Милый малыш Шин

В руках Соу невзначай оказался пистолет. Такой холодный, тяжеловатый. Как только он оказался в руках Мидори, руки задрожали. Сильно, не давая что либо сделать. Но зеленоволосый пересилил себя. Поднял пистолет, приставил прямо перед со своим лицом, открыл рот, поднес оружие к губам. К горлу подкатил ком. Ком страха и внутренней боли. Неужели.. это конец? Нет, все не может закончиться именно на этом. Хиери подошел к шкафу, и достал с нижней полки магазин для пистолета. Вынул прошлый, в котором было совсем мало пуль, и быстро перезарядил пистолет. Хм.. Прекрасно. Теперь у него есть как минимум 10 попыток. Это вызвало приятную улыбку на лице. Соу даже не потребовалось подходить ближе, лишь вытянув руку перед собой, он нажал на курок. Это за то, что не любил. Первая пуля пронзила чужую голову. За то, что был мудаком. Вторая пуля попала чуть ниже. За все: за то, что так быстро умер, за то, что не смог полюбить взаимно, за то, что умер убогим, и за то, что я все еще тебя люблю. Вслед за каждой причиной в голову Шина прилетали все новые пули, превращая ее в ужасное кровавое месиво. Уродливое и ужасное. Совсем не красивое, и не изящное, как раньше. Мидори даже потянуло блевать, глядя на ужасно пахнущий труп Шина Тсукими. Повернется ли его язык вновь назвать того малышом Шинни? Скорее всего, нет. Не заслужил. Слишком ужасен. Лучше бы Хиери никогда не связывался с этим человеком, который совсем не ценил его заботу, даже когда умирал. Лишь его внешность так притягивала и была прекрасна, а внутренне.. Оказывается, такой ужасный и мерзкий. Недостойный и пылинки в этом бренном мире. И глядя на остатки Шина, лужу крови, кала и мочи, Хиери осознавал это все больше. Мидори кинул пистолет на пол, и подойдя к Тсукими, вновь схватил нож. Он наносил множество ударов на грудную клетку, вспарывал живот, от куда все больше и больше валились кишки, и остальные внутренности, перерезал глотку, сжав челюсть, свернул и сломал ее, что даже из чужого рта вывалился язык, снял вместе с кожей бирюзовые волосы. И окончательно задолбавшись этим всем, таки отсек Шину голову с плеч. Слезы скатывались по солноватым щекам, а на лице застыла гримаса ужаса, отчаяния, гнева , и ненависти. Руки в крови.. Кажется, они уже точно навеки в багровой жидкости. Он больше не сможет остановиться. Жажда крови будет преследовать его всегда и везде. Сможет ли Мидори искупить вину своей жизнью и душой? Или все таки попадет в ад.. Хиери так и не смог поднять взгляд, хоть мельком взглянув на Шина. Живот сильно крутило, а в висках пульсировала боль. Сердце отбивало сбитый ритм. Это так ужасно.. Но Соу, может даже, и не жалел, что сделал все это. Он и правда счастлив, что избавил этот мир хотя бы от парочки отбросов общества. Кажется, так будет даже лучше.. Интересно, встретится ли он с теми убитыми людьми в аду. Хах, будет смешно, если именно они будут обрекать его душу на вечные муки. В какой же круг ада он попадет.. Или может сразу будет гореть и сидеть в котле с лавой, будет вечно падать, или же копать что то в шахтах с раскаленными камнями? Мысли обо всем этом не столько пугают, сколько будоражат. Интересно, всему виной характер Хиери, или возрастающая ненависть к себе и всем остальным.. И все таки, в его руках оказалась канистра с бензином. Довольно мило.. Очень медленно и нехотя открыв ее, Мидори медленными шажками обходя подвал, разливал бензин. Самая большая часть пролилась на тело Шина, на которое Хиери так и не осмелился посмотреть, и шкаф. Пусть все сгорит дотла, и больше никто не сможет распознать, что же черт подери, творилось в этом проклятом помещении. Так будет лучше для всех. И будет хорошо, если также сгорят все препараты. Никто не должен узнать их рецепт и предназначение. Иначе таких ужасный людей, как он разведется еще больше. И тогда мир усеется хаосом. Это будет ужасно... Хиери взял в руки зажигалку, пару деревянных палок, и поджигая их одну за одной, кинул в Тсукими, в шкаф, и куда то ближе к выходу из подвала. Помещение вмиг озарилось огнем. Языки пламени играли всюду, обволакивали тело Соу, уже почти сожгли вонючую плоть Шина, чертов шкаф. Все деревянное, что здесь находилось, уже сгорело. Только не Хиери, с его деревянным сердцем. Возможно, его кожа уже прожглась, и сердце остановилось. Горло, опаленное огнем и газом разьелось, но он на жизнь вперед напичкан наркотиками и препаратами. Он еще долго будет находиться в сознании, и внутренне вопить от боли. Очень долго.. Но это его расплата за муки тех людей.