Шорох за дверным проёмом

Солнце печёт округу, хотя уже и начинает приближаться к горизонту. Небо красивое, пестреет сиреневыми, оранжево-жёлтыми и розовыми красками, раскрашивая пушистые слоёные облака. Филза щурится в улыбке и возвращает взгляд на дорогу. Днём шёл небольшой дождик, так что трава покрыта росой, а в воздухе витает запах свежести. Из пакетов в руках приятно пахнет свежеиспечённой выпечкой. Ворона каркает, пролетая рядом, и садится на забор к остальным, что тоже радостно загалдели при приближении Фила. — Привет-привет, Чат, мы виделись с вами только что, — он посмеивается. Птицы кричат что-то на своём языке, весёлые и расслабленные. Фил заходит в дом, закрывает дверь ногой, ставит пакет на стул у телефона и разувается. Со второго этажа приглушённо слышатся оживлённые разговоры детей. — Я дома! — он вешает шляпу на вешалку. Наверху открывается в дверь, звучат быстрые шаги маленьких ног. — Папа-а-а! — Томми летит по лестнице тенью, спрыгивает на пол и с громким топотом несётся к Филу, раскинув руки. Мужчина подхватывает ребёнка, смеясь, подбрасывает в воздух — мальчик весело хохочет, а Филза крепко прижимает его к себе и чмокает в переносицу, тот смеётся и жалуется на колючую бородку. — Ну, как дела, солнце? Что творили? — Фил усаживает Томми на одну из рук, подхватывает пакет и идёт к обеденному столу. — Мы паззлы собирали! И мультики смотрели! И микроволновку оттирали два часа от… Ой, нет, это секрет, чур я тебе не говорил! Малыш продолжает болтать, когда спрыгивает на пол, Фил быстро моет руки, и они вместе начинают разгружать покупки. — Техно! Уилбур! Вы там где? — зовёт подростков Филза. — А они сначала спорили, как собирать паззлы, потом о правительстве, а потом о чём-то там ещё, я не слушал, — Томми шуршит пакетиком с хлебом, — Теки! Уилба! А я сейчас съем все шоколадные батончики! Наверху слышатся грохот, хлопок двери, топот, и через секунду Уилбур перемахивает через перила, тут же с сожалением хватаясь за пятки, а Техно заносит на повороте и он с трудом удерживается от падения. В кухню они вбегают одновременно, еле успевая притормозить перед столом. — Тесей! Очень важный вопрос, перед ответом на который тебе нужно хорошо подумать, — начинает Техноблейд. — Ты больше любишь меня или Техно? — Уилбур заговорчески улыбается и устраивает пантомиму, указывая на себя и с широкой улыбкой кивая, а потом указывая на Техно и кривляясь. — Не сбивай с толку судью! — негодует Блейд. — Я никого не сбиваю! Я его старший брат, значит я самый любимый! — У нас разница в две минуты, мы оба старшие! — Мальчики, пожалуйста, деритесь аккуратнее, — спокойно говорит Филза, ставя на стол бутылку молока. — Хм-м, я больше всех люблю-ю… — Томми делает задумчивый вид, и близнецы сразу же приковывают к нему всё своё внимание. — Хм-м-м… Фила! Лица Техноблейда и Уилбура практически одинаково сдуваются, вот только Техно выглядит хмурым воплощением «bruh», а Уил театрально закатывает глаза. Томми и Филза смеются. — Спасибо, приятель, — Фил подходит к гарнитуру и начинает заниматься своими делами. — А можно мне съесть шоколадку сейчас? — ребёнок качается на пятках и улыбается в предвкушении. — Нет. — Но! — После ужина, Томми, — нежно напевает Филза и хихикает на сердитое фырканье младшего. Близнецы тоже мгновенно отвлекаются от спора, смеются, тыкают брата в надутые щёки (его возмущения перемешиваются со смехом, когда он прячется под стол после попыток подростов перейти к щекотке), и идут наливать молоко в блюдце на полу. — Кс-кс-кс! — зовёт Уилбур, и через пару секунд из гостиной прибегает жёлтый котёнок. — Вот! — Томми тенью перемещается из-под стола к котёнку и гладит его, пока тот лакает молочко, — Я Клементину больше всех люблю! Все снова прыскают от смеха. Клементину несколько дней назад нашли Томми и Уилбур и притащили домой. Под детские уговоры и жалобное мяуканье Филза вздохнул и согласился с новым питомцем. Зато будет кому на пару с Томми нечисть гонять и валятся на солнышке. — Видите, видите, она совсем на меня не шипит! — восторженно голосил Томми, едва смея притронутся пальчиком к крохотной пушистой головке, — Она любит свет, как мотылёк! Така-а-ая хорошенькая! Я подружу её со Шраудом! Стоит признать, кошечка в итоге покорила всех домочадцев, и её мурлыканье стало неотъемлемой частью жизни. Вот только Техно иногда смотрел на отца очень внимательным взглядом. Что значило, что скоро у них появится ещё и собака. Даже сомневаться не стоит. Они ужинают, как всегда оживлённо, с разговорами, шутками и уютом. Уилбур всё же решился поработать в качестве няни, и оказался в полном восторге от своего подопечного, двухлетнего мальчика Фанди. Он несколько дней не прекращал пищать «умилительной пижамке лисы, он и правда похож на лисёнка!» и удивляться, «как он догадался подставить табурет, чтобы добраться до выключателя? он слишком умный! разве в его возрасте у маленьких людей есть мозг?». Ну а сегодня он нянчился с новым ребёнком. — Её зовут Таллула! Она такая милая, я просто умираю! И она похожа на яйцо. — Разве не все младенцы похожи на яйцо? — спрашивает Техно. — Ну, я не знаю, у неё есть волосяной пушок на голове — очень-очень милый! Но почему-то когда я посмотрел на неё, я подумал «яйцо». Не знаю. — Разве младенцы не должны быть похожи на людей? — Томми недоумённо моргает. — Техно и Уилбур были похожи на сморщенные помидоры, — хмыкает Филза. Томми разражается хохотом, на что близнецы называют помидориной его. Ребёнок протестует, становясь ещё больше похожим на помидорину, Техно исправляется, называя его енотом, а в ответ получает прозвище кабана. Техно доволен. Филзу единогласно провозглашают вороном (настоящие вороны за окном радостно каркают, а Клементина на них мяучит), а с Уилбуром возникают сложности. Сорока? Выдра? Стрекоза? Или даже муравьед? После ужина вся семья идёт немного побыть на улице, наслаждаясь отголосками тепла. Послезавтра сентябрь. Для мальчиков уже куплены все вещи для учёбы, и они готовятся входить в режим и вкушать приятную повседневность школьных дней. Завтра Томми собирается торжественно поведать Таббо о том, кто он, не подозревая, что мальчик уже давно обо всём догадался и сдерживался, чтобы не попросить покатать его по потолку. Техно и Уилбур с нетерпением ждут знакомства с остальными одноклассниками и здешним учебным бытом. Счастье не абсолютно, конечно. В доме появились светильники. Дверь в подвал пока всё ещё наглухо закрыта. Практически каждую ночь каждому из них снятся кошмары. Однако… Время лечит. Они проверили тысячу раз: Дрим точно мёртв. Остались лишь призрачные следы его активности в ту ночь, которые скоро развеятся. Об этом говорили эксперты, приглашённые в дом, медиумы — все они не знали точно, кто именно здесь был, но единогласно заявляли, что «какое-то существо, возможно даже очень сильный демон» встретил здесь свой конец. Честно говоря, Крафты окончательно успокоились не после их убеждений, а после невзначай брошенных слов Ранбу «хм, тут много ошмётков энергии от умершей нечисти. Интересно.», и удивления Эрета по поводу того, что его голова больше не болит при приближении к их дому. Кристин же не отзывалась. Лишь её подвеска теплела под пальцами. Пока что они не расходятся по спальням на ночь. Спят кучей, прижимаясь друг к другу и хватаясь за руки по пробуждению. Но постепенно кошмары посещают их головы всё реже и реже, сны легче, и возможно скоро опять появятся ночные перестуки через стенку, хихиканья, дрёма на своих кроватях. Скоро. Блеклый силуэт Дрима на полу второго этажа, не отмывающийся никакими средствами, закрыли ковром. Томми уже не опасается ходить по нему в дневное время. А следы когтей на стене закрыли уютными семейными фотографиями, в промежутках между которыми они вместе с удовольствием вырезали и клеили бумажные цветочки и рисовали узоры. Тогда они наконец-то светло улыбались, а их глаза вновь заискрились. Несколько седых волос теперь серебрились среди мягкого золота на голове Фила. Близнецы заметили это. Филза только печально приподнял губы и мягко потрепал их по макушкам. А сейчас они играли на улице, полной грудью вдыхая свежий воздух. Вороны и котёнок прыгали за ними. Шумел ветер, слышалось карканье и мяуканье, хихиканье, топот, лица зарумянились, ноги несли их скоростными кругами и петлями. Уилбур осалил Техно, Техно помчался за Томми, но тот тенью ушёл в бок и врезался в Фила, чуть не сбив его с ног. У всех на щеках светились улыбки. А сейчас они бегали среди травы и смеялись в закатном свете. Лето заканчивалось, но их история продолжалась.

