Чешуйки

Арсений - настоящий ценитель экзотики. Это не касалось острых ощущений или еды. Это касалось только животных. Маленькие, большие, милые, страшные - любые звери могли его порадовать. Лемуры, жирафы, ящерки, шиншиллы, и так далее. Это. Одна. Большая. Любовь. Только банальные котики, собачки интереса не вызывали - слишком уж они привычные и скучные. Спят, едят, срут - это все что они в принципе и делают целыми днями. Ничего интересного от них не дождёшься, и что-то новое они и не расскажут. В отличии от очень разговорчивых экзотов, за что их так и полюбил Попов. Ещё будучи восьмилетним школьником он успел побеседовать со всеми кузнечиками района и достать своей болтовней всех улиток. К слову улитки не очень то и разговорчивые, в отличии от ящериц-болтушек. Однажды одна такая рассказала маленькому Арсюшке всю свою жизнь, в красках описала как лишилась своего хвоста, о своих детках и как ей сложно живётся. Попов лишь терпеливо её выслушивал, с очень сложным лицом, как будто от этой информации зависит его жизнь, а потом молча кивнув ушёл. С того момента Попов ещё и не полюбил ящериц. Перепробовав все доступные виды животных, брюнет совсем отчаялся, принимая тот факт что никогда не найдёт "идеального" собеседника в мире животных. Однако, встретив однажды змей, на местной выставке, он влюбился в них по уши. В смысле как в хороших зверушек. Вообще, перспектива трахать безобидных созданий Попову не нравилась. Во-первых не влекло к ним нехера, во-вторых… да это бред. А змеи, как оказалось, довольно остроумны, да и с хорошей памятью. Голос у них гипнотизирующий, а ещё они забавно тянут букву «с» в каждом втором слове. В этот раз все было как обычно. Попов выходил из душа, как обычно голый. В окна его не видно, а живет он один, поэтому ходить с голой задницей- почти ритуал. Капли воды стекают с шеи по торсу, а затем, собирая по пути другие мелкие капли, огромная капля-могучий рейнджер стекает вниз по ногам. Волосы мокрые, а щеки немного горят от жара в ванной. Попов по привычке идёт в зал к своим любимым змейкам. -Привет, Юля!- Арсений садится перед огромным… нет, громадным террариумом со змеями. Синяя Бойга настойчиво подползает ближе, приподнимается чуть вверх, чтобы быть на одном уровне с глазами брюнета. -Привет, Арс-с-сений…- она слегка высовывает раздвоенный язычок, который чуть ли не ударяется в стекло. -Позовёшь своих подружек?- тонкая рука тянется к стеклу, слегка постукивая по нему пальцем. Собеседница отворачивается в сторону и что-то неразборчиво шипит. На её «зов» выползает ещё порядком пятнадцати змей. Длинные тельца лезут со всех щелей, иногда залезая друг на друга. Зрелище- пугающее, однако немного и завораживающе. -Привет, Марина, Вика, Арина, Полина, Соня, Даша, Ксюша, Ева, Таня, Кира, Алёна, Оксана, Ира и Алиса,- мужчина разглядывает своих питомцев, а когда по очереди называет имена, каждая из змей слегка поднимает голову. Каждая из них уникальная, у каждой свой характер, своя расцветка. Есть правда и исключения. Например "близняшки" Алёна и Алиса. Две абсолютно одинаковых мамбы, однако, даже они противоположности друг другу. Попов пересчитывает змей, в надежде что никто опять не уполз, и ему не придется снова ползать на коленях по всей квартире в поисках утраты. Животные ползают по деревянным щепкам, показывают хозяину всю свою красоту. Чешуйки переливаются от света лампы, заставляют смотреть на них. Неожиданно, с ветки маленького деревца, сползает совсем маленькая, по сравнению со своими сестрами, змейка. Явно чем-то недовольная, она спускается ближе в земле и вытягивается во всю свою небольшую длину, держась за ветку только хвостом. -Ой,- Арсений слегка поджимает губы, а затем продолжает,- и тебе привет, Олег! --Опять про меня забываешь, Арс-с-сений?- Змей отворачивается и снова ползет вниз, теперь уж окончательно слезая с ветки. --Ну прости!