Life is darkness

      Чонгук проснулся от жуткого чувства дежавю. Точнее, от противного звона телефона. Что-то это напоминало. Догадаться, кто звонит, было несложно. Чон снял мобильник с зарядки и, не глядя, ответил на звонок.       — У тебя, вообще, есть совесть, любимая подруга? — сонно спросил детектив, со стоном поднимаясь с кровати. — Что-то случилось? — девушка никогда просто так не звонила, поэтому нужно выяснить причину.       — И тебе доброе утро, нытик. Прости, что так рано, но это важно, — в голосе Боры, и правда, была слышна вина, поэтому Чонгук просто понимающе хмыкнул в ответ, идя на кухню с полузакрытыми глазами, чтобы хоть что-то съесть, прежде чем ехать на работу, видимо, профайлер что-то нарыла. — Я уже в отделе, вчера меня что-то насторожило на месте преступления, я переспала с этой мыслью и смогла найти кое-что. Приезжай, я сделаю тебе кофе в качестве извинения.       — Много кофе, иначе я не смогу воспринимать информацию, — отозвался Чонгук, наконец-то отрыв в холодильнике питьевой йогурт с ежевикой, он всегда что-то такое покупал, потому что предпочитал подольше поспать перед работой, а не тратить драгоценное время на готовку. Лучшая подруга часто ругалась из-за этого, а Юнги давал подзатыльники, когда приносил контейнеры с едой от Чимина, потому что судмедэксперт прекрасно видел, что Чонгук себя медленно убивал.       Дорога до отдела не заняла много времени, но сонный мозг, правда, не очень хорошо соображал, поэтому детектив был немного медлительным, но кофеин это исправит. Кабинет Боры был не так далеко от его собственного, поэтому он решил зайти к себе повесить пальто, а уже потом пойти к драгоценной подруге. Около ее кабинета он ненадолго притормозил, чтобы взбодриться, и потом громко постучал. Доносящийся голос внутри разрешил войти, поэтому Чонгук со спокойной душой открыл дверь.       Бора стояла у окна с маленькой кружкой эспрессо, обычно она его пила. Девушка кивнула ему и указала на два стакана на столе. Полулитровых. С кофе. На несколько минут общество потеряло Чон Чонгука, но на втором стакане ему, правда, стало получше.       — Я готов, — сказал детектив, поворачиваясь к подруге, продолжая заливать в себя кофеин.       — Вчера на месте преступления я осматривала местность. Торговый центр на краю города, там мало домов, не так много людей. Я задумалась, откуда могла приехать наша жертва. Пробила владельца машины, вымолила его досье с утра, как только центр исследований открылся. С горем пополам получила все данные. И нашла кое-что любопытное. У нашей жертвы, Шин Бонджуна, кстати, есть свой склад не так далеко от того торгового центра. — Девушка выдохнула, быстро листая документы, чтобы показать данные взбодрившемуся детективу. — Я осмелилась предположить, что бомбу установили там. Не знаю как, но место подходящее. Без камер и лишних лиц. Там ближайший другой склад через километр, жилых домов рядом нет, идеальное место. Что скажешь? — немного волнуясь, спросила Бора.       Чонгук отлично контролировал лицо, потому что его лучшая подруга — прекрасный профайлер, за много лет общения научился, поэтому распознать его эмоции трудновато даже ей.       — Скажу, что из тебя получится неплохой детектив, солнце, — Чон посмотрел на нее с отеческой гордостью и широкой улыбкой. — Ты молодец. Я так понимаю, просить тебя остаться в отделе бесполезно? — сразу сморщив радостное лицо, уточнил детектив.       — Правильно понял. Я позвала с нами Чимина с его волшебным чемоданчиком. Они с Юнги сами спокойно смогут провести тайную экспертизу, ведь…       — Это дело мы будем вести неофициально, потому что его забрали у нашего отдела, — продолжил за нее друг. — Кристально ясно. Тогда зайдем в обитель мертвых за Паком и выдвигаемся?       — Да, дорогой. Я пойду в машину, прогрею её, а то холодно. Давай ключи, — спокойно потребовала девушка, а Чонгук мог только подчиниться.       