Кружится голова

What if one day all your dreams did come true, who would be standing next to you?*

«-И как вы только могли влюбиться друг в друга… верно? -Да. Мы как-то это сделали. Мы полюбили друг друга, но дело в том, что некоторые люди предназначены для того, чтобы влюбиться, но не быть вместе». -Итак, Марсель, ты можешь начать с чего посчитаешь нужным, - мягким голосом начала терапевт. -Мое детство было бессмысленным во многом, что касалось влюбленности, если только это любовь к человеку, который тысячи раз причинял мне боль. И сейчас я здесь, с ним и его ребенком. И мне не хочется, чтобы это все рухнуло, но я просто не могу выбросить из головы одной ночи. И это не та ночь, когда был зачат мой ребенок, и не одна из других ночей, проведенных с ним вместе. Это вообще не его вина. Моя. Это то, что случилось со мной. Это была первая неделя декабря, и Зейн согласился присмотреть за малышкой Марси ночью… - рассказал парень, всхлипывая. – Тогда же началась депрессия. Я чувствовал, что у меня ничего не осталось, потому что я потерял своего ребенка, своего парня, с которым я надеялся провести весь остаток своей жизни. Из-за какого-то ублюдка я потерял все! – он уже плакал к концу фразы. -Я вижу… - женщина замолчала, с сожалением наблюдая абсолютный страх в глазах мальчика. Его рукава были закатаны, обнажая ряды жутких следов, которые ни один человек не хотел бы когда-либо видеть на теле кого-то близкого для него. Марселю было больно, врач могла без труда это заметить. - Так ты говоришь, что этот парень из клуба стал причиной твоей депрессии? Не было ли чего-то, что натворил Луи? -Нет, конечно, виной всему было изнасилование. Это подкосило меня, я знал, что Луи никогда не сможет уже полюбить так, как раньше. Или это могло бы занять вечность. Да и все равно он мог бы больше никогда не захотеть меня так же, как его хотел я… Я чувствовал, что теряю его. Все еще чувствовал себя слишком грязным. И я никак не мог очиститься, пока смех этого ужасного человека звучал в моей голове. Я все еще мог чувствовать его запах. Я все еще чувствовал его пальцы… - Марсель запнулся и закашлялся, чтобы скрыть слезы. Его доктору не хотелось ничего сильнее, чем обнять этого несчастного ребенка и никогда не отпускать. Он через многое прошел, она знала уже всю его историю целиком, и так не просто было заставлять его пересказывать все это снова. Это было самым сложным, но необходимым. Ей надо было узнать, как вся ситуация выглядела с точки зрения Марселя, а не его парня. -Так он изнасиловал тебя, а потом переспал с Луи при первой возможности? – строго спросила терапевт, стараясь не быть такой восприимчивой к боли пациента. Дальше история принимала ужасный оборот, одна из худших в ее практике. -Да, он превратил наши отношения в кошмар. Очевидно, что Луи был пьян, когда переспал с парнем, который причинил мне боль, и я искренне надеюсь, что он чувствовал себя в тот момент полным дерьмом. Этот человек сломал все, что у нас было, принес мне столько неприятностей и бед. Луи тоже страдал, но никто не мучился больше меня, я точно знаю. Особенно после того, как я потерял свою последнюю надежду, - пояснил Стайлс, поднимая на нее свои пронзительные глаза. И это была так, словно через этот глубокий взгляд доктор могла испытать в точности те чувства, что и он. Это печально. Как правило, пациентов не бывает жалко до такой степени. -Итак, тогда ты вспомнил тот вечер четче? – терапевт заглянула в карточку, куда повторно фиксировала историю со слов Марселя. -Да, не только изнасилование, но все прочее. Один важный факт, который дал мне небольшую надежду. Я понял, что ребенок может быть и Луи. Меня это потрясло. Я вдруг перестал так сильно бояться, потому что, ну понимаете… Если бы отцом оказался Луи, мы бы все-таки построили большую крепкую семью… Но если нет… - мальчик в очередной раз запнулся и, казалось, никакой возможности закончить это предложение у него нет. -Так как же в конечном итоге ты оказался здесь? – спросила она, прекрасно зная причину, но желая убедиться, что Марсель