- надувая тонкие губы говорит брюнет, а затем поднимается с корточек,- не хочешь немного прогуляться? Стеклянная дверца террариума отодвигается, а Попов тянет руку к Японскому ужу, приглашая к себе. Олег, немного подумав, все же заползает в ладонь, обвивая её своим длинным тельцем. Арсений вытягивает руку обратно, напоследок погладив одну из змеек, а затем возвращает свое внимание к Олежке. Уж, в свою очередь, также неторопливо ползет вверх по руке, оплетает шею вокруг и, совершенно нечаянно, касается раздвоенным язычков мочки уха. -Олег, перестань,- Арсений смеется от щекочущих телодвижений змея,- Олежа, блин. Змейка продолжает ползти, но уже спускаясь вниз по другой руке, стараясь перебраться на голый, всё ещё мокрый, торс. Тепленькое тельце сбирает собой оставшиеся капельки воды, а у Арсения от таких неожиданных ощущений пробегают мурашки. Попов сам ,неожиданно для себя, помогает змею, слегка сгибает руку в локте, подносит его всё ниже и ниже. Дзы-ы-ынь. Мужчина слегка подпрыгивает от неожиданности, а змей все так же медленно ползет по руке. Арсений,все также с ужом на теле идет к входной двери. Всё такой же раздетый и чуть чуть ещё мокрый. Странно ли открывать дверь абсолютно голым? Да. Но снимать Олега, сажать его обратно в террариум, одеваться - это всё очень долго, а нежданный гость может и не дождаться. Он два раза проворачивает замок двери, а затем та со скрипом открывается. За входной дверью стоит парень, лет двадцати. Черная рубашка, такие же цветом брюки и белоснежные кроссовки. -Здрасте, я ваш сосед...- зеленые глаза распахиваются, а пушистые брови летят к потолку. Удивленный взгляд сначала цепляется за ужа, а затем уже за оголенное тело мужчины. Но у Попова перехватывает дыхание, как будто он и вовсе забыл как дышать. На кудрявой голове его "гостя" черные, слегка загнутые рога. Его. Сосед. Инкуб. Зеленые, такие же удивленные, глаза темнеют, а зрачки заметно расширяются, но теперь брови хмурятся, а на лице появляется отвращение. Парень поднимает глаза к лицу брюнета, задавая немой, но вполне уместный вопрос. Какого хуя? Только сейчас до Арсения доходит осознание. Он чувствует тепло чужого тельца где-то внизу и опускает взгляд вниз. На колом стоящем члене повис Уж. Он абсолютно голый и мокрый стоит перед своим соседом со змеёй на члене. Щеки моментально краснеют, а руки тянуться снять проказника Олега с себя, но тот, чертовка, обвил ствол довольно крепко и слазить с него не хочет. Кудрявый все так же стоит со сложным лицом и не понимает ничего. Звонить ли ему в органы по защите животных или просто бежать к себе в квартиру чтобы спрятаться под одеялом от стыда. Взгляд зеленых глаз случайно падает за спину хозяина квартиры и сразу же натыкается на огромный клубок змей на полу. Глаза распахиваются ещё шире, хотя кажется что они вот-вот выпадут из орбит, а челюсть сама по себе отвисает. -Это не то о чём ты подумал!- Арсений всё же снимает с себя змея, сажая его к себе на плечо. Олежка теперь заинтересован далеко не членом Попова, а новым, совсем незнакомым человеком. -Ты больной! Бедные змейки!- Антон выставляет руки вперёд себя, а сам чуть ли не срывается на крик.- Что ты с ними делаешь!? -Ничего! Я их не трогаю.- Слова под "чарами" беса совсем путаются. Какой нормальный человек будет приходить к соседям в облике инкуба? -Ага! Поэтому ты с ними на члене ходишь!? -Я их не трахаю! -Ещё скажи что они тебя провоцируют! На крики из подъезда вышла добрая часть соседей, наблюдая за тем, как ругаются два парня, и как один из них отчаянно пытается прикрыть стояк. В какой-то момент разговор перешёл на оскорбления, а Попов не выдержал и одним движением, схватив паренька за рубашку, затащил его в квартиру. Железная дверь оглушительно хлопает, а кудрявого прижимают к стенке и сильно давят на грудь. -Я. Их. Не. Трахаю. Это Олег- тонкие пальцы проходятся по змеиной головке, а затем тычутся собеседнику в лоб,- он захотел прогуляться, я его посадил себе на плечи, а тот, гадёныш сполз по телу. Член у меня стоит на тебя. Ты это, блять, понял?- Через зубы буквально рычит Попов наконец-то отпуская бедного соседа. -На меня?- собеседник приподнимает бровь, смотря как-то недоверчиво,- с чего это ? -Ты инкуб.- и ведь не поспорить, и правда инкуб. В момент непонимающее и сложное лицо кудрявого расплывается в улыбке, а глаза принимают оттенок мокрой травы. Перспектива переспать с соседом, тем более таким как Арсений, была немного странная, но в меру заманчивая. И не смейте осуждать парнишку за его слабости. --Как хоть тебя зовут, любитель змеюк?