В плену блондинки

– Охренеть, Мэй… Сколько ты вытащила? Почему всякая дрянь стоит таких бешенных денег… – Произнесла, сидевшая в кресле Азуми, осматривая свою коробку с нарисованным рыцарем и глубоко вздыхая. – Ну, да… Это же наркотики. И ты тоже хороша, откуда столько денег? А мне даже ничего не сказала. На них же можно столько всего накупить, даже пистолет… – Сказала Мэй, стоя позади девушки и смотря из-за её плеча на коробку. – Зачем тебе пистолет? – Спросила Нишимура, покосившись на Мэй и чуть прищурившись. Губы блондинки медленно сложились в улыбку, Хигути загнула все пальцы правой руки, кроме указательного со средним, и упёрла их в висок. – Бам! – Громко вскрикнула девушка и вскинула правую руку, резко дёргая головой в противоположную сторону. – Довольно легко и просто получилось бы, шанс на провал был бы минимальным. Хоть и с документами пришлось бы повозиться… А ты зажмотила деньги для своей девушки… – Боже… – Вымученно прохрипела Нишимура и закатила глаза, после прикрывая лицо руками. Девушка согнулась и громко простонала, смотря сквозь пальцы на пол. – Мэй… Хватит говорить об этом каждый раз… И вообще, с деньгами нужно быть аккуратной. Это неприкосновенный запас на особый случай, если резко понадобятся. – Как ты вообще столько насобирала? – Спросила Мэй и присела на ручку кресла, подпирая голову кулаком. – Я не понимаю. – Ну, просто накопила… Откладывала сюда большую часть зарплаты, да и деньги заработанные другим путём тоже. – Сказала Азуми с глубоким вздохом, девушка выпрямила спину и взгляну на Хигути, не отводящую от неё глаз. – Чего? – Мой день рождения. Это особый случай, на который нужно брать деньги из неприкосновенного запаса? – Спросила Мэй и тихо фыркнула. – Да. – Без промедлений ответила Азуми и поднялась с кресла, убирая коробку обратно. – Я даже не хочу объяснять тебе, насколько это глупо и бесполезно. Всё равно ты твердолобая идиотка, хоть молотком стучи – ничего не поймёшь. – Буркнула Мэй и потянулась, смотря на девушку. – Ладно, пошли курить. – Ты серьёзно? – Вяло протянула Нишимура и вздохнула, потопав на балкон, ответа она так и не получила, лишь смотрела на тлеющую в лучах закатного солнца сигарету.       За окном уже стояла середина октября, на улице тихо завывал ветер, подгоняя засохшие цветастые листья. Деревья примерили на себя пёстрые наряды, которые, впрочем, уже начинали опадать, демонстрируя оголённые стволы. Азуми сидела на кухне, держа в руке телефон с включённым калькулятором и записывая что-то на листке. – Ты что делаешь? – Спросила Мэй, стоя в дверном проёме. Под глазами девушки образовались небольшие мешочки, волосы отросли и спустились ниже на несколько сантиметров, от чего её макушка окрасилась в естественный тёмный цвет. Она была одета в белые пушистые тапочки, короткие шорты и мешковатое худи серого цвета. – Считаю, не видно что ли? – Буркнула Нишимура и перевела на вошедшую взгляд, тихо шмыгнув носом. – Холодновато уже становится… – Понятно. – Ответила Мэй и подошла к холодильнику, достав из него карамельно-ягодный пудинг в пластиковой упаковке. – В общем, ситуация довольно неприятная… Даже, если не учитывать то, что я отдала кучу денег за испорченную форму. Моей зарплаты нам явно будет не хватать… Так что мне придётся искать вторую работу. – Произнесла Азуми и уставилась на блондинку, положив голову на стол. Хигути спокойно ела десерт и смотрела в окно, чуть наклонив голову в сторону. – Вообще ничего не скажешь, да? Мы теперь будем ещё меньше времени проводить друг с другом… – Ну, не будем и не будем. Как-то всё равно, честно говоря. – Сказала Мэй и пожала плечами, слизывая остатки пудинга с ложки. – Мне даже лучше будет. – Мда, понятно. – Ответила хулиганка и глубоко вздохнула, взяв девушку за руку. Она потянула её на себя, усадила на колени и припала к правому плечу, прикрывая глаза. – Ну, а сейчас то что? – Полным недовольства голосом спросила Хигути и фыркнула, попытавшись освободиться из крепких объятий. – Хочу просто посидеть так… Разве я многого прошу? – Спросила Нишимура и чуть приподняла уголки губ, лишь плотнее прижимаясь к девушке. Мэй продолжала сопротивляться, но быстро сдалась и расслабилась в руках хулиганки, припав на неё спиной.       На часах была ровно половина двенадцатого, а закутавшаяся в одеяло Хигути только-только приоткрыла сонные глаза, вяло заводив ими по комнате. Девушка потянулась и вновь спряталась под одеялом, хлопая янтарными глазами. Спустя пару минут Мэй нащупала рукой телефон и перевернулась на бок, залипая в него ещё на полчаса. Лишь после этого она нехотя поднялась с кровати и под звуки урчащего живота начала переодеваться. Закончив со всеми утренними процедурами, девушка зашла на кухню и открыла холодильник. Немного порывшись по полкам, Хигути достала коробку с готовым завтраком и запихала её в микроволновку. Когда же всё было готово, она села за стол и уставилась на еду, вяло ковыряясь в ней палочками. Кое-как расправившись с половиной, Мэй побрела обратно в комнату и плюхнулась на кровать, прихватив с собой новоприобретённую новеллу, которую открыла на тридцать третьей странице.       Стрелка часов уже перешагнула тройку на циферблате, и была готова вот-вот поравняться с четвёркой. Хигути продолжала лежать на кровати, два янтаря неспешно плелись по строкам, пока не доковыляли до конца тридцать шестой страницы. Девушка глубоко вздохнула, закатила глаза и отложила книгу в сторону, переворачиваясь набок. «А это было бы очень круто… Вдруг взять и оказаться в каком-нибудь волшебном мире… Стала бы великим магом или воином… Хотя даже я не представляю, насколько волшебным должен быть мир, чтобы из меня там вышел воин… Бред, это уже было бы фентези внутри фентези… Но магом да, сидеть и пялиться в книги я умею… Вообще было бы удобно, чтобы там все говорили на японском… Не хочу разбираться с новым языком… Там я, может быть, даже стала бы великим героем, о приходе которого ещё когда-то давно создали кучу пророчеств… А может я бы вовсе переродилась эльфийкой неописуемой красоты… Нашла бы там верных товарищей, прошла бы путь полный приключений и опасностей… И в итоге бы сразила короля демонов, принесла бы мир на все земли… И потом уже бы про меня сложили кучу легенд… А я бы спустя тысячи лет слышала их и тихо посмеивалась от того, как всё приукрасили… Да, было бы славно…» – Подумала Мэй и легла на спину, уставившись в потолок. Она потянулась рукой вверх, и на её лице промелькнула неуловимая тень улыбки, что в ту же секунду безвозвратно испарилась, подобно утренней дымке, а рука плашмя свалилась на кровать. И девушка перевернулась обратно набок, сворачиваясь в калачик, будто котёнок, молящий о тепле в разбушевавшуюся непогоду. – «Ага… Конечно… Потянула бы я такое… Сдохла бы на первом же задании и дело с концом… Хотя оно же к лучшему… Достало всё…»       Мэй всё же поднялась с кровати, когда за окном уже стемнело. Она направилась к балкону и глубоко вздохнула, начав рыскать в поисках пачки сигарет. – Чёрт… Когда она вообще придёт? Это нечестно… Я ведь просила её оставить мне хотя бы парочку… – Произнесла девушка и тихо фыркнула, заходя внутрь. Хигути уже собиралась плюхнуться обратно на кровать, но услышала ключ, проникший в замочную скважину, и начала тихо, ступая почти беззвучно, красться к входной двери. Она не стала выходить из комнаты, лишь приоткрыла дверь, посматривая на утонувшую в еле проглядываемой тьме прихожую, где видны были лишь полуразмытые очертания предметов. Наконец-то дверь открылась, и внутрь зашла фигура, положив что-то шуршащее на пол. Она потянулась, было настолько тихо, что девушка слышала скрежет затёкших мышц и ровное дыхание неясной сущности. Шаг разбился эхом о стены, по крайне мере так показалось Хигути, следящей за таинственной тьмой, пугающей и бросающей в ледяной пот тьмой. Её маленькое сердце начинало биться быстрее, Мэй сжала дверную ручку, колени задрожали, будто на сильном морозе, и она уже сбиралась развернуться, дабы побежать прочь и завернуться в одеяло с головой.       Раздался щелчок. Вмиг всё озарил яркий и тёплый свет, что вынудил Хигути крепко зажмуриться, прикрывая глаза руками. – О, Мэй. Ты чего в темноте стоишь? Напугать меня хотела? – Раздался голос Нишимуры, и Мэй приоткрыла янтарные глаза, пытаясь разглядеть хоть что-то через слепящие блики. Комната в тот же миг приобрела яркие краски, обои на стенах перестали быть ночной пустотой, а шуршащим нечто оказался пакет, из которого выглядывал карамельно-ягодный пудинг. Теперь Хигути ясно видела перед собой Азуми, медленно идущую к ней, её волосы, подобные тончайшему шёлку, что отдавал золотистым блеском, губы, складывающиеся в улыбку при виде возлюбленной, и изумрудные глаза, играющие неясными, странными, но вмиг пленяющими искорками. Мэй так и стояла в дверном проёме и лишь наблюдала за девушкой, не проронив даже самого незаметного, тихого звука. – Эй, не молчи… Да и вообще хватит меня игнорировать. – Я и не игнорирую… – Ответила Хигути и отвела взгляд в сторону, но мигом вернула его обратно. – И вообще. Ты меня опять без сигарет оставила! – А, теперь понятно, почему ты пришла меня встречать. – Буркнула Нишимура и глубоко вздохнула, направившись сразу в сторону балкону. – Даже руки не даёшь помыть спокойно… – А нечего так поступать со мной! – Вновь возмутилась блондинка и скрестила руки на груди, переступая порог балкона. Она сразу же протянула руку и, как только получила сигарету, облокотилась на стену.       – И как тебе? Твоя вторая работа. – Произнесла Мэй, чиркая зажигалкой. – Ох… Ну, не прям плохо. Хотя, конечно, сложновато совмещать всё вместе. На этой неделе у меня будет только один выходной… Даже бесит немного. – Ответила Азуми и выдохнула клубок дыма, глянув на девушку с ухмылкой. – А ты что? Скучать будешь? – Нет. Если ты будешь так поздно приходить, то я могу не дождаться еды. Пусть это и дурацкий готовый обед. – Пробурчала Хигути и стряхнула пепел, глянув на хулиганку. – Я без проблем могу покупать и продукты, но ты не хочешь ничего готовить. Да и моя готовка тебе в принципе не нравится. – Сказала Нишимура и приобняла девушку, покорно поддавшуюся ей. – Да, не нравится. – А мне вот твоя нравится. Правда, с удовольствием бы поела что-нибудь, приготовленное тобой. Я помню, мне тогда рассказывали, как ты всех спасла на школьном фестивале. – Да, было такое. А потом пришла ты… – Не продолжай, пожалуйста. – Попросила хулиганка и отвела взгляд в сторону, нервно затянувшись. – А ты не скучаешь по школе? Не хочешь туда? – Нет. – Отрезала Хигути и тихо фыркнула, посмотрев в сторону. – Слушай! А у меня появилась идея. Раз уж у меня будет всего один выходной на этой неделе. Почему бы нам не провести его вместе? Сходим, купим всё необходимое. А потом ты поучишь меня готовить. И глядишь, я смогу сделать что-то, что тебе может понравиться! Хорошая же идея, скажи? – Заявила Азуми с прохиндейской ухмылочкой и начала пихать девушку локтем. Мэй глянула на неё исподлобья, громко фыркнула и в тот же миг отпрянула. – Чушь, полнейшая чушь. Не хочу я никуда идти и уж тем более не хочу учить тебя чему-то. Это просто не работает, ты необучаема. – Возмутилась девушка и нахмурилась, указав на хулиганку горящим кончиком сигареты. – Никуда я не пойду, ясно? – Пойдёшь. Нельзя сидеть дома целыми днями, у тебя так окончательно крыша съедет. Да и я уверена, ты останешься довольной. Будешь потом ещё благодарить меня. – Произнесла Нишимура и затушила сигарету, плавно приближаясь к девушке. Ухмылка никуда не подевалась, лишь становилась ярче с каждой секундой, как и раздражение на лице Хигути. – Если хочешь оставить меня довольной, и чтобы я потом тебя благодарила – просто возьми и трахай весь день напролёт. – Ответила Мэй и уткнула сигарету в пепельницу, затушив её. Она скрестила руки на груди и уставилась прямиком в глаза Азуми, не имея даже малейшей мысли шагнуть назад. Нишимура же немного наклонилась, взялась за подбородок девушки и провела кончиком языка по еле дрогнувшим губам. – Не без этого… – Едва слышно, чуть прерывисто и возбуждённо прошептала хулиганка, смыкая их губы в обжигающем поцелуе.       Нишимура открыла глаза и тихо простонала, лёжа на диване в обнимку со своим медведем. Девушка заводила рукой по полу и схватилась за телефон, уставившись в экран. – Боже… Сегодня наконец-то выходной… Какое же, блять, блаженство… Мне наконец-то никуда не надо… – Прохрипела Азуми и перевернулась набок, прижимаясь к спинке дивана. Она прикрыла глаза и задремала, сильнее прижимая к себе плюшевую игрушку. Девушка пролежала так ещё около получаса и, наконец, полностью проснулась, вяло потягиваясь в кровати. Рука вновь упала на телефон, и хулиганка с блаженной улыбкой начала нежиться на диване, прокручивая ленту новостей. Лишь спустя ещё полчаса, Нишимура присела на диван и простонала, чувствуя лёгкую боль по всему телу. – Чёрт… Я думала, что уже привыкла быть официанткой, но это напрягает… Но да ладно. Я должна стараться, тем более, сегодня выходной. К чёрту работу, не хочу думать о ней. Девушка встала на ноги, вновь потянулась и пару раз наклонилась в разные стороны. Её взгляд пал на упавшего мишку, и она подошла к нему, усадив на край дивана. – Доброе утро, мистер Кумарума. Надеюсь, тебе удобно тут. – Сказала Ншимура и улыбнулась, после потопав в ванную, где по-быстрому завершила все утренние дела.       Азуми аккуратно и тихо приоткрыла дверь в комнату. Хулиганка ухмыльнулась, видя, как мирно спит Мэй, завернувшись в одеяло поплотнее. Она столь же тихо закрыла дверь за собой, заходя в комнату, и аккуратно присела на край кровати. Плавно и медленно Нишимура начала освобождать девушку из плена одеяла, а после и от одежды. Вид её обнажённого тела мигом вызвал на лице хулиганки игривую улыбку, но одной лишь улыбкой всё не ограничилось, и внутри Азуми стремительно начинал разгораться уголёк страсти, грозясь всего лишь через пару минут охватить девушку целиком и наповал опьянить неугомонным желанием. Хулиганка громко сглотнула и наклонилась к чужой шее, боязливо целуя её. Хигути издала едва слышимый стон, а поцелуи становились всё ниже. Азуми уже чмокала её ключицы, после проводя по ним языком, и не забыла про шрам на плече, которому Нишимура уделила куда больше внимания – она очень плавно водила по нему кончиком языка, не отрывая виноватого взгляда, а затем начала целовать, долго, часто и по-другому, словно касалась губами чего-то хрупкого, способного разбиться на мельчайшие осколки, что прахом развеяться по ветру, не оставляя после себя ни малейшего намёка на существование. И лишь теперь взгляд изумрудных глаз пал на аккуратную грудь, в которую моментально вцепились сильные пальцы. Мэй в ответ чуть выгнула спину и простонала громче, но продолжила дремать. «Чёрт… Перестаралась… Но я не могу, мне так нравятся её сиськи… Они чертовски мило выглядеть, особенно в такие моменты…» – Подумала Азуми и улыбнулась, наблюдая за твердеющими сосками. Девушка, недолго думая, надавила на них большими пальцами, и тут же услышала очередной стон. Мэй лишь совсем немного приоткрыла сонные глаза и промычала что-то невнятное, тихо посапывая, а Нишимура, расплывшись в довольной ухмылке, опустилась, обхватывая губами правый сосок. Она начала его активно обсасывать, попутно лаская кончиком языком и не забывая рукой поигрывать со вторым, наклоняя его в стороны, будто стик на геймпаде. Хигути начинала стонать всё громче и громче с каждым движением языка или пальцев, но продолжала держать глаза закрытыми, чуть подрагивая. Хулиганка громко сглотнула и уткнулась лицом в грудь девушки, вдыхая еле слышимый аромат тела вперемешку с чем-то ягодным и тонкой, едва различимой ноткой корицы. А тем временем её руки загуляли по мягкой коже, они, подобно речушке, мирно текущей в каком-нибудь лесочке, следовали каждому изгибу тела, вызывая новые стоны дремавшей девушки.       «Как же крепко ты спишь, Мэй… Но я знаю, что заставит тебя тот час же проснуться и застонать на всю квартиру…» – Подумала Азуми и облизнулась, шире раздвинув ноги девушки. Она не спешила, сперва, коснулась губами талии, плавно повела языком ниже и остановилась в паре миллиметров от желающего ласки лона, но вместо него Нишимура принялась расцеловывать её бедра. Хулиганка была уже настойчива – громко чмокала их с внутренний стороны, долго вела языком, выписывая под конец замысловатый пируэт, и тёрлась щекой, обжигая возбуждённым дыханием намокшую промежность, от чего по телу Мэй невольно пробегали мурашки. И, наконец, Нишимура провела языком по её лону, мигом зарываясь внутрь. Хигути застонала ещё громче, приоткрыла один глаз, громко зевая, и тяжело задышала, чувствуя, как извивается язык. Она выгнула спину и моментально проснулась, будто её только что окатили ледяной водой. Упираясь локтями в кровать, девушка приподнялась и встретилась взглядом с двумя пылающими похотью и страстью изумрудами, стоны Мэй становились лишь громче, пока с уголка рта скатывалась слюна. В отражении янтарных глаз Азуми видела неподдельное удивление, лишь начинавший плясать огонёк и растерянность, проступившую ярким румянцем на щеках.       – Ч-что ты делаешь? Аз-зуми… З-зачем? Ус-спокойся… – Не прекращая стонать ни на секунду, затараторила Хигути и громко сглотнула, прикрыв глаза. – Расслабься… – Начала Нишимура, жадно облизываясь, будто кошка, налакавшаяся вдоволь молоко, и расплылась в довольной ухмылке. Она не лишила девушку удовольствия, сразу же проникнув в её лоно тремя пальцами, стоило языку оставить его без внимания. Они начали двигаться быстро, от чего были слышны тихие хлюпы, а большой палец хулиганки пал на клитор, Азуми начала поглаживать его и чуть надавливать, не отрывая взгляда от глаз девушки. – Просто получай удовольствие… – Мхм… К-какое ещё удовольствие? Я с-спокойно спала и меня никто не трогал… А тут ты начала лезть… – Тихо прошептала Мэй и сходу получила мощную пощёчину обратной стороной руки, а ноготь прошёлся по её коже, пуская кровь. Алая жидкость тонкой струйкой, будто кристальная слезинка, скатилась по щеке и упала на ключицу. Моментально Хигути почувствовала, как крепкая рука оказывается на её шее и мощно сдавливает, лишая чуть ли не всего кислороду сходу. Нишимура навалилась на неё и придавила к кровати, лишь ускоряя темп движений пальцами. – Заткнись, маленькая сучка… Ты сейчас так течёшь, что соседей затопишь… И ещё смеешь так нагло врать мне прямо в глаза? – Спросила Азуми и тут же на её лице расцвёл кривоватый оскал, в глазах Мэй во весь рост заплясал всепоглощающий пожар похоти со страстью, а её руки обмякли и свалились на кровать.       