Кружится голова

You`re the closet to Heaven, then I`ll ever be, And I don`t want to go home right now*

Потребовалось две недели на то, чтобы Марсель смог, наконец, вернуться домой. Конечно, боли продолжали его иногда тревожить, к тому же швы на животе были все еще заметны и не зажили до конца. Его предупредили, что надо быть осторожным, следить за сохранностью швов и избегать лишних движений. К тому же парень очень устал. Длительное пребывание в больнице, посильный уход за ребенком, – этого слишком много, и это выматывает. А Луи беспокоила его мать. Она до сих пор не приехала, но пыталась дозвониться до него еще несколько раз. Он ничего не сказал Марселю и потому чувствовал себя виноватым, но так не хотелось снова волновать мальчика. Кроме того, Томмо нервничал из-за денег, и ему становилось плохо от одной мысли, что он не появлялся в музыкальном магазине со дня аварии. А это было уже почти месяц назад, и парень не был твердо уверен, что работа у него все еще есть. Конечно, Карла разъяснила их боссу ситуацию, но Луи сомневался, что этого достаточно. Вероятно, кто-то уже занял его место, он не знал точно, потому что давно не видел Карлу или Майкла. Почти столько же времени он не встречался с Лиамом или Джошем и полагал, что они заняты своими делами. Вот Найла и Гарри (и Эдварда) Томлинсон видел ежедневно, и, кстати, старший из близнецов всегда был за руку с Хораном, что, видимо, помогало ему. -Я просто хочу перенести кроватку Марси вниз, она спит, а мне хотелось бы поговорить с тобой, - сказал Марсель, привлекая внимание Луи. -О, хорошо, - кивнул тот, и его голос звучал тоже устало. Стайлс слабо улыбнулся, наблюдая, как Томлинсон выносит их трехнедельную малышку из комнаты. Да, они жили здесь все втроем из-за нехватки жилых помещений. Когда Томмо вернулся, ему уже не терпелось узнать, что у его парня на уме. Он почти боялся, потому что Марсель казался сегодня менее счастливым, чем накануне. -Ну, я думаю, мы можем приступить ближе к делу. Твой телефон звонил этим утром, так что я взял его… Почему твоя мать названивает тебе?! – неожиданно заявил Марсель, и Луи замер. -О… она хотела, чтобы я вернулся в Донкастер и жил у нее, - тихо ответил он, не отрывая взгляда от своих рук. – Прости, что я не говорил тебе, но… -Подожди! Ты возвращаешься в Донкастер?! -Нет! Нет! Я никогда не оставлю тебя и Марси вот так. Но что мне делать? Я скучаю по своим сестрам, но и жить с матерью я не хочу. Она оставила меня с человеком, который постоянно избивал меня! – воскликнул Томмо, бросаясь обнимать Марселя. Тот вздохнул с облегчением и ответно обнял Луи, кладя голову ему на плечо, потому что все так же был выше него, собственно, как и его братья. Эдвард вошел в комнату, глядя на мальчиков с улыбкой, но в то же время что-то его печалило. Он вспомнил Тейлор. Она двигалась дальше. После того, как Стайлс не простил ее, после месяца, что они провели порознь, девушка ушла к тому парню, с которым изменила ему. Эд вздохнул, качая головой, пока наблюдал, как его брат наклоняется, чтобы поцеловать Луи. -Марсель… Мама просила передать вам, что какая-то леди на нашем пороге… - начал он, но замолчал, наталкиваясь на безумный взгляд расширившихся глаз Томлинсона. -Лучше бы ей здесь не появляться, - пробормотал Марсель, проносясь мимо растерянного Эдварда, и Луи кинулся за ним. -Мама?! – воскликнул он, прикрывая рот рукой, потому что Джей стояла прямо там. Прямо в дверях дома Стайлсов. Она слабо улыбнулась, глядя на сына печально. -Ты был прав… - женщина замолчала, и Луи удивленно посмотрел на нее. – Я не