- тонкая рука тянется к длинному телу Ужа, слегка поглаживает его, а затем ползёт прямо к шее брюнета. -Арсений. -Антон, очень приятно. Вот и познакомились. Голубые, слегка мутные, глаза смотрят в самую душу, а Шастун понимает - нужно валить и трахать. Арсений ощущает слегка холодные руки на собственной шее и по телу пробегает куча мурашек. Кажется что каждая частица тела тянется к соседу. Сухие губы тянутся за поцелуем, а Антон отвечает очень настойчиво, грубо. Выходит слишком мокро и грязно. Слюны слишком много, она стекает по уголкам губ, а рот Арсения буквально вылизывают до блеска. У Арсения никогда не было настолько хороших поцелуев. Да и сможет ли кто нибудь сравнится с Антоном? Нет, явно нет. Умелый язык буквально трахает рот Попова, сводит с ума. Антон горячий, он буквально обжигает своими руками, которые лихорадочно бегают по телу брюнета и царапает его короткими ногтями. Арсений чувствует тепло змеи, руки на собственных бёдрах, чужой язык во рту. Это слишком быстро, жарко, слишком… слишком. Арсений еле отлипает от губ соседа, и уходит в зал, как бы невзначай качая бёдрами. Все тело усыпано родинками и веснушками, которые больше походят на звёзды в молочном небе. Шастун спешно расстегивает рубашку, едва ли не отрывая пуговицы, а затем бросает её к ногам. Потом уберёт. -Так, девочки, быстро домой!- словно старый дед говорит Попов. Змеи что-то в ответ шипят, а Антон, который пошёл вслед за Арсением, просто в полном ахуе. Его сосед - чудик, который мало того что держит ну просто огромное количество змей, так ещё и говорит с ними. Парень лишь прыскает на это, качает головой из стороны в сторону. Ну какой шанс что змеи по приказу поползут в террариум? Но, на удивление, змеи заползают в стеклянный аквариум, а затем и вовсе расползаются по своим углам. -Мы трахаться будем, нет?- Антон стягивает штаны с длинных ног, швыряя их также на пол. -Ну щас! Дай им заползти в террариум! Или хочешь трахаться в кучке змей?!- оборачиваясь на гостя лепечет Попов, наблюдая за тем как тот, чьё имя нельзя называть, облизывает собственные пальцы, а затем ведёт рукой вниз по телу. Обводит тёмные соски, слегка сжимает их пальцами, и те напрягаются. Рука скользит по впалому животу, четко идёт вниз по дорожке волос, а затем обхватывает налитый кровью член. Антон ведёт кистью выше к головке и с немым стоном приходится пальцами по ней. Арсений чувствует, как собственное возбуждение растёт с каждой секундой все сильнее, а на лице играет яркий румянец. Это слишком пошло, стыдно, но глаз оторвать невозможно. Он чувствует на себе чужой взгляд, который буквально гипнотизирует смотреть на него, и Попов смотрит. -Подойди.- четко, громко, с выражением. Это не просто «подойди», что говорят с улыбкой и лёгкостью. Это не «подойди», которое говорят с острой злостью и желанием набить ебало. Это «подойди» после которого хочется упасть на колени и брать в рот без остановки. Брюнет как зачарованный идёт к парню и тут же падает перед ним на колени. Увитая венами рука тянется к члену, но тут же перехватывается чужой рукой, которая вздергивает Попова с пола. -Нет, нет. Не стóит.- руки ложатся на талию мужчины, а потом скользят к ягодицам сжимая их до белых пятен. Арсений смотрит на белый диванчик, а затем и вовсе тянет Антона за собой на него. - Ты такой красивый,- Шаст нависает сверху и разглядывает тело под собой. Такой долговязый, крепкий, но в тоже время хрупкий, словно фарфоровый. Пухлые губы целуют сначала в висок, затем спускаются по линии челюсти, скользят смазанным поцелуем по шее и груди. Антон широко лижет соски, а затем обхватывает их губами, слегка покусывает, выбивает из Попова стон. -Бля-я…- вырывается на выдохе, а Арсений сгорает со стыда. Смотреть на Антона выше его сил, поэтому взгляд цепляется за террариум любимых змеек. Те, лупоглазые, внимательно смотрят за происходящем на диване и даже не краснеют. Змеи умеют краснеть? Арсений приподнимается на локтях и грозно, насколько это возможно, смотрит на своих питомцев. -И не стыдно?- Антон округляет глаза и отрывается от груди брюнета, чуть не заехав ему рогами в нос. -Че?- Антон хмурит брови и наблюдает за тем, как Попов крутит пальцем по кругу, намекая змеям, чтобы они отвернулись. -Они подглядывают!- Арсений запускает руку в кудрявую голову и отпускает её ниже к груди, мол, продолжай. А Шастун и не против. Язык скользит ниже по впалому животу, обводя все родинки и останавливается возле темно розовой головки. --Есть смазка?