, Мори отпрянул от него на приличное расстояние, когда тот с сильным прыжком проделал попытку отрубить голову Боссу мафии, по итогу лишь задев и разрезав его шарф. Мори слишком прыткий. Огорченный неудачей, Фицжеральд брезгливо выкинул кусок ткани на пол, а с его руки все еще капала кровь. Мори не торопился убивать по двум причинам. Первое, он собирал информацию, которую в будущем сможет использовать в своих целях. Второе, быстрая смерть слишком легка для такого гада. Огай собирается поизмываться над ним в своем подвале. Вдруг земля пошатнулась. На небе засияли лучи, почва засветилась, после этого пронесся тот самый ветер. Оно началось. Воспользовавшись моментом ступора врага, опытный Мори левой рукой выполняет тяговое движение, в то время как правая направляет левую. Он плотнее схватил меч, превращая руку с рукояткой в одно целое. Такой техникой он быстрым разрубающим и распиливающим движением оставил Фицжеральда без конечностей ниже колен. После оглушающего вопля землетрясение начинает усиливаться, деревья начинают падать. Подоспел Анго, быстро сообразив о происходящем, он подхватил разрывающегося от боли Френсиса, запирая его в машине с надзирателями. Теперь он пленник. Подчиненные Анго так-же справились и с другими подлецами, Маргарет и Натаниэль тоже находились под надзором. К ним приставили не только сотрудников Министерства иностранных дел, но и одну из сильнейших мафиози Хигучи. Далее Огай отправился к своим людям для проведения эвакуации. С Френсисом, как и планировалось, он побеседует в подвале Мафии.

***

На борту вертолета, летящего в Токио, стояла ужасная, нагнетающая и полная горя атмосфера. Чую вырубило. Его тело слишком измотано после такого стресса, Дазай также сидит с открытыми глазами из последних сил. Он наблюдает за тем, как даже будучи во сне, из закрытых глаз рыжика вытекают слезы. Наверное, во сне к нему явилась сестра. Мори молчит, держа в себе величайшее горе. Это день, когда все после одержанной победы остались разбитыми и недовольными таким исходом. Коё очень рано покинула их, своим уходом сделав большой удар не только по родным. Огай ждет момента, когда он во что-бы то ни стало вылечит Акико, чтобы та рассказала об отношениях с Озаки. Неужели простая дружба может стать поводом для пожертвования своей жизнью? Неужели, решив свой конец буквально за секунду, можно кинуться на помощь? Милая девушка Коё, до ужаса боявшаяся смерти и всего, что с ней связано, взяла и превратила себя в кусок мяса. Помнится, она часто размышляла на философские темы. Однажды, в очередную ночную посиделку, у них с Чуей зашел разговор. Изначально они сделали масочки для лица и собрались вместе посмотреть какое-нибудь аниме. Для них такой досуг был обыденностью. И вот, совсем забыв о запланированном просмотре, сидя в масках, они долго думали, но так и не пришли к единому ответу. Причиной их думы была фраза: «Кануть в вечность–значит стать свободным? Можно ли смерть назвать свободой?».

Теперь Озаки нашла ответ на мучавший их вопрос.