узнаю тебя, - продолжила она со слезами на глазах. Мальчику пришлось подавить свои собственные. «Моя родная мать не узнает меня…» - Иди же сюда, обними меня, пожалуйста? Я так нуждаюсь в этом. – Джей почти умоляла, протягивая к нему руки. И он бежит к матери, которую столько лет не видел. Томмо даже не может сказать точно, сколько времени прошло с тех пор, как он последний раз встречался с ней и с остальными членами семьи, кроме разве что Роджера. Но теперь, даже если б этот человек умер, ему было бы плевать. Луи все-таки заплакал, и Энн поспешила вмешаться, пока ситуация не стала еще хуже. В комнате висела такое напряжение, что Марселю стоило только посмотреть на женщину, подарившую жизнь его парню, чтобы начать кипятиться. Она позволила Луи расти, ненавидя себя за то, кем он был, и бросила его с этой гомофобной сволочью. Эдвард послал брату предупреждающий взгляд, замечая его мгновенную неприязнь к матери Томлинсона. -Я Энн, мама Марселя, Эдварда и Гарри, - представилась миссис Стайлс. Эд и Гарри робко улыбнулись женщине, и она показалась почти смущенной. -Хм… кто есть кто? Я не могу отличить их друг от друга. Клянусь, они все выглядят одинаково! – сказала Джей с легким смешком, что заставило Энн тоже засмеяться. По крайней мере, они, кажется, поладят. Миссис Стайлс быстро представила поочередно всех сыновей и сделала паузу перед тем, как представить Марселя. Не дожидаясь этого, не глядя ни на кого и даже не думая включить вежливую улыбку, он оттащил Луи в сторону. Тот нервно сглотнул, чувствуя его гнев. -Я собираюсь пойти проверить Марси, - прошептал Марсель, целуя его в лоб, прежде чем выйти из комнаты. Джей проводила его глазами и грустно вздохнула: -Он меня не взлюбил? Неужели он… -Это не так! Ему просто нужно… время, - ответил Луи, и его голос дрогнул. Ему и самому требовалось немало времени, но прямо сейчас он был не готов высказать своей матери в лицо, например, то, что не хотел бы на самом деле видеть ее. И парень знал, как она расстроилась бы, узнав, что он считает своей матерью больше Энн. Уж она всегда была рядом с ним и всегда была частью его жизни. С тех пор как он переехал сюда, Томлинсон дружил с Зейном, Джошем и Эдвардом. Он часто оставался у последнего на ночевки, и миссис Стайлс была только рада этому, зная, что Роджер еще и алкоголик. -Думаю, мне пора идти… Я просто хотела повидать тебя, - шепнула Джоанна, целуя его в щеку. – Но я хочу увидеть тебя снова, можно? И ребенка тоже, - она была печальна и ушла, не дожидаясь от Луи ответа. И какое-то время он смотрел ей вслед. -Все хорошо, Луи, она и не могла ожидать, что ты оттаешь прямо сейчас, - тихо сказала Энн, потирая его спину. -Да, я думаю, ты права. Люблю тебя, ма… Энн, - Томмо грустно улыбнулся и направился к лестнице. «Мне нужно поговорить с Марселем». Когда он добрался до их комнаты, тот сидел на кровати, обхватив голову руками. Луи подошел к нему вплотную, поднимая за подбородок лицо и целуя. Марсель был немного удивлен, но быстро обнял его в ответ. Томлинсон толкнул его назад, заваливая поперек матраса, затем снова приподнял и прижал к спинке кровати. Теперь, когда Стайлс был у него фактически на коленях, парень, казалось, отпустил все свои эмоции. Свою печаль, гнев, свое счастье, свое желание. Луи залез пальцами под рубашку Марселя, и его холодные руки вступили в контакт с теплой кожей. Стайлс вздрогнул, гладя его по спине, цепляясь за волосы и чувствуя их шелковистость под пальцами. Они оторвались друг от друга после недовольного писка, что заставил Марселя нахмуриться. -Предлагаю продолжить