Выбор есть, даже у дьявола...

— Где она? Люцифер, что ты с ней сделал? Скажи… — Ангел снова ждал его в кабинете. Люцифер ненавидел его, ненавидел он и Вики. Она заставила его сердце биться. Она заставила его сердце биться от боли. — Убирайся, ангел… Убирайся. — Его голос хрипел, он едва стоял на ногах, тяжело опираясь на стол. Ангел остался в кресле. — Убирайся. Убирайся, я сказал. Люцифер уже рычал на него, едва сдерживаясь, чтобы не кинуться. — Нет, Повелитель. Скажи мне, где она, только тогда я уйду. — Люцифер пытался возразить, но Винчесто остановил его. — Я вижу, что ты не хочешь меня выслушать. Просто скажи мне, где она. — В центре пустыни. — Сам себе не веря, выдохнул Повелитель. Ангел тут же исчез. Люцифер тяжело опустился в кресло, вцепившись в волосы. Он был совершенно изможден. Он едва мог шевелиться. Его любовь его предала. Сердце билось в груди, тяжело гоняя кровь по венам. Сердце тяжело билось в груди, гоняя боль по венам. Ему уже не было дела до грешников, его уже не волновали демоницы. Новый орган теперь заполнял всю его сущность. Новый орган теперь бился своей жизнью. Новый орган теперь определял все его существование. Ангел появился с маленькой фигуркой на руках. Люцифер отвернулся от них. Новый орган слишком болел, чтобы он мог на них смотреть. — Она умирает, Люцифер. — Он закрылся от них плотной стеной. Он не желал их слышать. Этот ангел забрал его любовь. Эта женщина разбила его сердце. — Она тает, Люцифер. Она превращается в тень. Она не хочет жить. — Ангел со своей ношей подошел вплотную. Люцифер должен был или взглянуть на нее, или уйти. Он не знал, что он хочет делать. — Я принудил ее. Я воспользовался Силой. Она сопротивлялась. Не дай ей истаять, Люцифер. Она не виновата. — По лицу ангела текли слезы. Он протягивал хрупкую фигурку Люциферу, безмолвно прося спасти ее. Можно ли ему верить? Правду ли он говорит? — Она любит тебя, Люцифер. Не оставляй ее. Люцифер смотрел на ангела, который стоял на коленях перед ним. Его раздирали сомнения. Он не знал, чему верить. Злость с болью кипели в нем, мешая думать. — Повелитель, загляни в мои глаза. Посмотри, что было на самом деле. Ее жизнь едва теплится. Торопись. Люцифер не смотрел на ангела, он сомневался. Может ли в его словах быть правда? Стоит ли ему узнать? Сердце билось о ребра, гоняя кровь и боль по телу. Он сам ощущал, что Вики тает. Он чувствовал, как ее энергия истощается. Но он не верил. Это не могло произойти так быстро. Чтобы человеку превратиться в тень требовались тысячелетия. Но девушка умирала на руках ангела. Он это осознавал. Он видел, как огонек ее жизни колеблется слабым пламенем. Она решила умереть. Вот единственная причина. Но почему? Она его предала. Она изменила ему с ангелом. Отчего же жизнь покидает ее? Отчего ее тело становится все прозрачней? Он может узнать правду. Люцифер посмотрел в глаза Винчестоа. Ангел дернулся под его напором, но не отвернулся. Картинки произошедшего замелькали перед ним. Он увидел похищение, разговор, требования, поцелуй, требования, ложь, силу, секс, боль. — Вики, прости меня. Прости, девочка. — Люцифер выдохнул эти слова, забирая истерзанное тело у ангела. Крепко прижимая девушку к груди, он шептал извинения, но чувствовал, как жизнь по капле вытекает из нее, и она становится все легче. «Прости меня! Я тебя люблю. Прости…» — Она шептала ему эти слова, умирая в Зале Пыток. Она его любила, а он предал ее любовь. Самая чистая душа, что он видел… — Девочка, прости меня, если сможешь. — Он посмотрел на преклоненного ангела. По его щекам текли слезы. Кровавые слезы. Он любил Вики. Он принес ее к нему. Он просил ее спасти. А Люцифер бросил ее. Она таяла на его руках. Она его любила. ОНА ЕГО ЛЮБИЛА. Ее жизнь была похожа на колеблющееся пламя свечи. Чуть дунуть и оно погаснет. — Девочка, прости меня. Прости. Я люблю тебя. Прости меня. — Люцифер судорожно прижал к себе прозрачное тельце. — Только не покидай меня. Только не оставляй. Девочка… Жизнь едва теплилась в крошечном холодном теле. Это он виноват. Его вина. Он позволил ревности затмить разум. Из-за него Вики умирает. Она его любила, она верила ему, а он ее раздавил. Люцифер прижимал ее к себе, прижимал в надежде, что она услышит, как бьется его сердце. Бьется для нее. Бьется из-за нее. Но она не слышала этого. Она хотела умереть. — Повелитель, молю тебя, не дай ей истаять. Дай ей