Нишимура пристроилась поближе к её лицу и слизала скатывающуюся из царапины кровь. Она водила языком по её лицу, чуть прикусывала губы и не забывала полизывать уши, то и дело сжимая зубами мочки ушей. Стоны Хигути притихли, сменившись на сдавленные хрипы, она постоянно закатывала глаза и дёргала высунутым языком в бессмысленных попытках набрать в лёгкие столь желанный организмом кислород. Девушка уже ничего не соображала, ходя по тончайшей грани – надави Азуми чуть сильнее, и Мэй бы провалилась в темоноту, мигом лишившись всех чувств, но хулиганка не переступала черту, оставляя Хигути на самом пике удовольствия. В разуме Мэй царила полнейшая неразбериха, и вместе с тем небывалая лёгкость и ясность ума, но она понимала, что по всему её телу бегают волны экстаза с наслаждением, заполняя собой каждую клеточку. От неистово барабанящего сердца закладывало уши, Хигути видела, как шевелятся губы Азуми, но разобрать слов никак не получалось, да и сейчас у Мэй не было ни малейшего желания слушать её, лишь полностью отдаться в лапы звериной страсти.       – Чёрт, Мэй… Мне крышу сносит от такой мордашки… В следующий раз я обязательно сфоткую её, хотя ты, наверное, не слышишь меня сейчас… – С будто льющейся рекой удовольствия ухмылкой произнесла Азуми и наклонилась к лицу девушки, начиная полизывать её щёчку, словно ласкающаяся кошка. Но хватка руки ничуть не ослабла, продолжая сжимать нежную и тонкую шею. Пальцами, проникающими внутрь влажного лона, Нишимура начала перебирать внутри, а после раздвинул их в сторону, раздвигая мокрые стенки. Хигути ещё сильнее захрипела и задёргалась, Азуми, подавшись немного назад, прислонилась ухом к её груди. Дыхание и самой хулиганки начало учащаться, следуя окончательно чокнувшемуся бою сердца, что так и грозилось выбраться из плена бренного тела. Азуми чувствовала, как её пальцы особенно сильно оплетает ласкающаяся теплота и влага так, что двигать ими уже получалось с трудом, но Нишимура продолжала. Всего лишь на миг, даже не на секунду, их взгляды встретились, и Мэй захлестнуло оргазмом, таким, от которого в глазах начинают бешено плясать искры, всё тело до самых кончиков пальцев пробирает согревающая дрожь, разум полностью пустеет, утонув в огненном потоке страсти, а брызги летят во все стороны.       Наконец-то пальцы разжались, и Мэй начала жадно хапать ртом подобный божественному нектару воздух, девушка громко кашляла, её глаза бегали из стороны в сторону, но губы то и дело пытались сложиться в блаженную улыбку. Нишимура легла рядом с ней, победно скалясь, её глаза прицепились к шее, на которой остались отчётливые красные полосы, медленно сменявшие цвет на синеватые оттенки. – Твоей шейке не хватает кое-чего… – Прошептала Азуми и поцеловала девушку в щёку. После она прильнула губами к шее немногим ниже щеки и впилась в кожу, оставляя ярко-рубиновый засос, от которого Хигути громко вскрикнула и замычала, продолжая восстанавливать дыхание. – Вот теперь в самый раз… Ты у меня такая красивая, Мэй… Хотя в этот раз я, похоже, переборщила… И да, доброе утро. Хигути перевела на хулиганку взгляд, сжимая простыни под собой. По её телу стекали капельки пота, что чуть поблёскивали от пробивающегося в окно солнечного света. – Аз-зуми… – Прохрипела Мэй, медленно приходя в себя. – М? Что такое? – Спросила Нишимура и облизнулась, хватаясь одной рукой за грудь девушки. – Не спеши так, отдышись. Я подо… Не успела Азуми договорить, как Хигути резко дёрнулась и впилась в её губы своими, утягивая в поцелуй. В нём она была, подобна бушующей стихии – хаотичной, творящей всё, что только взбредёт в голову, и совершенно неукротимой. Нишимура вынужденно прикрыла глаза, тая и полностью растворяясь в их поцелуе, выбивающим искры страсти, подпитывающие бушующее внутри пламя, что никак не унималось.       Они полностью потерялись во времени, казалось, что прошла всего лишь жалкая секунда, но в тоже время минула целая вечность, медленно и нехотя девушки всё же начали отстраняться, пока не порвали соединявшую их губы паутинку слюны. Обе тяжело дышали и смотрели друг на друга, словно помешанные. Мэй сглотнула и легла на спину, не отводя взгляда от хулиганки, в глазах которой всё ещё задорно плясал огонёк. – Ну, же… Чего ты ждёшь? Или нужно особое приглашение? – Спросила Хигути и усмехнулась, вываливая свой язык наружу. Сходу она начала вертеть им и описывать в воздухе разнообразные фигуры, она, будто пыталась загипнотизировать хулиганку, полностью завладеть её вниманием и приковать к себе. И Азуми без задней мысли шла навстречу, завороженно смотрела на неё и даже без намёка на сражение позволяла повесить на себя металлические, но почему-то греющие запястья кандалы. Хулиганка лишь ненадолго замерла над девушкой, и Мэй с нескрываемым возбуждением смотрела на то, как частые капли сбегают по чужим бёдрам, оставляя за собой влажный след. Лишь отголоски её возбуждённого дыхания достигали кожу, заставляя Нишимуру еле заметно вздрагивать, и, наконец, Азуми опустилась, прижимаясь возбуждённым лоном к изголодавшимся губам девушки. Хигути сразу же ощутила, как её голову придавило к кровати, на языке уже отпечатался знакомый, желанный вкус, и её руки сначала плавно прошлись по талии, а затем резко спустились ниже, останавливаясь на ягодицах, которые сразу же были сжаты маленькими пальцами.       – Какая же ты всё таки сучка, Мэй… Ты даже, блять, представить не можешь, как мне нравится видеть твою похотливую мордашку между моих ног… – Произнесла Азуми и издала протяжный стон, ухватываясь за золотистые волосы с тёмными корнями. Изумрудные глаза уставились на девушку, что уже проникла языком в её изголодавшееся по ласки лоно. Всего лишь от пары движений Нишимура начала течь, будто кошка в брачный период, она прикусила нижнюю губу, чуть ли не до крови. И едва дыхание восстановилось, как вновь оно начало сбиваться под гнётом стремительно растущего возбуждения. Своим языком Мэй крутила по кругу, плотно прижимая его к стенкам, пока верхняя губа тёрлась о клитор. Рука девушки само собой взмыла в воздух и с громким хлопком упала на ягодицу хулиганки, отпечатывая жгучий алый след. Азуми дёрнулась и тихо зашипела, слегка выгибая спину. – Блять… Чё, совсем уже страх потеряла? Кто тебе позволял распу… Не успела Нишимура договорить, как язык начал двигаться куда быстрее, он извивался внутри, хаотично бился во все стороны, а порой выбирался наружу, начиная медленный танец вокруг клитора, но всякий раз всё заканчивалось дикой и неистовой пляской, выбивающей с губ Азуми самые громкие и развратные стоны, а после язычок вновь возвращался внутрь.       Хулиганка не могла спокойно усидеть на лице Мэй, особенно в те моменты, когда воздух разрывал очередной звонкий шлепок, что будто подгонял её. Нишимура начинала ёрзать всё быстрее, попутно сжимая свою грудь и выкручивая соски, она чувствовала пальцы на своих ягодицах, настолько цепкие, что за ними тянулись тонкие, еле заметные царапины. Изумрудные глаза начинали закатываться, пусть и ненадолго, слюна сама собой стекала с уголков губ, а язык уже давно не находил для себя места во рту, причудливо болтаясь. По её телу прокатилась приятная волна, и всё внутри, будто бы завертелось в буйном урагане, голова пустела, всё вокруг начинало плыть в глазах и, словно исчезло, не оставляя даже малейшего повода отвлечься. Стоило Азуми попытаться отвести взгляд в сторону, как перед ней возникала пустота, она даже не могла разглядеть край их кровати, не говоря уже о комнате. Сейчас Нишимура могла видеть лишь старающуюся изо всех сил девушку с разбросанными по кровати шёлковыми локонами, напоминающими тонкие золотые ниточки, а пленяющие, янтарные глаза были направлены исключительно на неё, и Азуми не могла ничего с собой поделать, отвечая тем же. Лишь продолжающие будоражить тело волны наслаждения отвлекали хулиганку, вынуждая жмуриться всего лишь на мгновение, но пусть это и было лишь мгновением, Нишимуре оно казалось мучительно долгим и безобразно наглым.       Оргазм накрыл Азуми неожиданно, вторгся в её разум без всякого предупреждения и перевернул там абсолютно всё, окончательно опьянив страстью. Её бёдра задрожали, спина выгнулась так, будто хулиганка сама же себе сломает позвоночник, её рука сжалась на волосах так сильно, что Хигути показалось, будто она сейчас лишиться крупного клока волос, а от сжавшихся бёдер разум девушки вовсе посетила мысль, что и голова, подобно арбузу разлетится по всей комнате, от чего на лице Мэй проскользнула улыбка. Но Нишимура лишь пошатнулась и свалилась набок, сразу же перекатываясь на спину. От её дыхания большая грудь колыхалась из стороны в сторону, а промежность продолжала течь. Хигути усмехнулась, не давая девушке отдохнуть, она уселась на её живот и уложила руки на внушительные холмы. – Чёрт, Азуми… Она просто огромная… Так бы и трогала её весь день. – Заявила Мэй и в тот же миг укусила девушку за сосок, слыша сдавленный вскрик, но она остановилась, и начала его жадно обсасывать, даже не думая выпускать нечто столь приятное из своих рук. Внезапно блондинка почувствовала под собой лишь на миг затвердевший пресс, и отстранилась от груди, по-кошачьи облизываясь. На её лице промелькнула ухмылка, и Хигути подпрыгнула на животе хулиганки, что громко промычала. – Напряги, блять… Живо, Азуми… Я хочу тебя… Всю тебя… Каждую клеточку твоего тела…       Нишимура без лишних слов послушалась и напрягла свой пресс, от чего кубики стали проглядываться куда лучше. Мэй сразу же почувствовала возбуждающую твёрдость и громко сглотнула, наклоняясь к лицу девушки. Их губы вновь соединились в жгучем поцелуе, руки Азуми скользнули по чужой спине и пали на ягодицы, сходу сжимаясь на них. Хигути громко простонала в губы девушки и прикрыла глаза, начиная тереться влажной промежностью о пресс, покрывающийся соками. Их языки жадно сплетались, будто изголодавшиеся по теплоте друг друга любовники, а по ягодицам прилетали частые и громкие шлепки, в эти моменты Азуми смотрела на Мэй, словно императрица, горделиво взирающая на свою рабыню. Но сразу же Хигути давала свой ответ – она чуть приподнималась и со всей силы билась промежностью о живот Нишимуры, выбивая с неё хриплый стон, а янтарные глаза наливались надменностью, будто крича: «И что теперь? Я победила!». От такого взгляда Нишимура на мгновение таяла, а затем оставляла неглубокие царапины на спине Хигути, вздрагивающей от прорезавших бархатную кожу ногтей. Ни на секунду их поцелуй не прерывался, и в какой-то момент Азуми почувствовала, как язык Мэй слабеет и замедляется, движения становятся вялыми и текучими – значит, вот-вот девушка испытает очередной оргазм. Хулиганка перехватила инициативу, углубляя поцелуй и сильнее сжимая небольшие ягодицы, а сама Хигути всё чаще и чаще стонала в её губы, ёрзая всё быстрее и быстрее на крепком прессе, пока не достигла пика, изливаясь на живот Нишимуры. Она совсем обмякла в сильных руках и еле двигала языком, пытаясь ублажить нахального гостя, что никак не желал уходить.       – Хах… Такое пробуждение тебе по нраву? – Спросила Азуми, разорвав поцелуй, и перевернулась на бок вместе с Мэй, прижимаясь к её лбу своим. – Д-да… – Ответила Хигути и прикрыла глаза, блаженно вздыхая. Её дыхание всё ещё было слегка сбитым, все волосы взъерошились, и пара прядей падала на покрытый каплями пота лоб, к которому продолжала жаться Нишимура. Ещё несколько минут они просто лежали, не говоря ни слова, и смотрели друг на друга, но хулиганка прервала их идиллию, поднявшись на ноги. – Ну, а теперь пора вставать. Чистить зубки, завтракать и думать, что такого вкусненького нам приготовить. – Заявила Азуми и глянула на девушку через плечо. Лицо Мэй сразу же помрачнело, и она, нащупав одеяло, укуталась в него, став напоминать блин с начинкой. – Нет! Не хочу! Никуда я тем более не собираюсь идти! И у меня уже был завтрак, мне вполне хватит его! – Прокричала Хигути и недовольно фыркнула, сразу же почувствовав руки, упавшие на неё, но сдаваться так просто девушка не собиралась и начала брыкаться. Всё случилось, как и раньше, без особых проблем хулиганка пересилила её, вытащила из-под одеяла и выдернула с кровати, затолкав в ванную.       – Ты меня бесишь, Азуми… Ненавижу тебя… Я ещё хочу спать, а ты придумала какую-то непонятную хренотень… – Буркнула Мэй и глубоко вздохнула, выдавливая пасту на зубную щётку. Она глянула в зеркало и скривила недовольную гримасу, видя в отражении Нишимуру, перебирающую её локоны. – А я тебя люблю… И знаешь, мне кажется, что тебе такая причёска подходит даже лучше прежней. – Заворожённо пролепетала хулиганка и улыбнулась, чмокнув девушку в щёку, а затем пустилась ниже и начала целовать её шею, не отводя взгляда от ярко-алых следов на ней, что виднелись в зеркале. – Похоже, я немного переборщила… – Неф! – Тут же возмутилась Мэй, зыркнув на её отражение из-под бровей и сплюнув в раковину. – Не бери в голову… Сама ведь видела, что мне понравилось… – Ох, наконец-то ты решила стать честной? Я думала, что опять выкинешь что-то в духе – «Это была естественная реакция! Ненавижу это!» – Пародируя голос Хигути, заявила девушка и прижалась к её щеке своей, расплывшись в довольной улыбке. – Ну, чего ты такая угрюмая? Рядом с тобой такая сногсшибательная красавица! А тебе хоть бы хны… – Ооох… Ты меня сегодня доконаешь… Успокойся и отъебись уже! Дай хоть в порядок себя привести! – Прокричала Мэй и оттолкнула от себя голову хулиганки, продолжая хмуриться. – Ладно-ладно, только не кричите, ваше мрачнейшество. – Сказала Азуми и подняла руки вверх, делая два шага назад, но это не уберегло её от полного раздражения и презрения взгляда янтарных глаз. Впрочем, это и не заставило девушку покинуть ванную, она убрала руки и отвернула голову, продолжая краем глаза наблюдать за своей возлюбленной. Стоило Хигути начать умываться, как по её ягодице прилетел звонкий шлепок, а сама Мэй дёрнулась, обмочив и свои волосы под струей воды. Она в тот же миг громко выругалась и устремила взбешённый взгляд на Нишимуру, попытавшись в отместку пнуть её, но хулиганка ловко увернулась, показав язык. – Только не забудьте про завтрак! Он будет готов через пять минут. – Я прибью тебя! Ещё раз так сделаешь, и я придушу тебя во сне подушкой! – Сорвалась на крик Мэй и оскалилась, пока по её лицу и волосам бежали крупные капли. – Ох, приму к сведению. Кстати, я ничего лучше не придумала, поэтому будут мои фирменные бутерброды. – Произнесла Азуми, прежде чем скрыться из виду и побежать на кухню. – Отлично! Просто великолепно! Опять вместо нормальной еды я получаю калорийные бомбы! – Продолжала кричать Хигути, но, как только Азуми след простыл, она выдохнула и перевела взгляд на своё отражение, где были заметны чуть подрагивающие уголки губ. Постояв так пару секунд, она фыркнула и отвернула голову, после спокойно продолжив утренние процедуры.       – По-моему, это уже лишнее. – Произнесла Мэй и глубоко вздохнула, проведя пальцем по пластырю, закрывающему свежую царапину на её лице. Девушка была одета в серое худи, чёрные тканевые штаны и белые кроссовки. Чёрные шнурки у горла слегка покачивались, щёки чуть пощипывало холодом, но Хигути всё равно не стала надевать капюшон, позволяя волосам путаться и качаться от прикосновений ветерка. – Ничего не лишнее. Я не хочу, чтобы на твоём милом личике оставались шрамы. – Ответила Нишимура и улыбнулась, держа руки в карманах алой спортивки. Её шорты сменились на синие джинсы с ремешком, кроссовки остались те же, а вместо топа на ней сидела чёрная футболка, украшенная парой белых надписей на левой груди. – Мне как-то всё равно. Тем более, что ты уже оставила мне шрам, хоть и не на лице. Не думаешь, что такие заявления звучат довольно лицемерно? – Спросила Хигути, недовольно фыркнув и убрав руки в карман, а на неё сразу же перешёл взгляд изумрудных глаз. – Ну, и чего? Хватит брать и просто пялиться на меня… Бесит. – Прости. Я тогда ошиблась, сильно ошиблась. И больше не хочу шибаться. Я знаю, что ты сейчас скажешь, но я буду извиняться за это много раз. Столько, пока ты меня не простишь. А, если хочешь, то сама оставишь на мне такой же шрам. – Тихим, но не лишённым твёрдости голосом сказала Азуми и глубоко вздохнула, замерев на месте. Мэй продолжила спокойно идти вперёд, но через пару метров всё же остановилась, глянув на хулиганку из-за плеча. – Успокойся. Не хочу я об тебя сигареты тушить. Пошли уже. – Ответила Хигути и встретилась взглядом с парой подрагивающих изумрудов. – Да и плевать как-то. – Т-тогда почему? Ты всё продолжаешь и продолжаешь? Раз за разом, стоит только подвернуться возможности – ты бросаешь мне в лицо всё, о чём я так жалею! Да! Я знаю, что поступила с тобой ужасно! – Местами надломленным голосом прокричала Нишимура и сжала зубы чуть ли не до слышимого скрипа, отведя дрогнувший взгляд в сторону. – Н-но… Я не смогу ничего сделать с этим… Это уже произошло! Я не могу вернуться в прошлое и отменить всё!       На лице Мэй появилась нахально-мерзотная ухмылка, она медленной, вальяжной походкой направилась к хулиганке, растягивая удовольствие от каждого шага и даже малейшего движения мускул. Она подошла почти вплотную и ухватилась за ворот футболки, дёргая девушку вниз, чтобы их лбы соприкоснулись. – Ну, вот… Разве ты сама не ответила на свой вопрос? – Заигрывающим и самую малость сладковатым голосом пропела Хигути, прижимаясь к девушке сильнее. – Д-да… Н-но ты… – Невнятно пропищала Азуми и громко сглотнула, заглядывая в янтарные глаза, от которых её, будто бы насквозь пронзило руническим копьём, несущим в себе страшное проклятье, морозом пленившее тело девушки и вцепившиеся острыми клыками в дрогнувшую душонку. А из онемевшего рта начали доноситься бессвязные звуки, что лишь питали не сходившую с лица Мэй кривую ухмылку. – Ну, давай же… Заплачь… – Протянула Хигути, начав чуть давить на лоб хулиганки своим, она ощущала лёгкую дрожь девушки, что будто жалась сама в себя. Её лицо изменилось, от уверенности не осталось ни следа, вместо этого Нишимура стала напоминать загнанного в угол зверька, отчаянно жмущегося неясно куда, лишь бы найти спасение. И в роли хищника, поймавшего желанную добычу, была Мэй, её янтарные глаза пылали самодовольствием вперемешку с некой злорадной гордостью. Азуми смогла лишь вяло помотать головой в ответ и попыталась спрятаться от подавляющего взгляда, но этим лишь подарила очередное лакомство, которое Хигути упоённо смаковала. – Хах, Азуми… Кажется, я теперь понимаю, почему ты делала так со мной. Да и со всеми другими. Ну, что? Может, к чёрту всё это, а? Пошли домой. Там явно теплее. – Я… – Начала Нишимура и опустила взгляд, прикрыв глаза всего лишь на мгновение. Внутри всё вздрогнуло, бой собственного сердца оглушал, чем-то даже пугал, и девушка дёрнулась назад, будто бы ещё секунда и на неё упало бы раскалённое докрасна железо. Послышался глубокий вздох, а затем и раздосадованное цоканье Хигути, с силой пнувшей валявшийся неподалёку камень. А голос хулиганки резко стал громче на несколько тонов, вынудив прохожих оглянуться. – Нет! Не пойдём мы домой! Хватит уже! – Ладно-ладно, только не кричи так. На нас даже люди начали смотреть. – Сказала Мэй с блистающей ухмылкой и выставила руки вперёд, продолжая поглядывать на девушку. Азуми сделала пару шагов вперёд и присела на корточки, хватаясь за голову, в её руках золотистые локоны быстро сжались, а затем послышался сдавленный крик, после которого во рту моментально оказалась сигарета. Хигути выдохнула, медленно подошла к ней и толкнула в плечо, чуть не повалив на землю. – Мне тоже дай покурить.       