По дороге в морг Чон занялся своим любимым делом: начал переваривать всю информацию, которая у него есть. Зачем Бора взяла это дело? Её это не касается и никто об этом не просил. Но ответ напрашивался сам собой: с кем поведёшься, как говорится. Бора просто переняла его любопытство, да и девушку всегда привлекали расследования, за столько лет работы плечом к плечу с детективом она многому научилась. Чонгук за это ее и обожал. Лучшая подруга умела удивлять, была находчивой и трудолюбивой, а ещё безумно упёртой, как и Чон, из-за чего они часто скандалили в начале их дружбы, но со временем перестали — научились находить общий язык.       Бора была весёлой, даже несмотря на свою работу. Её род деятельности для детектива достаточно сложен, ведь задача профайлера в большей степени связана с психологическими качествами человека. Они должны по мимике понимать преступника и его мотивы, если те не сознавались в этом, плюс, по действиям на месте преступления, составлять психологический портрет и изучать свидетелей. Эта работа истощала морально кого угодно, порой Чонгук пытался этому научиться, но быстро приходил к выводу, что это пока ему неподвластно. Ему хватало того, что он своими глазами видел на местах преступлений и в погонях. Много нервов ему попортили трупы и убийцы в начале карьеры, это уничтожило в нём что-то, но зато после раскрытия дел становилось легче. Моральная часть мышления его иногда покидала, ведь Чонгук тоже был человеком. Нужно как-то отгораживаться от всего травмирующего, пока психика не будет готова это переварить. Да и всем свойственно уставать от своей работы, даже если ты её любишь и живёшь ею, каждый человек устаёт от чего угодно — это нормально, ведь, в конце концов, мы все живые люди, а не роботы.       Но профайлеру сложнее, издержки профессии в том, что он видит многие эмоции и переживания людей насквозь, неосознанно, не контролируя это. Поэтому Бора искала себе в друзья не очень эмоциональных людей, чтобы меньше задумываться об их жизни и концентрироваться на их словах и поступках. Именно поэтому она так близка с Чоном и Паком — двумя ледышками, но она всем сердцем их любила, детектив прекрасно это знал и чувствовал.       Поездка до склада прошла спокойно. Чимин молча залез в машину со своим любимым серебристым унифицированным чемоданом. Пак хоть и был судмедэкспертом, слишком долго был женат на криминалисте, многое от него перенял, а так как сегодня у Юнги наконец-то законный выходной, муж оставил его дома спать, решив сам помочь друзьям, а то Мин себя до могилы доведёт постоянной работой, в этом они с детективом похожи. В салоне Чимин тридцать минут спокойно отчитывал Чонгука за отсутствие заботы о себе, по памяти зачитывал статьи про проблемы со здоровьем от недосыпа и пропуска приёмов нормальной пищи. Перечислил все признаки передозировки кофеином, вспоминая головные боли Чонгука и кошмары, из-за которых тот порой страдал бессонницей. Если Юнги физически выбивал мозги, то Пак это делал ментально. После таких лекций начинаешь желать вести здоровый образ жизни, чтобы больше такое не выслушивать. И выбрал же место, подлец, прямо в машине, из которой не выйти никуда. Когда они уже сворачивали к нужному небольшому зданию, Чимин устало выдохнул и закончил свой монолог:       — Зайди потом ко мне, я тебе принёс онигири с лососем и уже очищенный грейпфрут для сердца, хоть так витамины получишь, — как маленькому объяснял мужчина. В какой-то степени все друзья в отделе стали его семьей, что безумно радовало Чонгука, потому что больше никто о нём и не смог бы позаботиться. Но иногда такое отношение бесило.       Склад снаружи выглядел простенько: белые бетонные блоки и серая крыша. Не очень большой, о его предназначении можно только догадываться.       — Бора, а чем там занимался этот Шин? Был ли замечен в чём-то незаконном? — поинтересовался детектив, подходя к двери с тяжёлым амбарным замком на цепи.       Пока Чон пытался понять, как зайти внутрь, Чимин решил обойти склад по периметру, на всякий случай. Профайлер в это время искала нужные отсканированные документы в планшете.       — Ну, косвенно был замешан кое в чём. Его обвиняли в создании и продаже одного нового вида наркотиков. Тогда еще не было официального названия, дело давнее, но сейчас все знают этот препарат — «Сияние». Сильный психоделик, при длительном употреблении есть риск умереть от остановки сердца. Причем, замечено, что сердце останавливается просто от сильного испуга — люди под «Сиянием» могут увидеть все свои самые жуткие кошмары. Иными словами, наркотик при долгом приеме вызывает галлюцинации, — девушка кратко передавала смысл текста, не углубляясь в состав и детали дел, описанных в досье. — Имя Шина назвал один из пойманных наркоторговцев, но доказательств на него не нашли, поэтому пришлось отпустить. С тех пор не привлекался.       Чонгук задумчиво смотрел в никуда, переваривая новую информацию.       — А кем он работал в обычной жизни, раз ездил на неплохой машине и имел склад за городом? — решил зайти с этой стороны детектив.       — Он был финансистом в небольшой компании, кроме всего, что ты перечислил, у него еще была квартира. Достаточно дорогая, зарплата была не настолько большая, но подкопаться так и не удалось. Скользкий тип, — Бора поморщилась, — такие люди бесят, потому что явно виновны в чем-то, но спокойно разгуливают на свободе.       — Понятно, — проворчал Чонгук. — Твою мать, как это открыть?! — возмутился детектив, ударяя по ненавистному замку.       Неожиданно из-за спины Боры появился Чимин. Жестом попросил Чона отойти и положил на землю свой чемоданчик. Раскрыл его и начал что-то искать. Пак достал два странных металлических плоских инструмента, небольших, похожих на маленькие пилочки с крючками на концах. Он подошел к зданию и присел на одно колено перед дверью, аккуратно пропихнув оба инструмента в отверстие замка.       — Сначала нужно определить тип замка с помощью универсальных отмычек, — начал объяснять судмедэксперт свои действия. — Мне нужно не так много времени, чтобы «прощупать» штифты внутри, а потом подобрать нужное устройство для вскрытия, — через пару аккуратных движений, Чимин грустно выдохнул, не вытаскивая отмычки. — Нам не очень повезло, в данном случае придется открывать «английский» замок. Он вроде и обычный, достаточно древний, но поэтому с ним и дольше работать — на ощупь, так сказать. — Пак начал достаточно ловко двигать отмычками, пока Бора и Чонгук пораженно за ним наблюдали, вслушиваясь в небольшую лекцию. — Здесь требуется установить пары блокирующих штифтов внутри устройства замка таким образом, чтобы их части сопряжения находились на линии вращения цилиндра. Такое же положение они занимают и при использовании «родного» ключа. Сейчас я по очереди проталкиваю каждый кодовый штифт отмычкой, чувствуя пальцами, когда он достигает нужного положения, — Чимин усердно концентрировался на своих ощущениях, а потом победно улыбнулся. — Второй рукой даю цилиндру необходимый «натяг», чтобы стопорные штифты не возвращались обратно под действием пружины. Теперь проворачиваю «личинку» замка до характерного звука, — внезапно раздался щелчок, и Пак снял мешающую им преграду, встал с колен и отряхнул штаны, будто ничего необычного и не произошло.       Судмедэксперт молча подошел к своему чемоданчику, убрал в него отмычки, закрыл и поднял с земли, а потом посмотрел на застывших коллег.       — Чего уставились? Я женат на лучшем криминалисте почти десять лет, мы вместе к сессиям готовились во времена студенчества, многому научились друг у друга, — спокойно объяснил мужчина и подошел к дверям склада, вытаскивая из ручек ненужные цепи. Он открыл одну створку и по-джентельменски встал у прохода. — Входите, господа и дамы, — шуточно поклонился этот безэмоциональный гений. От этой парочки королей царства мертвых одни сюрпризы, они стоят друг друга.       — Спасибо, Чимин-и, — додумалась поблагодарить Бора, в то время как Чонгук уже молча вошел внутрь, а вслед за ним и девушка.       Внутри склада было темно, но детектив быстро отыскал выключатель сбоку с помощью фонарика на телефоне. После того, как он нажал на него, раздался неприятный электрический скрежет, а потом под потолком начали зажигаться ряды ламп. Хоть помещение и было не такое уж и большое, но все равно достаточно масштабное. В углу склада было бетонное сооружение, которое напоминало небольшой офис, там даже были окна, наверное, чтобы следить за всем происходящим внутри здания.       — Гук, я пойду в то место с окнами, скорее всего, там есть какие-то документы или что-то такое, может, повезёт, и там окажется компьютер, — проинформировала Бора и спокойно направилась в нужную сторону, даже не дожидаясь реакции детектива.       Чон поэтому и не любил ездить с ней на место преступления. Она слишком активно участвовала в расследовании, лезла в самое пекло, а он мог только тревожиться и переживать о ней. Девушка, к сожалению, взрослая, поэтому указывать он ей права не имел, да и Бора не слушалась — Чонгук пытался пару раз.       — Я пойду осматривать помещение слева, а ты можешь справа? — предложил детектив Чимину, на что тот молчаливо кивнул и пошел в указанную сторону, внимательно изучая все на своём пути.       По складу были расставлены стеллажи почти до потолка, на них стояли какие-то коробки и стопки пакетов для фасовки чего-то не очень крупного, Чонгуку на пути попался металлический шкаф с какой-то лабораторной униформой. Идей в голове было много, но, исходя из данных, которые прочла Бора, вывод напрашивался только один…       — Чонгук, иди сюда, охренеешь от безалаберности, — громко позвал Пак с другой стороны склада.       Детектив быстро пошел в его сторону, примерно понимая, что сейчас увидит.       — Получается, что это… — начал Чимин, но Чон перебил:       — Нарко-лаборатория. Предположительно, тут и варили «Сияние», — закончил за него Чонгук.       Они оба смотрели на два небольших стеклянных стола с инструментами для перегонки жидкости, мини-доменной печью для малых промышленных объектов, полку с различными препаратами и еще множеством вещей, которых точно хватит, чтобы подтвердить их догадку.       — Я соберу все необходимые улики для доказательств, а ты иди к Боре, уверен, она что-то нарыла, — тихо приказал Чимин, а Чонгук просто не мог ослушаться старшего, ведь понимал, что тут теперь его работа. Точнее его мужа, но не будем придираться.       Детектив направился к тому помещению, где была девушка. В окнах горел свет, но они были занавешены жалюзи, поэтому ничего особо не было видно. Чонгук подошел к серой металлической двери и открыл ее. Внутри было достаточно удобное, почти офисное помещение. Белые стены, яркие лампы под потолком, два черных стола, компьютеры, принтер и полки с бумагами. Это все бросалось в глаза и было логично расположено для комфортной работы. Соображали преступники неплохо, заботились о своём удобстве.       — Что нарыла, солнце? — спросил Чон у Боры, которая сидела перед включённым компьютером на сером кресле на колесиках и читала какие-то бумаги.       — На компах пароли, придется тащить в отдел, — удручённо сказала профайлер, не отрывая глаз от документов в руках, — кто поможет взломать?       — Из наших доверенных лиц есть только Хосок, он вроде хорош в этом, хоть и детектив, — предложил кандидатуру Чонгук.       — Точно, запамятовала, — Бора подняла глаза и поманила Чона пальцем, — иди сюда, нашла немного интересного.       Она показала ему лист, на котором было распечатано лицо молодого парня, лет двадцати пяти, рядом шли строчки с информацией о нём.       — Это Ким Сокджин, скандальный журналист, — восхищённо сказала девушка, за что детектив с осуждением на неё посмотрел, он не любил этих стервятников. — Нет, ты не понимаешь. Ким очень даже часто помогает полиции во многом. Он занимается разоблачением преступников и разных уродов, даже доставал информацию по тому делу со стрёмным химическим веществом. Думаю, что нам нужно с ним лично поговорить, не зря его досье здесь, скорее всего, как-то им насолил.       — Или помог, — оспорил Чонгук.       — Тогда тем более стоит его найти, — закончила девушка, — у вас там что?       — Нарколаборатория, предположительно по «Сиянию», — выдохнул Чонгук.       — Будем вызывать наших?       — Нет, нам по протоколу нельзя быть тут. Ты же не оставила следов? — немного напуганно спросил детектив. В Паке он был уверен, тот не раз имел работу в таких тайных условиях, не то, что подруга.       — Обижаешь, вот, — девушка показала свои руки в латексных перчатках, а потом встала из кресла и показала небольшой пакет, на котором сидела.       — Пакет? Серьезно? — Чонгук откровенно заржал, поражаясь ее находчивости.       — Зато работает, — пробурчала девушка, аккуратно поднимая остальные бумаги со стола. — Это нужно точно забрать, там какие-то химические формулы и данные людей, многое я отфоткала и убрала на место, нужно еще поискать, может, нароем что-то, — предложила девушка.       Детектив молча согласился, и они приступили к работе.       В документах на полках было много всего, в чём они не особо разбирались, поэтому просто фотографировали почти всё, надеясь, что Пак и Мин смогут разобраться что к чему. Было много координат и имён, какие-то накладные и чёрно-белые фото каких-то мест и зданий. Если в бумагах так много информации, то Чонгуку страшно представить, сколько всего они смогут найти в компьютерах. За несколько часов они почти все перебрали, потом взяли каждый по одному компьютеру, Чон ещё прихватил папку документов, и пошли к машине, чтобы все в неё загрузить. Чимин уже был снаружи со своим чемоданчиком, просто смотрел на окружающий пейзаж.       — У меня вопрос, — начал Пак, осматриваясь. — Как наш убийца проник сюда незамеченным и спрятал бомбу? В плане того, что лабораторией не пользовались где-то месяца три, бросив всё как есть, что просто безумие. Склад напрямую оформлен на Шина — слишком нагло, но это можно понять, его особо и не могли проверять, улик и показаний нет. Но как убийца понял, что тот приедет сюда? Как остался незамеченным, если вокруг поля: и доехать на автомобиле слишком палевно, и скрыться сложно.       — Думаю, — начал Чон, подбирая слова, — убийца мог оставить машину очень далеко, а сюда дойти пешком со своим прибором для взрыва. Скорее всего, следил за Шином, причём довольно долго, не думаю, что тот так часто сюда ездил, но в офисе есть следы чужого присутствия, не особо там и пыльно, значит, периодически кто-то туда приходил, просто здесь больше не производили препарат, может, перенесли лабораторию, расширились, не знаю. — Детектив пытался всё сложить в голове, слишком много информации поступило в мозг за последние шесть часов. — Возможно, заранее прибыл сюда, а пока Шин был внутри, установил бомбу в машине и ушел. А потом наша жертва поехала в город и ба-бах. — закончил Чонгук, устало прикрыв глаза.       — Всё, ребят, давайте отвезём все в участок и по домам, долгий был день, — предложила профайлер, видя состояние друга.       — Хорошо, — согласился Чимин, а потом повернулся к Чону, — поешь в морге, а потом уже вали спать. Выглядишь ужасно, — спокойно проинформировал судмедэксперт и сел в машину.       Детектив пошел садиться на своё место под язвительные смешки Боры, надеясь, что как можно скорее окажется в своей любимой кроватке.

***

      Следующая неделя тянулась мучительно долго. Уговорить Хосока помочь им в этом деле было просто, тот всегда был рад поучаствовать в чём-то интересном, тем более они уже начали расследование этого дела, прежде чем его у них забрали. Но Хоби предупредил, что взломать два компьютера не так уж и просто, тем более что он будет делать это дома, ведь в офис никак не протащить незаметно такие улики. Поэтому все участники расследования терпеливо ждали результатов.       Чонгук и Бора оперативно изучали документы, научные отправляли женатой парочке, чтобы те их отсортировали, а потом объяснили им всю суть. Профайлер искала Ким Сокджина и его последние дела, но тот будто сквозь землю провалился, а для журналистов это означало только одно — они ввязались во что-то смертельно опасное, поэтому Сокджин, скорее всего, просто скрывался.       Чон изучал места с фотографий, придя к выводу, что там продавали и передавали товар. Детектив задействовал своих знакомых стукачей, узнал от них о том, что Шин достаточно давно возглавлял индустрию «Сияния», что производство препарата росло как на дрожжах, а полиция либо закрывала рты из-за взяток, либо не могла найти достойных поводов устроить официальный обыск, ведь улики, добытые незаконным путём, в суде не действовали. Но Чона это не особо волновало, он не юрист, его задача — раскрыть дело, а дальше уже не его работа.        