свою силу. Молю тебя. — Ангел судорожно вцепился в свои руки. Слезы непрерывным потоком текли из его умоляющих глаз. Люцифер склонился над слабым тельцем и припал в поцелуе к бледным губам. Они были холодны, как у трупа. Девушка была почти мертва. Еще немного и она превратится в тень и больше никто не сможет вернуть ее к жизни. Повелитель сделал глубокий вздох и вдохнул Силу меж холодных губ. Хрупкое тело забилось в его руках. Но Люцифер не отрывал рта, продолжая давить силой, истощая себя, но давая жизнь той, что заставила его сердце биться. Вики судорожно вдохнула и застонала. — Девочка, прости меня. Прости меня, если сможешь. Я тебя люблю. — Люцифер шептал ей в губы. Проливая Силу на нее, заставляя ее сердце биться против воли. Слабое тело билось в его руках в страшной агонии, и он вспомнил, что в ее раны забита ядовитая пыль пустыни. Которая разъедает плоть и причиняет нестерпимую боль. — Ангел, помоги мне. Пройди в мои покои. Помоги мне отмыть ее от Ада пустыни. — После слов Люцифера, Винчесто смог легко выйти из кабинета и, следуя указаниям, направился в ванну, где помог освободить девушку от остатков его рубашки. Люцифер опустил ее в воду, смывая пыль, но причиняя новую боль ранам. Он ее вылечит, сразу после ванны он ее вылечит. Нежно проводя рукой по ранам, он смог смыть остатки пыли. Ангел держал наготове полотенце и Люцифер, вынув девушку из воды, переложил ее на руки Винчесто. Ангел осторожно завернул ее в ткань и понес в спальню. Уложив ее на кровать, он отступил, давая место Повелителю. Люцифер призвал свою силу и начал лечит раны. Плоть затягивалась на глазах, что нельзя было сказать о душе. Душу ему придется лечить еще долго. Ему вообще повезет, если она придет в себя. Боль разрывала его сердце. Он совершил невероятную ошибку. Он растоптал ее любовь. Самая чистая душа… — Девочка, прости меня… Прости… — Шептал Люцифер, прижимая хрупкое тельце к своей груди, а по щекам ангела катились слезы. Я смотрела в холодные жёлтые глаза. Их холод меня больше не трогал. Их глубина больше ни причиняла боли. Я была пустой оболочкой. Пустой, без эмоций, без переживаний. Отстраненный разум в безжизненном теле. — Вики, ты меня слышишь? — Слышу, слышу… Мне не хотелось говорить. «Чего тебе?» — Лениво думала я. — Малышка, посмотри на меня. — Другой голос привлек мое внимание, и я повернулась в его сторону. Оппа! Ангел… Корефаны. Я отвернулась и закрыла глаза. Пустота внутри меня призывно манила. Я хотела растаять в ней, раствориться без остатка. Зажившее тело не болело, и я смогла расслабиться. Тишина поглощала мысли. Я была сломана, раздавлена. Я была мертва внутри. Мне было хорошо. Боже! Как мне было хорошо! Такая звенящая тишина внутри — это настоящее блаженство! Я захохотала. Мне было так хорошо, так пусто, так покойно, что я ликовала. Чьи- то руки встряхнули меня. Голоса пытались пробиться через мой смех, но я их не слышала. Я хохотала, как никогда. Я хохотала так, что слезы потекли из глаз и я, вырвавшись из рук, согнулась. Я билась и взвизгивала в приступах безудержного смеха. Я едва успевала вдыхать воздух, чтобы он тут же вырывался из меня потоком истеричных звуков. Плечи оказались в тисках сильных рук, которые трясли меня так, что голова запрокинулась, позволяя хохоту свободней выходить из меня. Зубы заклацали, от чего звук прервался, и я закашлялась, подавившись слюной. Когда горло расслабилось, я икнула в попытке засмеяться, но меня снова встряхнули. — Вики, посмотри на меня. — Счастливо улыбаясь, я открыла глаза и посмотрела на того, кто меня держит. А… Это снова ты, мой Повелитель. Ахах… Глаза против воли закатились, а веки стали опускаться. — Нет! Ты будешь смотреть! Ого! Какой командный тон! Если тебе так надо, то открывай мои глаза сам. Я не хочу. И мне глубоко плевать на твой страшный рык. Слышишь. Мне плевать. Пощечина обожгла щеку. Ахах… Я загоготала. Так смешно и так хорошо мне никогда не было. Веки поднялись, как занавес в театре, медленно… Ну что? Что глазюки выпучил? Что напрягся так? Расслабься… Все хорошо! Разве ты не чувствуешь? Руки отпустили меня, и тело безвольно повалилось на подушки. Едва сдерживая смех, я смотрела, как двое мужчин переглядываются. Такие смешные! Такие моськи у них… Ну просто прелесть. Ахах… Когда кулак Винчесто нанес сокрушающий удар в лицо, Люцифер свалился от неожиданности с кровати. Сила вырвалась из него, но