- зеленый взгляд поднимается к лицу Попова, что рыщет под подушкой, в поисках, видимо, смазки. содержимое небольшого белого тюбика оказывается на пальцах, которые растирают лубрикант, чтобы немного его согреть. -Только честно,- Антон обводит колечко мышц, слегка надавливает, но не входит,- ты вставлял в себя пальцы? -Я вставлял в себя намного большее чем пальцы. Не бойся, я чистый.- усмехается Попов. На самом деле страшно. Все те разы были давно и не правда, кроме резинового члена в Арсении не было ни одного настоящего хуя. Но, к счастью, Арсений знает каково на вкус это «райское наслаждение», поэтому неожиданностей для него не должно быть. Первый палец всегда болезненный. Антон аккуратно, буквально по миллиметру вставляет в Попова дохуя длинный палец, в надежде, что так будет менее больнее. Не будет. -Сука-а…-шипит сквозь зубы брюнет,- вставляй быстрее. Приказ есть приказ. Палец входит резко до конца, а за ним сразу и второй. Руки у Антона- золотые. Он знает как лучше надавить, как двигать, с какой скоростью. Пока Арсения имеют пальцами, он имеет свой мозг. Как же ему хорошо. Глаза закатываются, с ощущением что не выкатятся обратно, а из горла то и дело вырываются тихие стоны. -Быстрей.. пожалуйста,- бровки домиком, а губы расплываются в блаженной улыбке. Третий палец незаметно подкрадывается и также незаметно для Попова оказывается в нём. Смазка хлюпает, стоны слегка становятся громче, а Антон буквально кайфует от этой музыки для ушей. -Всё хорошо?- Антон медленно вытаскивает пальцы, вытирает их об ляжку Попова, а сам заглядывает в небесные глаза. -Заебись… -Отлично. Я продолжу?- Антон гладит бедро Арсения, слегка сжимает в ладони. В ответ Арсений кивает и наблюдает за тем как Шаст выпрямляется и подставляет ко входу головку члена. Он тычется в колечко мышц, но не входит, дразнит. Наконец, ствол входит в Арсения, заставляет того застонать в два раза громче чем до этого. Брюнет тянется рукой к груди Антона, останавливает его, но тот резким движением вбивается по самые яйца. -Бля-я-я. Подожди, подожди, пожалуйста.- Попов откидывает голову назад, дышит полной грудью. Он чувствует чужие губы на своих сосках и горячий член внутри себя и это слишком много. Шастун на пробу двигается, совсем медленно и, не чувствуя сопротивления, продолжает. Член так правильно входит, под отличным углом, попадая чётко по простате. Арсению кажется, что лучше секса у него никогда не будет. -Быстрее, Антош.- Арсений обхватывает ногами талию, тем самым притягивает Антона ближе, заставляя того входить максимально глубоко. Парень ускоряется, шлепки кожи о кожу становятся чаще, а Арсений захлёбывается в собственных стонах. Шастуну кажется, что за всю его жизнь он никогда не трахал столь красивого человека. Попов настолько правильный. Какие у него правильные стоны, как правильно он принимает в себя член шатена, как красиво он выгибается под ним, полностью отдается. Арсений чувствует что сходит с ума. Чувствует как собственные мышцы напрягаются, а затем расслабляются впуская в себя твердый ствол, и ему от этого становится дурно. -Черт... М-м..- брюнет ощущает тугой узел внизу живота и, кажется, его сейчас разорвёт на части от желания кончить.-Господи, п-пожалуйста Антон! Тонкая рука ложится на подрагивающий член и медленно надрачивает, оттягивает оргазм. Арсений тянет парня к себе за шею и заставляет нагнуться ближе. -Если ты мне прямо с-сейчас.. не дашь кончить, я сверну тебе шею.- Арсений довольно улыбается, чувствуя как движения руки на члене ускоряются и член внутри него тоже. Оргазм накатывает волной обоих одновременно, заставляет раствориться. Капли спермы попадают на живот и немного пачкают белоснежную обивку дивана, а брюнет чувствует пульсирующий член внутри себя. -Ты кончил в меня?- Антон медленно выходит из тела, все так же со стояком - инкубы ненасытные твари. -М.. да? Это плохо?- Попов наблюдает, как парень нехотя отрывает взгляд от его жопы и переводит его на лицо. Рога уменьшаются и вовсе пропадают, слова врастают в голову, а глаза принимают более яркий, салатовый оттенок. -Я в душ.- бросает брюнет, и подскакивая с дивана уходит в ванную комнату.

***

-Уже уходишь?- не прошло и пяти минут как Арсений вышел из душа в широкой и длинной футболке, почти до колен. -А? Ну… я думал что ты меня выпроводишь,- Антон чешет кудрявый затылок невинно хлопая глазками. -Ну… я бы был не против если ты останешься,- Такой неловкий разговор, как будто маленькие дети признаются друг другу в чувствах.-Хочешь со змеями познакомлю? -Естественно.