Просто парни на "А"

      Объемные светлые тучи заволокли серебристую луну, но вечно-живая Москва не потускнела ни на люкс. Огни ночной столицы завораживали, сверкали, растворяли пугающую мглу. Словно новогодняя елка, она светилась и привлекала людей, а осенний холод лишь усиливал желание стремиться к свету. Первый снег недавно запорошил улицы, а ледяной ветер до сих пор продолжал разносить блестящие в свете фонарей хлопушки по дорогам.       Однако всего этого совсем было не видно в темноте клуба. Разноцветные лазеры, световые лучи, густой дым, окутавший всё помещение — лучшая обстановка, чтобы выпустить пар после тяжелой недели. Импровизаторы пришли сюда, чтобы расслабиться и отметить окончание съемок нового сезона, а потому оттягивались по полной.       У них был повод и приятная компания — что ещё нужно для полного счастья? Ну, возможно, текила и образ танцующего коллеги перед глазами, если спросить Антона, который уже 15 минут наблюдал за двигающимся в такт музыки Поповым, что кружился в центре танцпола. Его хитрые голубые глаза блестели во мраке, завораживали, притягивали внимание так же, как удивительно пластичное тело. Арсений, казалось, растворился в мелодии, стал с ней единым целым, и это было незабываемым зрелищем. Вокруг него было много людей, но все они меркли на фоне расслабленного и такого грациозного импровизатора. Он не выпил ни капли алкоголя, пьянея лишь от атмосферы и собственного превосходства. И сложно было не смотреть на него, ведь стоило только отвести взгляд, как он снова приковывал его к себе эффектным движением. Хитрый чёрт, видел всё и хотел присвоить ещё больше внимания. А Антон и не был против. Ему нравилось наблюдать за игривым котенком, что заманивал Шастуна, всем своим видом показывая, мол, присоединяйся. Однако парень не стремился на танцплощадку: ему было гораздо комфортнее издалека посматривать за происходящим и медленно потягивать текилу.       Песня сменилась на плавную, подталкивающую на откровенные действия, и Арсений моментально подстроился под неё, заигрывая с рядом танцующей девушкой, однако невозможные голубые глаза не отрывались от Антона и наблюдали за реакцией на каждое провокационное движение. Следили за тем, как собственные губы растягиваются в улыбке, как Шастун не ведет даже бровью и салютует танцору бокалом. Он знал, что это провокация. Арсений Попов — одна сплошная провокация. И Антон соврет, если скажет, что ему это не нравится.       А вот Арсения подобная позиция его парня совсем не устраивала, поэтому он стал позволять себе куда больше, откровенно флиртуя со случайной девушкой, что повелась на его обаяние. Она явно на что-то рассчитывала, но, увы и ах, Арсению она была безразлична, а вот кудрявый шатен, отвлекшийся на беседу с Димой, совсем нет. Собственно поэтому с окончанием песни прекрасная дама была оставлена и забыта навсегда, а веселый Попов отправился к столику импровизаторов в дальнем углу. Антон мельком бросил взгляд в сторону и продолжил разговаривать о футболе с Позовым. И совсем не удивился, когда Арсений забрал из его рук напиток, сделав большой глоток. — Натанцевался? — усмехнулся Дима. — Конечно, натанцуется он, как же, — Антон закатил глаза и усадил Арсения к себе на колени. — Скорее пол клуба перелапает. — А что, тебе что-то не нравится?       Попов невинно похлопал глазками, обняв парня за шею, и вернул стакан в руки Шастуна, став поглаживать его по макушке. Шаст на это как-то неоднозначно фыркнул, отложив стеклянное изделие и уже обеими руками обхватив его тело. — Кому не понравится то, что его вторая половинка обжимается с кем-то на танцполе. — Я предлагал тебе присоединиться. Сам отказался, — он чуть ли не мурчал, говоря это. — Пидораситесь опять? — усмехнулся только что подошедший. — Конечно, Серёж, а что нам ещё делать?       Арсений салютнул другу двумя пальцами, на что тот закатил глаза. Спорить с ними не хотелось совершенно, да и официантка принесла заказ, так что можно было переключиться на более интересное времяпрепровождение. Импровизаторы нормально расселись и взяли по напитку, обсуждая окончание съемок. Стас сегодня к ним присоединиться не смог, но, возможно, это было только к лучшему, как минимум Арсений чувствовал больше свободы и спокойствия.       