ангел отмахнулся от нее, как от назойливой мухи. Казалось, он совсем не обращал внимания на давление, и уверенно шел к Повелителю. Люцифер легко вскочил на ноги, и, прежде чем ангел успел его коснуться, полоснул когтями его по груди. Черный шелк разошелся, обнажая полосы красной плоти. Вики хохотала на кровати, восторженно наблюдая за ними. Винчесто на секунду отшатнулся, но, не имея в арсенале ничего кроме Силы и кулаков, снова пошел в атаку. Люцифер слышал его мысли. Ангел был в бешенстве от того, что он сделал с Вики. Он винил себя, но большего всего ненавидел Люцифера за сотворенное, яростное зло. Девушка безумна. Винчесто понял, что ее уже не вернуть. Дикий гнев на себя и на Повелителя бурлил в нем, отчего он даже не пытался использовать что-то кроме рук. Замахнувшись, он ударил Люцифера, из носа потекла кровь, а кожа лопнула. Даже не пытаясь, защитится, он подставился под острые когти, которые распороли грудь до самой шеи, пробив артерию. Яркая алая жидкость густым потоком потекла по телу, моментально промочив остатки рубашки. Звуки на кровати перешли из безумного хохота в восторженные вопли. Девушка, подпрыгнув на кровати, захлопала в ладоши, как маленький ребенок. Люцифер чувствовал, как человеческий облик тает, как увеличивается его тело, и крылья широко распахиваются за спиной. Схватив опешившего ангела, он перенес их обоих в пустыню, оставив Вики, хохочущей и хлопающей в ладоши. Кинув Винчесто в пыль, он, наконец, отпустил Силу, сбросив с себя человеческую личину. Ангел в шоке смотрел на Повелителя. Призрачные, искаженные мучительными образами крылья хлопали за его спиной, кровь текла по черной коже, где татуировками метались какие-то картинки. Встряхнувшись, он поднялся на ноги. Против воли Сила вспыхнула в нем, заставляя светиться солнечным светом. Запах смерти перемешался с запахом райских цветов. Мужчины внимательно наблюдали друг за другом. Светящиеся слепые белые глаза смотрели в черные, полные звезд глаза ангела. Светлая фигура казалась хрупкой рядом с темным влажным телом Повелителя. Ангел бросился на Люцифера в яростной атаке, сбив его с ног. Они упали в пыль и покатились. Люцифер скорее услышал, чем почувствовал, как с визгом хрустнуло крыло. Легко скинув с себя Винчесто, он поднялся и отошел, давая противнику время, чтобы прийти в себя. От большой потери крови, тот ослабел и тяжело дышал, сверля ненавидящим взглядом Повелителя. В отчаянном рывке он подпрыгнул и, вцепившись в крыло, дернул на себя тяжелое тело. Ледяная плоть захрустела в его руках со страшными воплями, от чего кровь на секунду перестала вытекать из ран. Люцифер лишь дернулся и, даже не попытавшись освободить себя, глубоко погрузил девятипалую руку в плоть ангела. Острые когти прошли насквозь, и вышли из спины. Во рту запенилась кровь, и Винчесто захрипел. Отпустив крыло, он прижал руки к груди Люцифера и надавил Силой. Кровь закипела под его пальцами, татуировки разбежались, оставив лишь черную кожу, которая тут же лопнула. Он провалился в ледяную пустоту, Сила потухла и руки застыли. С криком на кровавых губах он выдернул их из смертельной плоти Повелителя и уставился на обожженную плоть. Кожа стала голубой, через нее легко просматривались прозрачные, почти хрустальные кости. Не понимая произошедшего, он чувствовал, как его тело поднимают, и оно под силой тяжести насаживается на когти, разрывая себя вверх. Свет от ангела померк, и Повелитель отбросил его в пыль. Кинув последний взгляд на истерзанного противника, он исчез. *** Я вынырнула. Жёлтые холодные глаза внимательно наблюдали за мной. Я ощущала их взгляд на протяжении этих… часов? Дней? Недель? Месяцев? Лет? Сколько времени я купалась в своих кошмарах, пока эти руки гладили меня? Сколько раз я кричала от боли, пока эти губы шептали мне? Зачем? Я бы осталась там… Я бы превратилась в призрак, и больше бы не испытывала мук. Моя тень бы металась по просторам Адского замка, но это уже была бы не я. А теперь эти жёлтые глаза смотрят на меня, читают мои мысли. Эти теплые руки обнимают меня, а мягкие губы плотно сжаты. Господи, Люцифер! Зачем? Я уже ничего не хочу! В душе такая пустота, такой холод, что я не хочу быть тут. Я не хочу видеть тебя. Я жить не хочу. Я раздавлена, уничтожена. Мои кости переломаны, а сердце вырвано из груди. А ты смотришь, Повелитель… Я изучаю его напряженное лицо, я заглядываю в его