как-нибудь в другой раз, - ухмыльнулся он, отталкивая Томлинсона и вставая, чтобы посмотреть, что нужно Марси. От нее не пахнет, так что молодой папочка решает, что она проголодалась. Около пяти часов прошло с ее последнего приема пищи, так что Стайлс даже и не удивлен. Парни провели примерно полчаса, играя с дочкой, хотя все, что она могла сделать сейчас, – это немножко размахивать ручками, булькать и пищать. Но они любили ее только больше с каждой минутой. Луи хочется зацеловать Марселя, но это не подходит для их игр, поэтому он говорит: -Ты мой Марси, - и целует его в нос. – А ты моя маленькая Марси, - и целует в нос уже девчушку. * * * Проходят дни, и все, кажется, в порядке. Луи однажды ночью отправляется поужинать со своей матерью, и они проводят время, рассказывая друг другу свои жизни с тех пор, как расстались много лет назад. Оказывается, его четыре сестренки практически выросли и превратились в красивых девушек. И, да, Джей должна была (как мальчик уже знал) родить еще двоих малышей, пол которых еще не был известен. Вернувшись, он убедился, что Марсель не забыл об их «отложенном продолжении». Конечно, они не могли заняться чем-то интересным в одной комнате со своим ребенком, да еще в доме, где постоянно присутствуют родители Марселя, плюс – его не заросшие до конца швы. Но мальчики наслаждались и одними ленивыми поцелуями, прежде чем Луи встал, чтобы принести и Марси в их кровать, укладывая маленькую девочку себе не грудь. Она все еще спала, и вскоре они уснули втроем, чтобы проснуться часа в два ночи от плача. Малышка была голодна. Но они привыкли уже к таким пробуждениям. -Вот что вы получаете вместе с очаровательным ребенком! – шутит Томмо, перекладывая Марси на этот раз в ее кроватку. Так он и Марсель могли спать куда спокойней, и, возможно, снова отвлечься чем-то приятным. Это всегда улучшало сон Стайлсу, ибо кошмары его все еще преследовали. Кое-что, что только Луи знал о нем. Они сами проснулись утром – Марси вела себя тихо. Разве что тихо возилась и издавала мягкие угуканья, совсем не раздражающие слух, что было очень мило со стороны месячного ребенка. Она вообще казалась в этом плане уникальной – очень мало плакала. И это придавало малышке только еще больше очарования. Луи был уверен, что предпочел бы для своих ушей непродолжительные милые писки дочери, нежели вопли его сестер, которых он наслушался, когда они были маленькими. -Доброе утро, Марси, - шепнул Томмо Марселю, потирая глаза. – И тебе тоже доброе утро, Мейс! – проворковал он, вставая и собираясь немного покормить девочку. Ей также не мешало бы сменить подгузник, и парни вдвоем потратили на это не меньше пятнадцати минут (даже больше, на самом деле), потому как поначалу они случайно надели его задом наперед. Оба смеялись до слез, и Луи готов был поклясться, что и Марси также улыбается. -Ты такая милая! – объявил он, нажимая ей на носик и заставляя испустить короткий возмущенный писк. Малышка все более и более активно реагировала на их с ней разговоры, и Томлинсон с нетерпением ждал, когда она начнет уже говорить сама, потому что это значало бы, что их маленькая девочка растет. Может, даже гораздо быстрее, чем они предполагали. Энн приготовила им на завтрак яйца, и Марсель пытался поесть с дочкой на коленях, что было не так просто, потому что малышка беспрестанно сучила ручонками, широко распахнув голубые глаза. Луи задавался вопросом, останутся ли они светло-голубыми или потемнеют с возрастом, но в любом случае, он находил их абсолютно очаровательными. Волосы девочки были цвета карамели, слегка