"Стеклозавод"

"Новый будний день. Ничего хорошего и ничего плохого, очередной день как и все другие." - думает Сынмин, проснувшись. Вставать с нагретой постели совсем не хочется. От мыслей о цикличности скучных будней отвлекает запах свежесваренного кофе и выпечки с кухни. "Нет, все таки сегодня прекрасное утро". Закончив с привычными процедурами в ванной комнате, молодой человек спешит на кухню, где помимо остывающего завтрака, его ждёт любовь всей его жизни. - Доброе утро, Чонин, - Сынмин мягко улыбается младшему. Заметив, как блондин нервничает старший решает незамедлительно узнать в чем дело. - Что-то случилось? - в ответ тишина, которую нарушает лишь слишком громкое в такой обстановке тикание часов. - Мы можем поговорить? - Чонин наконец решается и Сынмин понимает, что эти три слова не предвещают ничего хорошего. - Хорошо, давай поговорим, - Сынмин пытается понять, что спровоцировало такую резкую перемену настроения у младшего, ведь вчера всё было замечательно. Он пытается поймать взгляд Чонина, чтоб прочитать всё по глазам, но младший лишь виновато смотрит в пол. Опять эта давящая тишина. - Я не смогу понять чего ты от меня хочешь, если будешь молчать. Расскажи мне, что случилось. Я правда хочу тебе помочь, - Сынмин пытается приободрить Чонина взяв его за руки, на что младший наконец-то поднимает свой взгляд. - Прости меня, но кажется я замерзаю. Мне всегда было холодно с тобой. Вряд ли эта проблема решится сама собой, поэтому я думаю нам лучше расстаться. Прости, что не сказал тебе об этом раньше. Только когда я встретил другого человека, я понял, что никогда тебя не любил. Мне жаль. В течение дня соберу вещи и уеду. Обещаю, что ты больше никогда меня не увидишь, - на одном дыхании проговаривает Чонин и уходит в комнату, чтобы просто не видеть, не видеть человека которого он же и сломал. Щелчок двери и вновь тишина, теперь не просто тяжёлая, она невыносимая. "Холодно" это слово эхом разносится в голове Сынмина и ему кажется, что он сходит с ума. Можно ли назвать свою закрытость от людей холодом? Неужели он все это время действительно делал очень мало? Только ли Сынмин виноват в том, что его в очередной раз сломали? Может быть проще действительно стать настолько холодным, чтобы больше никогда никого не любить? Почему ему вновь приходиться отпускать? Неужели он не имеет право быть счастливым с кем-то? Сынмин направляется в комнату, где сидит младший и осторожно собирает свои вещи в чемоданы. - Чонин, я могу задать тебе вопрос? Я услышал тебя, не мог бы ты теперь выслушать меня? Не подумай, я не буду тебя отговаривать. Это твоё решение, - слова Сынмину всегда давались легко. Без дрожи в голосе, без слез, без истерик. Он привык переживать всё внутри себя, и сейчас он вновь чувствует эту неутихающую бурю. Он никому её не покажет, это никому не интересно. В очередной раз пройдёт этот путь боли и отчаяния самостоятельно, никого не нагружая. Знает, что справится, но никогда не признается самому себе в том, насколько он устал. - Да, хорошо. Может быть так даже лучше - Скажи мне, что я делаю не так? Вопрос останется без ответа, как и всегда. Может быть кому-нибудь когда-нибудь хватит смелости сказать, что односложные ответы, брутальная честность и грубая прямолинейность отталкивают многих, но немногие увидят за этими щитами эмоционального и ранимого человека. Сынмин поспешил с выводами, когда назвал это утро прекрасным. Оно отвратительно