Летние. Жаркие. Они...

      — А я, когда вырасту, хочу быть как Тайсон! Вот так вот раз, два, снизу — и нокаут! — маленький, вертлявый Пэдди ударил воздух раз, другой, подсек невидимого противника, победно вздернул кулаки вверх. Кирк, наблюдавший за его боем с тенью, скептически хмыкнул: Пэду до Тайсона было расти и расти, и в физическом смысле, и в моральном. И вряд ли он когда дорастет, кишка тонка.              — А я хочу походить на отца. Он круче всякого Тайсона! Вчера вот трактор сломался, так он… — Финни, курносый крепышок, и так был уже копией Дойла-старшего, так же поигрывал набранными на работе в полях мускулами, так же хмурил кустистые брови, — он отцепил плуг и остатки поля — вручную, прикиньте!              — Пиздишь! — Пэдди сплюнул под ноги, Финни размашисто перекрестился: «клянусь!». Кирк отвернулся, каблуком форменного ботинка содрал с газона пожухлую прошлогоднюю траву, запахло сырой землей и почему-то — смертью.              — О’Райли, а ты? Ты кем хочешь стать, когда вырастешь? — Финни выдернул его из мрачных, не пойми откуда взявшихся мыслей обратно в теплый, весенний день, коснувшись плеча. Кирк повел им, чтобы убрать чужую руку: Финни хоть и был приятелем, чужие прикосновения Кирк ненавидел!              — Я? — он поднял взгляд на парней, облизал губы, тряхнул волосами, отросшая челка повисла унылыми серыми соплями, он загреб ее назад. Кем бы он хотел стать? На кого походить? Не на отца — точно, потому что он его и знать не знал. Не на вечно недовольного и редко трезвого отчима — определенно. И не на Тайсона, да и вообще никаких кумиров у него не было ни из мира спорта, ни из звезд. — Не знаю, я…              Он обернулся, почему — сам не знал, просто вдруг как-то, и замер, когда увидел… Древний кельтский бог, спустившийся с небес на землю, сейчас шел в их сторону. Огромный, рыжий, огненный даже в лучах заходящего яркого солнца, он сам словно стал солнцем, способным и согреть, и спалить. Он шел медленно, степенно, всем видом показывая, что пришел на эту землю жить, а не существовать. Подчинять, а не подчиняться. Быть великим!              — О, МакАлистер! — выдохнул Пэд, и Кирк отмер, наваждение пропало: это действительно был лишь Мёрдок, старшеклассник и брат их товарища, Лиама. Но все же, все же…              Вот на кого бы Кирк хотел походить. На огромного, хотя не в размерах дело, сильного, умного, популярного и у парней, и у девчонок парня. Но… не надо было смотреться в зеркало, чтобы понимать, что он может делать с собой что угодно, но к такому ему даже никогда не приблизиться, не то что стать. Как и Пэду в отношении Тайсона.              МакАлистер подошел к ним, глядя куда-то поверх голов, словно они были муравьями у его ног, хотя так и было, в общем-то, бросил равнодушно:              — Лиама не видели?              Кирк смотрел на него снизу вверх, все еще сидя на земле, но подниматься и смысла не было — он все равно был бы Мёрдоку где-то по пояс, а сердце с каждой секундой билось все быстрее, и в ушах шумело все громче. Он даже не расслышал, что ответили Мёрдоку приятели, отмер, лишь когда рыжий бог исчез из поля зрения.              — Так что, Кирк? — Финни опять ткнул его кулачком в плечо. — На кого?              — На себя, — Кирк поднялся, подхватил сумку с земли, перекинул ремень через плечо. — Я хочу походить на себя…              Уже шагая в сторону школы, он закончил мысленно: «а вот с Мёрдоком я хотел бы просто быть…»       

***

      — Погоди, это сколько тебе лет тогда было? — Мёрдок выдохнул дым на сторону, Кирк перехватил его руку за запястье, затянулся сигаретой, касаясь губами ладони:              — Ну… семь, может, восемь… Не помню я!              Мёрдок дал ему затянуться еще раз, затушил окурок в пепельнице, чуть сместился в центр кровати, устраиваясь удобнее. Кирк поерзал, притираясь щекой к горячему, влажному от пота плечу, провел губами вдоль ключицы, глубоко вдыхая их общий запах, обмяк, устроившись удобно на мощной груди.              — И уже мечтал быть со мной… Маленький развратник!              Шлепок по заднице заставил вздрогнуть, зашипеть, но Кирк ни позы не сменил, не огрызнулся, лишь фыркнул смехом:              — Не без этого. Но, знаешь, я не прогадал…              Мёрдок выдохнул с легким рыком, как огромный хищный кот, стиснул Кирка в объятиях. Кирк мысленно закончил фразу: «мой огненный бог…».