Шин не был химиком, поэтому одной из главных задач было найти того, кто вывел рецепт. Что было трудно, потому что в документах за последние три года не мелькало ничего подобного, только формулы и дозировки. Была парочка знакомых лиц, которые уже сидели, даже удалось некоторых допросить, но они прямо не взаимодействовали с Шином, только продавали и доставляли товар. По документам удалось найти нескольких химиков, которые варили это всё. Двое были уже мертвы как два месяца — попали под бандитскую облаву, а еще двое скрывались. Одного удалось найти и допросить. Выяснилось, что лабораторию, и правда, перенесли в другую часть города, но наняли новых людей. Чонгук отдал химика под суд, понимая, что за чистосердечное ему сократят срок. Часть информации Чон отправил знакомому из отдела, которому передали это дело, чтобы те накрыли новую лабораторию, потому что детектив сейчас настроен искать убийцу, но не мог забить на то, что производство наркотика не прекращается.       В итоге, в следующий четверг, когда Чонгук искал информацию о всех химиках и медиках, засветившихся в преступных кругах, ему пришло СМС от главного криминалиста. На самом деле Мину нельзя делиться хоть какой-то информацией о результатах исследований, это всё строго конфиденциально, но так как Чонгук был его другом и хорошим детективом, то Юнги всегда втихаря делился всеми данными. Но Мин сильно рисковал своим местом, если бы его кто-то застукал, то в лучшем случае бы уволили, а в худшем — посадили на пару лет. Благо такое вряд ли произойдёт, потому что все доверенные лица криминалиста — проверенные временем люди.       В сообщении, как всегда кратко и лаконично, было написано: «Результаты пришли, я с Чимином в морге». Детектив быстро шёл через все здание, потому что его кабинет был в противоположном крыле. Сейчас он опять будет наблюдать за слащаво-тошнотворной картиной. Но будем честны — Чон просто тихо завидовал.       Юнги и Чимин были женаты уже девять лет. Более гармоничной и любящей пары Гук никогда не видел, а его работа во многом связана с людьми. Пак перевёлся в класс Юнги, когда им было по двенадцать. Через три года семья Чимина опять переехала, но парни сильно сдружились и продолжили общаться на расстоянии: фото, видео, влоги из всех поездок, сообщения, видеозвонки и ночные разговоры перед сном по телефону. Их дружба не угасла до самого поступления в один и тот же университет. У них даже специальности в итоге похожи по своей специфике: судмедэксперт и криминалист, идеальнее некуда. После первого курса они сразу поженились, хотя все были против, ведь они всего полгода назад неожиданно сошлись, но парни были уверены в себе и своих чувствах, поэтому никого не послушали, а теперь у них прекрасный и счастливый брак, они стали примером хороших и здоровых отношения для Чона.       Юнги в их паре более асоциальный и замкнутый, но очень нежный и любвеобильный с Чимином, иногда рядом с ними просто невозможно находиться, Чонгук, правда, был уверен, что они вполне могли целоваться над столом с трупом, а может, и не только целоваться — с них станется. Чимин находил контакт с любым человеком, часто сообщал новости о смерти, очерствел немного из-за этого к чувствам других людей, был очень спокойным и уравновешенным, но иногда, очень редко, как на недавнем собрании, из него фонтаном выплёскивались эмоции. Но это, скорее, исключение.       В их паре он был опорой для порой уходящего в себя Мина, но тот уже лучше со всем этим справлялся, у их главного криминалиста была не самая простая жизнь, из-за чего в настоящем его преследуют последствия. И сейчас Чонгук идёт прямо в логово хищников, а точнее, в их любовное гнёздышко — морг. Конечно, детектив утрировал. Ребята — профессионалы, они никогда не отвлекаются от работы, но могут спокойно о чем-то своём, бытовом, разговаривать и с теплом смотреть друг на друга, но для Чона это еще более интимно, чем поцелуи, а может, даже чем секс. Их отношения правда его восхищали.       