Алкоголь постепенно кружил голову, а желание пойти на танцпол только усиливалось. И противиться этому желанию Арсений не мог и не хотел, так что спустя три коктейля он покинул компанию друзей. Останавливать его никто не стал, Серёжа вскоре ушёл к какой-то милой девице, а Дима остался с Антоном, продолжая разговор обо всём и ни о чём. — Знаешь, вот вроде дед у нас Арсений, а разваливается кто угодно, но не он, — Дима перевел взгляд с танцора на друга с коктейлем. — Вот ты, например. Чего не танцуешь? Обычно же тебе по душе подобное. — Да как-то нет настроения. — Ага, и дело вовсе не в том, что Арс на протяжении часа виляет задницей перед всеми и пытается вывести тебя из себя. — Если бы дело было в этом, поверь, ни меня, ни его здесь бы уже не осталось. — Допустим. А в чём тогда причина? — В графике. У нас же, по идее, начался отпуск. Арс хочет провести его вместе, а у меня он расписан под завязку. Я пытался перенести все дела на потом, но не получилось. И Арс пока об этом не знает. — О чём это не знает Арс? — на плечи Антона опустились такие чужие родные руки, а знакомый одеколон вперемешку с алкоголем заполнил легкие. — Ни о чём, — парень обернулся и взлохматил черные локоны. — Ты чего вернулся? Устал? — Да, а ещё сейчас будут выступать гоу-гоущицы. Не хотел мешать.       Арсений приземлился рядом с Шастуном и забрал из его рук очередной коктейль. И это Арсений-Его-Величество-брезгливость-Попов, хотя последнее время — года 4 — он не был таким брезгливым (только если это касалось вещей/еды/напитков Шаста). Но оно, собственно, никого уже и не удивляло. Дима лишь тихо фыркнул, а Антон вздохнул и взял себе другой стакан с текилой. Как раз на подиуме появились девочки в коротких шортах и топиках, на которых все сразу обратили внимание.       Из колонок заиграла музыка, сопровождающаяся изменением цвета световых лучей. Девушки были более чем привлекательны, энергично двигались под попсовую песню, очаровывали гостей, но… Танец вышел откровенно плохим. По шкале от 1 до 10 троечка, даже с минусом, на скромный вкус Попова. Всё их выступление Арсений нелестно отзывался об их физической подготовке, фыркал на примитивные движения, а под конец и вовсе отвернулся. Напитки оказались куда интереснее полураздетых дам, однако его друзья не разделили его взгляды. Довольные, они наблюдали за гоу-гоущицами, что были воплощением эстетики (в каком-нибудь колхозе, но не в роскошном клубе в центре Москвы). Разумеется, они никого из компании не интересовали в каком-либо смысле, кроме эстетического: у Димы есть жена, у Серёжи — девушка, у Антона — свой танцор, который уже собрался распинаться о непрофессионализме девушек. — Нет, ну вы видели? Позорище, особенно для заведения такого уровня. — Смотрите-ка, графа шуты не порадовали, — хохотнул Позов. — Не, Арс, серьёзно, что не понравилось-то? Красивые девочки, красиво станцевали, — Серёжа недоуменно посмотрел на друга. — А что могло понравиться? — резко огрызнулся Арсений. — Ужасные, нескладные движения, отвратительная постановка танца, ещё и постоянно выбивались из ритма, и, как следствие, полное отсутствие красоты. — Не заводись, Арс, всё хорошо, — Антон положил руку на его колено и стал успокаивающе поглаживать. — Согласен, они выступили так себе, примерно на троечку. — Я не уверен, что ваше мнение компетентно в оценке женской привлекательности, — отстранённо хмыкнул Матвиенко. — Серёж, заебал уже. Реально. Если тебя что-то не устраивает, скажи, или заткнись нахуй, если сказать нечего, — Шастун неодобрительно посмотрел на друга и сделал глоток из стакана. — Мой друг спидорасил одного из коллег, я в полном восторге, — армянин мельком взглянул на Арсения, а потом засмеялся. — Ладно, не ссыте, я шучу. Но правда не понимаю, Арс, чего ты так докопался до девчонок? — А он лучше сможет, вот и докопался.       Дима произнес эти слова в шутку, он и не думал, что в следующую секунду Арсений нахмурится, опрокинет заказанный шот и направится на танцпол под удивленные взгляды друзей. А Арсений был переполнен решимостью, которую неплохо увеличивал алкоголь в крови. Пусть он выпил и немного, этого вполне хватило, чтобы разрушить любые внутренние барьеры. Как раз начался новый трек, очень подходящий под пластично-динамичный танец.       Начавшийся с простой связки, он быстро разошелся в дикую смесь азарта, страсти и элегантности. В исполнении Арсения, конечно, по-другому быть просто не могло: он прекрасно чувствовал песню и даже не подстраивался, а жил в этом моменте, отчего его движения выглядели куда органичнее танца тех девушек. Особого шарма ему придавала грациозность кошки, с которой мужчина прогибался в ритм музыки. Не засмотреться на это было невозможно, но Попов только разогревался.       