глаза, пытаясь понять, зачем это все? Зачем были эти муки? Зачем было это возвращение меня? Что за жестокий эгоизм… Еще не наигрался со своей Игрушкой? Ахах… Можешь продолжать. Мне все равно. Истерзанная душа больше не болит, изодранное сердце не кровоточит, а измученный разум не пугает страшными картинками. Я отворачиваюсь и закрываю глаза. Тяжелая рука гладит мои волосы. — Оставь меня в покое. — Я нарушаю уютную тишину и слышу, как он тяжело вздыхает. — Нет, Вики… — Такой красивый, бархатный голос. Как музыка. Не моя музыка. — Зачем? Скажи мне, зачем? — Я знаю, что он понял, о чем я. Он точно знает. Мои мысли для него, как открытая книга. — Ты должна быть со мной. — После долгого молчания, он, наконец, заговорил. Мне казалось, что во мне все умерло, но нет. Тонкие струйки злости начали ползти по груди. Я стала раздражаться. — Зачем? Ты еще не наигрался? Тебе человеческой крови не хватает? А, Повелитель? Черт бы тебя побрал… — В гневе я повернулась к нему и отодвинулась от рук. — Нет, девочка. Я больше не причиню тебе боли, обещаю… — Пошел ты… Я устала от твоего вранья. Ты мне много раз обещал это. Ты обещал не отдавать меня демону, ты обещал, что я больше не буду мучиться, однако снова и снова наказывал меня. Ты редкий ублюдок, Люцифер. Ты наказывал меня за все. Ты причинял мне боль много раз. И тебе сейчас хватает наглости мне что-то снова обещать!? Я знаю кто ты, Люцифер… Но даже Ад слишком уютное место для такого как ты. Боже… А я даже полюбила тебя! — Голос мой был спокоен, несмотря на холодную, удушающую ярость. — Я просила тебя, я тебя звала. Столько раз звала и просила. А что делал ты? Ты? Сам говорил, что я недостойна Адских пыток. Не так ли? Но что ты сделал? Чем я заслужила такое? Скажи мне, Люцифер… Мои глаза горели сухими слезами, а руки тряслись. Я судорожно вздохнула и запрокинула голову, в попытке остановить безумный бег боли по крови. — Прости… — Я с улыбкой на лице повернулась к нему. Он спокойно и твердо смотрел на меня. — Прости? Что я слышу! Ты извиняешься, Повелитель? — Я не выдержала и расхохоталась. Он напрягся еще сильнее, мне даже показалось, что он сейчас лопнет как перезревший арбуз. — Ну, нет Люцифер! Ты не можешь стать еще хуже, чем есть… Ей богу! Он говорит — прости! — Да, Вики. Я прошу прощения у тебя. — У него даже челюсть хрустнула. — И за что же? Какой из твоих поступков, наконец, вызвал у тебя раскаянье? Ужас, Люцифер! Ты так в ангела превратишься еще. — Я сама вздрогнула от своих слов. Ангел. Ну-ну. Был тут один такой. Кстати, куда же подевался этот спаситель? Тут же на меня лавиной обрушились воспоминания о том, что последовало за появлением ангела. Даже звуки появились в ушах. Я потонула в образах, тело вспомнило боль. Когда пальцы, закрывающие лицо, вновь хрустнули под ударом сапога, я не выдержала. Горячие слезы потекли из глаз, я начала задыхаться. Свернувшись клубком на черном шелке, я рыдала, из горла вырывались страшные низкие звуки, которые заставляли меня вибрировать, как натянутая струна. Теплые руки пытались меня обнять, но я вырывалась и колотила по ним. Истошно крича, не обращая внимания на слова Люцифера, я била его, впивалась ногтями, разрывая рубашку. Истерика поглотила меня, жгучая боль бурлила в груди и, казалось, что все кости плавятся от ее мощи. Что-то хрустнуло, и Люцифер с такой силой прижал меня к своей груди, что я не смогла сделать вдох для очередного низкого, хриплого и надрывного вопля. Он крепко держал меня, а мои руки раздирали его кожу до крови, желая причинить ему как можно больше боли. Не имея возможности вырваться, я тратила энергию и выплескивала эмоции, пока не выдохлась. Обмякнув в его руках и устало опустив голову на его грудь, я тяжело дышала и всхлипывала. Люцифер гладил мои волосы одной рукой, а второй обнимал меня. Когда дыхание выровнялось, я попыталась отстраниться от него, но он не дал. Взяв мою руку, он положил ее себе на грудь, на место, где у людей обычно находиться сердце. — Послушай… — Я вначале не поняла, о чем, но, прислушавшись, почувствовала под пальцами слабые толчки. У него билось сердце! — Оно бьется из-за тебя. Это прозвучало так мерзко и противно для меня, что я резко вырвалась, оставив в руке Люцифера клок волос. Боль вернула холодную ярость, которая моментально вспыхнула во мне голубым огнем. — Был бы у меня нож, я бы с удовольствием избавила тебя от столь