В этой части здания довольно тихо и прохладно, за специальным пластиковым занавесом находился проход в обитель трупов. Чонгук надел специальный халат, бахилы и перчатки и вошел внутрь. Все, как он и предполагал.       У стола с трупом стоял Пак и что-то доставал из разреза в горле и складывал в пробирку, которую держал Юнги, а тот потом капал в нее двумя растворами.       — Чимин-а, может, сегодня на ужин сделаем удон с креветками? Давно вместе не готовили, — достаточно тихо спросил Мин.       Но Чон все равно услышал. Вообще, отношения ребят сами по себе были довольно тихими, они не действовали импульсивно, были молчаливой поддержкой друг друга, часто проводили время дома вдвоем, им особо никто и не нужен был.       — Мы готовили онигири на прошлой неделе, но я все равно не против, — ответил Пак, внимательно ковыряясь пинцетом в трупе, что-то поддевая скальпелем. — Следующую пробирку, перейдём к гортани, — как бы между делом бросил Чимин, а Юнги сразу выполнил поручение, закрыв пробирку в руках и взяв новую. — Можем еще завтра вечером сходить куда-нибудь, всё-таки пятница, да и еще я давно не приглашал тебя на свидания, обычно это делаешь ты.       — Сам решишь куда или вместе выберем? — уточнил Мин, с неприкрытым обожанием наблюдая за мужем. На его лице была умиротворённая и тёплая улыбка, которую он дарил только Паку.       Чонгук не выдержал больше, поэтому постучал кулаком по стене.       — Туки-туки, — театрально начал детектив, а потом ехидно продолжил. — Не отвлекаю, братцы-голубчики?       На него уставились два горьких карих взгляда, в которых не читалось ничего хорошего, поэтому Гук сразу пошел на попятную.       — Всё-всё-всё, я понял, не хамить хёнам, — поднимая руки в сдающемся жесте, с улыбкой сказал детектив.       Парочка синхронно удовлетворенно кивнула, Пак положил что-то в пробирку, а Юнги ее закупорил и поставил к остальным, а потом подошёл к столу за какими-то бумагами.       — Вот результаты экспертизы по остаточным следам на трупе. В бомбе содержатся похожие химические ядовитые вещества, как в деле двухлетней давности, осадок похож, но отличия есть. Состав будто усовершенствовали: кожи на трупе не осталось совсем, мы смогли найти хоть какие-то частицы только в гортани, следы вещества на теле отсутствуют, оно будто стало более опасным и удобным в использовании, — немного мрачно пояснял Юнги, опуская все сложные термины и пояснения, чтобы сразу передать суть Чонгуку, но все равно и Пак, и Мин были в неком восторге, потому что новые вещества всегда поражают, тем более такие совершенные, это чисто профессиональное уважение, хоть сей факт и усложняет их работу.       — Из этого вывод, — продолжил за мужем Чимин, который уже закончил свою работу с трупом, — убийства точно связаны, но если в первом вещество распылили, то во втором с его помощью сделали взрывчатку, что достаточно изобретательно, на мой взгляд. Пока отчёты видели только мы, потому что мой благоверный главный криминалист, — немного с иронией, но по-доброму, поддразнил Пак.       Юнги просто ему нежно улыбнулся, а Чон закатил глаза.       — Я понял, как вам хорошо друг с другом, — устало отозвался Чонгук, обращая на себя внимание этих голубков. — Ваш ванильный конфетно-букетный период когда-нибудь закончится? Вы уже почти десять лет в браке.       — Это любовь, придурок, — поглумился Юнги, привычно отвешивая детективу подзатыльник, хоть и был сильно ниже, но юркий до ужаса, Чон даже не заметил его появления рядом.       Чимин положил руку на плечо друга и с сожалением похлопал по нему, как бы утешая.       — Боюсь, что это навсегда, мелкий, — с наигранным отчаянием произнес Пак, будто сообщая о смерти любимой собаки.       Чонгук показательно отошёл от них, убрав чужую руку с плеча, театрально отряхивая его от фантомных прикосновений, отчего Чимин просто закатил глаза.       — Я выше вас обоих на голову, между прочим, — напомнил Гук, на что парочка просто пожала плечами.       И так всегда. Синхронно и бескомпромиссно. Что ж, они здесь, чтобы разобраться в деле, подурачиться можно и после работы. Хотя, учитывая график детектива, после работы он может разве что поспать. И то ему в этом мешают кошмары.