тоже все правильно понимает. Не хотелось, чтобы он думал, что оказался здесь, потому что его ненавидят. -Мои порезы. Когда Луи заметил их, он решил, что это бомба замедленного действия. Почему-то ему казалось, что депрессию можно вылечить как обычную болезнь. Но депрессия – не рак. Вы можете задвинуть ее подальше на некоторое время, но это всегда закончится тем, что она вернется. Она всегда находит вас снова. Вы просто однажды обнаруживаете себя свернувшимся в агонии. Я никогда не хотел этого, но так вышло. Моя жизнь была труднее, чем я когда-либо мог себе представить. Особенно с этой второй беременностью… - Стайлс, наконец, закончил, и на его глаза навернулся новый поток слез. -Мне очень жаль, - прошептала доктор, подходя к мальчику. Она никогда раньше не чувствовала такого рода симпатии к пациентам, но что-то из рассказа Марселя зацепило ее сердце. Большинство из людей, бывающих на приемах у нее, проходили терапию по более незначительным поводам. Но этого мальчика жизнь давила с того самого дня, как красноволосый хулиган впервые поднял на него руку. Его нынешний парень избивал его когда-то за ориентацию, и также фактически изнасиловал, воспользовавшись его опьянением, и наградил ребенком, что было своеобразным чудом. Да, в конце концов, они пришли сюда вместе, но история их отношений никогда не была доброй сказкой. -И как вы только могли влюбиться друг в друга… верно? -Да. Непонятно, как мы это сделали. Мы полюбили друг друга, но дело в том, что некоторые люди предназначены для того, чтобы влюбиться, но не быть вместе, - тихо ответил Марсель. -Кстати, ваша девочка очень красивая, - улыбнулась терапевт, когда он встал, уже готовый уехать. -Я, к сожалению, не знаю вашего имени, - парень оглянулся на брюнетку. Та снова улыбнулась, показывая ямочки на щеках. Она слегка напоминала ему Гарри, который имел самые заметные ямочки из троих братьев Стайлс. Веснушки подсвечивали щеки и нос доктора, а глаза были светлыми, как мед. -Я Элла, - пожала она плечами, неловко собираясь обнять Марселя. Он с готовностью обнял молодого терапевта, крепко сжимая в руках на несколько мгновений. -Спасибо, Элла, - прошептал парень, поцеловав ее в щеку, прежде чем покинуть кабинет. Элла провела кончиками пальцев по лицу, там, где несчастный мальчик коснулся ее, и молча пожелала ему удачи. * * * Марсель не стал говорить о своей терапии, когда вышел, но Луи не планировал его отправлять обратно, так что не стал настаивать и расспрашивать. Мальчик сидел на заднем сидении автомобиля с Марси, а Энн и Луи впереди. Глаза миссис Стайлс были красными, потому что она раз за разом принималась плакать, пока сын был на приеме, и она избегала взглядов в его сторону, впрочем, Луи не был уверен, что Марсель сам бы разрешил ей в ближайшее время свободно смотреть на него. Они направлялись к ней домой, вместо того, чтобы отправиться к себе на самостоятельное житье. Энн объяснила это тем, что ей необходимо несколько дней с ее мальчиком, прежде чем она отпустит его снова. И Луи не винил ее за это. Он знал, что Гарри, Найл и Эдвард будут там, и это несколько смущало его. Всякий раз, когда они встречались с Гарри, градус напряженности зашкаливал. И, тем не менее, Томмо никогда не возражал против его присутствия. Никогда. И вообще, это снова было не самое подходящее время для выяснения отношений. Когда они приехали, Марсель не позволил никому забрать дочь из машины. Вместо ребенка Энн и Луи достались ее подгузники и игрушки. Конечно же, Гарри был застигнут распластавшимся по всему Найлу и прижимающим его к дивану, но они оба поспешно оторвались друг от друга, стоило Марселю зайти в гостиную и закатить глаза. Впрочем, он успел отметить, насколько Найл рад его видеть. И Стайлс любил Хорана за то, что тот никогда его не осуждал, собственно, вообще никого не осуждал ни при каких условиях. Просто так. В этом весь Найл. -Марси! Привет, малышка, я не видел тебя целую вечность! – проворковал он, целуя девочку в щеку. -Хорошо! Хорошо! Хорошо! – прокричала она, цепляясь маленькими ручками за