досадной неприятности, Повелитель. Он ушел. Я сидела на кровати и невидяще смотрела в пустоту. Голова кипела мыслями и переживаниями. Такая дикая и мощная боль от предательства разрывала грудь. Конечно, Люцифер не знал, что я испытывала. Но для меня… Для меня и моих чувств к нему эти переломанные пальцы были предательством. До этого момента я принимала его. Даже наказания принимала. Это было хоть как-то справедливо. Я нарушаю — он наказывает. Но в этот раз… Он обманул мою любовь. Он не просто наказал меня, он меня уничтожил. А теперь просил прощения. И что мне делать? Ох… Я наклонила голову и запустила целые пальцы в волосы. Они заметно отросли и теперь падали ниже ягодиц и золотистыми лужицами разливались на черном шелке. Видимо я долго плескалась в своих кошмарах. Тело было целым, кожа гладкой и бледной. Какой загар можно получить под адским солнцем? Если оно вообще здесь есть. Я тут уже непонятно, сколько времени, а ничего не знаю. Только и делала что спала, трахалась, мылась и висела на цепях. И видимо вечность мне предстоит провести точно так же. Есть, конечно, вариант отпустить себя и истаять, превратившись в тень, но я сомневалась, что Люцифер это допустит. Повелитель слишком эгоистичен, чтобы позволить своей Игрушке уйти из его рук. И как мне поступить? Не могу же я вечно так жить? — Выбор всегда есть. — Потусторонний, холодный и воздушный голос заставил меня подпрыгнуть на кровати. Я растеряно уставилась на нечто замотанное в черную ткань. Из-под складок на месте головы вырывались бледные, трупного желто-зеленого цвета пряди, который развевал невидимый ветер, однако складки одеяния не двигались. Густая тень закрывала лицо, но два черных глаза словно светились изнутри. Не смотря на жуткий вид и кошмарный голос существо не вызывало страха. Скорее наоборот манило к себе, обещая утешение и покой. Душный, сладкий, почти цветочный запах тления окутывал фигуру и вызывал желания вдохнуть глубже, раствориться в нем, закутаться в него. — Ам… А к-кто Вы? — Черная ткань проигнорировала вопрос, и лишь издала какой-то толи свист, то ли хрип. Я судорожно сглотнула и огляделась. Мы были одни. Ни Люцифер, ни кто-либо еще не появился вместе со странным гостем. — Ты хочешь в рай? — Вопрос поставил меня в тупик. Очень странный вопрос. Но что еще более странно, я не знала ответа на него. Наверно еще некоторое время назад я бы с радостью выпалила что «Да, хочу!». Теперь же я сомневалась. И не понимала причин своего сомнения. — Не знаю… — Фигура снова засвистела-захрипела. — Тогда делай выбор. — Что!? Какой выбор? — Я была полностью дезориентирована этим странным разговором. Существо опять издало этот странный звук, словно мои вопросы и непонимание его раздражали. — Ты хочешь остаться в Аду? — Я в шоке вытаращила на него глаза. Ответа на этот вопрос я тоже не знала. Единственное что я знала, так это то, что я не хочу возвращаться на землю. Там действительно нет места для меня. И я это чувствую. — Выбор всегда есть. И прежде, чем я успела сказать что-то еще, фигура исчезла, оставив лишь легкое облако сладкого запаха. В полном недоумении я смотрела на место, где только, что стоял странный гость, и пыталась понять его слова. Рай, Ад, выбор… Какой-то бред. Встряхнув головой, я встала, и начала задумчиво шагать по комнате. Кто это был? Он мне предлагал Рай? Или что? Что за выбор? Однако его слова действительно заставили меня задуматься. Хочу ли я попасть в Рай? Хочу ли я остаться в Аду? Последний вопрос меня волновал больше, так как, найдя ответ на него, я смогу ответить и на первый. Хочу ли я покинуть Ад? Так ли я пуста на самом деле? Да уж… Я, пожалуй, подумаю об этом завтра. Сев на кровать, я подтянула ноги к себе и уперлась подбородком в колени. Как странно, что я совсем не обратила внимания на свою наготу. Видимо Ад на меня так действует. Я уже так привыкла быть голой, что воспринимала это почти естественно. Единственное, что было на мне, или во мне, это цепь, которой, по словам ангела, Люцифер меня заклеймил. Я до сих пор не знала свое отношение к этому. С одной стороны он пометил меня как скот, оставив свое тавро, с другой стороны он это сделал после того, как я встретилась со странным существом, Демоном Горя. Так что этот знак можно было расценивать, как защиту. Что я делаю? Я оправдываю его? Я явно сошла с ума. Цепь, черная и выпуклая так и просила прикосновений. Я