Союз тёмных

Она старалась не подвести себя больше, чем его, потому-что это ей нужна была свобода, а получить Фина могла эту самую свободу, только после того, как разрушит проклятья «пяти». По этой причине Тэхён ненавидел ведьм… Одной из заклинателей капитана Кима была тёмная эльфийка. Всё было бы просто, если девушка знала причину древнего проклятья, но и этого ей неизвестно. Хозяин призрачного судна сам оказался в слепом неведении, но всё равно тот требует от неё каких-то определённых действий. — Оно передалось от моего отца, а ему от его отца и так далее. — начал брюнет, посматривая на одинокую фигуру Вольта. — Но активировалось это только на мне, чёртова родословная. И своих племянников не видел, наверное они вышли такими же красавцами, как их дядя. — смеясь, добавил тот. — У меня было ещё семь братьев, но эти счастливцы давно умерли от старости. — объяснился в конце он, помахав светловолосому парню, сидящему на железном ведре. Тогда ей удалось во второй раз стать свидетельницей искренней улыбки Тэхёна. Но она выглядела почему-то совсем по-другому…более живой. — Питер! — во весь голос закричал призрачный капитан, подзывая единственного оставшегося моряка. После того дня, на трюме… корабль почти что опустел, но Тэхён не выглядел удивлённым, и не пытался выяснить причину пропажи своих ребят, будто он знал, что так будет или, ему было всё равно. Но девушка не спешила сама разбираться в этом, на самом деле та была счастлива сложившейся ситуации, только если тоже самое не случится с ней самой. По этой причине Фина старалась не отходить от своего призрачного мучителя на долгое время…пока что, он был её единственным щитом. — Ничего! — отозвался на возглас капитана, парень, приближаясь к ним. — одно море. И «одно море» заставило Тэхёна вновь поджать губы и отвернуться. Он ждал другого ответа. Правда тот самый ответ не приходил ни спустя неделю, ни месяц. Она и Вольт постоянно становились свидетелями его гневных вспышек и отстранённости. Бывало, он исчезал на пару дней, и тогда ей казалось, что тот больше не вернётся. Может девушке хотелось так думать. А может и нет. Всё оказалось намного сложнее. Фина чувствовала, как сильно нуждается в его присутствие… Ужасное противоречие. — Шторм. — поглядывая на девушку, дрожащую от холода, констактировал призрачный капитан. — его давно не было. Ким впервые не мог заставить себя замолчать. Тот говорил и говорил, игнорируя вздохи своей пленницы. — Он утихнет, — повернувшись к ней спиной, уверил её парень. Хоть Берт и не могла его видеть, но то, как он устало потёр глаза, та почувствовала. — вскоре. Ещё немного времени. Но этого самого времени слишком много и слишком мало. Никогда, Тэхён никогда не опустит руки, и если надо будет, он заменит её другой тёмной, брюнет точно добьётся своего, хоть спустя пятьсот, тысяча лет. Этот одинокий призрак вынужден идти вперёд, хотя ему уже давно пора остановиться. И они понимали это оба. Только вот сам парень, с этим ничего поделать не мог. — Вольт снаружи. — почему-то произнесла она, хриплым от волнения голосом. Ким замолчал, опустив голову на колени. Вольт снаружи. Вольт снаружи. Вольт снаружи. — Он никогда не будет снаружи, пока ты не освободишь нас. — смеясь, глухо проговорил Тэхён, зарывшись тонкими пальцами, в свои волнистые чёрные волосы. — Сделай уже это. В его голосе звучала мольба, та самая, с которой просила она у него защиту, в ночь, когда тот бросил её в щупальцы своих слуг, уродливых моряков, проклятых не заклинанием «пяти», а животными инстинктами. Вздрогнув, девушка также отвернулась к нему спиной, как и он ранее, скукожившись на краю кровати. Было ли ей обидно? Совсем чуть-чуть. Чаще всего она старалась игнорировать пассивные мысли, и это иногда получалось, пока не приходил капитан. Он всегда всё портил. Фине надоело произносить это: «ты знаешь, я не могу», потому-что Тэхён никогда её не слышал. Тот просто не хотел. Вот и всё. Прикрыв веки, она сильнее прижала коленки к груди, совершая попытки заткнуть уши ладонями. Этот скорбный вой моря угнетал. Как и молчание Кима, может было бы лучше, если он продолжил говорить. Наверное. Усмехнувшись своим мыслям, она не открывая глаз, подула на заледеневшие пальчики, надеясь их согреть, пока не ощутила волну тепла, прошедшую по телу. Он…это был он. Ким обнимал девушку, прижимаясь призрачной грудью, к дрожащей спине. Ей казалось, что её тело обдало тёплым весенним ветерком, но это был лишь капитан проклятого корабля. Разве правильно вздрагивать от волнения, в подобной ситуации? Она не знала, но ей не хотелось лишаться этого тепла, и ругаться с ним тоже. Значит оставалось принять эти невесомые объятия. Именно так она и сделала. Поглотив в себя желание повернуться к нему лицом, и занять какое-нибудь удобное положение, шепча проклятья, девушка постаралась уравнять дыхание, которое уже давно сбилось от потока эмоций, нахлынувших на неё, в момент, когда призрачные руки сжались у Берт на животе. Пальцы Тэхёна изредка вздрагивали, а потом сильнее упирались в девичью кожу, посылая волну мурашек. Она удивлялась своей реакции. Девушка не могла понять, как так получилось, что Тэхён ей не противен, а даже наоборот, приятен. Но в ответ этим мыслям, возникало