завивались и торчали во все стороны. Сейчас они, правда, были по большей части прикрыты крошечной шапочкой, а Томмо старательно пытался вспомнить, какой была его шевелюра в детстве. Энн забрала Марси из рук задыхающегося от смеха Марселя, рот которого был набит яйцами, пока все не закончилось плачевно. -Я не хочу, чтобы ты случайно приложил ее головой обо что-нибудь, извини, - улыбнулась она, садясь в кресло рядом с ним и устаивая Марси на коленях. Малышка просто хихикнула, засовывая кулачок в рот и старательно обслюнявливая его. Миссис Стайлс усмехнулась, придерживая ее ручонку и вытирая салфеткой. Марсель и Луи покончили с оставшейся частью пищи, и Томмо ушел собираться. Если ему повезет, то он до сих пор не потерял свою работу. К тому же теперь он мог посвящать ей гораздо больше времени. Марсель должен был подготовиться к встрече с репетиторами. Он не мог ходить в школу какое-то время, пока полностью не поправится, потому что немного было вещей, выполняя которые, он не рисковал повредить свои швы. Энн, конечно, предложила присмотреть за Марси, но Луи чувствовал, что подкидывать ей еще одного ребенка, после того, как она поставила на ноги троих собственных, – как-то неправильно. Поэтому он решил взять малышку с собой на работу. Томлинсон знал, что не сможет так делать каждый день, но сегодня там будет Карла и при необходимости поможет ему. К тому же нужно было проработать всего месяц, чтобы у него было достаточно средств на переезд с Марселем и Марси в собственную квартиру. Но, конечно, Луи должен был дождаться, пока его мальчик закончит школу, хотя он уже знал, что тот тоже хочет жить отдельно. «Мне восемнадцать», - напомнил себе Томлинсон, чувствуя болезненный укол в сердце, когда понял, что его мать все еще думает, что ему семнадцать. Ну, просчиталась где-то на двенадцать месяцев, бывает. Марселю должно было исполниться семнадцать в этом году, и да, придется ждать. Сейчас только октябрь, и слишком трудно будет содержать семью, если один из них все еще ходит в школу. Томмо знал, что это будет непростой выбор, но, возможно, ему придется уйти раньше, чем Стайлс отучиться. Он бы виделся с ним каждый день, но жить дальше с ним и остальной частью его семьи невозможно. Конечно, дочь Луи заберет с собой, хотя Марселю нелегко дастся расставание с ними, особенно ночами. Кошмары мальчика, скорее всего, только усилятся от этого, но Томлинсон отогнал эти мысли прочь. «Просто дождемся, пока он закончит школу». * * * В музыкальном магазине было шумно и весело, и босс Луи, Ник, не уволил его, потому что проникся ситуацией. У него и у самого недавно родился ребенок, и он представлял, что это такое, и как непросто оторваться от малыша. Да, конечно, Ник был геем, и ему с мужем пришлось воспользоваться услугами суррогатной матери. Гримшоу особенно понравилось, что его работник принес дочку с собой, и он сказал ему, что это совершенно нормально, ну если только не будет повторяться ежедневно. -Она такая милая, - улыбнулась Карла, потирая нос. -Так и есть, маленькая Марси Карла! – проворковал Луи, на что его подруга покачала головой. – У нее сейчас темно-русые волосы, и я даже не представляю, какими они будут в итоге. Она же почти блондинка! Они же светлей, чем мои, и гораздо светлей, чем волосы Марселя. Клянусь, в ней есть твоя частичка, - хмыкнул он, заставляя Карлу тоже засмеяться. В один прекрасный день она тоже бы хотела завести ребенка. И также заботиться о нем. *отрывок из песни Iris группы Goo Goo Dolls /Ты ближе к небесам, чем я когда-либо буду, И я не хочу идти домой прямо сейчас/