провела пальцем по звеньям, покрытым моей кожей, и ощутила их пульсацию. Они как будто были живыми. Знак расположения Повелителя. Повелитель ко мне располагает. Я хихикнула и тут же взвизгнула от неожиданности. Люцифер появился передо мной, и теперь стоял, дико сверкая полубезумными глазами и открыв рот. Руки были за спиной, а волосы растрепались и спутанной копной спадали на плечи. Белая рубаха была заляпана чем-то, напоминающим сажу и порвалась в нескольких местах, а через прорехи виднелась золотистая кожа. — Ты звала меня? — В жёлтых глазах светилось нечто похожее на надежду, но они больше казались напуганными и смущенными, если это вообще было возможно для него. Что, черт подери, он делал? — Я? Нет… С чего ты взял? — Ты трогала цепь и думала обо мне. — Теперь он выглядел раздраженным. Конечно. Ведь его высочество тут никто не ждал. — Ну, трогала, и что? — Его появление сильно испортило мое и без того плохое настроение. С каждой секундой желание ударить его росло, и я не знала, сколько еще продержусь, чтобы не сделать это. Самообладание вернулось к нему, он снова стал выглядеть крайне надменно, а в жёлтые глаза вернулся непроницаемый холод. Он как будто увеличился в размерах, и даже в драной и грязной рубашке умудрялся выглядеть настоящим повелителем. Я видела, как напряглись его плечи и за его спиной раздался омерзительный звук, как будто мелом по классной доске провели. У меня аж зубы заболели, а волоски на теле встали дыбом, так как этот звук был достаточно громким. Я удивленно уставилась на него. Руки он держал за спиной, но я видела, как двигаются его мышцы. С абсолютно каменным лицом, не отводя от меня взгляда, он разжал руки, и на пол упал черный клубок. Он зашевелился, и из путаницы блестящих волосков появились членистые лапки. Четыре пары непроницаемых темных глаз уставилось на меня, и создание по-паучьи побежало ко мне. Моя реакция была самой обыкновенной. Я вскочила на ноги и заверещала. Люцифер кинулся ко мне, и, сжав в руках, закрыл мне рот. — Тихо! — Выдохнул он мне прямо в ухо. Существо от моего вопля напугалось, и в панике заметалось по комнате. Найдя приют в темном углу за камином, оно замерло там, почти растворившись в тени. — Что это? Убери его! Ты издеваешься надо мной? — Испуг придал моему голосу визгливые ноты, и я яростно пищала на Люцифера. — Это подарок… Существо издало неприятный металлический звук, и я потерялась. Голова кружилась, а ноги совсем меня не держали. Если бы Люцифер не обнимал меня, я бы грохнулась на пол. — Подарок… — Я глупо хихикнула. — Подарок… — Повторила я, и, встряхнув головой, чтобы разогнать туман, толкнула Люцифера в грудь, но он не отодвинулся. — И к чему это все? Отпусти! — Не пущу. Не сопротивляйся. Тебе не понравился подарок? — Люцифер еще крепче прижал меня к себе, а в голосе был слышен металл. Он что, обиделся? Он совершенно ненормальный! — А с чего вообще подарки? — Этот вопрос волновал меня больше, чем сам «подарок». Странность Люцифера сюрприза еще можно понять. Юмор у него своеобразный, а уж тягу к тому, чтобы надо мной поиздеваться, он вообще преодолеть не в состоянии. — Я видел, что человеческие женщины любят подарки. Особенно цветы, украшения и пушистых зверьков. Цветы я найти не смог, украшения и так в твоем распоряжении, так что я решил подарить тебе пушистого зверька. Знаю, что за подарок женщина готова… — Он запнулся, видимо понял, что сболтнул лишнее. Или это было намеренно? — …все простить? Ты это хотел сказать? — Я пнула его в ногу, чуть не сломав себе пальцы, но все же добилась того, чтобы он меня отпустил. Вид у Люцифера был смущенный, если таким можно назвать чуть блестящие глаза и едва заметный румянец на надменном лице. Я не выдержала и расхохоталась. — Ты считаешь, что я от твоего подарка растаю? Люцифер… Этот «пушистый зверек», как ты его назвал, подарок твой, не может исправить того, что случилось. Что это за тварь? Странное черное пушистое существо на крабьих членистых лапках затравленно смотрела на нас из тени, сверкая четырьмя парами глаз. Оно казалось разумным, так как явно прислушивалось к нашему разговору, и ему он не нравился. Так же, как и Люциферу. — Это не тварь! Считай это адским хомячком. — Люцифер явно издевался надо мной, его глаза уже весело блестели, а губы дрожали от сдерживаемого смеха. — И оно вполне безобидное. Потрогай. Я с сомнением смотрела на него