***

Томми лениво брёл, почти не открыв глаза. Сейчас раннее утро, все в доме ещё спят, а природа только-только готовится проснуться. За окном чуть начинает светать. Здесь, внутри, уютная полутьма. Ребёнок проснулся от жажды, и теперь идёт попить воды, чтобы потом спокойно досыпать до настоящего утра. На половине лестницы он останавливается, чтобы как следует зевнуть. Мальчик потирает кулачком заспанные глаза, а его слух улавливает шебуршание бумаги и стук маленьких лапок по дереву. Томми улыбается, моргает и открывает глаза. Клементина играет с бумажным бантиком, повязанным шерстяной ниткой: эту игрушку Уилбур и Техно сделали для неё вчера. Котёнок весело подпрыгивает и бьёт лапками бумажку. А нитку держит женщина. Томми замирает. Незнакомка сидит за столом, полностью увлечённая игрой. Она выглядит не совсем материальной, размытая и рассыпающаяся мелкими серебристыми искрами по краям. У ней чёрные волосы, шляпа с цветком розы, красивое сиреневое платье с тёмными вуалями. И подвеска. Красное сердце с синим шнуром. Наконец она замечает ребёнка и поднимает голову — её глаза белые, слегка светятся в окружении чёрных ресниц. — Здравствуй, — её голос мелодичен и приятно спокоен. — Ты Томми, верно? Извини, я раньше не находила возможности представиться… Меня зовут Кристин. Она улыбается нежно. И так тепло, несмотря на холодность призрачного тела. Кажется, будто она уже давно знакома душе и сердцу. На лице Томми тоже расцветает улыбка. В груди поднимается светлое, нежное чувство, схожее со спокойным, полным счастьем и надеждой. Правильно, их история продолжается.