его рубашку. -Она, конечно, говорит «хорошо», но не думаю, что ты показался ей милым, Найлер, - отметил Марсель, заставляя друга рассмеяться. Луи искоса глянул на Найла из противоположного конца комнаты, и, заработав строгий взгляд от своего парня, вышел, чтобы разложить вещи Марси в его старой спальне. В дверь постучали, и Гарри встал: -Эдвард здесь! – весело провозгласил он, стараясь показать, что рад видеть старшего брата. Но, знаете, вряд ли. Энн открыла дверь, мгновенно обнимая кудрявого парня, как он только попытался войти. -Ну хватит, мам. Пусти нас, - простонал тот. «Нас?! Вот дерьмо! Эд привел Элеонор?» - сердито подумал Марсель, замечая девушку за спиной брата. Он никогда не ссорился с ней, но знал, как упрям Луи, и, очевидно, что с этим будут проблемы. Эдвард, казалось, заметил недовольство Марселя, но отмахнулся от этого. Марсель слышал, что Луи спускается в гостиную, и быстро глянув на брата, пошел к своему парню. Хотя сейчас они были больше, чем просто парой. Но и меньше одновременно. Все его чувства к Томлинсону так смешались. -Эдди, в чем дело?.. – Луи оборвал себя и замер на полпути к другу, замечая кареглазую девушку рядом с ним. – Подождите, почему она здесь? – возмутился он, поворачиваясь к Марселю, который пожал плечами. Нет уж, пусть Эд сам объясняет. -Она моя девушка, так что будь любезен, Луи, отвали! – воскликнул Эдвард, и Марсель был почти напуган гневом, вспыхнувшим в глазах Томлинсона. Даже Гарри нахмурился, глядя на старшего брата. Ладно, он тоже привез Найла, но тот был другом и Марселю и Луи. -Так постойте, Томлинсон – гей? – поинтересовалась Элеонор, видя, как Луи обнимает Марселя и целует в губы, видимо, стараясь успокоиться. -Нет, блять, я просто так целую своего… - Марсель хлопнул рукой по его рту. -Да… Я думал, что все знают, - любезно ответил Марсель Элеонор. Та поджала губы, недовольная их поведением. Смешно держать глупые обиды больше трех лет. Это просто того не стоит. Мальчик отдал Марси Найлу и повернулся к Луи. Он вывел его из комнаты, послав на прощание Элеонор кривую улыбку и прожигая старшего брата злым взглядом. Потому что этот придурок должен бы понимать, что у Томлинсона и без того хватает поводов для волнения. Марсель даже не сомневался, что Эд сошел с ума, если бы увидел Луи с Тейлор, хотя они с ней и расстались давным-давно. Ходили слухи, что она собралась замуж за какого-то парня (но не того, с которым изменила Стайлсу). -Луи, я знаю, что ты ее недолюбливаешь, но, эй, она теперь вроде как одна из нас, не так ли? – попытался Марсель, умоляюще глядя на Томмо. Тот, казалось, почувствовал его печаль и нахмурился. -Мне жаль, Марси, она просто причинила мне боль когда-то, ты знаешь, - объяснил Луи, заглядывая ему в глаза, - но в любом случае это было очень давно, и у меня есть ты, - сказал он, соприкасаясь с ним лбами. Марсель улыбнулся, оказываясь губами напротив губ Луи и коротко чмокнув его. Но у того были другие планы. Он быстро схватил Стайлса за затылок, втягивая его в более глубокий поцелуй. У Марселя точно не было шансов избежать этого, когда Луи так крепко прижал его к стене, яростно атакуя губы. Его руки запутались в волосах Томлинсона и он почувствовал, как тот сжал руками его бока, забираясь под рубашку. Луи ухмыльнулся в поцелуй, замечая мурашки на теплой коже Марселя. Они были прерваны легким покашливанием Гарри, который уже в течение нескольких мгновений заинтересовано их рассматривал. -Если вы двое закончили с жаркими поцелуями, то мама хотела бы с тобой поговорить, - кивнул он Луи, который, впрочем, еще раз показательно поцеловал Марселя, прежде чем пойти за ним следом. Марсель остался стоять в ошеломлении. Они давно так не целовались. Затем он пошел вниз, чтобы найти Луи. «Так, просто дышать. Медленно. Вдох-выход. Медленно. Нашу семью вполне реально сохранить. Просто это теперь зависит от результатов ДНК-теста… Или мы не будем вместе…» *цитата из четвертого сезона сериала One Tree Hill /Если в один прекрасный день все твои мечты сбудутся, Кто будет стоять рядом с тобой?/