воспоминание его глаз, в которых отражалась бездна попыток покончить с вечной жизнью раз и навсегда. Эти долгие скитания по морю его уже давно утомили, но у мага-призрака не было возможности призвать силу, и освободить себя от вечного заточения в этом зачарованном судне. Так и не приоткрыв веки, та тихо вздохнула, обдавая своим дыханием выблекшее предплечье Кима. У этого кошмара не было конца. И он жил в нём на протяжение многих сотен лет. Жалела ли она его его? Да. Однозначно да. Когда шторм утих, а Фина проснулась с долгого сна, Тэхён больше её не обнимал. Но холодно не было. Привстав, она бегло оглядела комнату, что покрыл мрак. Очертить хоть какую-либо линию призрачного силуэта Тэхёна, в кромешной темноте, девушка не могла, но Берт всё равно кожей чувствовала слабый ветерок, обдувавший стопы. Он стоял неподалёку. Сглотнув ком, собравшийся в горле, тёмная фейри прочистила охрипшее ото сна горло. — Призраки не спят? — сипло и как-то неуверенно, пробормотала брюнетка, приближаясь к месту, где она предполагала, тот должен был стоять. Его молчание послужило глухим ответом. Видимо да, не спят. Необъяснимое желание прошептать слова поддержки ему, возникло у неё, от чего тело ответно напряглось. Нет. Нет. Нет. Он не заслуживает с её уст подобного, только не после того кошмара, в котором та успела побывать первые дни. Скелеты, решётка, щупальцы…клешни. Но об этом кричал голос разума, а не сердца. В темноте нащупав кисть мужчины, девушка мягко его сжала, пока свободная рука Кима не оказалась в её непослушных кудрявых волосах. Рвано вздохнув, она приподнялась на носочках, возмущённо отдёргивая пальцы. Снова…? Но он сам потянулся к тонкому девичьему запястью, притягивая вплотную к себе, а потом…потом его призрачный лоб прижался к её. Что-то пошло не так. Широко раскрыв веки, Берт отшатнулась, находясь в состоянии шока. Он выглядел таким отчаявшимся. Брюнетка уже не видела его карих безумных глаз, только глубокие и пустые, в которых отражалась одна тьма. Может…может гнев одинокого призрака утих, а на месте этого возродилось, ожидающее в этом бесконечном море, больное смирение? — Пожалуйста, — прошептал он, опуская руки по бокам от её тела. — только раз, можно я побуду так? — Нет, в его голосе чувствовалось острое желание ощутить тепло, он не может так просто сдаться…никогда. — Фина. — мягко, и еле слышно, совсем тихо, выдавил Тэхён. Этот вздох, звучание букв с его уст, сложившихся в одно горькое — «Фина», оказались последней каплей. Щит сломался. Голос разума отступил, его место занял голос сердца. Один шаг, и она уже прижата к его груди, которая оказалась такой прохладной, такой холодной. Ким перестал обдувать её теплым ветерком, но девушка не отстранилась, глядя на опускавшегося мужчину. Он прижал свои губы к её, так невесомо, будто сейчас фейри целует не Тэхён, чья душа постоянно разбивалась и склеивалась, как самая дорогая ваза, купленная матерью, а будто слабый ветерок, который совсем недавно обдувал её голые стопы. Она не ожидала этого от него, но не отстранилась. Её широко распахнутые глаза не могли закрыться, и она продолжала так смотреть на него, пока Тэхён не разорвал недолгий поцелуй. Он длился всего лишь пару секунд, но живот девушки до сих пор приятно щекотали крылья бабочек. Призрачный капитан и пленница, чья кровь могла обрести для парня хрупкую возможность отпустить его поблекшую душу в небо или наоборот, под землю…вот кем они были друг другу. Чуть позже, Берт поняла, что только оставаться тёмной фейри, которую вскоре он выбросит, совсем не хотелось. Хотелось быть этим зачарованным кораблём, не отпускавшего его наружу. Он улыбнулся, заставив приятным мурашкам пройтись по коже девушки, после чего мелкие волоски на ней, пошли дыбом. Фина могла поклясться, он не был тем монстром…которым старался быть. — Ну как? — положив голову ей на плечо, спросил он. — Хорошо целуюсь для призрака? Она вздрогнула, опустив руки на его плечи, чтобы потом тихо засмеяться. Слёзы уже собрались в уголках глаз, и собирались скатиться по щекам вниз. Глупый…глупый конечно призрак задал вопрос. Он склонился, чтобы костяшкой пальца смахнуть влагу возле её глаз. Всё это казалось чем-то сказочным, слишком другим для них обоих. Его тиски случалось, были то невесомыми, то до боли крепкими. Всё это было слишком необычно. Может всё это ей снится?! Тэхён больше будто и не был призраком, возможно в этом сне он стал тем парнем, кем был больше двухсот лет назад. Кажется, его сердце вновь застучало, а артерии вновь наполнились кровью, кажется он вновь стал человеком с телом и душой. Кажется, кажется, кажется…правда ли ей это всё кажется?

***

— На Скалистом порту высадился корабль. — не веря в то, что сам говорит, пропел старый дворецкий, чуть ли не прыгая вокруг самого себя козьими ножками. Мужчина, опустившийся на трон, кивнул, поворачиваясь в сторону своей жены, облачённой в ледяную корону. — Встретьте их. Император отдал приказ, и его слуга поклонившись, освободил зал, чтобы выполнить поручение своего Высочество, надеясь на возраждение их одинокой страны, пока на этом самом порту, единственном на севере, мальчик, кричащий «земля», до потери голоса, плакал в объятиях тёмной фейри по имени Фина Берт.