и думала, что же мне делать. Судя по всему, существо действительно было безобидным, и, несмотря на странный вид, могло даже показаться милым. Со временем. Да и Люцифер, в изодранной и испачканной рубахе, наверное, немало постарался, чтобы его добыть. Знать откуда он его взял, как нашел, и с кем жило это создание, мне совсем не хотелось. Вдруг Повелитель его от семьи оторвал? Бррр… — Ну же! Не бойся… — Он что-то забормотал на непонятном языке, и существо осторожно выглянуло из тени. Медленно перебирая лапки, оно приближалось к нам, словно не зная, чего от нас ждать. Черные глаза блестели и следили за каждым нашим движением, а мягкая на вид шерстка опасливо топорщилась на круглом тельце. Мне хотелось упасть в обморок. Создание снова метнулось в свой угол. Оно явно не хотело с нами общаться. Неожиданно для себя я почувствовала симпатию к маленькому пушистому чудовищу. Притащили непонятно откуда, кинули на пол, напугали криками, а теперь с отвращением смотрят и называют тварью. И это притом, что существо явно разумное. Бедняга. Если оно не ядовитое, то можем даже подружиться. Что-то общее у нас явно есть. — Ладно, Люцифер. Я попробую с ним пообщаться. Кстати, как его зовут и какого оно пола? — Раз уж я для себя признала существо безобидным и готова дружить, то, что толку жаться перед читающим мысли Люцифера? — Пола? — Он явно был озадачен. — Ну, мальчик или девочка? — А… Ну, у него нет пола… Думаю, что ближе к мальчику. — Очень странный ответ. Я недоуменно уставилась на черный комочек за камином. Ну и ладно. Чего в Аду только не увидишь. Бесполое чудовище похожее на мальчика, наверное, еще не самое странное, что тут может быть. — А имя? — Взгляд Люцифера был весьма красноречив и говорил что-то типа «Только вы, человеческие женщины, задумывается об именах для самых низких существ». — Понятно. Я сама назову. — Подумаю об этом позже. — Люцифер, тут кто-то странный приходил… — Я замялась, не зная с чего начать и все ли рассказывать. Повелитель, конечно, мог выдрать воспоминание из моего мозга, но я не собиралась ему этого позволять. Слишком большая честь. Ну вот. И так подслушивает, да еще и кривится. — Кто странный? Я знаю только нескольких, кто теперь может прийти в мои покои. Тебя посетил мой отец? — Он внимательно оглядывал меня, как будто после встречи с его отцом я не могла остаться целой. Что там? Яблоко от яблони? Представляю папашу…. Бррр… — Не знаю отец или не отец, в черном замотанный весь. Какой-то бред про выбор нес и про рай спрашивал. Люцифер страшно выпучил глаза и отошел от меня. Напугался? Разозлился? — И напугался, и разозлился… Что он спрашивал? Что ты ответила? — Он резко метнулся ко мне и схватил за плечи, заглядывая в глаза. Скорее всего, он хотел посмотреть, но не решался без моего согласия. Дрессированный повелитель. Я хихикнула этой мысли. — Отвечай! — Плохо выдрессированный повелитель рявкнул и встряхнул меня. Да уж… — Спрашивал, хочу ли я в Рай, потом хочу ли я остаться в Аду и сказал делать выбор. Я ничего не поняла на самом деле… — Теперь Люцифер буквально вибрировал от напряжения. — И что ты ответила? — А что я, по-твоему, могла ответить? — Боишься, что я покину тебя, а, Повелитель? Хочешь знать до какой степени ты меня достал? Я думала об этом, глядя в его холодные жёлтые глаза. Желание отомстить за испытанные мучения буквально заставляло меня давить на больные места. Все равно еще одного наказания я не перенесу, и так-то жить не особо хочу… — Да, боюсь! Я и так знаю! Дьявол, Вики! Хватит изводить меня! Я же уже извинился! — Тут мое терпение лопнуло. Он орет на меня, и теперь я виновата! Ну, точно больной! — Мне плевать на твои извинения! У меня до сих пор в ушах стоит хруст моих костей! К черту все! Ты меня достал. Я ни в чем не виновата. Ты вечно кидал меня одну, а потом наказывал, совсем забывая о том, что я живая и о том, что обещал меня не пытать. Ты просто ненормальный… После того, что ты сделал в последний раз, у меня нет для тебя ни прощения, ни понимания. Все! Хватит! Я устала от тебя, я видеть тебя не хочу. А твои извинения совсем не стирают моих воспоминаний… — Я запыхалась и на секунду остановилась, но Люцифер меня перебил. — Хочешь, сотру? — Пошел к черту, придурок! Только попробуй со мной еще что-то сделать. И не вздумаю стирать, это не уменьшит твоей мерзости. И запомни, еще одна пытка и я покину тебя. И так