Компания из трёх парней шла вдоль улицы, активно что-то обсуждая, то и дело был слышен громкий смех или очередная шутейка, проскользнувшая в разговоре. Они огибали магазинчик, один из них остановился, всматриваясь в стоявшую у дверей женскую фигуру, и решил подойти поближе. – Мэй-сан? Это ты? Хигути Мэй-сан из старшей Фукаока? – Спросил паренёк, неспешно проходя взглядом по девушке, что отвлеклась от телефона. – Да… А ты… Кто вообще такой? – Поинтересовалась в ответ Мэй, слегка прищурившись, но узнать парня ей так и не удалось. – Не помнишь? Я Хиро, Хиро Савада. Мы с тобой учились, точнее, учимся в одном классе. Давно уже не видел тебя. – Сказал брюнет и улыбнулся, почесав затылок. – А, вот как. Понятно. – Ответила Хигути и вернула взгляд на телефон. – А ты сильно изменилась, я даже не сразу узнал тебя. – Произнёс Хиро, вновь позволяя себе пройтись взглядом по однокласснице. В его голове воцарился диссонанс – вместо ухоженной до абсурда формы на девушке было мятое худи со спортивными штанами. Всегда подстриженные, причёсанные, золотистые волосы отросли, устроив на голове лёгкий бардак, а корни вовсе сменили свой цвет на тёмный. Янтарные глаза, что всегда были сосредоточенными и ясными, теперь затухли и бесцельно бродили по экрану телефона, а при взгляде на парня смотрели насквозь, словно его тут и не было. Вместо едва уловимого аромата шампуня с юзу, в его нос пробивались нотки горького табака. Но особенно сильно его внимание привлекли красно-фиолетовые следы на шее, пластырь на щеке и мешки под глазами. – С тобой что-то случилось? Всё хорошо? – Нет. – О, вот как… Ясно… – Чуть замялся Савада и глянул в сторону своих друзей. – А в школу почему не ходишь? Последний год как никак, экзамены сложные будут. – Не хочу… – Ответила Хигути, пожав плечами, и даже не оторвала взгляд от экрана.       – Спасибо, что подождала! Я уже думала, что ты попросту свалишь, но нет! Это радует. – Раздался голос Азуми, вышедшей с пакетами в руках. Она моментально приковала к себе полный удивления взгляд паренька, и подошла к девушке, обнимая её одной рукой. – О, здоров, Хиро-кун! Давненько не виделись. Как ты? – Н-нормально… А вы… – Угадал! Мы с Мэй живём вместе. Просто вышли за покупками. – С полной удовольствия и гордости ухмылкой заявила Нишимура, обнимая девушку одну рукой. Мэй промолчала, лишь бросила колкий взгляд на хулиганку и тихо фыркнула себе под нос, но Азуми начала тереться о её щёку своей, от чего янтарные глаза выбили искры злобы. – Ну-же, Мээээй… Иди ко мне… Хигути нахмурила брови, но всё же поддалась хулиганке, позволив соединить их губы в поцелуе. Было видно, как в янтарных глазах злоба с раздражением медленно таяли, уступая место цветущей страсти с толикой азарта, Мэй встала на носочки, запустила руку в золотистый хвост, крепко сжав его, и второй оплела талию, прижимаясь к Азуми всем телом. Приглушённый стон вырвался изо рта Хигути, и она прикрыла глаза, полностью погружаясь в поцелуй с девушкой. – Л-ладно… Удачи вам тогда… Рад был видеть… – Стушевавшись, ответил Хиро и быстро двинулся в сторону магазина, спрятав руки в карманы, а его друзья молча последовали за ним. Нишимура же продолжала поцелуй, провожая группу парней взглядом, что затем вернулся на девушку, приобретая хищные черты. Она не отстранялась, продолжала их хаотичный, буйный танец языков, пока дыхание обеих вновь не сбилось. – Это было по-детски… – Тяжело дыша, произнесла Мэй и тихо фыркнула, приобняв хулиганку за руку, на которой слегка повисла, прижавшись головой к плечу. – И только завтраком ты от меня теперь не отделаешься. – Конечно, нет… – С ухмылкой ответила Азуми и чуть тряхнула набитыми пакетами, направляясь в сторону дома.       – Хэй, а ты чего сидишь и ничего не делаешь? М? – Спросила Нишимура, посматривая из-за двери на Мэй, что тут же направила в её сторону раздражённый взгляд. – Отъебись. – По буквам произнесла девушка и чуть оскалилась, запустив в её сторону подушку, которую хулиганка без особого труда поймала, самодовольно ухмыляясь. – Тебе ещё лет сто учиться, дабы задеть меня. – Гордо заявила Азуми и плюхнулась на кровать рядом с девушкой. – Ну-ну, успокойся, моя маленькая львица. Пошли уже готовить, нас ждёт самый настоящий пир! Я и выпивку купила, но и не только её. Ещё и сок для самых маленьких. – Катись ко всем чертям, Азуми. Мне хватило и этого дебильного похода хрен пойми зачем и почему. Если уж ты придумала какую-то поебень – будь добра не втягивай меня в неё. А ещё я не маленькая! Сама сиди и хлебай свой чёртов сок! – Набирая громкость с каждой фразой, проговорила девушка и напоследок топнула ногой, но лицо Азуми ничуть не поменялось. Смотря на него, Хигути быстро раскалялась, и залепила ей неслабую пощёчину, но даже так выражение лица хулиганки никак не изменилось. – Я сразу тебе сказала, что мы вместе будем готовить. Теперь не отвертишься… Ну-же, идём, Мэй… – Начала шептать на ухо Нишимура, поглаживая бедро девушки рукой, и спустилась чуть ниже, её губы начали гулять по шее, а стон девушки не заставил долго ждать себя. – Я тебе уже говорила, что это будет просто замечательно. На лице Хигути царило небывалое раздражение, смешанное со злостью и неприязнью, она сверлила хулиганку таким взглядом, будто желала прямо сейчас повторить всё то, что Азуми раньше творила с ней, доводя до слёз чуть ли не каждый день. – Х-хорошо! Всё! Только отстань! Я иду! Иду! – Громко сдалась девушка и недовольно фыркнула, вскинув голову. Она молниеносно подорвалась с кровати и глянула на Нишимура из-за плеча, тихо пробурчав. – Хотя бы посмеюсь с тебя…       – И что ты собралась готовить из всего вот этого? – Спросила Мэй и скрестила руки на груди, бегло ведя взглядом по куче разнообразных продуктов. – Ну… Много чего. Да и я подумала, что ты мне дашь пару подсказок. – Сказала Азуми и улыбнулась, обнимая девушку со спины, что сразу же отразилось недовольством на её лице. – Нет. Я сказала, что пришла сюда только, чтобы посмеяться. Так что вперёд – весели меня, мой шут. – Заявила Хигути и усмехнулась, ловко вынырнув из объятий девушки. Нишимура глубоко вздохнула, покачала головой и направилась к плите, решив заняться сначала рисом. Она поставила кастрюлю с водой на плиту и достала из холодильника парочку небольших тушек судака, кинув их в металлическую миску, в которую добавила воды, чтобы промыть их. Помимо этого были ещё осьминоги, картофель, мука, куски свежего лосося, ещё парочка кусков рыбы, куча специй и даже этим всё не ограничивалось. Азуми продолжала заниматься продуктами, терпя град насмешек и громкий смех со стороны Хигути, и вот уже рис начинал пригорать к кастрюле, по картошке бежала еле заметная алая струйка, масло на сковороде выгорало, а мёртвый, но хитрый осьминог сбежал из рук хулиганки, спрятавшись под раковину, от чего на лице Нишимуры появился оскал.       – Ты просто ходячая катастрофа, Азуми. Тебя к кухне нельзя подпускать даже на пушечный выстрел. – Выкинула Мэй и тихо фыркнула, подходя к кастрюле с рисом, для которой она убавила огонь под удивлённый взгляд девушки. Хигути не остановилась на этом, она приблизилась к хулиганке сзади и ухватила её за руки, чуть прижимаясь к напряжённой спине. – И не так надо чистить осьминогов… Расслабься и отдайся мне… – Спасибо, Мэй… – Сказала Азуми и улыбнулась, поддаваясь движениям девушки, что моментально почувствовала, как каждый мускул на чужой спине расслабляется. – Не обольщайся… Мне просто было больно смотреть на то, как ты убиваешь всю эту кучу продуктов. – Буркнула Мэй и резко вцепилась в руку хулиганки зубами, сразу же слыша протяжный стон, девушка не пошла дальше, лишь оставила заметный след на коже и громко фыркнула, уставившись в пару удивлённых изумрудов. – Чтобы не выдумывала себе всяких бредней…       – Для начала, займёмся судаками. Им всё равно нужно будет полежать в маринаде перед готовкой, а пока будут мариноваться, мы сможем сделать ещё что-нибудь. – Сказала Хигути и глубоко вздохнула, проводя глазами по продуктам. – Из чего сделаем маринад? Есть идеи? – Спросила Азуми, продолжая чистить осьминогов под управлением Мэй. – Хм… Сахар, немного томатов, соль, перец… Может, ещё что-то для сладости… Или лучше соевым соусом залить… Наверное… О, ещё масло надо… Терияки… Немного мирина… Каких-нибудь трав там… О, и чесночка можно немного. – С большими паузами говорила Нишимура, подняв взгляд в потолок. А в янтарных глазах созрело семя сомнения и удивления, Мэй слегка приоткрыла рот и просто смотрела на девушку, пока она не закончит свою коротенькую речь. – Тоесть, ты просто решила запихать в маринад всё, что только можно? – Сказала Хигути и тихо фыркнула, делая два шага назад от хулиганки, от которой моментально услышала громкое цоканье. – Ну, и куда ты ушла? Как мне без тебя чистить осьминогов? – Возмутилась Азуми, еле заметно надув губки и бросив взгляд в сторону девушки, что резко подошла к ней, замахнувшись рукой. Сначала янтарные глаза метнулись на затылок хулиганки, но Мэй быстро поняла, что не дотянется, и звонкий шлепок пришёлся по ягодицам Нишимуры. – Ай! За что?! – А нечего в потолок смотреть… Кто мне говорил, что обучиться и будет готовить! Я что зря тут стою с тобой?! Получается – только время трачу! – Возмутилась Хигути и оскалилась, сжимая руки в кулаки под довольную ухмылку хулиганки. На лице девушки вновь воцарилось раздражение, и она, громко цокнув подошла к тушкам рыбы, отправив их в большую миску.       – Наполняй свою пустую голову или записывай. Основой будет соус терияки, добавим немного воды, мелко рубленный имбирь, немного лимонного сока, соли и перца по вкусу. Я добавлю много. – Проговаривала девушка и отправляла в миску всё необходимое, после закатив рукава. Она начала тщательно перемешивать содержимое, втирая в судаков специи. Нишимура следила за ней краем глаза и продолжала чистить осьминогов, что стало получаться гораздо лучше. Улыбка сама по себе появлялась на лице хулиганки, но на неё всё чаще устремлялся недовольный взгляд Хигути, пока не послышался глубокий вдох. – Ну, и чего ты уставилась на меня? Ещё и лыбишься так… Это мерзко, прекращай. Рыбу теперь нужно убрать на часик где-то. – Какая ты злая, Мэй… Что такого мерзкого в улыбке? – Спросила Азуми, очистив последнего осьминога, который направился к остальным, а сама девушка помыла руки, развернула лицом к Мэй и приложила руку к виску. – Рядовой Нишимура, расправилась с осьминогами! Каким будет следующий приказ, мой генерал? Хигути слегка прищурилась, глянув на неё, пару секунд она простояла молча и убрала миску с рыбой подальше. – Выброси меня в окно. Двадцать второго этажа должно хватить. – Ответила Мэй и потянулась, похрустев затёкшими костями. – Я серьёзно… – И я тоже. – Тогда я не могу исполнить этот приказ. Он противоречит Азумиевской конституции. – Ты совсем уже тронулась? Какая- какая конституция? Мы живём в Японии, дура. – Тогда тем более. Ты личность и неприкосновенна. – Раньше тебе это не мешало. – Опустим эти подробности. – Ладно, если ты такая бесполезная… То дай какую-нибудь посудину, замешаем тесто для такояки. – Сказала Хигути и сделала несколько шагов в сторону, но резко остановилась, уставившись на Азуми воспылавшими гневом глазами. – До меня только сейчас дошло… Ты мне ебала мозги тем, что я трачу деньги! А сама купила такоячницу! Кто там говорил про неприкосновенный запас! – Это очень важные траты… – Сказала Азуми и увернулась от летевшей в неё и крутящейся вилки, провожая столовый прибор взглядом, что после встретился с янтарными огоньками. – Из тебя плохой шиноби… – Завались. – Рыкнула Хигути и вырвала из рук хулиганки миску для теста, с грохотом поставив её на стол.       Мэй достало одно яйцо, разбила его в миску и засыпала мукой, начиная быстро взбивать всё венчиком. Затем она добавила разрыхлитель, порошок даси и налила самую малость соевого соуса, а после того, как всё с, начала постепенно вливать холодную воду тонкой струйкой, не переставая помешивать. Хулиганка в это время продолжила заниматься картошкой, очищая её от кожуры. – А чего молчишь? – Спросила Нишимура и начала из картофелины вырезать небольшую фигурку кролика, широко улыбаясь. Пара движений и уже были видны ушки, затем странное подобие мордочки, а вместо глаза красовались два небольших пореза. – Если ты не идиотка, то запомнишь. – Ответила Хигути и недовольно фыркнула, наблюдая за занятием девушки. – Хотя да, ты права… С тобой всё нужно проговаривать. На кой чёрт ты вообще портишь продукты? Вон сколько обрезок ушло в урну! – Да ладно тебе. Сделаем по одному и пожарим, будет хоть какой-то декор. Разве он не миленький? – Спросила девушка и с довольной улыбкой поставила его на стол, но тут же вздрогнула, услышав глухой звук удара ножом, а голова её кролика покатилась по столу. – Ещё раз повторяю – не порть продукты! Если ты продолжишь этим заниматься, то останешься тут одна и, поверь, никакие уговоры не вернут меня сюда. – Металлически твёрдым голосом громко заявила Мэй и воткнула нож в разделочную доску, по спине Нишимуры невольно пробежали мурашки, не просто небольшой отряд, будто целая армия чеканила свои мелкие шажочки на её спине. Девушке ничего не оставалось, кроме того, как быстро закивать, подобно нашкодившему ребёнку поднять несколько растерянный взгляд, и продолжить чистить картошку.       – Тесто пока отставим в сторону… Только не испорть его, Азуми. Жаль, конечно, что ты не додумалась сделать бульон заранее. – Ворчливым голоском произнесла Мэй и потянулась, уводя руки за спину. – Ничего я не испорчу. Хватит так говорить, как будто я ходячая катастрофа. – Буркнула хулиганка, следя за девушкой слегка прищуренным взглядом. – Ты есть ходячая катастрофа, Азуми. Сделаем мисо-суп. – Сказала Хигути и пробежалась глазами по продуктам, взяв в руки мидии с кальмарами. – Их тоже в суп добавим.       Когда всё необходимое было уже в кастрюле, Мэй оставила её на плите, Азуми же поставила судаков в духовку, отряхнув руки и широко улыбнувшись. – Что теперь? – Спросила Нишимура и обняла Хигути со спины, сразу же послышался тяжелый вздох, но это не помешало хулиганке наклониться к её губам и утянуть в короткий поцелуй, крепко прижимая девушку к себе. – Не затыкай мне рот, если хочешь, чтобы я отвечала… – Проворчала Мэй и слегка оскалилась, когда Азуми начала трепать её щёчки. Девушка подняла свой взгляд в потолок, схватилась за руки хулиганки и с силой сжала их, хоть и не добилась какой бы то ни было реакции. – Хватит… Азуми, отпусти мои щёки… Идём дальше делать такояки… – Хорошо, отпущу… – Сказала Нишимура, и её руки скользнули вниз, останавливаясь на небольшой груди, которую хулиганка разу же сжала, куснув девушку за мочку уха. – Азуми… – Начала Хигути и глубоко вздохнула, потянувшись рукой к её щеке, которую начала медленно гладить, попытавшись посмотреть в глаза своей сожительницы. – Мне нравится, что ты делаешь сейчас… Но, если продолжишь, то мы потрахаемся прямо на столе. И мне уже будет плевать, что там что-то горит, выкипает и прочее. – Ладно-ладно… Всё. Сдаюсь. – Ответила хулиганка и подняла руки вверх, но в тот же миг получила пощёчину от вставшей на носочки девушки. – А это было за что? – Не тереби меня за щёки – бесит… – Буркнула Мэй и скрестила руки на груди, чуть задрав голову. Азуми лишь потёрла щёку, но улыбнулась, и Хигути глубоко вздохнула, вернувшись к миске с тестом. – Теперь нам надо порезать осьминогов. – Хочу ещё и маринованный имбирь добавить. И лук зелёный тоже. – Ладно. Нарежь их, а я займусь мясом.       Девушки быстро разобрались с задачей, и такоячница уже оказалась на плите вместе со всем остальным. Азуми стояла с миской, наполненной жидковатым тестом, оно было лишь немногим гуще воды, а хулиганка набрала его ложкой и начала наполнять первую ячейку, залив всё до краёв. – Азуми! Ну, нахрена ты столько льёшь?! Куда я, по-твоему, начинку буду класть?! – Громко возмутилась девушка и выхватила миску из её рук, кивая в сторону нарезанной начинки. – Будешь просто добавлять начинку, что-то важное поручать тебе нельзя. – Ох, хватит уже ругаться. Не ворчи, а то постареешь быстро. – Ответила Нишимура и отправила кусочек осьминога с луком и имбирём в первую ячейку. Хигути же продолжала аккуратно заполнять каждый кругляш тестом, пока не закончила. Плита наконец-то зажглась, и Мэй принялась внимательно следить за состоянием теста, не отрывая взгляда от него. Как только они были почти готовы, девушка начала их переворачивать каждый на девяносто градусов, и доливать тесто в появлявшиеся пустоты. Так она сделала ещё один раз, и первая партия была готова. – У нас на сколько примерно хватит? – Спросила Хигути и глянула на хулиганку, что пожала плечами, готовясь выгладываться начинку. – Ладно, без разницы, просто сделаем столько – сколько получится.       Готовка продолжалась спокойно, и наконец-то последний шарик покинул такоячницу, отправившись к себе подобным на большую тарелку. – Украшать буду я! – Вдруг закричала хулиганка и широко улыбнулась, уставившись на Мэй, девушка лишь развела руками в стороны, коротко кивнув. Первым делом Нишимура налила на каждый шарик унаги соус, затем тонкими полосками выдавила майонез, образовав белую решетку, и под конец посыпала всё сверху рубленным зелёным луком с хлопьями кацуобуси, что еле заметно двигались из-за стремящегося вверх пара. Мэй замерла, наблюдая за действиями Азуми, она даже не дышала, а, когда хулиганка принялась добавлять на половину шариков ещё и пару капель острого соуса, янтарные глаза вмиг затухли, будто сломавшиеся фонари на зимнем холоде. – Зачем? – Еле слышимым и надломленным голосом спросила Хигути, так и не двинувшись с места. – Ну, я просто помню, что ты любишь именно такие. Я пробовала их, когда гостила у вас в детстве, но точного рецепта теста с начинкой не знаю… Вот и решила хоть так повторить. А что такое? – Спросила Азуми и взяла тарелку в одну руку, а другой ловко прокрутила палочки, улыбаясь. Она подошла к Мэй поближе, схватила один шарик и поднесла к её губами. – Попробуй… Девушка проследила глазами за Нишимурой и опустила туманный взгляд к такояки, пока её руки еле заметно подрагивали. Внутри Хигути началось нечто непонятное для неё самой, словно вся она разделилась на две части, что устроили настоящую войну, сшибая всё на своём пути. Пару секунд она так и стояла, Азуми уже наклонила голову в сторону, пытаясь заглянуть в янтарные глаза, но Мэй резко подалась вперёд и съела шарик. – И как? Вкусно? – Сразу же спросила хулиганка и сама попробовала один, громко простонав. – Ох! Отлично! Я бы прям все сейчас съела… – Так, давай быстрее накрывай на стол! Такояки на пике вкуса, когда горячие! Мы должны успеть! – Громко заявила Хигути и ринулась к духовке.       