Сборник драбблов по Кену Рюгудзи (Доракену)

Первый День рождения Доракена с момента начала отношений. Такана уже месяц ломала голову, не зная что подарить любимому. Хотелось чего-то знаменательного, значимого и особенного. Но чего? Доракен никогда не был особо чувственным или эмоциональным, и от того было сложно определиться с выбором правильного подарка. Дарить что-то связанное с мотоциклами? Банально, да и Лима не особо разбиралась в этом. Единственным увлечением Доракена, помимо мотоциклов, были группировки и музыка. Всем этим парень давно окружил себя сам. В целом Кен был человеком, что мог без проблем приобрести всё, что ему было нужно. Любую свою материальную прихоть он исполнял при первой возможности. Идея посетила темноволосую голову со скоростью приземлившегося метеорита. А ведь стоило любимому лишь попросить заплести его. Лима оповестила парня о своём желании поздравить его первой. Долго ему объяснять было не нужно, потому он просто приехал за девушкой в 23:45. Двадцати минут было достаточно, чтобы добраться до их любимого места на набережной. Даже посреди ночи здесь царила волшебная атмосфера. Уединение майской ночью в излюбленном месте, тишина и любимый человек напротив - всё, что нужно для счастья. -С Днём рождения, любимый, - шепчет девушка, нежно целуя мягкие губы блондина. Он отвечает с желанием и хочет углубить поцелуй, но чувствует вложенную в руки коробочку. Чёрная, матовая, продолговатая. Вихрем проносятся мысли о том, что же может быть внутри, но желание пересиливает его. Рюгуджи открывает крышечку и не верит своим глазам. Внутри лежала длинная серебряная палочка, переливающаяся звёздным мерцанием на свету. Не нужно было долго думать, чтобы понять - это кандзаси. Древнее японское украшение для волос. Гладкий корпус мягко заужен на одном конце. Это облегчит проникновение украшения в волосы. Другой же конец щедро украшен. Детализированный до невозможности серебристый китайский дракон вился по концу палочки. Он обвивал её своим туловищем в кольцо, передними лапами хватаясь за тёмно-синий шарик на самом конце. Он словно изо всех сил старался дотянуться до такого же серебряного полумесяца на противоположной стороне. -Детка... я... вау... - стараясь сдержать дрожь в руках, Доракен аккуратно вынул украшение из коробочки. Две тоненькие цепочки мягко прозвенели на конце. Малюсенькие цветки глицинии сверкали подобно крапинкам александрита. -Изначально кандзаси были женским украшением, но мы ведь в 21 веке живём, - неловко произносит Лима. - К тому же на тебе будет смотреться восхитительно подобное украшение. Блондин хорошо скрывает своё смущение. Повезло ему со способностью не краснеть. Однако бешено бьющееся в груди сердце, кажется, может пробить кости. -Ты это на заказ сделала? - в ответ кивок. - Детка, расскажешь мне, какой смысл ты вложила в эту работу? А вот Такана краснела при малейшей возможности. -Ну... серебро, - тонкий пальчик скользит по металлической палочке в руках парня от острия до дракона, - Это символ благородства и милосердия, честности и надежды. Синим, - девушка касается шарика между драконом и полумесяцем, - обозначается май в Японии. Это цвет умиротворения, спокойствия и мудрости. Оба цвета - отождествление всех качеств, присущих тебе. В сочетании они знаменуют победу. Девушка поднимает взор с кандзаси на Рюгуджи. Чёрные глаза напротив внимательно следили за ней. В этих безднах плясали звёзды, подобно светлячкам в ночном лесу. Не в силах выдержать взгляд парня, Лима возвращает своё внимание на украшение. -Дракон и так понятен. Он как негласный символ Кена Рюгуджи, - ухмыляется она и слышит лёгкий смешок сверху. - Символ справедливости, правосудия и защиты. Знак силы. А глициния - это чистота и хрупкость. Она выглядит нежно и хрупко, однако в ней содержатся вещества, делающие её кору и семена ядовитыми. Но знаешь, что самое интересное? Из её яда делают лекарство. Невероятно, правда? Так и в тебе сочетаются смертоносная сила и способность воскресить мёртвое сердце простыми словами. А на полумесяце выгравировано "Я тебя люблю". Банально, да? Но мне захотелось, чтобы эти слова были рядом с тобой. Губы девушки растянуты в мечтательной улыбке, когда она поднимает голову. Кажется, Доракен уже и забыл для чего они тут стоят. -Ого, ты и вправду всерьёз взялась за мой подарок, - он тепло улыбнулся темноволосой. -Я очень хотела сделать для тебя что-то особенное, - тихо проговаривает Такана. -Не думаю, что возможно сделать что-то более особенное, чем это. Поможешь надеть? - Кен протягивает украшение девушке, а после, подняв за талию, усаживает Лиму на мотоцикл. Встав меж её коленей, парень поворачивается спиной, чуть запрокинув голову. -Мне тут вспомнилась японская история о драконе и прекрасной девушке. Это легенда о том, как появилась глициния. Ты слышала её? -Нет, но я хочу послушать, - улыбнулась Такана, расплетая косу Доракена. -Жила-была невероятной красоты девушка. Удивительно прекрасными были ее длинные косы. На солнце они переливались яркими фиолетовыми оттенками, а вечерами от них исходило голубоватое сияние. Люди, увидев её, забывали обо всём и любовались невероятным видом. Красотой своей она превосходила даже богинь и этим была им не мила. Ослеплённые завистью своей богини приказали дракону убить девушку. Слуга же исправно выполнил приказ, но возмездие не заставило себя ждать. Вдруг Дракон начал деревенеть: кожа его покрывалась корой, а длинные когтистые лапы превращались в свисающие ветви. В отчаянной борьбе за свою жизнь он начал изрыгать пламя, но вместо столпов огня в воздух вырывались лишь фиолетовые и синие цветы. Первое дерево глицинии стало напоминанием о волшебной красоте погибшей невинной девушки. К концу истории Лима уже успела собрать послушные блондинистые волосы в высокий пучок и аккуратно заколоть его кандзаси. Пара прядей осталась свисать с обеих сторон от лица парня. При развороте до ушей обоих донёсся едва слышимый звон цепочек. -Очень красиво, - шепчет темноволосая. - И легенда тоже. Доракен мягко улыбается, подходя ближе к девушке. Руки его обвивают девичью талию, а взгляд мечется между её глазами и губами. -Спасибо, принцесса. Надеюсь, ты можешь представить себе насколько важен для меня этот подарок, - шепчет Кен в любимые губы. Секундная заминка и он утягивает девушку в трепетный, но настойчивый поцелуй. Ненавязчивый, но уверенный. Как в этом мужчине одновременно может уживаться столько противоречий, но при этом он является эталоном внутренней гармонии и равновесия? Лима никогда не поймёт. -Слышал поговорку, - улыбаясь произносит брюнетка, прижимаясь своим лбом к лбу Доракена, - "Тот, кто хоть раз увидит как цветёт глициния, никогда не сможет забыть это зрелище"? Так вот, это ещё одна моя ассоциация с тобой, Кен. От тебя невозможно оторвать взгляд. И я никогда не смогу тебя забыть.