держусь из последних сил… — Возникло желание театрально плюнуть в него, настолько сильна была моя ненависть и злость. — Хватит! Думаешь, я сам не понимаю! Думаешь, мне нравится все это? А ты? Сколько можно мне за тобой гоняться? Тогда не нравился, сейчас еще больше не нравлюсь, а что же твоя любовь тогда? Прошла? — Я похолодела. То, что он сказал, меня сильно задело. — Вот! Раз тебе так плевать, что нервничаешь тогда? Я тоже не железный, у меня тоже есть чувства. Дьявол! У меня теперь есть сердце! Ты понимаешь, что это значит? Понимаешь? Идиотка… Люцифер буквально полыхал гневом, его трясло, а глаза теперь горели. Казалось, вот-вот и пойдет пена изо рта. А я стояла и смотрела на него не в силах сказать и слова. Он стоял так близко, что я чувствовала его дыхание на своем лице, так близко, что уже мог бы поцеловать меня… Его взгляд действительно то и дело останавливался на моем рте, но сам Люцифер никаких попыток к этому не делал. — Я не отпущу тебя. Никогда. Слышишь? Никогда. Ты — моя! — Последние слова он дико проревел, его руки поднялись и сжались в кулаки, и он исчез, оставив меня ошарашенную в одиночестве и с новой коллекцией синяков на плечах. Ну, точно псих! Люцифер стоял на краю Бездны, ветер трепал его волосы, но не охлаждал пылающую кожу. Потоки зеленого неба и белой пыли причудливо перемешивались, исчезая в черном провале. Само время утекало в него, будто для этой дыры не было разницы между материальным и относительным. Люцифер чувствовал эти реки, которые действовали на него как огонь на человека. Умиротворяюще. А мир ему был необходим. Он не мог ни работать, ни спать спокойно, пока в его жизни такое твориться. Столько событий, столько проблем буквально выбивали почву у него из-под ног. Ангел, пытки, Вики, ангел… Вики была его самой большой проблемой. Он прекрасно понимал, что немного переборщил с наказанием, причем явно заслуженным. Теперь, когда он остыл и все обдумал, он верил в то, что у него был повод для гнева. Она его ослушалась, пошла в кабинет, в который мог попасть любой. Была похищена ангелом… ну что за женщина! Ее на минуту оставить нельзя, тут же во что-то влипает. Чего она вообще ожидала от него? Что должен ощущать мужчина, который видит свою женщину, спящую с другим? Явно не умиление… Он, конечно, перегнул палку, но и его можно понять. Он был зол и расстроен, в конце концов, он Повелитель Зала Пыток! Он не может шлепнуть по заднице и этим ограничится! А она… Он же залечил ее раны, вытянул из-за грани. Его сердце забилось для нее. А она не хочет простить… А это ангел? На что он надеялся? Хорошо, что Люцифер хоть не убил его, иначе это грозило бы очередной войной. Он знал, что условия пребывания ангела в Аду предписаны договором, по которому его не разрешается пытать и как-то еще наказывать. Преступления, совершенные ангелом, были таковы, что пыток он не заслуживал, оставаться в раю не мог, а на земле он был опасен. Да и когда Люцифер понял, кто украл у него Вики и что с ней сделал, то гнев его был еще сильнее. Этот Винчесто…. И тут до сладкого добрался. В ад его сослали за дикую страсть к человеческим женщинам. Ангел соблазнял их, а потом изящно махал ручкой. И так было несколько тысяч лет, пока его не поймали и отправили сюда, в надежде, что тут он не сможет им досаждать. Конечно, никто не предположил, что тут появиться девушка, не подвергаемая пыткам и свободно гуляющая. Однако Винчесто оказался быстр… Возможно, только по этой причине конфликт удалось уладить мирным путем. Когда Совету стало известно, по какой причине Повелитель чуть не убил ангела, то они смягчились и, на удивление просто отпустили его с наказом больше не приближаться к поселению небесных жителей. Как будто у него было такое желание. И еще эта Бездна… Он осторожно выяснял, не было ли каких-нибудь странных исчезновений и происшествий, но все было тихо, как будто Ад и не подозревал об огромной дыре в человеческий мир. Никакой информации о самой бездне тоже не было. Конкретно кого-то спрашивать он не решался — боялся повторения истории с ларцом Пандоры. Слишком опасно было давать жителям Ада знать, что из него есть выход. Люцифер уже собирался вернуться в Зал Пыток, когда почувствовал тревожный зов Вики. Он буквально ощутил, как ее пальцы судорожно сжимают цепь, а мысли скачут в голове. Не теряя ни секунды, он покинул размыто-острый край Бездны и перенесся в замок.