Приготовления не заняли слишком много времени, и вот стол уже ломился от количества еды на нём. Во главе девушки поставили тарелку с золотистыми, румянами судаками, которых сверху посыпали поджаренным кунжутом и рубленым зелёным луком. На местах каждой стояла миска с рисом, в который разбили сырое яйцо и приправили небольшим количеством соевого соуса. Квадратная тарелка со свежим, порезанным на кусочки свежим лососем, для которого сделали подушку из натёртого дайкона, расположилась ближе к краю. На столе был и картофельный салат, по глубоким чашам разлит мисо-суп, в котором плавали мидии с устрицами, а так же у мест каждой стояло по стакану и пиале. Тарелка, наполненная такояки, уместилась недалеко от главного блюда, от шариков ещё шёл пар, а Нишмура поставила на стол бутылку саке. – Тебе не кажется, что этого будет мало? – Спросила Мэй, присаживаясь на своё место и протягивая пиалу поближе к девушке, что тут же наполнила её белой жидкостью. – Не переживай, там и вторая есть, она даже больше. – Ответила Азуми и щёлкнула палочками друг о друга, присаживаясь, её изумрудные глаза забегали по столу от непонимания – что же следует попробовать первым. Но хулиганка сложила руки вместе и широко улыбнулась, смотря на Мэй. – Приятного аппетита. Хигути же промолчала и взяла палочками такояки, быстро отправив его в рот, который пришлось приоткрыть из-за горячей еды. – Мээээй… Ну, чего ты, как на похоронах? Неужели сложно было сказать? – Спросила хулиганка и глубоко вздохнула, поймав палочками мидию, вобравшую в себя вкус бульона. – Очень, прямо, как жить с тобой. – Ответила Хигути и отхлебнула бульон из тарелки, начиная неспешно есть рис. – Да и вообще, это говорят, когда хотят есть. – Опять ты ворчишь, Мэй… Пить то у тебя силы есть? – Спросила хулиганка с ухмылкой и подняла свою пиалу с саке, что сделала и девушка, после чего обе громко крикнули: «Кампай!» и выпили до дна. – Хочу, чтобы каждый мой выходной проходил так!       Еда быстро исчезала со стола, что Мэй, что Нишимура уплетали за обе щеки. Тарелки с супом опустели, почти весь рис был съеден, а первая бутылка уже закончилась, и Азуми открыла ещё одну, наливая обеим. – Ты хоть не перепьёшь? – Спросила хулиганка и улыбнулась, водя пиалой, наполненной саке, по кругу. – По-моему, о таком надо переживать тебе… Мне-то хоть никуда не надо, а вот тебя ждёт увлекательное путешествие на работу. – Сказала девушка и схватилась палочками за толстенький кусок лосося, лишь слегка макнув его в соевый соус. – Да не, со мной всё нормально будет. – Ответила хулиганка с улыбкой и залпом выпил содержимое пиалы, закусив кусочком судака. – Ох, Мээээй… Так вкусно получилось… – Никто за тебя не волнуется, дура. Не выдумывай. Не хочу завтра терпеть тут твою пьяную рожу. – Буркнула девушка и сделала несколько глотков сока, смотря сквозь покрытое мелкими каплями стекло на Нишимуру. – Какая же ты всё-таки грубая, Мэээээй… Тебе так сложно побыть хотя бы немножко ласковой со мной? – Спросила Азуми, налила себе ещё и тут же опустошила пиалу, наложив в тарелку побольше картофельного салата. Она глубоко вздохнула, поправляя домашнюю футболку, и опустила взгляд на еду. – Не хочу и не буду. Азуми, успокойся, пожалуйста. Хватит меня донимать своими розовыми соплями и прочими бреднями. Ты прекрасно знаешь, чего я хочу, но продолжаешь упорно забивать на это. Всё вполне честно. – Ответила девушка и фыркнула, хватаясь палочками за такояки, который отправила в рот лёгким движением. – Но я люблю тебя… – Тихо проговорила хулиганка и вздохнула, выпивая ещё одну пиалу. – Знаешь… Я даже не знаю, как назвать это. Может, сделать это просто? Что-то в духе… Синдром Азуми. Болезнь Нишимуры. Помешательство тупой дуры… – Заявила Хигути и сама выпила саке, сразу же закусив рыбой. – Эм… Что ты вообще несёшь? Кому-то, похоже, больше наливать нельзя. – Произнесла Азуми и подняла на девушку свой взгляд, пройдясь по губам кончиком языка. – Ну, такому нужно дать название, разве нет? Ты – чёртова маньячка и стерва, а я твоя маленькая и слабенькая жертва, которая подаёт себя на блюде. Но нет! Ты начинаешь лепетать про свою дурацкую любовь. Это же, как стокгольмский синдром, только наоборот. Вот и хочу дать название любопытному феномену. – С не сползающей улыбкой говорила Мэй, активно водя пальцем в воздухе, будто учёный, открывшей что-то невероятное, а в её янтарных глазах царило надменное превосходство. – Это синдром Лимы… И он тут вообще не при чём. Я просто люблю тебя, вот и всё, и это не изменится, Мэй, как бы ты не старалась. А ещё можешь не выделываться и не строить мне глазки. – Ответила Азуми, смотря на девушку изумрудными глазами, в которых Хигути видела чистую от малейшей ряби водную гладь. Мэй цокнула и отвела взгляд в сторону, подперев рукой голову, когда придвинулась к столу. А Нишимура влила в себя ещё саке. – Из всех случайных фактов ты знала именно этот… Спасибо, что обломала мне сенсационное открытие. – В саркастичном тоне произнесла девушка и глубоко вздохнула, потянувшись за очередным такояки.       – Ох, я наелась от души… Чёрт… Он переполнен… – Сказала Азуми и широко улыбнулась, поглаживая свой живот. Её щёки немного зарумянились из-за выпитого алкоголя, в руках ощущалась приятная слабость, и она уложила голову на стол, поглядывая на Хигути. – Только не растолстей… Если от твоего пресса не останется и следа, я заставлю тебя качать его по тысячи раз за каждый поцелуй. – Заявила Мэй и поднялась на ноги, начиная убирать тарелки со стола, пока изумрудные глаза неотрывно, похотливо-хищным взглядом следовали за ней. «Чёрт… Хватит так пялиться на меня, Азуми…» – Подумала Хигути, прекрасно всё чувствуя, и тихо сглотнула. Она начала водить губкой по тарелке и решила взглянуть за спину, встречаясь с её взглядом, от которого по спине забежали мурашки. Девушка быстро вернула глаза обратно, а по телу прокатилась будоражащая волна. Мэй почувствовала, как по её бёдрам начинает идти влага, а сердцебиение стремительно учащаются. – «Ох… Чёрт… Тебе самой надо научиться не глазеть на людей… По крайней мере так…» Знакомая рука упала на небольшую грудь, хулиганка резко дёрнула девушку на себя, прижимая к себе спиной. Она начала сжимать пару мягких холмиков, пытаясь отыскать соски под плотной тканью худи и заставляя Хигути стонать. Горячие губы сразу же загуляли по шее, целуя каждый синяк и след от утренних игрищ. – Мэээй, я так хочу тебя сейчас… Но, сперва, вопрос… – Произнесла Нишимура и звонко шлёпнула девушку по ягодице, хватаясь за неё свободной рукой. – Тебе хоть понравилось? – В смысле? – Спросила Мэй и отпустила тарелку, прикусывая нижнюю губу. Она опёрлась на раковину и выпятила ягодицы, начиная громче стонать. – Чёрт… Ты уже ведёшь себя, как самая настоящая сука… – Прошептала Азуми прямо на ухо, её рука скользнула выше и сжала шею девушки, а один из пальцев начал проникать в маленький рот, крепко обхватившей его губами. – Еда… Готовка… Всё то, чем мы сейчас занимались… Понравилось? – Фет… – Начала Хигути и подвинула голову назад, освобождая палец от плена. Она глянула на Нишимуру и тихо простонала, прижимаясь к ней сильнее. – Ужасная еда, а то, чем ты занималась просто трата времени… Ты даже нихрена не запомнила, я в этом уверена! Надеюсь, что в твою пустую голову, никогда больше не придёт подобной идеи…       Хулиганка резко развернула её к себе и впилась в губы с поцелуем, сходу протолкнув свой язык в рот Мэй. Азуми неспешно наслаждалась их поцелуем, плавно углубляя его и подбрасывая угольки в костёр возбуждения. Не успело пройти и двух минут, как их поцелуй превратился в дикость, где каждая безумно двигала языком, от чего тонкие ручейки слюны спускались с уголков губ. Внезапно Нишмура громко замычала и раскрыла глаза, чувствуя, как губы Хигути отстраняются от неё, а язык девушки ласково пробегает по чужим губам. Алая жидкость начала плавно спускаться с нижней губы Азуми, заставив и её саму облизнуться, лишь растирая кровь. Хулиганка резко схватилась за шею девушки, сдавливая её и наклоняя голову чуть в сторону, пока на её лице расцветала кривая ухмылка. – Мелкая стерва… – Произнесла Нишимура и потянулась за ещё одним поцелуем.       