Чем больше глаз на него заглядывалось, тем откровеннее становились его действия, а играющая Rihanna будто подначивала Арса. Он заигрывал с вниманием толпы, показывал себя со всех сторон, извивался, словно змея, уползал вниз, танцевал полусидя в черных джинсах с прорезями на коленях, потому что это красиво, как и красные коленки (например, после действий определенного характера), как бы случайно подцеплял широкую черную футболку с лаконичным «нужён» на ней. Сейчас этот самый человек был нужён всем в этом клубе. И как же он кайфовал от данного факта. Обычно Попова, конечно, прельщало внимание публики, но сейчас, когда алкоголь и атмосфера просто сносят крышу, внимание заводило, побуждало к провокациям, и как же ему это нравилось. Арсений чувствовал взгляды каждой клеточкой своей кожи, что воспринималось как самое лучшее ощущение на Земле. Оно было сравнимо только с выступлением на сцене, но сейчас мужчина про это даже не думал. Он наслаждался моментом и всеобщим обожанием.       Песня сравнительно была недолгой, но по ощущениям тянулась вечность, за которую Арсений Попов свёл с ума не один десяток человек. Настоящий дьявол с самым искушающим на свете взглядом. Если бы люди стали грехами, Арсений оказался бы воплощением похоти, и с этим утверждением спорить не стал бы никто. Он вернулся к друзьям только после бурных оваций и пьяных возгласов, довольный, разгоряченный и со стертыми коленями — всё-таки клуб не самое лучшее место для подобных финтов. Под офигевающие взгляды довольно сел и взял коктейль, пока импровизаторы пытались осмыслить, что вообще только что произошло. Нет, разумеется, они знали, что Арсений мастер спорта по всем видам спорта, но впервые он показал своё танцевальное мастерство в таком ключе. Серёжа засомневался Попове и его рассказах о прошлом, потому что такое без опыта в определенной сфере сделать не получится; Дима просто впал в ступор, а Антон не знал, чего ему сейчас хочется больше: зажать Арсения в кабинке туалета или убить его. Первым заговорить решил Дима. — Ну… Что ж… Самое время сказать, что я пошутил? — Арс… Это было… Было… Ты случайно не работал стриптизёром? — Серёжа! — Ну а что Серёжа, я должен знать, если мой лучший друг обслуживал взрослых мужчин за деньги. Осуждать не собираюсь, все мы были студентами, зарабатывать на жизнь каким-то образом нужно было, и… — Серёжа!       Пока Дима с Серёжей начали препираться, Арсений посмотрел на замершего Антона, который пребывал в раздумьях. — А ты что-нибудь скажешь, мм? — он хитро прищурился и провел пальцами по его руке, задевая массивные браслеты и цепи. — Ну, ты был великолепен, — спокойно начал Антон, перехватив кисть и ощутимо сжав её. — А ещё пол клуба тебя взглядом раздело, хотя ты неплохо сам с этим справлялся. — Ой, а ты будто сильно против был, — Попов расплылся в широкой пьяной улыбке и подтянулся к уху парня. — Самый откровенный похотливый взгляд был именно твой. — И ещё десятка не очень разборчивых в плане клубных связей гандонов, которым, ещё секунда, и я бы врезал по ебалу. — Ревнуешь, — Арсений стал ещё более довольным и с видом победителя взял стоявший на столе коктейль. — Мне кажется, тебе уже хватит, — Антон резко забрал стакан и отставил его подальше. — И вообще, поехали домой, пока ещё чего-нибудь в твою ненормальную головушку не взбрело.       Шастун вызвал такси и, быстро попрощавшись с друзьями, вышел на свежий воздух, держа Арсения под руку, чтобы тот не упал. Как так получилось, что Арс выпил меньше всех — не считая Серёжи, — а оказался самым пьяным, остаётся загадкой, которая сейчас Шаста не особо то и интересовала. Такси довольно быстро приехало, и комики отправились домой. Арсений оставался в сознании и продолжал нести какую-то чепуху на пьяную голову, половину которой Антон не запомнил. Он сейчас просто кипел от переполняющих его чувств и едва сдерживался, чтобы не разобраться с возмутителем его спокойствия прямо в такси.       Ревность просто сжирала Антона изнутри, и поделать с этим он ничего не мог. Когда машина остановилась возле нужного подъезда, парень был уже на грани, так что стоило двери в квартиру захлопнуться за спинами, Попов оказался в ловушке из рук. Что он там говорил? «Кто не ревнует, тот не занимается страстным сексом?» В таком случае, Антон очень ревнивый человек…