Солнечные лучи пробивались сквозь окна, освещая двух девушек, что сидели на белом диване и обнимались, гуляя руками по возбуждённым телам. Азуми расцеловывала её ключицы, оттянув худи вниз, а Мэй лишь стонала, поглаживая золотистые волосы. Нишимура своим коленом чувствовала проступившую сквозь одежду влагу, от чего тихонько зарычала и переместила руку к ягодицам, крепко сжимая их. – Аз-зуми… Возьми меня уже… – Сорвалось с губ Хигути, и она прижалась к хулиганке лишь сильнее, чувствуя, как знакомая рука скользит к её лону, от чего с губ сорвался протяжный стон. Мэй обняла Нишимуру за шею, чуть выгнула спину и захотела посмотреть в изумрудные глаза, убежавшие в сторону лишь на секунду. – Ты к-куда смотришь? – На приставку… Давай поиграем? Быстренько надеру твою попку сначала виртуально, а потом реально… – Прошептала хулиганка и лизнула нос девушки, широко улыбнувшись. Мэй же захлопала глазами и приоткрыла рот, уставившись на неё, будто сейчас видит перед собой не человека, а какое-то сказочное создание. – Чего, прости? – Переспросила Хигути и наклонилась к шее Азуми, оставляя на ней яркий засос, который после поцеловала. – Давай поиграем, говорю… В приставку. Давненько я этого не делала. – Ответила Нишимура и качнулась вбок, повалив Мэй на кровать. – Будет весело… Не ворчи. – Боже… Азуми, что ты вообще несёшь? – Возмутилась Хигути и глубоко вздохнула, прикрыв глаза руками, что плавно сползи по лицу. – Перед тобой девушка, которая течёт, как сучка, и просит тебя… Нет, даже не так. Требует, чтобы ты трахнула её! Но блять… Ты думаешь про какую-то ебучую приставку! Я и не представляла, что ты такое задротище… – Ну, вот… Ты всё таки начала ворчать и ругаться. Я же даже не договорила… Вспомни, как мы играли у меня. Разве не весело, было? – Спросила Азуми с игривой ухмылкой и нависла над девушкой, укрывая её лицо золотым водопадом прямых локонов. Хигути смотрела на неё, было тихо, она даже не дышала, но закатила глаза и громко цокнула. – Ладно, поиграем. Но раздевание при проигрыше обязательно! Без него не будем! – Чуть ли не прокричала в ответ девушка и нахмурилась, надув губки. – Отлично. – Ответила Нишимура и лучезарно улыбнулась, не отводя взгляда от пары янтарных глаз.       Приставка зашумела и включалась, а на экране появился знакомый логотип. И Азуми протянула один геймпад девушке, что тут же выхватила его, быстро хмурясь, словно серая туча, готовая вот-вот разразиться громом с молниями. – Готова? Я даже дам тебе фору. – Сказала Нишимура и запустила игру, включив бой между двумя игроками, а после хулиганка закрыла себе глаза, начала вертеть стиком в разные стороны и остановилась на случайном бойце. – Тадам… Вообще за него пару раз играла, но, думаю, на тебя хватит. – Не выделывайся. Да и вообще это ты днями напролёт сидела и играла, пока другие были заняты делами. – Ответила Хигути и быстро выбрала себе знакомого персонажа, глубоко вздыхая. – Давай только быстрее, я не хочу провозиться тут несколько часов. Раунд начался. Азуми с довольной улыбкой стучала пальцами по кнопкам, пока Мэй внимательно смотрела на экран, следя за каждым действием хулиганки и вовремя отвечая на них.       – Т-ты чего… – Не скрывая удивления в глазах и голосе, сказала Нишимура, уставившись на экран, где её персонаж лежал побеждённым, пока его противник принимал победную стойку. – Это как? – Ну, вот так как то. – Произнесла девушка и направила взгляд в сторону Азуми, придвигаясь к ней ближе. Она ухватила хулиганку за плечи и потянула вверх, освобождая пышную грудь, которая аж подпрыгнула из-за резких движений. Мэй сразу же нырнула в неё лицом и немного потёрлась, слыша тихие стоны. – Сядь по-другому… – Да подожди ты… Ответь сначала. – Сказала Нишимура и услышала в ответ лишь что-то невнятное, глубоко вздохнув. Хигути же резко начала забираться на неё, уселась на колени, и уложила голову на грудь, сползая чуть ниже. – Я поняла… Ты сидела тут и целыми днями напролёт играла, да? Мэй же молчала и оставила себе того же бойца, лишь подняв взгляд на хулиганку. – Ладно… Сейчас тебе не поздоровится. Но сигнатурку брать не буду. – Заявила Азуми, её взгляд стал сосредоточеннее, а язык прошёлся по губам.       Начался второй бой, и Нишимура смотрела на экран, подобно засевшей в засаде львице, что наблюдала за антилопами и выжидала подходящий момент. Но вновь она лишь видела то, как её боец падает на землю. Изумрудные глаза округлились и с немым вопросом метнулись в сторону Хигути, что в ответ пожала плечами. – Т-ты… Это как вообще понимать, а?! Неужели читы?! – Возмутилась хулиганка и сглотнула, почувствовав руку прямиком на резинке шорт. – Сама ведь понимаешь, что это полный бред. Успокойся и не кричи так, мне уши чуть не заложило. – Проворчала Хигути и вздохнула, стаскивая с Нишимуры ещё и шорты, от чего в янтарных глазах пробежала искра возбуждения. Теперь девушку от заветной цели отделяла всего лишь одна победа и алая кружевная ткань. – Ты точно тут тренировалась втихую. Но ничего… Готовься, Мэй. Сейчас я не буду сдерживаться и размажу тебя по стенке. – Гордо заявила хулиганка и тут же выбрала своего любимого бойца, коим оказалась девушка с соблазнительными формами и довольно открытым нарядом. Хигути изменять своему выбору не стала и устроилась поудобнее на коленях девушки, смотря на экран с предельной сосредоточенностью.       Бой начался, и дела Азуми складывались уже не так плохо – ей удалось взять первый раунд, но во втором её уже ждало поражение. Решающее столкновение началось для Нишимуры вполне успешно, однако она попалась под решительную контратаку Мэй, полоска с очками здоровья быстро укорачивалась, оставалась лишь пара ударов, и Хигути почувствовала на своей шее знакомые губы. Не прошло и секунды, как она протяжно застонала, ощущая появляющийся на коже яркий засос. – Аз-зуми… Какого хрена… – Тихо прошептала Хигути и сглотнула, начиная путаться в кнопках. Результат не заставил себя долго ждать, и хулиганка сумела вырвать победу, возведя руки вверх, словно выиграла престижный турнир. – А вот и победа! Чёрта с два, а не сухая. И это вообще начало великого камбэка. – Заявила Нишимура и ухватилась за серое худи, в одно движением оголив небольшой, но соблазнительный бюст. – Продолжаем… – Это нечестно… – Сказала девушка и попыталась встать, но Азуми крепко обхватила её руками и прижала спиной к себе, начиная тискать аккуратную грудь. – Эй! Пусти! Я встать хочу! Азуми, блять! Хватит творить непонятную дичь! – Не-а. Ты сама ко мне залезла, Мэээээй. Расслабься. Теперь ты – моя пленница! – С громким смехом заявила Нишимура и раздвинула ноги, усадив девушку на диван. Хулиганка куснула её за мочку уха и потянула в сторону, тихо рыча, как заигрывающая со своей добычей кошка. Не успела Хигути смириться с собственной участью, как почувствовала, что Азуми скрещивает ноги на её животе в замок. Она начала пытаться выбраться, но хулиганка просто протянула ей геймпад, который Мэй с глубоким здохом взяла. – Азуми… – Сдалась Хигути и вернула взгляд на экран. Она вновь почувствовала губы, но на этот раз на своём плече, и попыталась отодвинуть от себя голову девушки. – Вот это уже настоящие читы… Успокойся… – А нечего было тренироваться, чтобы так издеваться надо мной. – Буркнула Азуми и тихо фыркнула, запустив следующий бой. «Кто ещё над кем издевается, а? Ничего я не играла… На кой чёрт мне вообще нужна твоя идиотская приставка? Я последний раз брала геймпад в руки вместе с тобой…» – Подумала Мэй и глубоко вздохнула, продолжая жать кнопки. – «Да и плевать как-то… Просто хочу, чтобы это поскорее закончилось…»       Тактика Нишимуры быстро дала свои плоды, и Мэй уже сидела на её коленях полностью голой, убрав геймпад в сторону. – Всё? Теперь-то ты довольна? – Спросила девушка и тихо простонала, чувствуя, как рука пробегает по внутренней стороне бедра, вызывая приятную дрожь по всему телу. – Угу… Осталось сделать довольной тебя. – С ухмылкой и очень тихо произнесла Азуми, смотря на Хигути полуприкрытыми глазами. – Развернись ко мне лицом… – Ладно. – Ответила девушка и повернулась, слегка приподнимая голову, её руки упали на плечи хулиганки, губы двинулись в попытке сказать то-то ещё, но Азуми уже накрыла их своими, утягивая Мэй в страстный поцелуй. Хигути сдавленно простонала, её руки плавно заскользили по плечам и обняли шею. В этот же момент Нишимура подхватила её за бёдра и резко поднялась с дивана, не разрывая поцелуя ни на секунду. Она почувствовала, как ноги смыкаются на её пояснице, и двинулась в комнату с кроватью, на которую сразу же уложила девушку. Стоило Азуми разорвать поцелуй, как её слух начали ласкать тихие стоны на пару с возбуждённым дыханием, а перед изумрудными глазами предстала проступившая на бёдра влага. – Милашка… Я так сильно возбуждаю тебя? – Почти шёпотом спросила Нишимура с игривой ухмылкой и поцеловала ключицу девушки, начиная спускаться всё ниже. Ответом ей послужил короткий кивок, сделавший ухмылку ярче. Она шла всё ниже и ниже, пока не добралась до живота Мэй, принявшись медленно лизать его, заигрывая кончиком языка с пупком. – Мэй… Я хочу тебя… Всю тебя… И только тела, мне будет мало…       Хигути лишь тихо фыркнула на эти слова и предпочла промолчать, начиная утопать в океане столь желанного удовольствия. Она уже чувствовала, как медленно погружается в него, поддаваясь ласке игривых течений, но что-то шло не так – волны становились всё более мелкими и редкими, пока вовсе не затихли, а до ушей Мэй начало доходить тихое сопение. Девушка уставилась в потолок и глубоко вздохнула, переводя взгляд на Азуми, заснувшую прямо на её животе. Пару секунд она наблюдала за мирной спящей в лучах оранжевого солнца хулиганкой, но затем оттолкнула её лицо со своего живота и цокнула, закатив глаза. – Ты бесполезна, Азуми… Просто чёртово ничтожество, нихрена нормально сделать не можешь… – Сказала Хигути и чуть оскалилась, оставляя её на кровати совершенно одну. С громким топотом она вышла из комнаты и через минуту вернулась, запустив прямиком в голову хулиганки плюшевого медведя. Нишимура вновь промычала, вздрогнула от громкого хлопка дверью и нащупала мистера Кумаруму, крепко прижав его к себе. Так она и продолжила спать с мирной улыбкой на лице.